Я в любовь верю!

Наташа Суворова

Я в любовь верю!

– Уважаемые пассажиры, занимайте обе стороны эскалатора!

Это я на работу еду. Начинается новый рабочий день. У меня много времени на размышления, поэтому я вам сейчас тут все расскажу прямо по порядку:

Я живу обычной московской жизнью, которой живут все, кто приехал сюда.

Квартира за 40. Зарплата 80.

В квартире со мной еще соседка, чтобы было дешевле.

Я ее знать не знаю, видимся только по вечерам. И то, не хотелось бы.

Она варит кофе в турке по утрам. Для меня это какая-то слишком изысканная привычка для такого существования. Поэтому у меня чай в пакетиках, круассан из магазина без срока давности, стрелки на глаза, блеск на губы. Готова!

А у нее кофе в турке! Сигарета на балконе! Завтрак в постель! Звонок другу утром! Иногда мне кажется, что она просыпается сразу с поднятой трубкой.

Вялые сборы. Остальное я уже не застаю, но, короче, она выходит к 12. Домой приходит к полуночи. Потому что у неё друг, подруги, караоке, кино, вино. Сами понимаете.

Зарплата 90. В метро такая рыбка заплывает только если с другом поссорилась. А так он ее везет. Туда-сюда. Вечно куда-то ее везет. Короче: ей везет во всем, такой месседж.

Холодильник у нас один на двоих, но, можно сказать, мой. У нее там лежит свекла какая-то еще с прошлого года и конфеты стопочкой, не распакованные. Парень ей, Сережа, все дарит их и дарит. Так и диабет заработать можно.

 Я у нее даже одну коробку съела неделю назад. Да она ничего и не заметила, их у нее много.

Я знаете, что думаю – ну вот смотрю на нее: волосы русые, глаза какие-то бледно голубоватые, как будто в небесной канцелярии их не докрасили, кончилась у них синька эта. Худая, длинная. Какая-то ну никакая совсем. И за что ей столько конфет?

Все время звонки какие-то, парни какие-то, все время в наушниках что-то там наговаривает. Ну как можно столько болтать?

В общем, я одну коробку у нее стянула. Они даже не вкусные были. Я такие даже и не ем.

А я тут сварила компот, а попробовать некому. Оценить, насколько он невкусный.

Нет у меня еще мужчины сердца, хотя мне 38. И мама говорит, что шансы встретить его уменьшаются в геометрической прогрессии.

Ну а когда мне знакомиться то? Утром и вечером я в метро. А на работе одни женщины. Есть парочка мужчин, конечно, ну они же женатые. Да и болтать-то когда? А главное, о чем?

Потом я отсыпаюсь, после суток. Какой-нибудь сериал, пока уборку сделаешь. Ну на концерт сходишь какой-нибудь или в кино. Одна. Ну одна и уйдешь. Не подходить же мне самой к парню какому-нибудь?

Смотрю на себя в зеркало: вроде не урод. В школе на дискотеках приглашали мальчики. Потом в институте, правда, одни девочки в группе были, да и учеба сложная. Мама еще говорила – учись, учись, денег нет, надо, чтобы стипендия, надо работать, а замуж всегда успеешь.

Вот и когда теперь я “успею”? Раньше надо было, теперь она уже так говорит.

– Осторожно, двери закрываются.

Метро. Не люблю я метро. Был бы у меня такой парень, как Сережа у соседки.

А вы на тиндере, кстати, пробовали знакомиться? Я вот зарегистрировалась. Так возмущает, что он платный. Я на бесплатной версии побыла, потусовалась, никого не встретила, ну и за что платить? Я все равно, конечно, заплатила. Так, за надежду.

Сейчас я вот на работу еду. С вами разговариваю. А так… Ну даже сейчас вокруг меня кто?  Точно такие же равнодушные лица, пустые глаза. Вещь в себе – вот они кто, эти люди.

От Севастопольской до Отрадного мне ехать ровно 40 минут. За это время я успеваю прочесть одну главу книги, если я не забыла ее взять с собой, а если забыла, то посмотреть минимум 10-15 видосов тик-тока. Про котиков каких-нибудь или тренинг там про женственность, как строить отношения с парнем, которого у меня нет. Ха-ха.

Нет у меня никого. Сердце ни за что не болит, ни о чем не беспокоится. У меня полный штиль во всем.

Я езжу на работу. Я езжу домой.

Я тут посчитала, в метро я провожу 40 минут умножить 2 раза в день – 1 час 20. А если на неделю умножить, то 6 часов. Почти целый рабочий день, представляете. И чем мы в метро занимались бы, зная, что это так много времени занимает от жизни? Уж, конечно, чем-нибудь полезным. Знакомствами, например, вместо этого тиндера за две с половиной тысячи. А тут за 42 рубля, пожалуйста, знакомься весь час двадцать, пока едешь.

Жаль, что в метро уже давно никто не знакомится.

Хотя, представьте, я буквально вчера все-таки познакомилась!

Ой, я вам все сейчас расскажу, прямо по порядку:

Он, в общем, так близко ко мне стоял! А это утро, давка, что-то там у них на линии случилось, и поезд предыдущий не пришел. Ужас! Ну, все как селедки едем. Ну и он, значит, вот тут у меня. Вот и знакомство. Можно сказать, у нас даже выбора не было. Когда мое лицо в его лицо воткнулось, а нам же 40 минут ехать, представьте! Ну пришлось как-то вроде хоть имя узнать. Володя.

Смотрю: в общем-то симпатичный. Ну, так близко неудобно, конечно, рассматривать. Только отдельные части лица видишь. Брови черные, ресницы черные. Ну, симпатичный вроде. Правда, очки… Ну ладно, Бог с ними, с очками.

– А меня Воло-о-о-о-дя, – это он мне говорит и так глупо улыбается.

– И чем ты, Володя, хоть занимаешься?

– Рыбу продаю

– Какую именно?

– Селедку.

– Только селедку, что ли?

– Так у нас же завод селедки! Солим, продаем.

– Покупают?

– Конечно. Заказы, опт, розница.

Вот так мы поговорили про селедку, а только 3 минуты прошло. Из 40! И вроде дилемма: Володя то симпатичный, но о чем болтать? А болтать, наверное, надо, а то рыбка-то уплывет. И здесь я даже не про сельдь.

О чем?

Не знаю. Вспомнила я свою соседку, которая всякую чепуху мелет и разговаривает же как-то! Надо было быстренько вспомнить хоть одну тему, на которую она эту чепуху мелет. И ничего, конечно, не вспомнилось.

Молчал и Володя.

– Володя, у меня там нога!

– Вот тут? Ой.

– Да-да.

– Простите, я тогда свою отсюда уберу!

– Ага…

Вспоминаю, вспоминаю… Пустота в голове. Ни одной приличной темы.

Помолчали. А потом думаю, да ладно, выдам сразу все резюме. К чему эта интрига, мы же взрослые люди.

–Мне 38, работаю в гостинице, работаю свою ненавижу, из всего имущества у меня только чемодан.

–Не густо, – усмехнулся Володя, – А я вообще из Кирова.

– Уважаемые пассажиры, поезд скоро отправится, просьба соблюдать спокойствие, – это уже машинист вмешался в наш диалог. Прервал так сказать безудержное веселье.

На секундочку выключился свет. Тут вообще неловко стало.

– Надежда, я бы конечно записал ваш телефон, но мне даже никак его тут не записать. Моя рука во-о-он там – видите? – с портфелем, между тем полным мужчиной и поручнем.

– Да что его записывать, он простой. 8915 404 08 03. Легко запоминается.

– И правда.

– Поехали, – констатировала я, – Я сегодня на работу все-таки опоздаю, наверное.

Моя нога была где-то возле чьих-то ног, рука возле чьих-то рук. И мне даже показалось, но это неточно, что ее как будто даже кто-то пожал.

Фу-у-ух, выдохнул вагон. Это Добрынинская, кольцо, толпа с шумом и нетерпением прорвалась из вагона. Вынесла толпа и нас с Володей, наступив на обе ноги и порвав мне колготки.

– Мне вообще-то тут и надо было выходить, – крикнул сквозь выходящую толпу Володя.

– Ну ладно, пока! – крикнула я сквозь другую толпу, которая внесла обратно меня в вагон.