Академия хаоса. Искушение огнем

— Император его не подпишет.

— Смотря сколько я заплачу. Тиберлоны — богатый род. Про Арнеллу сейчас болтают всякое, а я дал ей слово, и хоть наши дети не будут магами…

— Кевин, — перебил его Родерик и помолчал, подбирая слова. — Давай начистоту. Ты сейчас на волосок от медленной, жестокой и мучительной смерти. Понимаешь?

В глазах парня мелькнул испуг.

— Я не просто переспал с твоей невестой, — добавил Родерик. — Она теперь моя невеста. И если ты хоть пальцем ее тронешь…

— Мастер Адалхард, я же не за этим пришел, — пробормотал Кевин.

— Так за чем?

— Я думал, может, вы прикажете мне жениться на ней. Тогда я бы… Ведь вы жизнь мне спасли. Вы же это ради нас всех, кто в патруле, на третьем посту…

— Да плевать я на тебя хотел! — рыкнул Родерик. — Проваливай, Кевин! И остальным передай. Если кто-то обидит Арнеллу Алетт, будет иметь дело со мной. Если кто-то скажет о ней плохо, будет иметь дело со мной. Если кто-то хотя бы косо посмотрит на нее, и я об этом узнаю…

— Я понял, мастер Адалхард, — выпалил он, кивая и пятясь. — Простите. Все передам. У вас тут…

Он указал пальцем себе в глаз, еще больше попятился, а потом развернулся и побежал прочь.

Родерик поморгал, прогоняя пламя, застившее глаза, и, войдя в дом, захлопнул за собой дверь.

* * *

Наверное, меня подкосила кровать — такая широкая, что спать на ней самой было бы одиноко. А может, букет алых роз, такой пышный и огромный, что пузатая ваза, казалось, вот-вот треснет. Или же последней каплей стал вид из окна прямо на дом Родерика.

К счастью, Николас не стал долго упираться, и теперь из окон моей спальни виднелась кривая сосна на фоне далеких гор. Кровать была узкой и жесткой, но я отлично выспалась, а в шкафу висела моя форма да несколько платьев, и никаких шелковых халатиков и прочих вещей, которые кричали бы о том, что я «девочка ректора». За последнюю неделю я услышала это прозвище десятки, если не сотни раз. А Миранда каждый день спрашивала, не собираюсь ли я сорваться.

Я не собиралась. Но и до душевного спокойствия мне было далеко.

Иногда мне казалось, что я не права, и лучшим выходом будет замужество, как и подсказывала Миранда. Но стоило представить, как я покорно киваю и иду под венец с Родериком, как все во мне возмущенно вспыхивало от гнева.

Я не хотела. Так. И еще дети, о которых он говорил как о само собой разумеющемся. Я не готова была стать матерью, это пугало меня. И когда поняла, что не беременна, то испытала одно лишь облегчение.

— Из меня бы получилась отвратительная мать, — сказала я Миранде.

— Я так не думаю, — ответила она. — Но нам и правда рано. Себя бы воспитать сначала.

— Миранда Корвена, — комендант выдала ей пилюлю, которую подруга проглотила, не скривившись, и запила стаканом воды. — Поздравляю, теперь ты на год забудешь о женских периодах и опасности залететь.

— Прекрасно, — сказала она.

— Арнелла Алетт, — произнесла комендант и стрельнула в меня любопытным взглядом. — Уверена, что тебе это нужно? Прислушайся к доброму совету: лучший способ привязать к себе мужчину, особенно если он того не хочет, это…

Я забрала у нее пилюлю и выпила воду одним махом.

Он того не хочет? Видимо, не одна она так думает. Эту неделю я почти не видела Родерика, который постоянно мотался от академии к Стене, но все же нашел время, чтобы съездить к императору за разрешением на брак, согласия на который я не давала. Значит, хочет быть со мной? Или просто чувствует себя обязанным сделать это? Но еще Родерик обставил дом для меня, и там было очень мило. И те слова вчера: он вернул огонь, потому что просто хотел быть со мной…

Я совсем запуталась. Наверное, мне просто надо время, чтобы разобраться, а потом уже принимать какие-то решения.

— О чем задумалась? — спросила Миранда, пока мы шли к академии.

— Родерик приходил, — вздохнула я. — Он ездил к императору за разрешением на брак, но тот не подписал его. Пока я учусь в академии, он не может меня заставить.

— Это неправда, — сказала она. — Император обладает абсолютной властью и может заставить кого угодно. Меня вот никто не спрашивал, хочу ли я замуж за Родерика.

— Меня, знаешь ли, тоже. Вернее, я сказала «нет», а он все равно поехал за этой бумажкой. Такое чувство, что он моя вторая мама. Те же приемчики.

— Она придет сегодня?

— Наверняка.

Это был еще один животрепещущий вопрос. Мама атаковала меня с упорством дятла, долбящего дерево. Мастер Адалхард предложил обращаться к нему со всеми вопросами. Может, попросить его запретить моей маме появляться на территории академии?

— А, точно, вот и она, — кивнула Миранда, щурясь. — Нарядная какая сегодня.

— Арнелла, солнышко мое! — мама шла ко мне, раскинув руки для объятий.

Каждый раз вот так, как будто ничего не случилось. На ней было желтое платье, расшитое красным кружевом, в золотистых кудрях появились крашеные рыжие прядки.

Я увернулась от объятий, но мама вцепилась в мою руку и пошла рядом.

— Волнуешься? — заговорщицким шепотом спросила она. — Сегодня важный день! От того, какой у вас уровень магии, зависит дальнейшая программа обучения.

— А еще стипендия, — ответила я. — Ты поэтому приехала? Боишься, что я перестану давать тебе деньги?

— Арнелла! Что ты такое говоришь? — возмутилась мама. — Я бы не стала оскорблять тебя такими мыслями! Ты хорошая девочка и, конечно же, позаботишься о своей матери. Я уверена, что у тебя очень высокий уровень. Может быть, ты даже мастер хаоса? О, это было бы…

— Очень много денег? — продолжила я. — Мама, я уже столько раз просила тебя не приезжать…

— Солнышко мое, у тебя были каникулы, но теперь впереди учеба, и я не буду мешать.

Я с облегчением выдохнула.

— Тем более у меня появились и свои дела, — заговорщицким тоном добавила она.

— Помирилась с Энцо?

Мама небрежно отмахнулась. На ее руке больше не было кольца с блестящим камнем, хотя вряд ли она вернула его несостоявшемуся жениху.

— Энцо — это отец Эммета? — уточнила Миранда.

— Да.

— Энцо — прошлый день, — усмехнулась мама многозначительно. — Арнелла, угадай, куда я еду сегодня?

— Возвращаешься в наш дом на юге? — с надеждой спросила я.

Мама рассмеялась и покачала головой, так что ее локоны рассыпались по плечам. Отчего-то рыжие прядки в них меня настораживали. И это яркое, точно всполохи огня, платье…

— Я получила приглашение от самого императора! — восторженно пропищала мама и остановилась, дожидаясь нашей реакции.

— Студенты, не задерживайтесь, — потребовала Марлиза, появившаяся на ступеньках академии. — Уже все готово.

— Мама, — я развернулась к ней. — Пожалуйста, не лезь в мою жизнь. Пожалуйста, не делай ничего такого, за что я буду тебя ненавидеть.

— Ты не можешь ненавидеть собственную мать, — возразила она.

— Я бы поспорила, — протянула Миранда.

— Давай поговорим, — согласилась я. — После определения уровня магии.

— Что император вообще хочет от вас? — нахмурилась Миранда.

— Я — мать огня, — пожала она плечиками и расправила кружева на декольте. — Естественно, что он заинтересовался… Так что, солнышко, сама понимаешь: Энцо больше не мой уровень…

— Подожди меня здесь, — сказала я, шагнув на ступеньку.

Мама помахала мне ручкой, затянутой в кружевную перчатку, и я пошла в академию, полная самых дурных предчувствий.

— Да ладно, — попыталась успокоить меня Миранда. — Если император отказал самому Адалхарду… Вот и он, кстати.

Я быстро обернулась и увидела Родерика, который шел к академии от парка. Мама, заметив мой взгляд, посмотрела в том же направлении, подобрала юбки и решительно пошла навстречу ректору.

— О да, — протянула Миранда. — Вот я ему сейчас не завидую… Давай посмотрим.

— Девушки! — гневно поторопила нас Марлиза. — Не заставляйте себя ждать.

Я еще раз обернулась, уже у самого входа.

Мама стояла на цыпочках и что-то гневно шипела прямо Родерику в лицо, тыча пальцем ему в грудь. Он казался мрачным, но невозмутимо спокойным, а потом вдруг глянул на меня и улыбнулся.

Засмущавшись неизвестно чего, я быстро пошла за Мирандой и закрыла за собой дверь.

— Все в сборе, — Марлиза быстро пересчитала нас по головам, как баранов. — Все шестеро здесь, мастер Изергаст.

— Прекрасно, — одобрил некромант, весь в черном и слегка подсвеченный зеленоватым сиянием. — Итак, зародыши магов, сейчас мы узнаем, на что вы способны.

Глава 2. Мастер хаоса

Повинуясь короткому движению ладони мастера Изергаста, все узкие окна закрылись ставнями, отсекшими дневной свет, и в академии стало непривычно темно, хотя двойная спираль горящих свечей все так же вилась к самому потолку. Тут собрались почти все преподаватели, студенты старших курсов, среди которых я заметила стриженую макушку Эммета, и, конечно, мы, зародыши магов, прошедшие Лабиринт и получившие свою стихию.

Всего шесть человек, точно шесть лучей звезды: мы с Мирандой, Джаф, Николас, Эрт и Фирьен. Мы непроизвольно держались ближе друг к другу, и мне отчего-то было страшно.

— Не бойтесь, — успокоил Изергаст. — Это не больно.

— Про Лабиринт тоже говорили, мол, стерильный хаос, — напомнил Николас, чем заслужил неодобрительный взгляд некроманта.

Послышалось какое-то тарахтение, и студенты-анимаги под присмотром профессора Крекина вкатили странную установку в виде большой гексаграммы. Выполненная из дерева, она была обита металлом, на котором виднелась мелкая чеканка. На лучах болтались кожаные ремешки, которые очень мне не понравились. Это кого там будут привязывать? Нас?

— Вот бы изучить внимательнее, что там за значки, — пробормотала Миранда, явно думая о другом.

— Кто самый смелый? — спросил Изергаст, и Миранда сделала шаг, однако Джаф оттеснил ее плечом и вышел первым.

— Давай я, — тихо сказал он, обернувшись. — Мало ли как эта штукенция работает.

— Определитель, или, как ты выразился, штукенция, измерит уровень магии в твоем долговязом теле, — сообщил Изергаст. — Забирайся.

Гексаграмму со скрежетом перевели в горизонтальное положение, Джаф улегся на нее, устроив руки и ноги по лучам звезды. Профессор Крекин закрепил запястья и щиколотки ремнями, перехватил еще одним шею.

— Точно не больно? — спросил Джаф.

Мастер Изергаст задумчиво постучал себя пальцем по губам.

— В этой жизни все относительно, зародыш мага. Постарайся расслабиться и глубоко дышать.

— А почему нельзя проверить уровень лучом истины? — поинтересовалась Миранда.

— Хороший вопрос, Миранда Корвена, — похвалил ее Изергаст и задумался. — А правда, почему?

— Потому что луча истины нет, — снисходительно пояснила Марлиза, поправляя свои бусики. — Это артефакт из сказок. А если бы он даже и существовал, то никто не стал бы тратить его силу на первокурсников. Ему бы задавали самые важные вопросы: о мироустройстве, о сути бытия, о вечном…

— Все поняла? — спросил Изергаст серьезным тоном.

— А почему вы обращаетесь к Миранде по имени, а остальных называете оскорбительными зародышами? — встрял Эрт. — Меня зовут…

— Мне совершенно неважно, как тебя зовут, — перебил его мастер Изергаст. — Давай, Крекин, запускай шарманку.

Профессор Крекин угрюмо закатал рукава и нажал на рычаг. Поначалу ничего не происходило, но потом артефакт пришел в движение: гексаграмма плавно сдвинулась и поехала вокруг своей оси.

— Карусель? — пробормотал Джаф. — Я катался как-то…

Гексаграмма задрожала и слегка накренилась, так что теперь Джафа крутило по диагонали и все быстрее.

— Джаф, ты как? — выкрикнула Миранда.

— Мастер Изергаст! — выкрикнул тот. — Так и должно быть?

Гексаграмма теперь крутилась быстро, как колесо телеги, мчащейся с горы, и так же грохотала. Покрасневшее лицо Джафа быстро мелькало, я едва могла разглядеть сжатые губы.

Скрипнула дверь, Родерик подбежал к артефакту и опустил рычаг. Гексаграмма постепенно замедлила ход, вернулась в горизонтальное положение, Родерик освободил правую руку Джафа, и тот быстро отстегнул ошейник, сел и зажал ладонью рот.

— Дыши носом, — посоветовал Родерик.

К ним подошел Рурк, положил лапищу между лопаток Джафа, и тот благодарно кивнул, а к его лицу постепенно вернулся нормальный цвет. Угрюмо посмотрев из-под темных бровей на мастера Изергаста, спросил:

— Что там? Или еще надо покататься?