Просто скажи «спасибо»

– Не могу, ― сквозь слезы ― надеюсь, их скроют капли воды ― я закрыла глаза, скользя ладонями по гладкой коже на широкой спине.

Горячее дыхание на губах, оттолкнуть, убежать… подаюсь вперед, встречая его губы на полпути. Робко, нежно, до слез, до дрожи в ногах.

– Теперь точно прибью, ― прошептала я, падая в глубину его глаз.

Улыбаясь, он смывал с моего лица косметику.

– Знаю, что тебе плохо, но не могу не радоваться твоей молчаливости и покорности.

– Еще немного, и я дойду до пыток.

– Надеюсь, пытать будешь ласково и страстно? ― Игорь выгнул бровь, намыливая свои ладони.

– Ты даже не представляешь, насколько. Мои ласки тебе потом будут сниться в кошмарах. Даже не думай! ― я шлепнула его ладонью по протянутым рукам, эт чего он, всерьез решил меня мыть?!

– Совсем кукушка поехала!

– Поздно, ты уже попалась!

Мыл он меня долго и с чувством. Да я такой чистой никогда не была, чистой и возбужденной! В пене было абсолютно все: я, кабинка и, конечно же, сам Игорь. Все мои вялые попытки сопротивления вызывали в нем лишь еще больший азарт. В какой-то момент он пригрозил мне снятием всего белья, а я, если честно, была уже и сама не против. Вот только обида и природная вредность не давали кинуться ему на шею со словами «берите меня, я вся ваша!»

– Осталось еще немного, ― припер он меня к стенке своим телом. У меня аж дыхание сбилось! Нет, я, конечно, все понимаю, он мужчина, и все такое. Обычная реакция тела, но зачем же так явно упираться мне этой самой реакцией в живот?! Еще немного, и я начну рыдать, а это парнокопытное животное, сияя, словно лампочка, и пожирая мою грудь глазами, медленно скользил по моему телу вниз. Горячее дыхание на моем животе, руки скользящие по ногам, намыливающие каждый пальчик. Рыдания? Это фигня, дайте мне луну, буду выть от души!

– Рогатый, еще сантиметром выше и ты подвергнешься кастрации, ― собственный голос звучал непривычно хрипло и, судя по его глазам, он понимал все без слов. ― Возьму самый тупой нож, и никакой анестезии.

Думаете, он испугался? Да вот ни грамма! Этот недобог так же плавно заскользил своим телом вверх. Потерся щекой о грудь, прочертил носом дорожку по шее, выдохнул в губы и на всю мощность включил воду, холодную!

Всю мою хворь как рукой сняло, вернее, ее вытеснила злость, ну и без ледяной воды не обошлось. Клацая зубами, я вылетела из кабинки и, схватив единственное полотенце, с гордо задранной головой вышла из ванной комнаты.

Аккуратно прикрыла дверь и-и-и, да это просто судьба! Видать, квартирка старенькая, хоть и с приличным ремонтом, и двери добротные, из настоящего дерева, не то, что сейчас ― кусочек фанерки. Понеслась со всех ног разыскивать кухню, порывшись по ящичкам, нашла искомое, и даже более того! Нашелся даже скотч, великое изобретение и просто незаменимая вещь. Обратно уже кралась, осмотрелась, еще не вышел, вот точно, судьба!

Нехитрые манипуляции, скалка, скотч для верности и прочности. Я замерла, прислушиваясь к звукам. Дверь несколько раз дернулась, но скалка не поддалась, а я, не удержавшись, изобразила злодейский смех.

– Лисенок, я же когда-нибудь выйду, а когда выйду, буду мстить.

– Ключевое слово «когда-нибудь», и будет это уже после того, как я слиняю из квартиры, ― позвенела я ключами.

– Пойдешь как есть, или обмотаешься простыней? ― послышался его голос с ленивыми нотками. Сразу ясно, издевается.

Я пробежалась по квартире. Спальня: кровать, пустые тумбочки, пустой шкаф, шторы, ковер. Зал: диван, телевизор, маленький столик, шторы. Кухня: здесь все было как надо, вот только опять никакой одежды. Коридор: пустая вешалка, пустой коврик, пустая тумбочка для обуви.

Он что, свою обувь и одежду утащил в ванную? Раздевался вроде в спальне. Побежала обратно, и… все-таки утащил с собой! Вернулась в зал, на столике лежали наши сотовые. Обрадовалась им как родным, цапнула лапками и завыла в голос, пароли на обоих! Вот ведь гад предусмотрительный, найду сообщника ― прикопаю их рядышком. Сопоставила факты, Миша, ты уже не жилец!

Вернулась в спальню, стянула простыню, обмоталась. Мозги у меня пока что еще есть, и на улицу в таком виде я не пойду, вот если бы маньяк, а я бы удирала, да хоть в одном нижнем белье! Кинула взгляд на скалку: скотч разболтался, еще пара десятков ударов, и из ванной вылетит уже настоящий Арес, богом войны я прозвала его не просто так. Поморщилась: видеть его в гневе мне не очень улыбалось, но отказать себе в удовольствии я не смогла.

– Чао, милый! ― прокричала я затихшему Игорю и, прошлепав до входной двери, как можно сильнее ей хлопнула, оставив ключи болтаться в замке. На цыпочках вернулась в спальню и под грохот ударов спокойненько забралась в шкаф, аккуратно прикрыв за собой дверцы. Телефоны кинула под диванную подушку, а то неудобно получится, если они зазвонят в самый неподходящий момент, Арес меня тогда в этом шкафу и заколотит гвоздями. А так оставалась надежда, что он сразу же помчится искать меня, благополучно забыв про телефоны, ну или же просто их не найдет.

Ждать пришлось еще минут десять, может быть, и меньше. Дверь, не выдержав ударов, с треском вылетела, издав глухой звук при падении, значит, скалка все же выдержала. Ну да, куда нам дергать ручку на себя, проще выбить дверь в обратную сторону.

Топот ног, сам-то, зараза, в туфлях! Маты раздавались такие, что я прям заслушалась, даже парочку слов попыталась запомнить. Дверной грохот был просто оглушительным, создавалось ощущение, что он высадил и вторую дверь. Для верности я просидела еще несколько минут и только потом, прокравшись к дверям, несказанно обрадовалась торчащим из замка ключам. Несколько щелчков и я, довольная собой, пошла колдовать над телефонами.

«Срочно! Бери подружек Лисенка и мотайте на квартиру», бубнила я себе под нос, тыкая пальцем в экран сотового Игоря. Задумалась, писать «на нашу квартиру» или оставить как есть? Лучше оставлю как есть, очень возможно, квартира не их, а его, ну или другого его. «Делай что хочешь, но из квартиры ни ногой, пока я не отзвонюсь. Подробности позже». Перечитала, вроде бы похоже на то, что писал Игорь. Выбрать контакт, Олег, отправить. Теперь остается надеяться, что Олег не с Игорем, иначе я крупно попала.

Печально, но после трех минут раздумий, оказалось, что звонить и просить о помощи мне некого. Олег не вариант, подруги тоже сразу же сдадут, Миша… а с ним вообще отдельная история, предатель! Станислав Сергеевич обмотает меня подарочной лентой, прилепит красивый бант и торжественно преподнесет мое тельце Игорю. Создавалось ощущение, что меня, бедную и несчастную, окружают одни предатели, а за моей спиной то и дело плетутся заговоры и интриги.

Телефон зазвонил сам, не мой, Игоря. На дисплее высветилась улыбчивая моська Олега. Колебалась не долго, времени вагон, да и скучно мне одной.

– Аллоу, ― поднесла я телефон к уху, удобно развалившись на диване.

– Святка? ― немного опешил абонент на том конце.

– Привет, ― жизнерадостно пропищала я в трубку. ― Игорь только что ушел в ванную, собирался принять душ. И вообще, тебе крупно повезло, что ты дозвонился. Мне как раз было дано задание выключить к чертовой матери эти телефоны, ― последние слова пробасила на манер Игоря.

– Что-то случилось?

– Аха, ну ты понимаешь, решили устроить себе маленький отпуск, а нам покоя не дают, ― тяжело вздохнула я в трубку.

– Передай Игорю, что я выполню его просьбу, ― серьезно проговорил он в трубку.

– Аммм, хорошо, надеюсь, он поймет, о чем ты, ― добавила я в голос непонимание.

– Поймет, а теперь отключай телефон, и идите шалить, детишки, ― заржал он в трубку.

– Оу! Да в тебе, как я посмотрю, уже проснулся отцовский инстинкт, смотри, как бы твое подсознание не сыграло с тобой злую шутку и ненароком не настрогало тебе детишек, ― не удержалась я от шпильки.

– Встретимся, прибью за такие шутки.

– Аха, через пару дней, обязательно нанесу тебе визит вежливости, вот только на похороны схожу, и сразу к тебе! Все, давай, бог войны требует моего внимания, ― отключилась я, как нельзя довольная собой. Значит, не вместе. Поздравляю, Олег, ты крупно попал! Несколько дней в компании моих подруг и нервный тик тебе обеспечен. На секунду стало его немного жаль, а я потом вспомнила все его язвительные комментарии и решила, что все-таки заслужил!

Улыбаясь и потирая ручки, я отправилась на кухню, существенно опустошив запасы и решив, что предателя больше кормить не буду. И загрустила. Впрочем, ненадолго, решила провести время с пользой и завалилась спать. Предварительно стерла сообщение, выключила и спрятала телефоны. Вот высплюсь, а потом уже буду решать, как и в чем выбираться из этой квартиры.

Глава 6

Игорь

Последняя неделя была адской, и в ближайшее время вряд ли что-то изменится. Послать бы все к черту, да укатить куда подальше. Взгляд то и дело возвращался к хрупкой фигурке, что, свернувшись в клубок, ни о чем не подозревая, спокойным сном спала на кровати. А я понял: буду ползать и рыть носом землю, сделаю все и даже больше, чтобы она продолжала жить, ни о чем не зная, даже не подозревая.

Адреналин все еще носился по венам и части меня, хотелось как следует встряхнуть эту вздорную девчонку. Вот только она ведь ничего не поймет, для нее это была просто шутка. Как же я радовался, что она не вышла из квартиры, не побежала к себе домой. Содрогнулся, вспомнив, что ее там поджидало, и тут пришло озарение. Она ведь и не думала убегать, значит, простит, во всяком случае, очень этого хочет, но сначала, знатно потреплет мне нервы. Хотела бы убежать, ее бы никто и ничто не остановило, выходит, меня она не боится.

Рубашка полетела прямо на пол, вид стройных, обнаженных ног, не добавлял мне спокойствия. Вот только уже не злость бурлила в моем теле. Моя маленькая, милая девочка, и ведь ждала… Я почувствовал себя самой последней скотиной, правильно она называла меня парнокопытным. Вот только рогатым быть не хочется. Понимал, моя, не отпущу, не давало покоя лишь ее обещание сделать меня рогатым. Надеюсь, так далеко она не зайдет.

– Рогатый, ты такой парнокопытный, ― раздался ее сонный голос. ― Это уже какое-то проклятие, открывать глаза и лицезреть твою морду лица.

– Уже рогатый? ― не смог удержаться, хотел слышать ее отрицательный ответ.

– Рогатый, рогатый. ― подтвердила она прикрыв глаза. ― Не в том смысле, как хотелось бы, а в том, что ты как черт из табакерки, появляешься в самые неожиданные моменты и фиг тебя разберешь, как, куда, откуда и каким образом. На кошку похож, ― добавила она, добив меня окончательно, ― та тоже везде пролезет.

– На кота, ― поправил я ее ложась рядышком на кровать.

– Угу. Такой же наглый. Брысь блохастый, ― вяло махнула она рукой.

Какая же она еще девочка, сама, как сонный котенок, не понимает, что дразнит, кого во мне будит. И вряд ли оценит мою страсть. И ведь не боится, поганка мелкая. А если она все понимает? Если специально?

– Лисенок, иди ко мне.

– Сгинь северный, ― сонно отмахнулась мелкая, перевернувшись на другой бок. ― Сейчас досплю и пойду домой. Сегодня к маме надо.

Придвинулся ближе. Вот как ее удержать, как объяснить, что к маме ей как раз и не стоит идти, а домой вообще нельзя? И как мне не сорваться за эти несколько дней?

*      *      *

Святослава

– Лисё-ён, а ты почему не сбежала? ― раздался хриплый голос над ухом.

– Спать хотелось, ― буркнула я и, прикрыв глаза, наслаждалась его дыханием, что невесомым перышком ласкало мне шею.

– Значит, ждала, ― и столько уверенности в голосе. Ну да, допустим, ждала, вот только фиг я ему признаюсь.

– Помечтал и ладно. ― перевернулась я на спину. ― Слышь, рогатый, те что, места мало? Вот точно кот, пустишь его в кровать, так он обязательно уляжется на твою подушку.

– Все язвишь, и совсем меня не боишься, ― расползлась улыбка по его наклоняющейся ко мне моське.

– А что тебя бояться? Ты это, отодвинулся бы малость, а то как-то тебя слишком много, ― уперлась ладонями в его грудь. Зря, ох зря я это сделала. Мало того, что саму прилично тряхнуло, так и в его глазах зажегся недобрый огонек.

– Значит, не боишься, ― резко перевернулся он, придавив меня своим телом, ― и ведь неглупая, а вздумала играть с огнем. Одного понять не могу, реально не понимаешь, или понимаешь и нарываешься?

– Нарываюсь на что? ― да, я его дразнила, понимала ли я, что делаю? Наверное, нет, поэтому и дразнила, чтобы понять, чтобы почувствовать.

– Понимаешь, ― выдохнул он мне в шею, раздвигая мои ноги своим коленом, ― не надо, не бойся, я ведь не обижу и не настаиваю ни на чем. Вижу, как ты смотришь, боишься, но любопытство берет верх.

– Рогатый, а ты еще и болтливый. Слезь с меня, а? Мне уже к маме пора, ― трепыхнулась я под ним и замерла с округлившимися глазами. А этот гад еще и посмеивается, а в глазах такое, что хочется убежать, или, наоборот, остаться?

– Трусишка, ― прижался он ко мне бедрами еще сильнее ― уже большая девочка, но со своим желанием сбежать от меня так ничего и не можешь сделать.

– Вот еще, ― фыркнула, осознавая его правоту, ― не слишком ли ты о себе высокого мнения?

– А давай проверим? ― сверкнули его глаза.

Вот лучше бы молчала, чесс-слово! Ну откуда ж я знала, что он решит проверять ТАКИМ способом! Рывок, и простынь полетела белым облаком куда-то ему за спину. А я замерла испуганным кроликом. Губы на губах, толчки его бедер. Грубая ткань его брюк натирала кожу, но убейте меня на месте, мне это нравилось, нет, я просто тихо млела и задыхалась под его телом. Царапая кожу на спине, зарываясь руками в его волосы.

– Столько страсти, ― шепот, ласкающий грудь.

– Ты труп, ― я прижала его голову сильнее.

– Я еще даже ничего не сделал, ― Игорь потянулся ко второй груди.

– Издеваешься? ― я выгнулась навстречу его губам.

– Ну что ты, только начал, ― скользнул вниз по телу.

– Замри! ― цепляюсь руками за его волосы, пытаясь остановить.

– Не в этот раз, ― целует живот.

– Прибью! ― я сдалась под натиском его губ.

– Повторяешься, ― он продолжил свою пытку.

– О боже! ― перестала сопротивляться.

– Всего лишь я, ― усилил напор губ.

– Пожалуйста! ― тело натягивается струной.

– Все, что захочешь.

– Игорь!!! Изверг… ― получился лишь приглушенный шепот. Тело парило, словно в невесомости, сильные руки прижимали меня к теплой груди, поглаживали по спине, и хотелось самой мурлыкать словно кошка, да и прогибаться в спине от каждого поглаживания.

– Всегда к твоим услугам, ― и голос такой довольный-довольный, уверена, если посмотреть на его моську, сразу станет ясно: кот обожрался сметаны.

– Увольте от таких экспериментов над моим бедненьким тельцем, ― не признаваться же ему, в самом деле, что опыт прошел настолько удачно, что испытуемый сейчас готов на все и даже больше! Желает принимать в опытах активное участие!

– Язва.

– Какая есть, ― я прижалась к его груди, задумавшись о том, что произошедшее только что еще ничего не значит, и я по-прежнему на него зла. Ведь зла же?

– Другой мне и не надо.

– Лисён, сделай что-нибудь пожрать, а? ― он умоляюще посмотрел на меня своими голубыми глазищами. И улыбка такая на миллион. Ждет, что растекусь лужицей по кровати. И не то, чтобы не хотелось, но в данной ситуации мне нужна была определенная выгода.

– Одежду вернешь? ― прищурившись, я выдвинула свои условия. В ответ получила отрицательное качание головой. Прикрыла глаза, типа меня тут вообще нет. Вот ни разу не сомневалась в его отказе.

– Пожалей несчастного бога войны, не дай умереть голодной смертью. Вдруг война, а я голодный и уставший?! ― паясничать он начал не хуже своего братца. И обморок голодный изобразил, и глазки свои бесстыжие закатил.

– Лалетин, жил же ты как-то без моей заботы…, ― замолчала, прикидывая, сколько же ему сейчас.

– Тридцать, ― подсказал он, ложась на бок и подпирая рукой голову.

– Во-от! ― подняла я указательный палец. ― Целых тридцать лет прожил без моей заботы. Я в тебя верю! А на войну тебя лучше отправлять голодным, злее будешь.

– Злая ты, ― легко поднялся он с кровати, поигрывая мышцами на спине. А я откровенно пожирала его взглядом, а что, нет же у него глаз на затылке, можно позволить себе небольшие вольности. Светлые, изрядно помятые брюки низко сидели на бедрах и обтягивали довольно аппетитный зад, а выше… держите меня кто-нибудь! Широкие плечи, соблазнительно загоревшая кожа, мышцы перекатываются при каждом движении, и все мое! Мням. Как не закапала слюнями подушку, не представляю.

А этот гад парнокопытный резко обернувшись, застал меня на месте преступления и нагло подмигнул, растянув губы в донельзя довольной улыбке. А я вдруг залилась краской смущения.

– Вот не будешь кормить своего мужчину, похудею, и смотреть будет не на что, ― он развернулся ко мне всем телом, предоставляя прекрасный обзор на свою рельефную грудь, слегка заметные кубики пресса и расстегнутую пуговицу на брюках.

– Вот как будет у меня мой мужчина, так обязательно буду его кормить, ― не удержавшись огрызнулась я в ответ, сам виноват, нечего было меня смущать.