`Ценитель чайных церемоний`

— Ну?

— Я и сподзсказал…

— Не тяни тут! На какую сумму вексель был?

— Чуток менее полутора тыщ рублев-с… Вот…

— То есть, деньги у него таперича имеются… — почесал бороду купец. — Хм! Ладно, ступай! Запомню тебя!

А вечером того же дня он принимал у себя частного пристава — Василия Тимофеича. Принял со всем радушием, отужинали, перцовочкой сверху полирнули… И опосля этого всего, удалились уже в кабинет.

— Тут такое дело, Василь Тимофеич… Ты ж меня уж сколько лет знаешь, поймёшь!

Пристав — уже пожилой грузный дядька степенно наклонил голову — мол, а иначе-то как?

— На обоз мой тута лихие люди покушались… да, ты, поди, про то уже ведаешь ведь?

— Знаю об сём, да.

— Вот… Помог мне тогда — совсем, вроде бы, случайный человек — мериканский офицер. Они его — аккурат, перед этим раздеть попробовали, да не случилось им… Сами полегли — прямо на месте! А он, мало, что уцелел — так ещё и на них вызверился! Словно медведь на пасеке — чуток поменее десятка татей прямо в лесу и положил! Ферапонт — да, ты ж его знаешь — его сюда и привёз. Смекнул, что таковский человек полезен быть мне может…

Пристав только усмехнулся.

— Знаю я про случай этот. И за гостя твоего… Была у меня охота с ним побалакать… да… Не в обиду тебе буде сказано Иван Федорович, да, токмо не ты один повод для беспокойства имеешь! Купца Федулова ты же знал?

— Дормидонт Палыча? А как же… Не скажу, чтоб дружен с ним, но… да, знаю я его…

— Знал — точнее будет!

— Не понял я тебя, Василь Тимофеич… — насторожился купец.

— Преставился он намедни… третьего дня уж как!

— А что не ведаю я про то? И в гильдии ничё про то не сказывали, а я только сегодни тама был. Пошто так?

Пристав помрачнел.

— Веришь ли, я и сам про то токмо утром услыхал. Под Нижним обоз лесные тати переняли — а он в обозе том присутствие имел. Всех, как есть, положили — никто не уцелел! Чай, кстати, так и не сыскали…

— Ох, ты ж, Господи! — купец истово перекрестился. — Упокой душу его! Не был он мне другом, однако ж, честный был человек! Слово держал!

— Конкурентом, ежели, по-учёному говаривать, он тебе был! — отрезал пристав. — Малышев купец — ведом ли тебе?

— Степан Ильич? Знаю его.

— Два обоза его в лесах сгинули бесследно! Опять же — чай везли, да сладости… Товарищество Петра Боткина с сыновьями — один обоз разбили — чуть не у самого Питера вообще! Тебе одному до сей поры везло…

Добрынин грузно осел в кресле.

— Побойся Бога, Василь Тимофеич… да, неужто, я на эдакое дело способен…

— Про то и речи нет! — махнул рукою пристав. — Не ангел ты, но и не душегуб же! Вот и смекай — насколько мне твой гость-то надобен! Не ведаю я, какие там у тебя на него виды имелись — но уж нам-то он самым первым делом необходим!

— Так… он же тут всё время жил… никто ж и не мешал…

— Однако ж ты его ко мне не привел? А ведь не мог не понимать!

Купец дернул ворот рубахи — трудно было дышать. Брызнули на пол оторванные пуговицы.

— Я ж ничего про эти дела и не знал!

— А тебе и ныне об этом ведать не обязательно. Но тебя ж ведь грабили — не меня!

— Не ограбили же, отвёл Господь…

— Не много ли чести для гостя твоего, чтоб его тако-от величали-то? — прищурился полицейский.

— Василь Тимофеич! Помоги его сыскать — как на духу…

— С утра завтрева пришлю я к тебе человечка одного… тот мастер всякие загадки разгадывать. С сыскного прислали его, ищет он там чего-то… Неделю уже сидит у меня в участке… все бумаги перерыл!

Коллежский регистратор Павел Степанович Рогов внешность имел неброскую, голос тихий. Но вот его распоряжения, отдаваемые тем самым негромким голосом, отчего-то заставляли людей тотчас же срываться с места. Он работал по сыскной части уже достаточно давно и считался одним из самых опытных сотрудников полиции.

— Каковое оружие имеет при себе оный офицер?

— Два револьверта, — пояснила Даша, которая ежедневно убиралась в комнате гостя. — И пояс такой… ну, куда он эти револьверты убирает. Ранее всё это в шкафу висело, на крючке. А как он ушёл, так всё, надо думать, с собою и унёс…

— Такой? — несколькими штрихами набросал на листке бумаги рисунок полицейский.

— Похожий… да…

— Карманы особливые для патронов имелись ли?

На этот вопрос девушка ответить не могла. Ясность внёс только спешно вызванный к купцу Ферапонт.

— Особливых карманов не имелось — токмо петельки такие… ну, куда их запихивать положено. И было там патронов этих менее половины от потребного.

Поворошив сложенные на столике газеты, Рогов задал вопрос — как часто и на какое время уходил из дому гость?

— Единый раз всего то и было. Часа два… может, чуток и поболее… А так всю дорогу дома и сидел.

Полицейский понимающе кивнул.

— Он смотрел объявления о сдаче жилья. Кое-какие даже и карандашом особливо выделил. Отъезжал всего лишь раз — и ненадолго. Забрал с собою токмо два револьвера системы Кольта. А патронов к ним у него немного… — пояснял Рогов чуть позже приставу.

— И что с того следует?

— Жильё он, вероятнее всего, нашел — туда и съехал. Не особливо далеко — раз за пару часовтуда-сюда обернуться успел. Раз он офицер, да за оружием своим следит…

— А это ты откудова взял?

— Старшой обозников — Ферапонт, про то поведал. Мол, разбирал Пьер свои револьверы не единожды, да всячески за ними ухаживал…

— Добро, — кивнул пристав. — Продолжай!

— Думаю я, что вскорости он станет патроны к оружию своему искать. Прикинув, как далеко от дому купца сего он мог уехать и где жильё снять мог, счёл я нужным поискать — каковые оружейные магазины в сих пределах обретаются. Таковых сыскалось всего три…

— Есть у нас таковые патроны, — кивает продавец. — Аглицкие имеем, германские, сестрорецкого заводу, да тульские ишшо… Каковые вам потребны?

— Германские давай. Шесть коробок хочу… — меж тем кручу в руках небольшой револьвер бельгийского производства. Аккуратная такая штучка… и калибр поменьше, чем у моих кольтов. Наган? Похоже… А ствол гранёный… Хм… а есть, однако смысл…

— Это что за револьвер?

— Льежский. Совсем недавно только к нам привезли! Мастера Леона Наганта[1] изделие! Берите, не пожалеете! Калибр — три с половиной линии, патрон мощный, да и работает как часы!

То есть 9-мм? Тоже, между прочим, аргумент…

— Этот тоже беру! Патронов сразу положи — с полсотни. Или больше… а, давай сразу сотню!

Не вопрос — мне тотчас же всё это и упаковывают.

— А скажи-ка, любезный… мастера, что оружие до нужной кондиции доводят, нет ли какого поблизости?

— Ежели вам по ружьям — таковых аж четверо есть. А по таким вот револьверам — двое всего. И живут они не так, чтобы и близко…

— Напиши-ка, братец, мне их адреса! Да, как звать-величать каждого!

И ещё парочку однозарядных пистолетов я там прихватил. Ствол длинный, в руке удобно лежит… Со слов продавца, такое оружие обычно на охоту берут — подранков добирать. А что, патрон мощный, бой резкий — самое то!

— Митрохины мы, — солидно басит мастер. — С полсотни лет ужо энтим делом занимаемся! Всякого видывать приходилось… ан, такого и не упомню вовсе!

Мы сидим рядом около верстака, заваленного всевозможным стреляющим железом. Мастер вертит в руках мой чертёж.

— И зачем надобно устройство сие?

— Точнее с ним револьвер стрелять будет. Ну… я так думаю…

— Ваши деньги — наша работа! — пожимает плечами оружейник. — Однако ж, сомнение у меня в том есть…

— А ты попробуй! Ежели я неправ — то так и быть тому! И… для вот этих пистолетов такое же сделать нужно. Опять же — ежели на рукоятке паз проточить, да вот такую штуку туда присобачить… Навроде приклада оно так выйдет.

— Так куда проще тогда уж старый тромблон[2] для того использовать! Есть у меня один… по случаю достался…

— Так он же кремнёвый! И заряжать его долго!

Словом, просидели мы с ним долго… но заказ у меня мастер всё-таки принял. Хоть нимало, должно быть, тому в душе удивился — и охота же заказчику деньги впустую тратить?

А чуть позже я наведался и к шорнику — этого уже сам отыскал. Проходил по улице — и увидел вывеску. Помимо заказа на плечевую кобуру для вновь приобретённого револьвера, я попросил мастера изготовить ещё кое-что…

Третий день я живу на новой квартире. С хозяевами о приготовлении пищи договорился быстро. Не купеческая кухня… но и не такое в армии, бывало, едал…

Заодно и обнашиваю новую одежду — по моему заказу портной подогнал на меня армейский мундир — все они на один лад скроены… На плечах красуются погоны американской армии — изготовленные по моим описаниям (по памяти рисовал, может, они и не такие сейчас вовсе… но здесь-то кто это знает?). Так что, я уже не заштатный там шпак какой-то — офицер! И хрен там кто меня за самозванца сочтёт — документ есть! Паспорт! Одесским уездным исправником выданный! Иди, обращайся туда, ежели что…

— Да, покупали у нас патроны к подобным револьверам, — листает толстую тетрадь приказчик. — Четверо таковых покупателей всего и было за последнюю неделю. Их благородие поручик Карлин брал — он завсегда по паре пачек покупает. Юнкер какой-то заходил — пачку взял. Да двое штатских патроны покупали…

— И кто ж это такие были?

— А бог их знает… Один из них ещё новый револьвер Наганта прикупил — так уж он ему понравился! Красивый! И патронов к нему сразу сто штук взял.

— Куда доставить, не сказывал?

— Сам всё с собою и унёс. Да! Ещё пару охотничьих пистолетов купил! За мастеров спрашивал — кои оружие чинят… Не иначе, как под себя что-то такое измыслить хотел…

Который день я безвылазно сижу дома — пробую присобачить все изыски оружейного мастера на имеющееся оружие. Проще всего оказалось с охотничьими пистолетами — там проблем было менее всего. Пристяжной приклад встал вообще, как родной, а вот цилиндр глушителя надевался спервоначала туговато — пришлось чуток поработать напильником. Этого добра я тоже прикупил — мало ли… Наконец, он встал, как положено, и я занялся подгонкой кожаных шайб. Резина в это время уже точно была, только вот, где её взять? Попробую сначала кожаные пластинки. Да, эффект будет не настолько хорошим, но… Целый день ушёл на подгонку и обрезку, центровку и всё такое прочее.

Оказалось вполне даже ничего!

Прямо из открытой двери я смог первым же выстрелом попасть в дверь дровяного сарая метрах в двадцати. Звук стал тише и получился каким-то «размазанным». Во всяком случае, теперь далеко не каждый сможет сразу понять — а что тут вообще происходит-то? Да, начинки моего глушителя хватит всего на несколько выстрелов… и что? Долгий бой мне с таким оружием не вести… оно и понадобиться-то, может быть, всего пару раз…

А вот с неизвестным мне ранее наганом я провозился долго. Льеж-то он, конечно, Льеж… но вот работать могли бы и тщательнее! Пришлось некоторые детали дополнительно подшлифовать — зато револьвер заработал совсем по-другому! Несколько смутили патроны с дымным порохом, но…

А с другой стороны — он и нужен-то мне для скоротечного боя на короткой дистанции — тут и таких патронов вполне достаточно будет. Не факт, что я и перезарядить-то его успею…

Спрашивается — а за каким хреном все эти военные приготовления — война, вроде бы, у порога не стоит?

Воля ваша, а лично я в такие вот «совпадения» не особо-то и верю! Чтобы мой разлюбезный купец «совершенно случайно» пригласил бы к себе в гости конкретного заказчика нападения на собственный же обоз… Это мне ещё повезло, что тот меня тогда, на разбойничьем подворье, не видел! А вот слышать от того же Кондрата о пленном американце — мог. Не исключено, что за этим и заявился — посмотреть, так сказать, воочию.

Или… показать?

Сильно я сомневаюсь в том, что человек, способный за нападения и грабежи прилично денег отвалить, сам лично стал бы их разбойникам отвозить. Значит — тот, кого я видел, не более, чем посредник. Важный, не спорю — но, отнюдь не основное действующее лицо. Есть кто-то потолще и поосновательнее. И вот он-то, скорее всего, и захотел меня видеть…

Так?

Хм…

А роль купца тут тогда какая?

Он-то меня видел. И даже прокачал на подлинность — то-то капитан так вовремя в гости заглянул! Черта с два я поверю в то, что он просто мимо проходил! Офицер, неплохо знающий армию далёких Штатов? Говорящий по-английски? И осведомлённый о порядке обращения к военнослужащим именно э т о й армии? Ну-ну… я тоже врать горазд… Порядок наименования подразделений его тоже ни секунды не смутил — знал он это и до меня! А уж про рейнджеров-то он вообще откуда узнал? Но выслушал — и глазом не моргнул!

Интересно, зачем это купцу?

Какая ему, на хрен, разница, кого в землю закапывать — реального американца или голимого самозванца?

Что-то тут не срастается…

— Тут такое дело, Василь Тимофеич… — Рогов переложил из руки в руку папку с бумагами. — Сыскали-таки мои орлы этого самого американца!

— И где ж он?