Новогоднее Рождество

Ольга Аверс

Новогоднее Рождество

– Мама, а когда папа приедет? – спросила Танюша.

– К Новому году обязательно будет! Не переживай!

Галина Николаевна Соломина – учитель начальных классов. Она обожает дочурку. Танюша – любознательный ребёнок. Девочка рано научилась читать. В свои шесть с небольшим годков она перечитала все сказки. Особенно Танюша любила новогодние сказки. «Морозко» девочка знала наизусть.

Танюша обожала зиму, потому что именно зимой наступает любимый праздник Новый год. Каждый год девочка с нетерпением ждала декабрь. В самых первых числах они с мамой доставали гирлянды, шары и мишуру, украшали дом и наряжали искусственную ёлку.

Галина Николаевна давно отказалась от живой ёлки. На то было причины. Во-первых, она считала, что нельзя рубить живые деревья ради нескольких праздничных дней. У неё сердце сжималось, когда видела, как выбрасывают ёлки из квартир уже третьего января! Во-вторых, Галина Николаевна любила заранее создавать в доме новогоднюю атмосферу, поэтому она вместе с дочкой украшала дом за целый месяц до наступления праздника. Разбирать новогоднюю красоту не спешили. С грустью расставались с мишурой и гирляндами в конце января.

Однако в этом году в доме Соломиных ёлку в декабре не нарядили и квартиру не украсили, что сильно огорчало Танюшу. Галине Николаевне тяжело прыгать по верхам, развешивая снежинки и мишуру, да и коробки лежали на самой верхней полке в шкафу на балконе. К февралю в семье Соломиных ожидали рождение маленького человечка.

– Мама, а когда Новый год? – не унималась Танюша.

– Через два дня.

– А папа когда приедет?

– 31 декабря и приедет.

– Но 31 декабря уже Новый год! А мы ёлку не нарядили и гирлянды не повесили. Как же встречать праздник-то будем? У нас же ничего не готово! – сокрушалась девочка.

– Танюш, папа приедет, достанет ёлку, коробки с игрушками, и мы вместе украсим дом, – Галина Николаевна обняла дочку и погладила по голове.

– Ну почему он так долго? – возмутилась Танюша.

– Малыш, ну ты же знаешь, у папы такая работа!

Алексей Михайлович Соломин был лётчиком. Он часто находился в длительных командировках. Летал на Северный полюс, доставлял полярникам необходимое оборудование, провиант. Алексей Михайлович возвращался 31 декабря и планировал почти двухмесячный отпуск провести с семьёй.

– Утром проснёшься, а папа уже дома. И всё успеем! Ещё целый день будет впереди!

– А ко мне Дедушка Мороз придёт?

– Конечно, придёт! Как же без дедушки Мороза-то?! – улыбнулась Галина Николаевна. – И подарки принесёт. Ты помнишь стихотворение?

– Помню! – и Танюша начала выразительно декламировать Н. А. Некрасова «Мороз-Воевода».

Последний день уходящего года выдался снежным. Огромные пушистые хлопья тихо падали на землю, покрывая дороги, тротуары, деревья и дома пышным одеялом. Над городом нависли плотные серые тучи. На улицах воцарилась давящая тишина.

Утром Алексей Соломин домой не пришёл. А почтальон доставил телеграмму, в которой сообщалось, что вылет отложен на неопределённое время из-за снежной бури. Последними стояли буквы: «ЦЛВАС», что означало «Целую и люблю вас, Алексей Соломин».

Галина Николаевна тяжело вздохнула. Грустно. Придётся им с дочкой вдвоём Новый год встречать. Как же расстроилась Танюша, когда узнала, что папа не приехал и не приедет к празднику, и вообще, неизвестно, поспеет ли к Рождеству. Девочка заплакала и запричитала:

– Да что же это за Новый год такой! Ни папы, ни ёлки. Не удивлюсь, если и Дед Мороз ко мне не придёт!

– Танюша, Дед Мороз не всегда 31 декабря приходит, он и первого, и второго прийти может. Деток-то много, а Дед Мороз один. Ко всем сразу не успеет сегодня.

– Не придёт, не придёт, не придёт! А всё потому, что у нас ёлки нет, и настроение в доме не новогоднее! – рыдала Танюша.

– Давай-ка, знаешь что? Попросим соседа достать нам ёлку и мишуру. Создадим праздничное настроение.

Соседа дома не оказалось.

– Все разъехались, кто куда, – развела руками Галина Николаевна.

– Дурацкий Новый год! Не хочу, чтоб Новый год наступил, не хочу ёлку, не хочу видеть Деда Мороза, никого не хочу видеть! И братика не хочу, ведь ты из-за него мне ёлку достать не можешь! – зло выкрикнула Танюша.

Ничего не ответила дочке Галина Николаевна, лишь поджала губы и тихо вышла из комнаты.

Через несколько минут раздался грохот. Девочка выбежала в зал. Балконная дверь настежь. Галина Николаевна вышла на лоджию, чтобы достать из шкафа с самой верхней полки ёлку и новогодние украшения. Чтобы дотянуться, она встала на табурет. Из-за большой коробки с игрушками потеряла равновесие, пошатнулась. Табуретка выскользнула из-под Галины Николаевны, и женщина упала на плиточный пол балкона. Следом полетела коробка. Игрушки выпали и разбились.

– Мама! Игрушки! Они разбились! Чем же мы ёлку украшать будем?

Галина Николаевна застонала, но нашла в себе силы сказать через боль:

– Танюша, уйди с балкона, простудишься.

Галина Николаевна медленно перевернулась на правый бок, порезала о стеклянные осколки руки и, держась за стену, зашла в квартиру, плотно закрыв балконную дверь.

– Мама, там же ёлка осталась!– возмутилась Танюша.

Согнувшись пополам и придерживая живот рукой, Галина Николаевна направилась к выходу. Танюша почувствовала неладное и бросилась следом. Галина Николаевна звонила в дверь к соседке бабе Маше, которую девочка недолюбливала и воспринимала исключительно как бабушку-колдунью. Танюше почему-то казалось, что Баба-яга и соседка баба Маша одно лицо!

Баба Маша по улице ходила с клюшкой. У старушки были блёклые голубые глаза и большой крючковатый нос. Пожилая женщина без лишних слов поняла происходящее и вызвала скорую.

– Не волнуйся, Галочка! Главное, чтоб у вас всё было хорошо, а за Танюшей я присмотрю.

– Алёша… Он застрял… Буря снежная мешает вылететь… – пыталась сквозь слёзы объяснить Галина Николаевна.

– Сколько надо, столько и поживёт у меня, – твёрдо заявила соседка.

Скорая приехала быстро. Танюша смотрела на маму испуганными глазами:

– Мама, мама, ты куда?

– В больницу, малыш. Побудь с бабой Машей сегодня. Не капризничай больше!

– Мама, не бросай меня! А как же Новый год!

Галина Николаевна ничего не ответила, накинула пальто и ушла с заранее приготовленной сумкой за бригадой врачей.

Танюша не понимала, почему всё так получилось. Почему её все бросили в Новый год? Ни папы, ни мамы, ни праздника… Девочка тихо заплакала. Танюша поняла, раз маму забрали в больницу, случилось что-то серьёзное.

– Так, хватить реветь! – строго проговорила баба Маша. – Не люблю я этого! Слезами горю не поможешь, идём ко мне.

Танюша взяла любимого тряпичного зайку Даньку и пошлёпала за соседкой.

Девочка никогда не бывала в гостях у бабы Маши, побаивалась её, а за глаза называла соседку «бабушкой-колдуньей». Танюша всегда думала, что в квартире старушки темно, полно́ жуков и пауков, разных сушёных трав, маринованных червяков и улиток в банках. В мрачном углу обязательно восседает сова с круглыми глазищами, а в кресле спит чёрный кот. Посередине зала непременно стоит огромный чан, в котором баба Маша варит зелье.

«И почему мама поручила меня именно ей?» – думала по дороге Танюша.

Однако в квартире соседки оказалось совсем не так, как представлялось девочке. Никаких пауков, червяков, сов и котов баба Маша не держала. А вот травой пахло: душицей, мятой, чабрецом и мелиссой. А ещё ощущался пряный аромат имбиря. Одна-единственная комната служила старушке и спальной и гостиной. Здесь стояли кровать, диван, древний телевизор на белой кружевной салфеточке, книжный шкаф и круглый стол со стульями в центре. На столе красовалось огромное блюдо с мандаринами и две еловые ветки в банке с водой, посыпанные сверху разноцветным дождиком. А ещё Танюша обратила внимание на огромный старинный сундук, который выделялся из общего убранства зала.

– Садись, чай пить будем! – сказала баба Маша и пошаркала на кухню ставить чайник.

Девочка поджала губки и уселась на стул. Следила за старушкой исподлобья.

– Ты так и будешь на меня волком смотреть? Я ж не обижу тебя. Рассказывай, как мама твоя упасть могла?

Танюше стыдно было вспоминать об этом. Она уже поняла, что её капризы вынудили маму полезть на табурет за ёлкой. Девочка тяжело вздохнула и всё без утайки рассказала бабе Маше. Старушка начинала ей нравиться…

– Ох, Танюша, Танюша! Разве можно думать только о себе?

– Я ёлку хотела. И чтобы Дед Мороз ко мне пришёл. Даже стихотворение выучила! – и Танюша выразительно продекламировала «Мороза-Воеводу».

Баба Маша выслушала, улыбнулась:

– Молодец! Какое длинное, и всё запомнила! Уверена Дед Мороз будет в восторге!

Танюша тяжело вздохнула:

– Он не придёт!

– Почему ты так решила?

– Потому что папа не приедет. Вот почему! Вы думаете, я не знаю, что в Деда Мороза папа наряжается? Я ж его узнала, когда мне было ещё четыре года! Голос папин и глаза его же зелёные, как трава летом. Разве у Деда Мороза могут быть такие глаза?

– А какие у Деда Мороза глаза, по-твоему, должны быть?

– Ну, не зелёные! – выдала Танюша. – Голубые или серые.

– Значит, ты уже не веришь, что Дед Мороз существует?

– Не знаю, – пожала плечами Танюша. – Мама говорит, что существует, но ко мне каждый год приходит Дед Мороз-папа. Я просто не говорю родителям, что узнала его.

На кухне у бабы Маше зазвонил телефон. Старушка пошла отвечать. Вернулась грустная и озадаченная.

– Братик у тебя родился, Танюша. Только слаб он очень. Сам не может дышать. Это плохо! И мама в реанимации, – баба Маша украдкой вытерла слезу.

Танюша не знала, что такое «реанимация», но чувствовала – маме тяжело.

– Это я виновата, – горько сжала губы девочка.

– Ну, тише, тише. Нехорошо бросаться злыми словами, ведь ты же на самом деле так не думала? – баба Маша обняла девочку.

Танюша покачала головой.

– Есть способ помочь твоей маме и братику.

– Какой?!

– В этом деле тебе только Дед Мороз поможет. Да, да, и не смотри на меня так, я не шучу! Отправляйся к нему и попроси помочь.

– Как же я его найду?

– Ну, в этом я тебе подсоблю, – ответила старушка. – Только вот пироги с капустой возьми в дорожку, ведь голодная поди. Глядишь, пригодятся тебе.

Танюша взяла корзину с пирожками. Баба Маша подошла к сундуку, приподняла тяжёлую крышку и поманила девочку. Танюша крепче сжала в объятьях Зайку Даньку, приблизилась и заглянула внутрь, а там…

А там самые настоящие ступени, уходящие глубоко-глубоко вниз. Примечательно, что в сундуке было светло. По боковым стенкам развешаны фонарики.

– Там ответы на все твои вопросы. Там найдёшь помощь для мамы и братика. Пойдёшь?

Танюша кивнула и, не раздумывая, залезла, в сундук.

– И поторопись! Скоро Новый год наступит, и Дед Мороз поедет развозить подарки. Можешь не успеть его застать. И ещё: нет ничего невозможного. Всё, во что веришь, существует, – напутствовала баба Маша.

Танюша стала спускаться.

Девочка спускалась, и с каждым шагом на стенах зажигались новые фонарики. Танюша оглянулась. Начала лестницы не увидела, да и окончания не разглядеть.

«Мне нужно всё исправить! Мне надо найти Деда Мороза!» – стучала мысль в голове девочки.

Танюша крепче прижала Даньку и зашагала дальше. Даже не заметила, как очутилась в зимнем лесу. Чудесным образом появилась на девочке тёплая шубка, пуховая шапочка, шерстяные сапожки с вышивкой и рукавички. Вдруг Зайка Данька выскочил из рук и прыгнул на снег, забегал вокруг Танюши.

– Данька, ты живой? – удивилась девочка.

– Ага! Смотри, как я умею, – сказал Данька и кувыркнулся.

– Ох! Да ты разговариваешь! – ахнула Танюша.

– Ага! Мы же в сказке! – весело отозвался Зайка и стал принюхиваться.

– Чу-де-са… – протянула девочка.

– Куда идём? – деловито осведомился Зайка Данька.

– Нам к Деду Морозу нужно.

– Иди за мной. Я что-то почуял.

Данька помчался вперёд. Танюша еле поспевала за ним, пробираясь по глубоким сугробам да ещё с корзиною в руках.

За пушистыми заснеженными кустами открылась поляна, посреди которой росла высокая ель. Дерево блестело в лунном сиянии. Казалось, что ёлку щедро осыпали бриллиантами. Под широкими ветвями сидели за накрытым столом зайцы и горько-горько плакали.