Ловушка для Хаоса

К спящим на поляне студентам из леса приблизилась светло-зелёная фигура Тутоса. На светящихся кольцах парней образовались и слетели к дереву маленькие разноцветные огоньки: коричневые, оранжевые и пурпурные, образовав на коре яркое пятно. Маг взмахнул рукой, и огоньки побежали по стволу вверх, в крону. Поднялся лёгкий ветерок, и они полетели по ветвям на край леса, к скалам на берегу моря. Там ветки крайнего дерева коснулись скальной стены огромной горы в виде гриба. Она исполином возвышалась над лесом. Несколько огоньков слетели с ветки на стену, и в ней открылась незаметная маленькая дверь в пещеру. Показался длиннобородый седой гном, одетый в ночную рубашку и колпак, увидел огоньки и вернулся в пещеру. Через несколько секунд на порог вышли два одетых гнома. Ветки дерева протянулись к ним, подхватили, как большие руки, и унесли в лес. Огоньки улетели вслед. Деревья бесшумно сомкнулись в гигантский непроницаемый купол.

* * *

Через час Берой открыл глаза – он всегда ощущал время. Узо и Лумпизан спали рядом. С дерева по воздуху слетали вниз разноцветные маленькие огоньки. В полуметре над землей они образовали светящийся шар, дающий мягкий свет. На опускающейся к земле ветке сидели два гнома, как большие ночные птицы. Коснувшись травы, гномы встали и молча поклонились в знак приветствия. Узо и Лумпизан проснулись.

Рядом за деревьями возникла тёмная фигура Тутоса, но, кроме Бероя, его никто не увидел.

Гномы были ростом поменьше Гарфункеля, около 80 см, и более хрупкого телосложения; один из них, синеглазый и седобородый, находился в почтенном возрасте, а второй, такой же синеглазый, но более молодой и черноволосый, носил коротко подстриженную бородку. Похожие внешность, рост и телосложение, одинаковая одежда – зелёные куртки, штаны, сапоги и шляпы – указывали, что гномы из одного рода. За спиной молодого гнома висел рюкзак.

– Здравствуйте, – поздоровались маленькие человечки.

Узо понял этот гномский язык и ответил на нем же:

– Здравствуйте, меня зовут Узо, а это – мои друзья, Берой и Лумпизан.

Гномы разулыбались, услышав родную речь. Им было приятно, что незнакомец знает их язык.

– Мы лесные гномы и рады приветствовать вас в Афрании в лесу Тутоса, – заявил старший гном. – Меня зовут Айин, а это мой племянник Коф.

Коф вежливо поклонился.

– Тутос сообщил, что нужна помощь, и рассказал о ваших кольцах.

Кольца светились, и гномы видели их.

– Спасибо, – ответил Узо.

– Куда путь держите?

– На остров Лиланда.

– К магу Алефу?

– Да.

– Сможем помочь, – Айин сделал знак Кофу, тот достал из рюкзака кусок белой серебристой материи, похожей на пластик, и развернул его на траве. Получился квадрат, размером примерно метр на метр.

– За вами гонятся охотники Хаоса, чтобы убить и забрать кольца. Мы сделаем кольца незаметными для них. Положите ладони сюда, – Айин показал на расстеленный квадрат, – сделаем мерки. Как раз получится три перчатки Коф, приступай.

Коф достал из рюкзака маленькую машинку, ловко обрезал ею материю по границам каждого пальца, ладоней и запястий рук парней. По этим трем меркам-заготовкам он сделал ещё три такие же, загнул прямые края, где будут запястья, переключил рычажок на машинке – она стала швейной – и прострочил вдоль сгиба канальчики для бечевки. Потом сложил заготовки попарно, прошил машинкой по краям, вставил три бечевки для закрепления на запястье и вручил студентам три грубоватых перчатки. Все обрезки материи он спрятал в рюкзак.

– Этот материал особенный, с острова Лиланда, – сказал Коф. – Надевайте. Теперь ваши кольца невидимы для охотников Тёмного. А нам надо поторапливаться, скоро рассвет и светлый луч показывает, что пока чисто. Будем выходить к морю.

Гном тихо свистнул. В ответ из леса раздался ответный тихий свист, из парящего над землей светящегося шара вверх на дерево полетели огоньки, ветки опустились, подхватили всех пятерых, подняли высоко над землей и бережно передали на соседнее дерево. А оно, в свою очередь, перенесло их дальше на следующее, а то – ещё дальше, и так, от дерева к дереву, вслед за разноцветными огоньками они быстро и бесшумно понеслись по ночному лесу.

Светало. Гномы и студенты очутились на краю леса. Ветки дерева опустили путешественников на песчаный берег моря у подножия огромной горы Гриб, образующей край обширной бухты. Неподалеку возникла фигура Тутоса, взмахнула на прощание рукой и исчезла. Деревья зашелестели листвой. Вся группа двинулась к кромке воды.

– Как выглядит Тутос, какой он? – спросил Узо у Айина.

– О, он разный! До того, как появился Хаос, Тутос мог предстать большим крылатым конем в ярких разноцветных перьях или маленьким желтым лесным солнышком, летающим между деревьями, он превращался то в весёлое говорящее ходячее дерево, всё увешанное орехами, ягодами, необычными вкусными плодами и колокольчиками, то в родник с музыкальным фонтанчиком с разноцветной водой. Он всегда был неожиданным, ярким и веселым, как и наша жизнь в лесу. А сейчас всё изменилось, и Тутос стал незаметным как светло-зелёное или серое облако, летающее по лесу. Он мало спит, а когда отдыхает, то лес образует купол, охраняя его сон.

Купол над лесом раскрылся. Тутос бодрствовал.

На берегу моря

Над зеркальной молочно-серой морской гладью показался край огромного жёлтого солнца. Высоко в небе белел луч.

Недалеко от берега у деревянного пирса стояла яхта.

На части скальной стены, обращенной к лесу и к морю, появились чёрные точки пещер – это просыпались гномы и открывали двери в свои дома. Их становилось все больше и больше, и, когда солнце встало над горизонтом, часть стены была усеяна ими. Входы соединялись раздвижными и навесными мостиками, по которым сновали жители горы.

– С этой стороны живут лесные гномы, – сказал Айин, – а в глубине горы – гмуры, скальные гномы, наш братский народ. Они нас приютили, когда в лесу стало невозможно жить. На этой стороне нам, лесным гномам, легче – каждый день можно видеть родной лес и солнце. А гмурам этого не нужно, им хорошо жить в пещерах.

Если двери закрыты, то снаружи они незаметны, и отворить их невозможно, поэтому Хаос с его Тёмными посланцами не страшны. Главное – вовремя заметить их приближение и успеть спрятаться. Система тревоги налажена отлично. На вершине горы, там, на шляпе Гриба, – Айин поднял руку и показал на плоскую, похожую на большой толстый блин, вершину горы, – находится наблюдательный пункт, и, когда луч в небе темнеет, включается сирена. Гномы всегда успевают спрятаться – в скале много специальных убежищ как раз для таких случаев. И ни разу никто не пострадал! А скоро мы вернемся в свой лес. Тутос говорит, что уже можно и что он наладил защиту от Тёмных сил. Наши лесные дома все целы. Вы ведь не заметили ничего?

Студенты переглянулись, Берой подмигнул друзьям: «Молчим», и Айин с важным видом продолжил:

– Дом каждого лесного гнома находится внутри дерева и незаметен снаружи! Деревьям от них никакого вреда, поэтому мы строим их уже много столетий. И гордимся своим искусством!

Лесные гномы любят прихвастнуть, Узо это знал, поэтому он слушал Айина без улыбки и с серьёзным видом кивал, показывая, что понимает, насколько это сложная, мастерская и тонкая работа – построить дом в стволе, не повредив дерева, и чтобы он был совсем незаметен снаружи! Лумпизан и Берой, с трудом сдерживая улыбки, тоже кивали, подыгрывая своему другу.

А Айин, увидев таких внимательных и уважительных слушателей, с удовольствием поглаживал бороду и говорил:

– Мы приспособились к жизни в горе и умеем лучше всех находить в её недрах металлы, драгоценные камни, кристаллы и воду. Мы, лесные гномы, этим отличаемся от наших братьев, от скальных гмуров. А они добывают и обрабатывают то, что мы находим! Они – лучшие в мире мастера и механики, могут придумать сделать всё, что хочешь!

Лумпизан и Берой, чтобы не обидеть Айина, наклонились, сели на корточки, якобы завязать шнурки и спрятали смеющиеся лица.

– Как же они раньше-то жили, гмуры, без лесных гномов, а? – Лумпизан еле сдерживал готовый вырваться смех. – Как находили всё, что им нужно? Целыми столетиями!!!

Парни встали и отвернулись, рассматривая гору, чтобы важный старый гном не обиделся, увидев, они едва сдерживаются от смеха.

Седобородый гном не заметил ничего и продолжал:

– Гмуры с Лиланда недавно побывали в гостях у наших братьев в горе Гриб и передали просьбу мага Алефа – побыстрее сделать яхту и воздухоплавательный дирижабль, потому что скоро они понадобятся трём большерослым путешественникам, то есть – вам. Вы должны проследовать к нему в гости на остров. Все гномы Афрании, как лесные, так и скальные, знают и уважают Алефа. Поэтому наши братья-гмуры бросили все дела и всего за несколько дней построили и яхту, и дирижабль, а мы, лесные гномы, нашли особенные кристаллы, на которых они работают.

Айин замолчал. Он переводил взгляд с одного на другого и хотел, чтобы большерослики – Узо, Берой и Лумпизан – правильно поняли всю значимость его слов.

Парни уважительно кивали: дескать, да, мы знаем, какие вы молодцы. Они понимали, что улыбаться нельзя – гномы обидятся. Узо это давалось легко, а Берою и особенно Лумпизану – с большим трудом. Но студенты с честью выдержали это испытание.

Айин удовлетворенно закончил:

– Ну, пора. Поплывете по лучу и завтра утром будете на Лиланде. Яхту оставите в бухте. Её заберут тамошние гмуры. Мы сообщим им, что вы отплываете к ним, они ждут и помогут. В каюте в рюкзаках еда и вода на пару дней, лямки длинные – вам подойдут. Удачи!      .

Попрощались, и друзья по пирсу пошли на яхту. Они улыбались. Настроение от общения с Айином и Кофом осталось позитивное и весёлое. Гномы реально помогли. Пока всё складывалось хорошо!

Коф достал из рюкзака обрезок материи, свистнул и на плечо прилетел голубь. Гном обвязал этим обрезком голубиную лапку, пошептал что-то птице и подбросил вверх. Голубь с почтой улетел в море.

На остров Лиланда

Лумпизан прошёл в каюту к штурвалу. Пульт управления и принцип работы были такими же, как на дирижабле: красная и голубая кнопки, индикатор ёмкости кристаллов и джойстик. Снаружи вдоль стен каюты яхты в таких же сетках и гнёздах крепились жёлтые кристаллы, преобразующие солнечную энергию в электричество.

Узо и Берой отвязали канаты на пирсе, оттолкнули яхту и запрыгнули на борт, а Лумпизан включил мотор и взял курс по белому лучу в открытое море. Скоро берег исчез – впереди сверкало на солнце синее море.

Высоко в небе по курсу луча маленькой точкой летел Шин.

На небольшой глубине под водой за яхтой следовал Тет.

Яхта шла ровно, но не быстро. Электрический мотор экономно «съедал» энергию, и запаса емкости кристаллов должно было хватить на сутки хода.

Через два часа к штурвалу встал Берой, а затем – Узо. Так они и сменяли друг друга. Когда стемнело, на усыпанном звездами небе засеребрился светлый луч, указывая курс. Ночью также спали по очереди.

На рассвете подошли к острову. Белый луч заканчивался, и от него ответвлялся тёмно-серый отросток, уходящий к горизонту. Друзья проследили за ним взглядом и молча переглянулись: «Не терять бдительность», – подумал каждый из них.

– Пришли. Остров Лиланда! – Лумпизан у штурвала сбросил скорость, и яхта медленно пошла вдоль скалистого берега в поисках удобного места для швартовки; скоро он увидел узкий вход в бухту и направил туда яхту.

Тихая бухта выглядела живописно: зеркальная гладь воды, в которой отражались высокие скалы, обрамляющие её кольцом справа и слева. Прямо по курсу лежал жёлто-белый песчаный пологий пляж, за ним начиналась пальмовая роща, переходящая в лес.

Наступало солнечное утро. Поверхность моря тревожили только разбегающиеся от судна маленькие волны – с выключенным мотором яхта медленно по инерции пересекала центр бухты.

Лумпизан нашёл удобное для швартовки место справа по борту недалеко от пляжа и причалил; Берой выбрался на прибрежную скалу и закрепил канат, а Узо бросил в воду якорь. По тросу определил глубину – около 10 метров.

В удивительно прозрачной голубой воде чётко виднелось каменистое дно, кое-где подводными парашютами плавали розовые и голубые медузы, а у поверхности мелькали и сверкали чешуей стайки маленьких рыбок.

В нескольких метрах от места швартовки вглубь бухты на каменистом дне начинались толстые подводные водоросли, похожие на деревья, и среди них у самого дна серебрились непонятные большие шарообразные пузыри-купола.

На песчаный берег из-за пальм вышла косуля, посмотрела на судно с людьми, развернулась и прыжками ускакала обратно в лес. Пели невидимые птицы, три больших попугая – белый, розовый и разноцветный красно-синий – слетели с верхушек пальм на прибрежный песок. За ними с криком выскочила стая маленьких обезьян, и птицы взлетели на пальмы. Обезьяны полезли вслед за ними. На берег вышли два павлина и веерами раскрыли свои шикарные переливающиеся на солнце хвосты.

Красивая и яркая южная природа, тихое и прозрачное море навевали безмятежность. Студенты решили искупаться и потеряли бдительность. Молодость и беспечность иногда брали своё…

Все разделись; двое – Берой и Лумпизан – бездумно сбросили перчатки на палубу рядом с одеждой и нырнули с борта в воду, а Узо не обратил на это внимания и лёг на палубу позагорать. Он наблюдал за горным бараном на скале, пока тот не скрылся за камнями, мечтательно перевел взгляд на голубое безоблачное небо… и вдруг увидел, как белый луч над островом стал тёмно-серым…таким же, как и отросток от него, уходящий к горизонту!

Узо в тревоге сел и увидел двое перчаток рядом с одеждой друзей… Он вскочил и в тревоге завопил:

– Парни! Быстро на яхту!

Лумпизан лежал на спине на воде рядом с яхтой, раскинув руки и блаженно зажмурившись на солнце. Услышав вопль друга, он в два гребка подплыл, взобрался на борт, схватил и надел перчатку, с досадой хлопнув себя по лбу.

Бероя на поверхности не было. Он нырнул на глубину.

Неподалеку от яхты, а также в разных местах бухты на поверхности стали появляться из глубины удивительные огромные пауки. Видимо, они притаились на дне, когда незнакомое судно вошло в бухту, а теперь поняли, что никакой опасности нет и продолжили свои дела. Пауки всплывали, переворачивались брюхом вверх и сразу ныряли обратно. Узо и Лумпизан не понимали их действий, но не слишком обеспокоились за друга – они правильно рассчитали, что Берою необычные пауки не причинят вреда и он найдёт с ними общий язык. Вот только где он? Другая опасность приближалась!

Аргиронеты

Берой прекрасно плавал и нырял как рыба, подолгу задерживая дыхание. Подплыв к подводным деревьям-водорослям, он увидел большие, с человеческий рост, серебристые прозрачные и непрозрачные колокола, наполненные воздухом. Они крепились к водорослям и ко дну толстыми паутинными нитями. Это были жилища гигантских водяных пауков. Пауки вылезали из своих домов, поднимались на поверхность, переворачивались брюхом вверх и ныряли вертикально вниз, подгребая лапами, – на теле каждого серебрились пузыри воздуха, как мантия, которую он поддерживал двумя задними лапами. Плавали и ныряли они очень быстро. Добравшись до своего колокола, паук залезал в него снизу, лапами тёр свое тело, освобождая его от воздуха, и очередной объем наполнял купол, увеличивая его в размерах. Некоторые ткали паутину на дне – эти полотна впоследствии таким же образом наполнялись воздухом – так строились подводные паучьи дома.

«Это же аргиронеты, – подумал Берой, – только морские и какие огромные! Мы их не увидели с борта, потому что, когда яхта вошла в бухту, все нырнули, а сейчас успокоились и занялись свои делом».

Каждый аргиронет был размером с человека или даже чуть больше. Парень подплыл к одному из прозрачных колоколов – из него как раз вылезал паук. Аргиронет посмотрел на Бероя своими многочисленными глазами и что-то прострекотал, показав лапой наверх. Студент понял: это тревога. Сверху стремительно подплыл другой крупный подводный строитель, как серебряный снаряд, с большим пузырем на теле, прострекотал, подтвердил тревогу, забрался под свой купол и остался в нём. Берой глянул вверх – на зеркальной водной поверхности не было ни одного аргиронета. Все быстро спускались вниз в серебристых воздушных мантиях, залезали в свои подводные дома, оставались там и стрекотали тревогу.

* * *

Берой вынырнул на поверхность недалеко от яхты, услышал, как друзья кричат и машут ему руками, показывая на небо, где белый луч превратился в тёмно-серый, почти чёрный. Он взглянул на свою «голую» левую руку, всё понял, быстро подплыл к яхте, взобрался на борт и надел перчатку.

Из луча с неба на прибрежную часть острова и на бухту стремительно спускалось облако серого тумана. Накрыв часть леса, оно поползло к яхте. Двух павлинов, трёх попугаев и стаю маленьких обезьян туман застал врасплох на берегу – они жалобно и пронзительно закричали, задохнулись и моментально погибли.

– Быстро за мной! – скомандовал Берой.

Втроём они одновременно нырнули с борта в воду. И тут же бухту накрыло плотное смертоносное облако.

* * *

Парни вслед за Бероем, подплыли к пустому колоколу и забрались в него. Там можно было дышать воздухом. В соседних колоколах сидели аргиронеты. Вокруг раздавался негромкий стрекот – пауки переговаривались.

– Кто это? – спросил Узо.

– Аргиронеты, водяные пауки, – ответил Берой, – разрешили побыть у них в гостях. Если закончится воздух, то можно перебраться в соседний колокол, он тоже пустой, – Берой показал на коридор-переход, сотканный из такой же паутины, наполненный воздухом и прикрепленный ко дну бухты. Студенты вполне могли пройти по нему, опустившись на четвереньки. Такими переходами-галереями соединялись между собой многие подводные дома, образуя своеобразный городок.

– А что в непрозрачных пузырях? – спросил Лумпизан.

– Паучьи яйца, это специальные хранилища, как инкубаторы. Из них скоро появятся маленькие аргиронеты. И, кстати, наши перчатки сделаны из этой паутины, она обладает особой прочностью.

– О чём они говорят? – спросил Узо.