Могильные шляпки

           Матвей не сразу заметил, что ход стал расширяться и вскоре, он оказался в какой-то большой пещере. К удивлению парня, тут было достаточно светло. И дело было не в его светильнике. Из стен росли какие-то голубоватые кораллы, тускло освящая все пространство. В центре круглый камень, отшлифованный до зеркального состояния. Осмотревшись внимательнее, Матвей заметил, что по стенам пещеры, во все стороны, уходили туннели, такие же, как тот, по которому бежал он ранее.

           Паника окончательно овладела им. Он сел на пол, обхватив руками голову.

– О боги… – тихонько пробормотал, всхлипывая. – Это все не правда, это не правда…

           Матвей пытался убедить себя, что это всего лишь сон, что это морок, который вот-вот пройдет, но пещера не исчезала. Матвей прикрыл глаза, и очень глубоко вздохнул три раза, пытаясь успокоить себя. Нужно было срочно собраться с мыслями. Ведь не известно когда гонявшиеся за ним чудовище настигнет жертву. Матвей раскрыл сумку и стал рыться в ней, периодически вынимая какие-то маленькие мешочки. В одних лежали лепестки разных цветов. В других стебли каких-то растений и грибы. Еще на свет появилась деревянная ступка и пестик, он ссыпал несколько разных трав в ступку и стал их измельчать. Получалось плохо, ведь руки все еще тряслись. Получившийся порошок ученик закинул под язык. Это снадобье имеет успокаивающее действие, помогает сосредоточиться, должно унять нервную дрожь. Конечно, в отличие от своих наркотических аналогов, его действие весьма слабое, но хоть что-то. Матвей принялся смешивать следующие травы. Серая черемуха, мышкин гриб и соцветия ляволы – это будет слабенький аналог средства от морока и сглаза. Должно помочь в определении, что истина, а что всего лишь кажется.

– Иди за шляпками… – над ухом раздался шёпот Милли.

           Матвей подскочил, завывая от испуга. Ступка с пестиком выпали из рук, один из мешочков перевернулся и содержимое высыпалось на землю. Он завертел головой по сторонам, но некого рядом не было.

– Что за шутки?! – выкрикнул Матвей, сжимая кулаки, словно готовясь к рукопашной.

           Но ответом ему был лишь клокочущий вой из туннеля. Нужно было бежать. Но в какой из туннелей? Вдруг Матвей заметил движение краем глаза, какая-то тень скользнула сбоку. Матвей обернулся, но никого не увидел, только серые грибы на длинных ножках росли возле одного из ответвлений.

– Могильные шляпки… – пробормотал Матвей, узнав грибы.

           Сразу вспомнился голос девушки – иди за шляпками. Очередная ловушка? Или наоборот? Матвей не знал, что ему делать, куда бежать. Но тут, ему в голову пришла гениальная идея. Он подбежал к грибам. Срезал несколько и размял их прямо рукой. Увидел бы такое обращение с ингредиентами учитель, то ему бы не слабо влетело. Извлек несколько пустых склянок и добавил в каждую порошок, из которого сделал светильник. Матвей торопился, много просыпал мимо флаконов. Потом добавил в каждую немного размельченных шляпок. И вовремя, из пещеры появилась уродливая безглазая голова. Тварь передвигалась как паук, на четырех лапах. Увидав жертву, или почуяв ее, кинулась на Матвея.

Ученик уже сжимал в руке один из пузырьков. Встряхнул его хорошенько, тот начал светиться и быстро нагреваться. Серые шляпки делали смесь очень нестабильной и взрывоопасной. Матвей метнул пузырек в монстра. Он врезался в его торс и с яркой вспышкой взорвался. Чудовище дико заверищало и отпрыгнуло в сторону, стуча ногами и руками об землю, как в барабан. Матвей метнул еще один пузырек, но промазал. Грохнуло в паре метров от неведанного чудовища.

– Получила тварь?! – весело вскрикнул Матвей. – Убирайся! Пошла вон!

           Но веселье длилось не долго. Из других ответвлений послышались странные шорохи. А нечисть затихла в дальнем углу и, как казалось, насмешливо улыбалась. По спине парня пробежал холодок. Осталось только два флакона, и что-то подсказывало Матвею – на всех не хватит. Из туннелей появлялись уродливые создания, чем то похожие на четырёх лапах пауков, с человеческими, изуродованными головами и длинными, суставчатыми руками. Матвей застыл в безысходности. Бледный, уже прощающийся с жизнью.

– Иди сюда, мой хороший, – раздался мерзкий, хриплый голос из уст паукообразной старухи.

           Матвей ощутил прикосновение к своей руке. Подпрыгнул, уже готовясь метнуть в очередную тварь флакон, но увидел перед собой Милли. Она держала парня за руку и тянула его в туннель с грибами.

– Быстрее! – прокричала девушка.

           Матвей без раздумий бросился следом за ней. Лучше пусть она убьет его, чем эти монстры. О том, что девушка пытается помочь, Матвей не думал. Он был уверен, что она часть всей этой чертовщины. Но выбирать не приходилось. Страшные монстры бежали сзади, не отставая и чудовищно вереща. Матвей метнул один из флаконов не глядя за спину. Раздался грохот, но пауки не отставали. Он бросил короткий взгляд назад и увидел уродливое лицо твари в каком-то метре от себя. Руки монстра почти касались его. Матвей открыл рот, пытаясь в ужасе закричать, но из горла вырвался лишь сиплый стон. Последний флакон полетел назад. Грохнуло, полыхнуло ярким светом, тварь заверещала. Вдруг что-то загудело, земля под ногами убегающих затряслась. Сверху посыпалась земля и мелкий камень. Матвей обернулся, туннель сзади обваливался, засыпая визжащих тварей под грудой камней. Все было кончено. Причем для всех. В голову Матвея что-то ударило. Он упал на землю, разбивая лицо о камни. Мир поплыл вокруг него, все тряслось, земля набивалась в рот и лёгкие. Последнее, что Матвей запомнил, так это лицо Милли, и как девушка накрыла его собой.

Матвей открыл глаза. Все тело болело, во рту была земля. Он со стоном перевернулся на бок и закашлялся. Грудь страшно болела, все лицо в засохшей крови, вперемешку с землей. К великой радости флакон-светильник не пострадал. Он кое-как сел, прочистил засоренные глаза, осмотрелся. И безысходность овладела парнем.     Туннель обвалился с обоих сторон. Выхода не было. Матвей оказался в ловушке. К горлу подступил ком. Тут он вспомнил про Милли, но девушки негде не было. Он подумал, что ее завалило, попытался сдвинуть несколько валунов, но не смог. Сил не осталось. Ребра ужасно болели при любом движении. Матвей опустился спиной на камни и заплакал.      Столько мучений и все зря. Его не сожрали пауки, так значит умрёт с голода в этой пещере или задохнется, что скорее всего. Он всхлипывал, размазывая слезы по лицу, вперемешку с кровью и пылью.

И эта девушка не давала покоя. Кто она? Почему заманила его в логово этих тварей? Зачем пыталась помочь потом? Возможно она и не человек вовсе, может быть она дух или призрак. Злой или добрый? Всегда появлялась так же внезапно и из ни от куда, как и пропадала. Да какая разница, сейчас, это не имеет ни какого значения. Оставалось только ждать своей смерти. Слезы все ни как не унимались. Плечи Матвея вздрагивали при каждом всхлипе.

           Свет фонарика начал тускнеть. Эта смесь не вечна, ее хватает лишь на несколько часов, и время на исходе. Судьба Матвея умереть в кромешной тьме. Но вдруг, от куда-то из-под завала, с той стороны от куда он бежал, раздались странные звуки. Будто бы кто-то скребся под камнями. Парень замер прислушиваясь. Судьба задохнуться в темноте стала очень желанной для него, но она ускользала. Звук усиливался. Теперь Матвей был уверен, что одна из тех тварей прорывалась к нему через завал.

– Нет! Нет! – взмолился Матвей. – Убирайтесь! О боги!

           Он вскочил на колени, превозмогая боль, стал пытаться разобрать завал в противоположной стороне, надеясь вырваться из западни. В воздух поднималось все больше пыли, уже почти ничего не было видно. Матвей сдирал ногти, кашлял, но, не обращая на это внимания, все рыл землю, откидывал камни.

– Ты меня не получишь! – выкрикнул со злостью.

Он решил, что не опустит руки, что не умрет без боя. А чудовищный паук все приближался. Уже было слышно его шипение. Вот-вот он набросится, ещё немного и страданиям Матвея придет конец. Ученик поднял увесистый булыжник, готовясь встретить тварь. Позади посыпалась земля. И в тусклом свете умирающего фонарика, появились когтистые, окровавленные руки монстра. Одна из них вцепилась в левую ногу Матвея. Тот закричал и стал бить по ней булыжником. Тварь сделала один рывок и выскочила как из трубы. Задние лапы остались в узком проходе. Фонарик откатился в сторону, Матвей с воплями наносил удар за ударом по уродливой морде. Тварь верещала и царапала руки и грудь человека. Вонючая кровь чудовища брызгала во все стороны. Паук вцепился когтями в левое плече Матвея, разрезая плоть и кожу. Парень завыл от боли. Он из последних сил оттолкнул ногами от себя это мерзкое создание, навалился сверху и бил, бил и бил камнем по голове, пока та не затихла и последние силы не покинули Матвея. Фонарик потух.

           Все погрузилось во мрак, тьма завладела Матвеем. В ушах звенело от давящей тишины. Дернул же его черт пойти в это проклятое село, на какой сдались ему эти чертовы грибы? Нужно было собрать трав, как обычно, и идти назад, к мастеру. Но нет, ему хотелось получить одобрение мастера и, чего уж таиться – более весомой награды. Возможно, учитель бы дал Матвею пару монет на выходной день. Сейчас он мог бы быть дома, в своей каморке выделенной ему мастером Ирионом или пить эль в трактире. А возможно, встретился с прекрасной Элизабет, за которой он бегал уже пару месяцев. Но вот, что странно, подумав о ней, перед глазами, как наяву, появился образ Милли. Она печально глядела на него от куда-то из темноты, и по ее бледной щеке катились слезы. Он винил девушку, или чем она была на самом деле во всех бедах, но при этом, её образ не выходил из головы. Может быть, виной этому, было не желание умирать в одиночестве, а может…

– Сюда… – от куда-то раздался ее шепот.

           Он уже потерял всяческую надежду на спасение, как вдруг, от куда-то потянулся лучик света. Матвей с трудом встал на колени, оттолкнув тушу паука в сторону. Ему в лицо светил свет. Парень воскликнул радостно и стал вновь капать.

            Вскоре он выбрался наружу и очутился в светлой, просторной пещере. Оказалось, что до выхода был какой-то аршин, полтора. Пещера была в скале и заканчивалась пологим склоном, а внизу, саженях в четырех, широкая, быстроводная река. На лице Матвея появилась улыбка. Выбрался, живой! Уже настал день. Солнышко светило высоко. Матвей сел на обрыве и занялся своими ранами. Оторвав кусок ткани от рубахи, замотал изодранное плечо. В чудом уцелевшей сумке нашлось пару травок для ран. От радости, что он снова видит солнце, парень не обращал внимания на боль во всем теле. Главное было то, что он смог вырваться, смог спастись.

           Матвей осмотрелся по сторонам. В дальнем углу, лежала груда какого-то тряпья. Ему стало любопытно, он подошел. Это оказались останки человека. Матвей присел рядом. Сразу же обратил внимание на браслетик среди костей, подобрал и присмотрелся.

– Милли… – произнес Матвей, узнав брачный браслет девушки.

           Точно такой же был на ней в тот момент, когда парень пытался вытащить ее из погреба. Хотя на самом деле, как теперь понимал Матвей, не было ни погреба, ни девушки в нем. Но, несомненно, она спасла его, указала верный ход. Остатками тряпья был её сарафан. Цветочный узор выцвел и посерел от времени.

– Спасибо хоть на этом, – слабо улыбнулся парень.

           Ее душа была рада, Милли улыбалась, Матвей был в этом уверен и сам улыбался, пока спускался по склону к воде. Она его заманила, и она его вытащила. Парень умылся холодной водой, смывая кровь и грязь с лица и рук, промыл плечо, вдоволь напился. Огляделся вокруг. Это явно была река Лярун, но где именно он вышел непонятно.  Поразмыслив немного, решил идти вдоль берега на юг. Когда Матвей хромая отошёл метров на сто, что-то заставило его обернуться. В пещере, на самом краю, стояла Милли, в своем цветастом сарафане и махала ему рукой.

– Я вернусь и помогу тебе, – прокричал Матвей, и помахал ей рукой.

Но в следующий миг, за спиной девушки возник силуэт ведьмы с паучим торсом. Она обняла её лапами и утащила в глубь пещеры. Матвей смотрел в ту сторону разинув рот и сжимая в руке браслет Милли. Через мгновение он бросился прочь, подальше от проклятого места. Но был твердо уверен, что придет время и он вернется, дабы освободить душу бедной девушки.

Конец.