Эвакуатор 4

— Уходим! — приказал я, бросаясь к Танку, и одновременно ища взглядом току, куда бы мы могли уйти. Но когда мы оказались все вместе, понял, что опоздал. На крышу опустился плотный желто-коричневый туман. Глаза мгновенно заслезились, а к горлу подступила едва сдерживаемая тошнота.

— Газы! — успел выкрикнуть Борис, но я и без него понял, что надо бы натянуть противогаз. Вот только для этого в начале нужно стянуть шлем. Расстегнув все ремешочки. Поднять руку. Господи, как же мне хреново. Ничего не соображаю. Боль накатывала волна за волной, и я не понял, как оказался на полу. Меня рвало дальше, чем я видел, что в плотном оранжевом тумане было не сложно.

Вернула меня в себя острая боль в шее. Дыхание на секунду прервалось, и я почувствовал, как чужие руки натягивают мне на лицо маску. Немного придя в себя, я на мгновение приподнял противогаз, выплюнув кислотно-терпкую отвратительную массу изо рта. Высморкался и кивком поблагодарил стоящего рядом Бориса.

Разведчик как раз вколол иглу в шею нашего Танка, свернувшегося в клубок. Поднявшись на одно колено, я запустил регенерацию, потратил часть энергии, чтобы восстановить просевшее здоровье, и всего за несколько секунд пришел в норму. Хорошо быть одаренным, плохо что для этого надо жрать души врагов, еще хуже — друзей. А учитывая, что с насекомых я не получил ни крупицы силы, либо я выпью зелье, либо придется кусать.

— Ратник, не зевай! — крикнул я, пропитанным электричеством хлыстом отгоняя от товарищей слишком близко подобравшихся тварей.

— Миша потратил слишком много сил, сам не восстановится. — сказал Борис, поднимаясь на одно колено. — Сможешь нас вытащить?

— В таком тумане особо не попрыгаешь. — честно ответил я. И выпустил струю огня, чтобы отгородится от насекомых, но пламя тут же погасло. Как не было. — План с пожаром отпадает, если эта тварь способна гасить огонь — нам ничего не светит.

— Долго мы здесь не продержимся, надо уходить! — скомандовал Борис, взваливая Михаила себе на плечи. — Где шахта лифта помнишь?

— Нет, но у меня есть идея по лучше. Держись! — приказал я, а затем открыл шире окно телепорта, через которое мы расстреляли соседнюю крышу. Пришлось потратить половину оставшегося запаса энергии, но зато мы рухнули на чистый от ядовитого тумана пол. А в следующее мгновение я понял, что мы на крыше не одни.

Ратник и Михаил оказались ближе к противнику, и их обоих снесло молниеносным ударом длинной когтистой лапы. Тварь не произнесла ни звука, бросившись в атаку, и я только и успел, что прыгнуть в сторону телепортом. Но в следующее мгновение враг уже был рядом! Тварь преодолела десять метров в секундном прыжке и уже заносила надо мной свои покрытые крючками лапы-клинки.

Я телепортировался вновь, одним движением извлекая из подпространства плеть. И когда мы оба оказались вдали от товарищей, ударил молнией во все стороны, во вспышке разглядев наконец противника.

Это было насекомое, метров трех в длину. Мощные прыжковые задние лапы были длинней туловища раза в два. Поврежденные надкрылки прикрывали порванные разворачивающиеся как у жука крылышки, а туловище, покрытое толстой хитиновой броней, заканчивалось вытянутой головой богомола со сложными жвалами и двумя парами фасетчатых словно у мухи или стрекозы глаз.

Идеальный хищник — насекомое. Быстрый, прочный, воспринимающий движение в сотни раз быстрее человека, да еще и одаренный способностями!

Все это промелькнуло у меня в голове за долю секунды, и когда я приземлился — уже бил молнией на поражение. Да только враг умудрился каким-то невообразимым кульбитом вывернуться в воздухе и оттолкнувшись задней парой ног отскочить мне за спину. С ужасом я понял, что обернуться уже не успеваю и телепортировался прямо перед собой — не разбирая дороги.

Позади послышался треск столкнувшихся хитиновых лезвий. Я же оказался в воздухе без опоры под ногами, но извернувшись ударил плетью. С ее кончика срывались молнии, поражая все вокруг, и я был уверен, что одно из ответвлений заденет хищника, но тварь лишь взвилась в воздух, а я уже начинал падать.

Пришлось выпрыгнуть на крышу, сменив вектор. Но главное — теперь я видел противника. Телепортировался ему за спину, и чуть не огреб от удара прыжковой лапы. Тварь промазала всего на несколько миллиметров, я даже почувствовал, как воздушная волна ударила по боку. А затем ударил хлыстом, но опять угодил по пустому месту.

Хищник оказался слишком быстр, он не только увернулся от молнии, но и взвившись в воздух окутал крышу густым ядовитым туманом. Только что был тут — и уже нет. Выругавшись, я завертелся, раскручивая над собой хлыст, и в отблесках молнии увидел приближающиеся фигуры. Разряд ударил по ним, но лишь скользнул по голубоватому свечению щита Михаила.

— Нужно уходить, эту тварь нашими обычными методами не возьмешь! — сказал Борис, держащий нашего танка на плече.

— Есть одна идейка. Палыч, твари не страшен огонь, она может все покрывать ядовитым туманом. Но в узких коридорах ей никуда не деться от пуль. Мы идем к вам!

Глава 8

— Бойся! — крикнул Борис, кидая гранату объемного взрыва прямо перед нами. Михаил включил щит, и ударная волна разорвала пелену тумана. Буквально на мгновение, но мне этого хватило чтобы телепортировать группу к двери ведущей на чердак.

Позади раздался скрежет, но, когда я, обернувшись, ударил молнией, противник уже снова отпрыгнул и скрылся в сплошном мареве. Противогаз мешал ориентироваться по звуку, так что бить молнией приходилось во все стороны, просто чтобы обезопасить тыл. Танк одним ударом светящегося кулака выбил дверь и спрыгнул.

— Темно, хоть глаза выколи. — выругался Миша. — Давайте сюда.

— Лови. — ответил Борис, спрыгивая. Послушался глухой стук и тихий мат.

— Чего молчишь, поймал что ли? — усмехнувшись спросил я, и когда в ответ раздалось несколько неуверенных смешков сам спрыгнул вниз. Судя по цокоту когтей над головой — успел как раз вовремя. Тут же отпрыгнул в сторону, утаскивая за собой товарищей, и в открытую дверь влетел поток шипов.

— Они у этой дряни бесконечные? — негодуя спросил Михаил, которому шип пробил штанину, пригвоздив к бетонному полу. Снаряд зацепился крючками и совершенно не хотел вылезать, поэтому пришлось вспарывать штанину с помощью кинжала.

— Мне кажется шипы — это естественное оружие. Такое же, как и отрава. А вот газ — уже способность. Слишком быстро и на большой площади появляется. — прокомментировал Борис, включая фонарик под стволом. — А раз так — он эти шипы может отращивать с помощью регенерации. До бесконечности, пока силы есть.

— Как думаешь, он за нами полезет? — спросил Михаил, держась между нами и открытым входом, чтобы в случае опасности мгновенно прикрыть.

— Надеюсь, что да, тут его расстрелять — раз плюнуть. — ответил Ратник, держащий выход на прицеле.

— Мне кажется нам не о хищнике надо беспокоится, а о рое. Если он продолжает ими управлять — скоро нас зажмут со всех сторон, а потом закидают зомбированными телами. — сказал я, достав из подпространства ружье.

— Кстати, почему-то я не слышу стрекотания крыльев. — заметил Борис. — Тишина, слишком подозрительно.

— Да, в нашем случае она не радует. — мрачнея ответил Михаил. Затем, оглядываясь на открытый выход к крыше выглянул за чердачное окно. — Офигеть, кажется, они все мертвы.

— Да ладно? — не поверив сказал я, и подойдя к узкому окну выглянул наружу.

Пространство между зданиями оказалось устлано телами шершней, покрытыми светящимися в темноте зелеными грибами. Некоторые из насекомых еще пытались двигаться, но лишь перебирали лапками, не в силах сдвинуться с места. Взяв в руки бинокль, я рассмотрел, что грибы своими корнями, пробившимися через брюшки шмелей, уходят в землю.

— Отвратительное зрелище. — поморщившись проговорил я. — Как думаете, для нас эти грибы опасны?

— Не знаю, но на всякий случай лучше выжечь их до пепла. — прокомментировал Борис. — А вот то, что они дохнут меньше чем за полчаса уже внушает надежду. Двигаем к главному зданию, попробуем перехватить тварь до того, как она углубиться в улей.

— Палыч, как у вас дела? — вызвал я старосту поселения.

— Хлопцы, вы уж там как-нибудь сами решите, что делать. — ворча ответил Пал-Палыч. — Мы все как на иголках сидим. Ружья подготовили.

— Это хорошая новость. Слава? — повернулся ко мне Борис. — Сможешь нас телепортировать к главному входу?

— Нет. Придется обойти кладбище стороной. — ответил я, оценив размер зараженной области. — Могу открыть врата прямо к двери, но мне понадобится почти вся оставшаяся энергия. Запасы маны есть?

— Пусто. — ответил Борис, Михаил просто покачал головой, а потом показал вниз. Одна из круглых шляпок грибов надулась словно шарик и лопнул, забрызгав несколько метров спорами и кислотными брызгами. Попавшие на бетонную стену капли вскипели, подняв облачка зеленого дыма.

— Пожалуй рискнем энергией. — решил я, тихо выругавшись. Пытаться обойти минное поле — не слишком хорошая идея. — Готовьтесь, чем быстрее пройдете, тем больше запаса останется на крайний случай.

— Есть у меня предложение. — проговорил Борис, а затем высказал предложение, от которого Михаил даже отступил на полшага.

— Да ну нафиг, я как-нибудь сам дойду. — покачал головой боксер.

— Может сработать. Миша, без твоего поля слишком рискованно. Выручай. — попросил я, и напарник, поворчав развел руками. — Отлично, тогда поехали. Щит. Раз, два…

— Поехали! — крикнули мы все разом и шагнули с крыши, у самой земли я открыл окно и в то же мгновение мы вылетели с у входа в улей. Подлетели, из-за смены вектора движения, и грохнулись на землю. Благодаря защите от Михаила обошлось даже без ушибов, а я потратил лишь десятую часть энергии. Осталось ровно на один нормальный телепорт.

— Палыч, мы входим. — предупредил Борис.

— Стойте, хлопцы! В начале — феромоны. Ведро рядом со входом, под синей пластиковой крышкой. — успел выкрикнуть в рацию староста. Вовремя, ничего не скажешь. Ратник уже держался ручку двери, собираясь ее повернуть.

— Ох, ну и вонища. — проговорил я, обмазываясь желтой жидкостью, чей запах пробивался даже через фильтры противогаза. — Хорошо, хоть не каждый день.

— Это да, тут повезло. — сказал Михаил, щедро намазывая спину Бориса с помощью малярной кисти. Подготовка заняла чуть больше минуты, и вскоре мы оказались в слабо освещенном коридоре, стены которого были покрыты смесью воска и пережеванных в труху материалов. Среди щепок я заметил осколки пластика, мелкие камни и даже стекло. Похоже шершням было совершенно наплевать, из чего строить дом.

— Куда идти? — спросил я, включив фонарь на шлеме.

— Нужно поставить дозорных в каждый из коридоров, ведущих к центру улья. — не дослушав ответ сказал Ратник. — Тварь явно паразитирует на других насекомых, а может и само его тело — тоже захвачено, а главный — паразит. В любом случае, враг не будет сражаться с нами в одиночку и попытается заполучить новых рабов.

— Ох, задали вы нам задачку, хлопцы. — со вздохом произнес Пал Палыч. — Оставайтесь на месте. Я к вам сам выйду, и остальным команды раздам.

Несколько минут мы сидели в темном коридоре, направив стволы в сторону выхода. Где-то совсем рядом копошились шершни, и не мелкие твари, а гигантские насекомые убийцы, проделывающие дыры в бетонных перекрытиях своими челюстями. Староста оказался сообразительным, и шел не только подсвечивая себе дорогу, но и негромко напевая.

— Ойся-ты ойся, ты меня не бойся. — услышали мы бормотание за несколько секунд до того, как мужчина вышел в свет фонарей. — Здоровы будьте, хлопцы.

— Приятно наконец лично познакомится. — произнес разведчик, выйдя вперед. — Борис из глав штаба, позывной Ратник. Мы с вами общались по поводу размещения охранного контингента и оперативной группы. А это Изяслав и Михаил…

— Знакомы уже. — благодушно отмахнулся староста, в своем неизменном плаще до пола. — Идемте, нужно двери перекрыть.

— Сомневаюсь, что тварь их вообще заметит. — усмехнувшись сказал я. — Сталь она вскрывает словно консервные банки.

— Ох-ж пчеломатка. И как вы против нее тогда сражаться будете? — поинтересовался староста, проводя нас по темному коридору. Через минуту блужданий мне показалось что стены сужаются, а когда я развел руки в стороны — понял, не показалось. Слой воска стал толще, превращаясь в несущую конструкцию.

— Если вовремя заметим его приближение — встретим в замкнутом пространстве и расстреляем. То, что на него не действует огонь, еще ничего не значит. У нас достаточно других средств поражения. — сообщил Ратник, не собираясь сдаваться. Я его в этом полностью поддерживал, но, когда проход сузился еще больше — начал беспокоиться о другом. Бегать по такому узкому коридору могли только насекомые и дети — на четвереньках.

— Почти пришли. — успокоив наши опасения сообщил Палыч, а через несколько минут мы протянулись в широкое, слабо освещенное помещение, больше всего напоминающее изнутри гигантскую сферу, в которой копошилось такое количество шершней, что я затруднился их сосчитать. Тысяча? Не знаю, по крайней мере столько же, сколько погибло от заразы хищника.

— Все, хлопцы. Тут мы в безопасности. Парней и девчонок я уже послал. Рации есть не у всех, но дозорные их сигнал увидят. — старейшина показал куда-то вверх, и я поймал в луч фонаря висящую почти в самом центре корзину. В ней сидел ребенок, ну или очень низкорослая девушка в плаще с капюшоном, закрывающим лицо.

— Как вы тут выживаете? — нервно сглотнув спросил Борис.

— Да как, спать ходим в стерильные комнаты. Да только сейчас они остались на той стороне барьера. — Пал Палыч показал на противоположную от нас стену, и я сразу увидел идущую пеленой дымку. За ней виднелись несколько точек яркого света, на фоне которых особенно отчетливо отбрасывались тени.

— О! Это можно использовать! — воодушевленно сказал Борис, разом забыв об опасностях улья. Он подбежал к барьеру и начал привлекать внимание маша руками. — Слава, подсвети меня со спины.

— И что ты хочешь сделать? — удивленно спросил я, но стоило достать из пространственного кармана фонарь по мощнее и включить его на максимум, как Ратник начал действовать. Он складывал причудливые фигуры руками, подставив их под луч фонаря, и вскоре попросил выключить свет.

— Язык жестов. Я его знаю не идеально, но для общения должно хватить. — ответил он на мой немой вопрос. Прошло несколько минут, но в конце концов с той стороны тоже включили прожектор и на барьере появилась довольно четкая тень в виде двух ладоней. — Отлично! Теперь не отвлекай меня.

— Хорошо. — кивнул я, отойдя в сторону. Борис достал блокнот и быстро записывал фразы. После правил то, чего недопонял и попросив включить свет — отвечал. Так же, языком жестов, в стиле театра теней. Забавно, что, даже искажая изображение полностью поменять его смысл не получалось. А благодаря теням разведчики общались не хуже, чем если бы писали друг другу сообщения на бумаге.

— Ну что, какие новости? — спросил я, когда уставший Борис сел на пол, растирая уставшие кисти.

— Из хорошего — авиация все еще в деле. Правда с появлением барьеров ее деятельность сильно ограничена. Вертолеты еще куда ни шло, а вот самолет может просто врезаться в едва различимую стену. — ответил Ратник. — Артиллерия стала почти бесполезна, но и тварям мягко скажем не до нас. К слову, я знаю где тебе взять энергии, рептайды по всем локациям служат кормовой базой.

— Ясно, значит именно из-за этого их не стали принимать в бойцы. Не скажу, что мне жалко черепашек, если их всех сожрут нам только легче станет. — проговорил я, прикидывая наши шансы на выживание. — Что с остальными поселениями? Что с зондами?

— Нормально все. На сколько это возможно в текущей ситуации. На час барьеры пропадают, и радиообмен возобновляется. Так что эфир оживает. Но в целом новости, конечно, не веселые. Похоже старшие бьют квадраты по общей численности и генштаб уже дважды подвергался атакам одаренных. — ответил Борис, принимая из рук старосты металлическую кружку с дымящимся чаем. — Сегодня им повезло, оказалось, что одна из групп — отряд магистра и охотников. Сумели договориться о взаимопомощи. Чем все закончится — не ясно.

— Как они переговаривались? Тоже языком жестов? — на всякий случай спросил я.

— Нет, за вчера они продумали эту проблему так что на каждом посту лежала камера и светодиодная лампа с программируемым блоком. — ответил Борис. — В общем набираешь сообщение, светодиоды мигают с определенной частотой — данные передаются. Человеческому взгляду такое почти не различить, но там и не надо. Главное работает.

— Ребят! — позвал Михаил. — Отвлекитесь от разговора. Какая-то фигня происходит.

— Что еще? — спросил я, тут же телепортировавшись к товарищу. В свете его фонаря я заметил, как шершни ползают по внутренней части улья. Ползают крайне медленно, с каждой секундой будто засыпая на ходу. Нахмурившись, я врубил фонарь на полную и провел лучом по корзине, подвешенной к потолку — часовой спал.

— Подъем! Одеть противогазы! — выкрикнул я, прыгая обратно к Борису, но тот уже спал там, где сидел — зажав кружку в руках. Палыч обнаружился тут же — в паре шагов. Дальше уйти не смог. Мы с Мишей до сих пор были в масках, и, возможно, именно это спасло нас. А может то, что мы были одаренными и часть маны тратилась на нейтрализацию снотворного.

— Поздно. Черт. — оглянувшись я увидел, как Танк отступает к центру комнаты. — Что-то увидел? Откуда они начали засыпать?

— Нет, не понял. Вроде нет центра. — ответил Михаил, достав автомат и водя стволом из стороны в сторону. — Слава, если эта дрянь сейчас облако запустит, мы всех потеряем. Яд просто убьет всех в комнате.

— Знаю. Я попробую его выкурить. — прикинув количество потенциальных жертв сказал я. — Попробуй прикрыть выживших щитом. Сейчас будет жарко.

— Понял. Сделаю. — не споря кивнул Танк и бросился к сидящим и лежащим поселенцам. Я же телепортировался в наблюдательную корзину. Ставить на кон жизни людей, не в силах вытащить их в безопасное место, я не хотел. Но сейчас не та ситуация, когда можно выбирать. Так что, телепортировав вниз дозорного я дождался пока внизу засияет голубоватый купол щита, а затем, широко расставив руки, ударил молнией во все стороны.

Получившаяся тесла-лама забегала по стенам, жалила уснувших шершней, приводя их в чувство, и отражалась от барьера. Безумие из вспышек света и стрекотания молний длилось несколько секунд, а затем из входа ближе к вершине купола повалил густой оранжевый туман.

Понимая, что это мой единственный шанс я телепортировался выше и уцепившись за трос левой рукой, достал правой РГ-6. Гном чихнул, выплевывая осколочную гранату, но я не дожидаясь результата выпустил одна за другой весь барабан. Туман пошел рябью от многократно отраженных стенами ударных волн, и я увидел движение в темноте коридора.

— Только бы прямая. — взмолился я, достав тубус «шмеля». Удерживать портативный огнемет вися на веревке, одной рукой, задача нетривиальная, но сейчас ни о какой точности речи не шло — главное попасть в полуметровый выход с двадцати шагов. Удерживая коленями тубус, я снял предохранитель и тут же выстрелил.

Жахнуло так, что меня вместе с корзиной откинуло назад. Не выдержавшие такого давления соты разлетелись мелкими осколками, часть их оплавилась и потекла. Тела шершней градом осыпались вниз. Но среди серых мохнатых тушек я заметил коричневое покрытое крючковатыми шипами туловище хищника.

Только приземлившись он прыгнул в сторону, уходя от возможной атаки, но на свою беду, оказался слишком близко к Михаилу. Танк не стал медлить и прикрывшись щитом со всей силы ударил окутанным голубым сиянием кулаком по твари. Попал удачно — как раз по задней прыжковой лапе, так что враг отлетел в сторону.

Хищник раскрыл крылья в попытке улететь, но я уже рухнул ему на спину. Ударил наверняка — кинжалом отсекая голову. Тело твари выгнулось, сворачиваясь в покрытый шипами шар, и я едва успел уйти телепортом в сторону. Но радоваться оказалось некогда, уже через мгновение уродец вновь был на шести задних лапах, щелкая отросшими жвалами.

— В грудь целься! Голова у них не главный орган! — послышался окрик Пал-Палыча, неведомым образом пришедшего в себя. А через мгновение оглушительно загрохотал крупнокалиберный пулемет Ратника. Хищника отбросило к стене, в клочья разрывая толстый хитиновый панцирь.

Монстр прыгнул, но криво, не попав в намеченный коридор, а когда начал, перебирая лапами вползать внутрь я уже был рядом. Не став жадничать, я грохнул в упор зажигательным алхимическим патроном и тварь покрылась быстро пожирающим все зеленым пламенем. Постаралась покрыть себя ядовитым желтым туманом, но этому пламени кислород оказался не нужен.

Хищник прополз еще чуть дальше, но я всадил в него еще три патрона — огонь, молния и снова огонь. Насекомое разевало жвала в беззвучном крике. Его хитиновая броня лопалась, а из-под разошедшихся пластин лезли пузыри вскипевших внутренностей. Почти минуту тварь мучалась, пока не издохла свернувшись калачиком.

— Все, кончилась. — выдохнул я, зажав кнопку рации.

— Жемчужина на поверхность вышла? — вовремя спросил Борис. Вместо ответа я наскоро поменял магазин и снова взял тварь на мушку. Как раз вовремя, чтобы поймать момент перерождения, и всадить ей новую порцию огненных патронов в грудь. Процедуру эту пришлось повторять трижды, пока от монстра не осталась только гора пепла.

— Вот теперь точно все. — выдохнул я, глядя на проступавшую золотую жемчужину. Интересно, что это? Ядовитое облако, усыпление или заражение? Поколебавшись секунду, я решил, что заслужил новую способность и прикоснулся к светящемуся шарику. Интерфейс мигнул, но я не успел рассмотреть новую иконку.

— Слава! Тревога, Красный не отвечает! — крикнул Борис, а в следующее мгновение я уже телепортировался на установленную точку — в новое поселение выживших из метро. В квартире, где мы общались с Кристи и Сергеем на полу валялся командир подразделения генштаба с выпученными глазами и посиневшей кожей. Шлем валялся рядом, а на его шее я заметил два продолговатых следа от клыков.

Глава 9

— Держись, боец. — пробормотал я, вливая в рот спецназовца красный бутылек. Не помогло. Тогда, дернув за трос экстренного сброса, я откинул в сторону бронежилет и разорвав китель ударил молнией в грудь. Тело выгнулось дугой, послышался едва слышимый бульк и Красный наконец проглотил эликсир.

— Живой. — с облегчением произнес я, но расслабляться не стал. — Эй! Приди в себя! Где все? Командир? Кто на тебя напал?

Ответа не последовало, но он хотя бы остался жив. Уложив бойца на пол, я прыгнул к распахнутой настежь двери. Главный вопрос — вверх или вниз? Дозор должен оставаться на крыше, и раз они не выходят на связь — значит тоже могут оказаться под ударом. В начале спасение своих — потом преследование.

В несколько прыжков я оказался у двери чердака, и забираясь выше мельком отметил, что все стены и пол в выбоинах от выстрелов — здесь шел отчаянный бой. Гильзы валялись кучками в тех местах, где стояли бойцы. Судя по следам — трое нападавших. Сколько оборонялось я не знал, и просто прыгнул в выбитый люк.

Луч фонаря выхватил из темноты растерзанное тело одного из солдат — он лежал в луже крови, до сих пор сжимая в окоченевших пальцах автомат с зажатым спуском. Выругавшись, я закрыл парню глаза. Кровь еще не засохла, есть шанс что остальные живы. Обнадеживая себя таким образом, я выбрался на крышу, и тут же спрятался обратно.