Дивизион страшилищ

– Отвечайте быстро, не задумываясь.

На Арчи градом посыпались вопросы.

– Вы человек?

– Какими способностями обладаете?

– Вы помогаете Размышляющим Шляпам или они вам?

– Умеете ли вы драться?

– Что предпочитаете при расследовании дел: силу, волю или ум?

– Готовы ли вы овладеть мечом Вер Намма?

– Как вы относитесь к миссии в Лахии?

– Как переносите Большую Скуку?

Арчи отвечал быстро, едва отметив про себя, что все происходящее похоже на игру «понг» – мячик туда, мячик сюда. Если на миг остановишься, пропустишь мяч.

Наш детектив был на высоте – на все вопросы отвечал быстро и четко. И лишь вопрос о Большой Скуке заставил Арчи задать встречный вопрос:

– Простите, что такое Большая Скука?

– Бездействие, милок. Долгое бездействие. Когда даже мозги жиром заплывать начинают, – усмехнувшись, ответил Колд Обин.

– У меня не бывает Большой Скуки. Всегда есть с кем пообщаться.

– О, нет! Общаться на постоянной основе вы не будете! В Лахии это означает провал. Пока вы общаетесь, куча местных жителей изучает ваши мысли! – сказала, как отрезала, Белисса.

– Ну что, милок, сильно мы тебя напугали?

– И чего этот колд так ко мне обращается? – невольно подумал Арчи.

– А оттого, милок, что ты, уж прости старика колда, еще зеленый. И с такой зеленью в Лахию соваться – там навеки остаться, – наслаждаясь растерянностью Боно, вслух ответил Обин и добавил:

– Думаешь, ты первый? Ты последний у нас!

– Сударь, – в разговор снова вступил Эйнш Чудесный, – ситуация вкратце такова. Никто из представителей наших кланов не имеет права действовать в Лахии. Мы связаны условиями давнего договора, который гласит, что чародаи будут придерживаться всех обговоренных пунктов, пока нет вмешательства в дела Автономии (так правители называют Лахию) с нашей стороны. Все официальные визиты обговариваются заранее, каждый наш шаг на территории Лахии выверяется и обсуждается.

– А как же вы все это обговариваете?

– Сильный вопрос, сударь! Если у нас есть вопросы для обсуждения, мы посылаем сизую почтовую голубку, если у них – они. Почтовые хитросплетения хороши, но не для конфиденциальных отправлений.

В разговор снова вступила Белисса.

– Сейчас мы вынуждены вмешаться. Вы знаете, что произошло недавно на заседании Конклава. Зарубщики доставляли много хлопот, но, так сказать, на уровне обывателей. А теперь кто-то пытается вмешаться в расстановку сил, нарушить хрупкое перемирие и, главное, сосредоточить в своих руках крупные магические силы.

– А он справится! – уверенно произнес колд Обин.

– И я так думаю, – добавил молчавший до сих пор вайдер Майк.

– Справится, если вместе с Размышляющими Шляпами, Ритцем, Рони Вульф и Кузикисом овладеет мечом Вер Намма, – заключил Эйнш Чудесный.

– А я вам не мешаю? – ехидно поинтересовался Арчи. Особого пиетета он ни испытывал даже к Волшебным кланам и их руководителям, поскольку в Лахии рисковать придется ему.

– Нет, – улыбнулся Эйнш Чудесный. – А это хорошо, что вы не теряете чувства собственного достоинства. Этот показатель, пожалуй, сыграл главную роль, когда мы вас выбрали.

– А нас вы тоже выбрали? – неожиданно для всех проскрипел Бровник.

– Конечно, сударь Бровник, – подтвердил Эйнш Чудесный. – Мы выбрали всех, даже Кузикиса. Насколько нам известно, Размышляющие Шляпы могут общаться друг друга на расстоянии не более чем пятьсот условных единиц. Это, так сказать, ваш радиус общения. Так что вам всем предстоит обеспечивать связь на всем протяжении от Эри до Лахии на головах ваших знакомых.

– Вот это поворот, – проскрипел Бровник. – А почему мы ничего до сих пор не знаем?

– Ладьян уже знает, – ответила за всех Белисса. – С ним, уходя, успела пообщаться Лина. Вы узнали сейчас. И как только вы или Ладьян передадите информацию остальным – они узнают тоже. Но я попрошу вас воздержаться до вечера, когда все гости соберутся в вашей уютной гостиной. Остальное вы узнаете от Вер Намма.

– Обучение пройдет быстро, методику мы разработали, – сообщил вайдер Майк.

– Удачи. Чтобы дверь открылась, нажмете красную кнопку, – подвела итог встречи Белисса.

И не успел наш детектив моргнуть, как остался один. Все исчезли, будто их и не было, а еще через пару мгновений Арчи Боно с Бровником на голове вновь оказался в примерочной магазина «Лабиринт отражений», успев заметить, как растворяется его фантом.

* * *

Итак, Арчи Боно в полном одиночестве, в совершенно чужой стороне, которую жители Выпуклого мира называли Лахия – ждал. Впрочем, с ним был Ладьян, синяя Руководящая Шляпа. Выбор пал на него, потому что все художники, приезжающие в Лахию, по необъяснимой причине носили синие шляпы.

Причем тут художники, спросите вы? Все просто. Наш Арчи въехал в Лахию под своим художественным псевдонимом Ренье Хаим, имея при себе чемоданчик с личными вещами, мольберт и сумку, набитую до отказа красками и кистями.

Днем он бродил по узким улочкам Вышнего Града, так в Бузе называли старый город, рисуя в основном пейзажи, а вечера проводил в своей комнате гостиницы «У старого чародая». Отлучаться вечерами ему было категорически запрещено, поскольку Ладьян, обученный Вер Наммом, мог прикрывать истинные мысли Арчи только днем. Уставал Ладьян! Размышления отбирают силы, а Ладьян, как вы помните, был хоть и шляпа, но Размышляющая! Поэтому вечером защиту ставил сам Арчи. Но в силу своих более скромных, чем у Ладьяна способностей, он мог поставить лишь стационарную защиту, используя схему «Я сплю и вижу фантастические сны».

Меч Вер Намма работал безукоризненно. Толпа зевак, неизменно собирающаяся за спиной Арчи Боно, ох, простите, Ренье Хаима, сканировала мысли жадно и интенсивно, но неизменно наталкивалась на варианты типа «Вот сделаю еще один мазок и пойду обедать» или «Какое прекрасное дерево растет вон на том склоне! Нужно завтра подобраться поближе». Ладьян делал свое дело не хуже Нани Пато, создавая вокруг головы детектива стойкий информационный фантом.

Через несколько дней Арчи заметил, что толпа за его спиной заметно уменьшилась, а еще через несколько дней, когда совсем никого не осталось, Ладьян наконец-то (до этого момента он едва успевал блокировать очередного чародея) смог передать Боно мысли окружающих: «Совсем неинтересный этот Ренье Хаим. Занят своими картинами. Каждый день одни и те же мысли. Тьфу ты, даже и не мысли вовсе, а так – мыслишки. Одним словом – художник!»

Арчи усмехнулся. Он любил не только риск и борьбу, но и интеллектуальные испытания: творческое преодоление или обход ограничений. И первое испытание в Лахии, правда, с помощью меча Вер Намма, было успешно преодолено. Шелест Ладьяна, закодированный при помощи того же меча скрип Размышляющей Шляпы, мог услышать и понять только Арчи. Остальным казалось, что шелестит ветер. А о чем шелестит ветер, то в Лахии никому было неведомо, разве что Смотрящим в эмпиреях.

Не торопясь возвращался наш детектив-художник в гостиницу, обдумывая новую картину. Он даже разрешил Ладьяну снять фантом. Во-первых, потому что мысли Ренье Хаима (читай Арчи Боно) на самом деле приняли, так сказать, художественный уклон, а во-вторых, Ладьян должен был передать по цепочке отчет о достигнутых результатах при создании в Лахии ментальных фантомов.

Цепочка Размышляющих Шляп вкупе с их носителями растянулась до самого Конклава. Недаром трудился Вер Намм! Недаром перед отбытием Арчи в Лахию в уютной гостиной известного вам, дорогие читатели, особнячка весь вечер шло обучение по инновационной методике! Недаром заранее, еще до встречи с детективом Боно, главы Волшебных Кланов продумали реальные события, которые должны были естественным образом объяснить пребывание всех участников этой необычной линии связи в соответствующих местах.

Вот так и получилось, что Рони Ульф отбыла в длительную командировку по созданию филиала новостного листка «Любопытные вести» в славный город Алексиполи. Конечно же, с Лептотёсом, зелёной креативной шляпой на голове. За Лептотёса Рони готова была сражаться как лурийская пантера, но, к счастью, этого не понадобилось!

Шенорхис, белая информационная шляпа, переместился на жительство в Конклав, весьма довольный тем, что будет передавать информацию Первым Лицам Волшебных кланов. Между нами говоря, Шенорхис был немного позёр и любил почести.

Пессимист Дремлик, черная шляпа, отбыл вместе с Ритцем в следующий за Алексиполи город – Болиси – на конгресс по искусству кулинарии. Ритц и сам был немного пессимист, так что с Дремликом они быстро нашли общий язык. Более того, Ритц считал, что Дремлик идеально подходит как советчик, когда требовалось придумать рецепт нового блюда. Бесконечные пессимистические замечания и оговорки неизменно приводили к тому, что оставшиеся, не отбракованные Дремликом, ингредиенты помогали создавать кулинарные шедевры с оптимальной вкусовой гаммой.

Следующим в цепочке необычных связистов был господин Кузикис, который, несмотря на уплаченный гонорар, считал себя в неоплатном долгу перед детективным агентством «Семь размышляющих шляп». Вот почему директор галереи прошел вместе с оптимистом Бровником, желтой шляпой, обучение мечу Вер Намма и, довольный собой, отправился в Досию оказать помощь по открытию картинной галереи шедевров местного уроженца Ивановского попутно, участвуя в операции «Спецсвязь».

Даже с Каланте не возникло проблем! Правда, все остальные от вечно брюзжащего критика, фиолетовой шляпы, отказались, но бывший чудик, ныне глава вайдеров Майк, взял его можно сказать, с удовольствием. Майк в силу своей самодостаточности абсолютно не обращал внимания на критику, тем более, во время работы. Команда вайдеров прибыла в ближайший к Лахии край вполне открыто – монтировать и налаживать почтовые хитросплетения, а скрытную часть этой работы Каланте обеспечивал великолепно.

А красная шляпа, Эрантес? Куда подевалась она, спросите вы, уважаемые читатели. И будете абсолютно правы! Эрантес получил совсем другое задание, о котором вы узнаете в свое время и в надлежащем месте.

* * *

На пороге гостиницы Ренье Хаима ждали Чёпа и Лиска – дочери хозяйки гостиницы.

– Художник! – возопила рыжая, как охра Лиска, – а вас ждут.

– Дама! – многозначительно добавила жгучая брюнетка Чёпа.

– Неужели кончается Большая Скука! – подумал Арчи, забыв, что Ладьян занят передачей отчета в Конклав, и он гол как сокол. Другими словами, открыт ехидным девицам во всей, так сказать, ментальной наготе. Ответ последовал незамедлительно. Вслух. Возмущенные девицы дружно набросились на бедного детектива-художника.

– Так значит мы, Большая Скука! А девица из-за Карду – радость художника.

Усилием воли, Арчи включил меч Вер Намма, выбрав схему: «А хорошо бы написать ваши портреты! Обнаженными».

Схема, придуманная именно для назойливых девиц, сработала. Обе смолкли, разом покраснев, фыркнули, повернулись и унеслись по лестнице наверх, сделав вид, что последние мысли «наглого мазилы» (Ладьян наконец-то включился) они не смогли прочитать.

– Еще один такой прокол и можно убираться из Лахии, – возмущению Арчи не было предела.

Ладьян виновато прошелестел:

– Долго не было ответа оттуда.

– Хоть бы предупредил, что я все еще открыт! Хророшо, что первая мысль была про Большую Скуку, которую каждый понимает по-своему! Тебе замечание. Первое и последнее. И груда благодарностей Вер Намму за то, что он предусмотрел и такой вариант.

Ладьян молчал. Пауза явно затянулась. Арчи не выдержал:

– Что такое? Кто ждет нас внутри?

– Ка-ка-жется, – запинаясь прошелестел Ладьян, – я не могу пробить её защиту. Мой меч наткнулся на её меч.

– Это же прекрасно! Наконец-то посланец Конклава добрался, то есть, судя по замечанию девиц, добралась до Бузы. Посмотрим, кто это.

И Арчи шагнул через порог. В полутьме довольно обширного холла даму в красном было плохо видно. Сторонний наблюдатель подумал бы, что художник остолбенел при виде красавицы и не может вымолвить ни слова. Впрочем, так оно и было.

– Не может быть! Лина?!! Она же ведьмага. Она не может прибыть в Лахию!!

Лихорадочные мысли Боно дама в красном уловила. Она улыбнулась и мысленно ответила:

– Конечно, не может. И никто из Конклава не может.

Арчи, действительно, остолбенел, когда дама встала и подошла к окну, позволив себя рассмотреть. Очаровательную улыбку Нани Пато детектив Боно помнил очень хорошо, а красная шляпа на её голове оказалась Эрантесом.

Выйдя из ступора, Арчи вполне искренне воскликнул:

– Вы! Я совсем не ожидал вас здесь увидеть.

– Да, я, дорогой, Ренье. Вы как-то обещали запечетлеть меня на одной из своих картин.

– Да, да, припоминаю.

Детектив соображал быстро и в ситуацию врубился сразу, но пока старательно избегал обращаться к Нани по имени. Сперва нужно было выяснить под каким предлогом она прибыла в Лахию и какое имя назвала при въезде.

– Но не за этим же вы приехали? – задал он вполне естественный в данной ситуации вопрос.

– Конечно. Я здесь по своим делам. Мне, наконец-то, дали разрешение открыть в Бузе магазин.

– А магазин в Эри?

– О, не беспокойтесь, мой друг. За ним присмотрит моя сестра Мари Пато.

Любопытные чародеи, столпившись у дверей гостиницы, не отрывали глаз от колоритной пары чужаков. Но к их разочарованию, никакого второго дна в этом диалоге они не почувствовали. Еще бы! К Ладьяну присоединился Эрантес. Ментальный фантом обрел все оттенки влюбленного в очаровательную Нани художника и ни один из чародеев не усомнился в реальности происходящего, включая юркого, чем-то похожего на хорька чародейчика, которого Боно заметил в толпе за спиной еще несколько дней назад.

– Ренье, покажите мне Бузу. Вы ведь, наверняка, все интересные места уже изучили.

– С удовольствием, Нани. Только мольберт и сумку с красками оставлю.

* * *

– Что скажешь, Юрок?

– Мазила в магазинщицу влюблен по уши. Она по делу приехала. Он ее точно не ждал!

– Не ждал, говоришь!

– Да, Чародай Ламо. Они сейчас по городу топчутся. Вроде как гуляют.

– Гуляют…, – задумчиво повторил Ламо и добавил:

– Я вокруг башки твоей заскорузлой Венец Иткина создал не для того, чтобы ты им мыслишки свои незначительные прикрывал! Тебе было велено ходить за этим мазилой повсюду и щупать, щупать. Защита у него стоит! Мощная защита. Я лишь хвост той защиты уловил. Иди, найди их.

Юрок исчез, а Ламо Иткин задумался. Не для того в тайне от всех создавал он чудограмму-парализатор, чтобы посланец Конклава его накрыл! Он, хоть и чародай (благодаря отцу мог в сокола перекидываться), но нет у него рати! Слишком молод! Да и зачем ему рать? Власть над Лахией? Смешно!

Ума от матушки ему досталось превеликое множество, знания сделали зарубщиком: из тех, кто многое умеет и многое знает. Пока другие за власть в Лахии биться будут, он должен успеть парализовать все хитросплетения в Выпуклом мире и заменить их командами подчинения!

Надо торопиться. Юрок ему не помощник, хоть и брат он ему сводный по матушке, но серый тип, весь в своего папашу. Где же он прокололся? Всего-то один раз на пару мгновений включил он свой      парализатор – не смог отказать себе в удовольствии вывести из строя хитросплетения Муру. Очень уж задается ёсиэльф! Неужели, он в Конклав весточку послал?

Этот мазила магическими способностями не обладает. Проверено. И если бы не защита его могучая, смявшая Венец в мгновение ока, не заподозрил бы он – Ламо Иткин, самый мощный зарубщик Лахии – в обыкновенном мазиле посланца Конклава.

Нужно торопиться! Но и тут проблема образовалась – последнюю версию парализатора необходимо проверить до начала бузы. И сделать это за пределами Лахии! Решено, придется полететь за пределы Карду. Там за рекой хитросплетения собирают. Вот на них и проверим! А за мазилой пусть Юрок приглядит. Время пока есть.

– Мунтена. Олтена. Сармиза.

Код перекидывания, произнесенный ментально, не подвел и через мгновенье из окна небольшой уютной башенки Вышнего Града вылетел великолепный сокол, взявший направление к Воротам Карду.

* * *