Помоги проекту - поделись книгой:
Белянка сделала вид, что польстилась на комплимент, и состроила из себя светскую ласку.
– Может быть, вы позволите нам уйти? – решилась она на попытку.
– Ах, конечно! – склонился перед ней пират. – Но сначала мы совершим увлекательную морскую прогулку на моем корабле, и ваши друзья продемонстрируют способ, которым можно поднять со дна самородки.
Корабль удивил Белянку. Он оказался прекраснее всего, что она видела до сих пор. На трех высоких мачтах развевались белые паруса, и еще одна мачта, наклонная, была приделана к носу и нависала над волнами.
Пираты быстро взялись за дело, и вскоре на палубе появилась целая гора из насосов, шлангов и прозрачных колпаков, которые нашли в рыбачьей хибаре Ветрогона.
– Что это такое и как этим пользоваться? – удивленно спросил Лихогляд.
– Не узнаешь, пока я не скажу! – набравшись храбрости, выпалил Тихоскок.
– И не говори! – потрепал его по загривку пират. – Молчунов любят крокодилы. Приятно есть жертву, когда она даже не пискнет. А подружку твою мы разделаем на кусочки, шкурку ее набьем соломой и сделаем чучело!
– Не поддавайся, Тихоня! – закричала Белянка, которую затаскивали на борт из шлюпки. – Я их не боюсь!
– У меня нет выбора, – мрачно ответил Тихоскок. – Осталась всего одна ночь. Если до рассвета мы не найдем Город Предков, то я никогда не вернусь домой.
Пираты подняли якорь, и корабль заскользил по водной глади. Паруса над головой оглушительно хлопали. Белянка вздрагивала и пригибала голову, но вскоре привыкла и начала разгуливать по палубе, как по паркету бального зала.
– День кончается, – заметил Ветрогон. – Ночью на дне так темно, что мы ничего не увидим.
– Возьмем масляные фонари, – предложил Тихоскок. – Если поместить их в прозрачные колпаки, то они будут гореть под водой.
– Они быстро потухнут.
– Значит, нужно все время подкачивать в них свежий воздух!
Ослепительное солнце садилось за край синих вод. Жаркий день угасал. Упревшая Белянка то и дело смахивала капельки пота с острого носика. Пока Тихоскок объяснял туповатым пиратам, как правильно надевать колпаки и качать в них насосами воздух, сгустились сумерки, и наступила тьма.
Яркая луна выкатилась на небосвод и бросила на воду серебряную дорожку. Она была почти полной, и ее желтый круг дрожал в морских волнах. Ветрогон долго вглядывался в очертания прибрежных холмов, пока не заявил, что нашел «то самое место».
– Медлить больше нельзя! Лезем в воду! – распорядился Тихоскок.
Пираты нерешительно толпились у борта. Желающих пуститься в это рискованное предприятие среди них не находилось.
– Одних я вас не отпущу! Иначе мне ничего не достанется! – в сердцах выкрикнул Лихогляд. – Чирохвост! Востронос! Натягивайте на меня колпак! И сами надевайте! Живо, не то скормлю вас акулам!
Первым спустился за борт Тихоскок. Оба колпака, заполненные воздухом – и тот, что прикрывал его голову, и тот, в который всунули светильник – закачались, как поплавки. Заставить их погрузиться было невозможно.
– Мне нужен груз! Обвешивайте колпаки камнями! – закричал он.
Только когда к его поясу прицепили целую кучу камней и железок, он пошел наконец ко дну. Вода показалась ужасно холодной. Она была непроглядно-темной, и казалось, что из ее глубин сейчас появится какое-нибудь чудовище. Тихоскока охватила паника, ему показалось, что он задыхается, и он задергал натянутый шланг. Тотчас же сверху начали качать воздух, он отдышался и успокоился. Луна колыхалась высоко над головой, после пропала из виду. Зато он увидел выше себя пять огоньков – это спускались Белянка и Ветрогон, а за ними – капитан Лихогляд и Чирохвост с Востроносом.
Ноги коснулись песчаного дна, вода вокруг замутилась. Огоньки пропали из виду, но когда муть осела, он увидел, что они окружают его. Свет от масляных фонарей был слишком слабым, он прорезал водную мглу лишь на несколько локтей. Один из огоньков уверенно двинулся в темноту, второй поспешил за ним. Тихоскок понял, что это Ветрогон повел отряд к подводному месторождению. Впереди мелькнул белый силуэт альбиноски: в воде ее шерстка стояла дыбом, короткие ворсинки колыхались при каждом движении. Пираты двигались вслед за ним, на поясах у них, кроме подвешенных камней и железок, болтались короткие сабли и кортики.
Неожиданно тьма рядом с ними заколыхалась. Из холодной пучины выпростались упругие щупальца и ударили Тихоскока по лапам. Такие же щупальца протянулись к Белянке – она испуганно затрепыхалась и принялась неловко вертеть головой в колпаке. Тихоскок кое-как оторвал от себя липкий отросток и бросился Белянке на помощь. В тусклом свете фонаря он увидел такую тварь, какой не мог вообразить даже в кошмаре. Это был мешок мускулов с двумя челюстями, похожими на клюв хищной птицы. От мешка тянулись во все стороны отростки с присосками. Они обвивались и обволакивали тело жертвы, не давая ей вырваться.
Пираты замерли в стороне, не решаясь приблизиться. Они обнажили сабли, но не шевелили ими, надеясь, что чудище их не заметит. Зато Ветрогон был уже рядом. Вдвоем они принялись царапать острыми коготками скользкие щупальца. Чудище отпрянуло, но не отстало. Ветрогон повлек всех за собой, на глубину. Подводники покатились под откос, поднимая вокруг себя тучу песка. Слабые лучики фонарей затерялись в ней, и Тихоскок перестал видеть соседей. Ему не хватало дыхания, и он принялся отчаянно дергать шланг. На поверхности заработал насос, в лицо ему ударила струя свежего воздуха, и он пришел в себя.
Он стоял на ровной поверхности, у подножия подводной горы. Муть начала оседать, и вскоре он разглядел тусклые огоньки Белянки и Ветрогона. Они были поблизости, и Ветрогон делал им знаки рукой, призывая следовать за собой. После перехода по вязкому дну, в которое ноги зарывались по щиколотки, мореход поднял фонарь повыше и осветил каменную стену. Она была такой огромной, что терялась во тьме. Чуть дальше они увидели исполинские ворота.
– Что это такое? – забывшись, выкрикнул Тихоскок, но друзья не расслышали его голос.
Загребая холодную воду лапой, он устремился вперед. За воротами прятался настоящий город. Но что это был за город! Казалось, его выстроили великаны. Здания были огромными, многоэтажными. Их причудливые очертания колыхались в холодных толщах воды. Пучеглазые рыбы сновали между дворцами и храмами. Угри и мурены выскакивали из темных окон и проносились мимо, задевая промокшую шерстку подводников. Морские коньки стаями носились по улицам, таким широким, что по ним мог бы проплыть целый корабль.
– Кто мог жить на таких безразмерных улицах? – произнес Тихоскок.
От удивления он говорил вслух, хотя вода гасила звук его голоса. Ветрогон вывел их на центральную площадь. Тут могло бы собраться население всего крысиного города. Посреди площади высилось каменное изваяние. Оно изображало двух странных существ, одно из которых сидело верхом на другом. Нижнее Тихоскок узнал – это была лошадь, он видел таких на картинках в старинных книгах. Но кто же сидит сверху, свесив две толстые лапы в причудливой обуви?
Нелепое тело, уродливая голова на смешной шее. Похоже на обезьяну, хотя мелкие макаки живут только в дальних лесах. Но удивительнее всего – что существо это, кажется, одето в мундир, а в руках – некое подобие сабли, только такой исполинской, что ни одна легенда не передаст его мощи.
Белянка застыла, разинув рот. А Ветрогон все звал их и звал за собой. Они принялись подниматься по широким каменным ступеням, каждая из которых была такой высокой, что приходилось карабкаться, помогая себе передними лапами. Кажется, это была лестница к фантастическому храму, невообразимые очертания которого поражали воображение.
По обе стороны от лестницы высились статуи таких же обезьяноподобных существ. У них были руки и ноги. Некоторые из них сидели, другие стояли, а третьи замерли в стремительных позах, как будто живые существа неожиданно окаменели во время движения. Тихоскоку казалось, что эти статуи сейчас сорвутся с места и бросятся вперед – такими красноречивыми были их очертания. Но наросты ракушек и водорослей говорили, что этим фигурам уже многие века.
От возбуждения Тихоскок принялся подпрыгивать, пронзая лапками тугую толщу воды. Друзья удивленно обернулись к нему.
– Это они! Это Древние! Я знал, что они существовали! Но они не похожи на нас. Они другие! Куда они делись? Где искать их следы? Я же знал, я доказывал! – кричал он.
Его слова гулко отскакивали от стенок прозрачного колпака, воздух в котором был спертым. Но слышали ли его друзья?
Они вошли в двери храма. Стайки разноцветных рыб носились между гигантских колонн. Когда-то его своды были высокими, но зал давно занесло песком. Круглый купол, похожий на небо, смутно виднелся в слабых отблесках огоньков. На его стенках была нарисована карта мира, но она была необычной, совсем не похожей на те, что рисовали на учебных макетах. На ней виднелись континенты – такие, какими они были, наверное, сотни тысяч лет назад. Над континентами парили божества, осеняя их ветвями чудесных растений.
– Старая земля! – произнес Ветрогон.
Он стоял совсем близко, и Тихоскок расслышал его слова, гулко разносящиеся под колпаком.
– Если мы поплывем на восток, то найдем землю древних! – продолжал мореход. – Раньше там были горы. Их вершины могли сохраниться даже после того, как все погрузилось на дно.
– Что случилось с этими существами, и куда они делись? – спросил Тихоскок, для верности объясняя слова движением лапок.
– Мы не узнаем, пока не найдем их страну, – ответил Ветрогон, и направился к выходу.
Тихоскок постоянно оборачивался, чтобы проверить, не отстает ли Белянка. Поэтому он не заметил, как прямо у него перед носом выросли силуэты пиратов с капитаном Лихоглядом во главе. Они поджидали у входа в храм с обнаженными саблями, и вид их не сулил ничего путного.
– Стекло! Где морское стекло? – рассерженно проорал Лихогляд из-под своего колпака.
Ветрогон молча дал ему знак следовать за ним. Они вышли к окраине города. Мореход разгреб лапкой толщу песка, и среди водорослей и ракушек блеснуло несколько коричневых камушков. Они были гладкими, обкатанными морем, но именно такие ценились в крысином городе, как самое лучшее украшение.
Лихогляд бросился на колени и жадно принялся собирать их. Его подручные постарались от него не отстать. Пока они месили лапами песок, Ветрогон подозвал к себе друзей, показал им окрестные холмы, очертания которых терялись во тьме, и изобразил лапкой волнообразное движение, которое Тихоскок понял так: здесь плавает водяной дракон.
Легенды о драконе он слышал и раньше, но кто же поверит в пустые байки? Тем не менее, вид темной толщи воды не внушал ничего хорошего. Тут и вправду верилось, что в этих мутных глубинах может обитать, кто угодно. Белянка затряслась и подошла к нему вплотную. Он сжал ее в лапках, пытаясь приободрить.
А пираты тем временем набивали морским стеклом сетки, подвешенные к их поясам. Лихогляд оттолкнулся от дна и подплыл к Ветрогону. Он был разгневан и яростно жестикулировал. В его коготках мелькали коричневые камушки, и он тыкал ими в лицо мореходу. Они ударялись о прозрачную перегородку колпака и издавали жалобный стук.
– Что ему нужно? – удивленно развел лапы в стороны Тихоскок.
– Он хочет зеленого стекла! Оно ценится дороже коричневого, – попытался показать ему знаками Ветрогон.
И он повел пиратского капитана дальше, к большой пустоши, отделявшей подводный город от темных холмов. Лихогляд зарылся в песок и радостно подскочил. В его коготках блестели зеленые осколки. Чирохвост и Востронос бросились к нему и принялись копаться в песке. Очень скоро их сетки начали наполняться зелеными блестками.
– Нам надо подниматься. Рассвет близко! – обеспокоенно принялся показывать Тихоскок.
Но пираты так увлеклись, что не обращали на него никакого внимания. Одна только Белянка понимала, из-за чего ее друг так тревожится. Если он не успеет вернуться в город до рассвета, то инквизиция его не простит. Она жалобно посмотрела на него из-под прозрачного колпака, и с ее красных глаз-бусинок скатились две слезы.
Лихогляд забирался все дальше и дальше во тьму. Его обуяла жадность, и он не мог остановиться. Россыпь зеленых стекляшек уводила его в подводную пещеру, темное жерло которой виднелось в огромной скале.
– Нет! Только не лезь в пещеру! – загомонил Ветрогон, но вода погасила его возглас.
Пиратский капитан вовсю раскачивал фонарем, разгоняя пещерный мрак. На какое-то время он скрылся из виду, но вдруг пробкой выскочил из темноты, рассыпая зеленые камни. За ним вслед струилось толстое змеиное тело. Оно выплывало из сумрака, как бесшумный призрак. Пасть дракона была разинута, из нее торчало раздвоенное жало.
– Бежим! – заорал Ветрогон, и голос его на этот раз был таким громким, что донесся и до Белянки, и до Тихоскока.
Они разом бросились к городским стенам. Лихогляд споткнулся, упал и выпустил из рук фонарь. Тот медленно поплыл вверх. Дракон бросился за огоньком, попытался схватить его зубами, но понял, что тот несъедобен, и заструился обратно. Лихогляд от страха зарывался в песок, поднимая вокруг себя тучу мути. Дракон потерял его из виду и бросился на Чирохвоста. Один бросок, взмах хвоста и чавканье челюстей – и пират исчез в его пасти. От него остался только колпак, который опрокинулся, выпустил воздушный пузырь и начал подниматься к поверхности. Востронос завопил от страха и принялся удирать, но дракон среагировал на движение и тут же метнулся к нему.
У Тихоскока не было времени, чтобы смотреть на то, что происходит у него за спиной. Он заметил только, что еще один фонарик сзади погас. Колпак Востроноса безвольно повис на шланге, и пираты на корабле, почувствовав, что под ним никого больше нет, начали травить его вверх.
Белянка беспомощно барахталась впереди него. Ветрогон звал их в город. Тихоскок торопился изо всех сил, но движения в воде были скованны, и он едва продвигался. Капитан Лихогляд выбрался из песка и бросился за ними. Тень дракона мелькнула в воде, и все они дружно припустили вперед.
Тихоскок ужасно запыхался. В колпаке было душно. Он поймал Ветрогона за лапу и жестами показал: «Поднимаемся!» Ветрогон так же жестами отсигналил: «Нельзя! Подниматься нужно медленно. Дракон схватит нас по пути».
Лапки у Тихоскока сами собой опустились. «Да что же это такое! – в сердцах выкрикнул он. – Я не привык убегать от драконов! Я кабинетный ученый, да и то начинающий! Куда мне соваться в такие передряги?»
Над головами у них показалась покосившаяся арка. Она была тяжеловесной, обильно обросшей ракушками. Казалось, что она вот-вот обрушится. Тихоскок отцепил большой камень, привязанный к его поясу, и поплыл вверх. Друзья повторили его трюк. Они оказались на арке, на самой верхней точке ее дуги.
«Если вытащить из нее один камень, она обвалится!» – показал жестами Тихоскок. Камни и в самом деле шатались и готовы были выпасть. Лихогляд потерял их из виду и принялся растерянно грести лапами по сторонам. Дракон почуял движение воды и устремился к нему. Едва его скользкое тело проскочило под арку, как Тихоскок принялся яростно стучать по самому шаткому камню арки. Ветрогон и Белянка бросились ему помогать.
Лихогляд внизу увидел прямо перед собой змеиную пасть и издал страшный вопль, слышный даже сквозь воду. Дракон попытался его заглотить, но пират увернулся, сорвал с себя пояс с грузом, и, отчаянно болтая ногами, устремился к поверхности. Морское чудище удивленно подняло голову, подумало несколько мгновений, и его скользкое тело заструилось следом. Оно начинало выползать из-под арки, когда шаткий свод наконец рухнул. Целая лавина камней с жутким стуком свалилась вниз, подняв волну мути. Несколько минут ничего не было видно. И друзья, и чудовище скрылись из виду.
«Белянка! Душа моя! Где ты?» – пищал сквозь прозрачный колпак Тихоскок, но кто мог его слышать в этой мгле?
Мутная пелена начала оседать. Тихоскок попытался спуститься пониже. Каждое мгновенье ему казалось, что сейчас из темноты навстречу выплывет страшная морда с разинутой пастью. Но ничего не происходило. Наконец, ему удалось добраться до обрушившихся камней. Под ними он увидел длинное чешуйчатое тело дракона. Оно было перерублено надвое: хвост зарылся в песок, а голова на короткой шее безвольно болталась в струях подводного течения. Раздвоенный язык свисал из пасти, как брошенная плеть.
Кто-то дотронулся до Тихоскока. Он вздрогнул и испуганно оглянулся. Это была Белянка. Она тоже барахталась, пытаясь плыть, но в колпаке ей приходилось трудно. Ее глаза умоляюще смотрели на него, а коготок показывал вверх. Он кивнул головой и принялся озираться, и в этот же самый миг увидел Ветрогона. Тот подплыл к голове дракона и принялся обвязывать ее веревкой.
– Что ты? Брось! – ужаснувшись, показал ему рукой Тихоскок.
– Э, нет! Этот трофей я не брошу! – улыбаясь, жестом ответил ему приятель.
Они поднимались долго и медленно. Капитана Лихогляда давно не было видно. Недалеко от поверхности Ветрогон придержал их и знаками показал, что здесь нужно поплавать подольше. Сквозь толщу воды было видно, как луна уходит за край небосвода, а небо окрашивается в бледно-голубой цвет.
«Рассвет! Как же мне не везет!» – с отчаяньем думал Тихоскок. И в этот момент он почувствовал, что воздух в его колпаке иссякает. Натянутый шланг провис, а потом начал тонуть. Белянка в панике забарахталась – ей стало трудно дышать. «Что случилось?» – знаками показал он мореходу. «Они сбросили шланги», – так же знаками показал тот.
Повторяя движение товарища, Тихоскок отцепил пояс с грузом и отправил его ко дну. Потом подплыл к Белянке и помог освободиться от груза и ей. Колпаки с воздухом потянули их вверх, как поплавки. Они вынырнули из воды, стянули колпаки с голов и принялись жадно дышать.
Мир был прекрасен. Над горизонтом показался краешек солнца. Небо стало розовым, облака заиграли алыми сполохами. Воздух был свежим, пропитанным морской солью, его хотелось пить полной грудью. Но Ветрогон был тревожен.
– Корабль! Он уходит! – выкрикнул он.
Звук его голоса ударил в уши, привыкшие к ватной тишине пучины. Корабль пиратов и в самом деле уплывал. Однако подойти близко к берегу он не мог – ему не давали приблизиться отмели. Друзья привязали драконью голову к поплавкам колпаков и принялись дружно грести лапами.
Пираты были не на шутку напуганы. Увидев драконью пасть, они решили со страху, что чудище выплыло из воды, чтобы напасть на них. Придя в полную панику, они забегали по палубе, быстро сбросили на воду шлюпки и ударили веслами. Через пару минут на корабле никого не осталось.
Ветрогон вскарабкался по спущенной веревке и помог подняться друзьям. Все вместе они втянули и голову чудища.
– Я выиграл сто золотых! Теперь этот нудный трактирщик не отопрется! – победоносно взвопил мореход, пытаясь приладить разинутую пасть на носу корабля.
Но Тихоскок был невесел.
– День уже наступил, – сказал он. – Назад мне пути больше нет.
Белянка прижалась к нему и обняла его шею руками.
– Куда бы ты ни отправился, я всегда буду с тобой, – сказала она.
– У нас есть корабль, – проговорил Ветрогон. – А мы сами – команда.
– Куда же мы поплывем? – спросил Тихоскок.
– К Старому континенту! – с азартом воскликнула альбиноска. – Ведь ты хотел найти землю Предков?
– Команда, на палубу! – зычным голосом воззвал Ветрогон. – Поднять паруса! Курс – на восток!
Они принялись дергать снасти, хохоча от того, насколько неловкими были их попытки управлять этой махиной. Огромное красное солнце повисло над горизонтом. Оно медленно поднималось все выше и выше, и вскоре на него стало больно смотреть.
– Куда рулить? – спросил Тихоскок, становясь за штурвал.
– Прямо к солнцу! – выкрикнул Ветрогон. – Мы найдем землю Древних, а те, кто в нее не верил, пусть так и сидят в своих норах!
Ледяное царство
Мир перевернулся вверх дном. Где было вечное лето – наступила зима. Но туда, где была зима, лето не пришло.
Жаркие тропические джунгли сковала вечная мерзлота, на месте пышущих влагой лесов поднялись ледяные торосы. Планета превратилась в снежный комок, которым космический исполин запустил в бездонный мрак вакуума. Ослепительные лучи солнца ослабли. Они отражались от бескрайней заснеженной пустыни и уносились обратно в космос, забирая с собой надежду на тепло и весну.
Последние выжившие скопились в гигантском городе, построенном на геотермальных источниках Камчатки. Этот последний на Земле город питался теплом и энергией подземных вод, разогретых невидимыми вулканами. В глубине промерзшей насквозь ледяной тверди булькал кипящий бульон лавы и грязевых гейзеров. Вокруг этого бульона они и выстроили свой Ледоград, и все их надежды сводились к тому, что подземный огонь под ним не потухнет.
Эрвин Рама шагнул в переполненный зал конференций Ледового города. В уши ударил возбужденный гвалт сотен людей, перекликающихся на все голоса. Его длинное, смуглое лицо под густой шапкой каштановых волос расплылось в непроизвольной улыбке, а в карих глазах засверкали игривые искорки.
– Эрвин, пойдем к нам! – потянула его за руку маленькая толстенькая Фина, прячущая пышные телеса под распахнутой меховой шубкой. – Мы только тебя и ждали!
Поделиться книгой: