Ловушка для Хаоса

– Задача сложная, но у вас уже есть опыт. А по маршрутам у меня предложение такое: Узо отправится в Северный филиал к профессору Гимелю – у него одна сефира, но самая главная, это – Кетер. Берой заберёт три сефиры у профессора Далет из Восточного филиала, а Лумпизан – другие три у профессора Вава из Северо-Восточного филиала. Я уже сообщил, и они встретят вас. А потом надо отправляться в Афранию к Алефу. Проходы туда есть в каждом филиале – через картины, как и здесь. Только они все разные. Не удивляйтесь. И начинать надо сегодня. Так вы выиграете время. Это важно. А я пообщаюсь с Алефом.

– Я могу помочь? – спросил Асмус.

– Нет, Мастер, спасибо. Ты уже сделал свое дело, и сделал хорошо, – ответил Ректор, – можешь идти домой.

– Ну, если что, я готов помогать. Пока, парни, удачи! – Асмус попрощался и вышел.

Бейт дал знак гному, и Гарфункель достал из шкафа четыре одинаковых рюкзака. Три из них вручил студентам, а четвёртый заплечный мешок гмур быстро надел сам.

– Тут вам на дорогу немного еды, вода, пара тёплых вещей…– Ректор с удивлением взглянул на своего помощника.

Гарфункель смущенно пожал плечами.

– Я бы тоже пошёл в поход. Я хорошо знаю пещеры и морском деле не новичок, могу пригодиться. В дороге понадобится помощник. А я – надежный парень! Возьмите меня с собой, если профессор отпустит, – попросил он.

– А что, это идея, – Бейт с любопытством взглянул на гмура, а потом на Узо. Голубые глаза смеялись, и он обратился к студенту:

– Думается мне, что тебе придётся идти пещерами под землей. Картина у Гимеля очень смахивает на пещеру. Как решишь?

– Согласен, – ответил Узо, и гном очень обрадовался.

Он подошел к Узо и встал рядом с ним.

– Мы теперь команда, – гордо произнес Гарфункель, и они пожали друг другу руки.

– Ну что, коллеги, пора. – Ректор Бейт поднялся первым, и за ним встали все остальные.

На выходе из Университета попрощались, студенты сели на велосипеды, которые стояли на площадке перед зданием, и разъехались в разные стороны: Узо и Гарфункель – на север, Берой – на восток, а Лумпизан – на северо-восток. Велосипед гнома был поменьше размером, но он энергично утил педали впереди Узо, и тому пришлось приналечь, чтобы не отставать.

* * *

Высоко в небе кружили три чёрных голубя. Они разделились: один из них полетел за Узо и Гарфункелем, другой – за Бероем, а третий – за Лумпизаном.

Ректор увидел этих птиц. Он не удивился посланникам Хаоса, вернулся в читальный зал и подошёл к картине. Внимание привлекла новая деталь. Это было светло-зелёное облако, похожее на человеческую фигуру в плаще с капюшоном, на опушке леса. «Приглашение от Алефа. Похоже на Тутоса. Надо идти», – подумал Бейт. Он поднял обе руки, из ладоней на холст упал сноп света, и маг вошёл в картину… Там, на опушке леса, облако превратилось в человека в плаще, и они с профессором скрылись в лесу.

Кроны деревьев сомкнулись, образовав непроницаемый купол.

Узо и Гарфункель

Стемнело. В сумерках Узо и Гарфункель подкатили к зданию госпиталя, поставили велосипеды на стоянку и вошли внутрь. В вестибюле их ожидал доктор Гимель, директор филиала. Это был средних лет мужчина в больничном халате, черноволосый и черноглазый, невысокий ростом и худощавый, быстрый и порывистый в движениях. Они молча поздоровались и прошли в кабинет на втором этаже.

* * *

Голубь облетел госпиталь снаружи и уселся на ветку дерева рядом со зданием. Во многих окнах горел свет, некоторые из них были открыты – стоял тёплый летний вечер. Голубь сидел перед одним из неосвещённых закрытых окон на втором этаже.

* * *

Гимель, Узо и Гарфункель вошли в тёмный кабинет. Директор зажёг свет, зашторил окно, подошёл к книжному шкафу и сделал круговой пасс руками – на полке возникла шкатулка. Из неё доктор достал белый матовый шар, такого же размера, как и первые три сефиры, и вручил его студенту. Шар ярко сверкнул белым цветом и погас.      Студент почувствовал моментальный мощный прилив энергии, а потом приготовился спрятать сефиру под одеждой.

* * *

В зашторенном окне напротив голубя, внезапно вспыхнул яркий белый свет. Птица стремительно слетела с дерева, блеснул короткий металлический клюв, и, сложив крылья, голубь, как снаряд, ударил в окно. Стекло со звоном разбилось, птица на секунду запуталась в шторе, но прорвалась в комнату, превращаясь в смерч. Этой секунды как раз хватило Гимелю – с его ладони образовался, готовый слететь в направлении Тёмного, огненный шар; но чуть раньше из сефироты Кетер, вспыхнувшей ярким светом, вылетела маленькая белая молния и ударила в посланника Хаоса – он вспыхнул и сгорел без следа. Оружие мага не понадобилось, шар погас и исчез. Узо спрятал Кетер в нагрудный мешочек.

– Идите сюда, – позвал Гимель студента и гнома к большой картине на стене кабинета. На ней был изображен вход в тёмную пещеру.

– Еще вчера я не мог разобрать, что на ней нарисовано, какое-то тёмное пятно, отдаленно напоминающее пещеру, но никакой ясности, только смутные разводы, – доктор задумчиво указал на холст, – а сейчас понятно. Это пещера. Узо, Гарфункель, вам – туда.

Студент и гном попрощались с доктором и просто ушли в картину. Там они появились около входа в подземелье и вступили в темноту пещеры. Изображение на холсте начало пропадать, и через несколько секунд на стене кабинета висел большой холст, расмалёванный в неопределённые цвета. Алеф закрыл этот проход в Афранию, чтобы слуги Хаоса не могли проследовать за Узо и Гарфункелем.

Берой

Дорога к Восточному филиалу пролегала по полям, и Берой ещё в пути заметил высоко в небе чёрного голубя, который летел за ним. Он без труда понял, кто это.

Солнце садилось, когда студент подъехал к кампусу филиала.

Восточный филиал занимал большую территорию и состоял из многих зданий и учебных корпусов, поэтому многие студенты и сотрудники передвигались по кампусу на велосипедах и самокатах. У въезда Бероя поджидали несколько студентов. Он поздоровался и объяснил, что всем надо переодеться и поменяться велосипедами и самокатами.

– За мной следят, – сказал он, – работаем быстро.

Студенты позвали друзей, все смешались в небольшую толпу, переоделись и разъехались в разные стороны. Где теперь Берой, сверху определить было невозможно, и голубь, потеряв его из вида, парил кругами.

Быстро стемнело. Птица опустилась ниже, села на ветку дерева и превратилась в летучую мышь. Она бесшумно взлетела, раскинув перепончатые крылья. Однако, словно поняв, что одной ей не охватить всю территорию, вдруг разделилась в воздухе на несколько маленьких летучих мышей, стремительно разлетевшихся по студенческому городку.

Берой подъехал к одноэтажному домику и вошёл внутрь. Там его встретила директор филиала профессор Далет, невысокая плотная женщина, с короткой, под мужчину, стрижкой, одетая в джинсы и рубашку. В кабинете на диване сидел фокстерьер Убобой, любимец профессора. Пёс мячиком соскочил с дивана, радостно высоко подпрыгнул и парень подхватил его на руки.

– Привет, Убобой!

Собака лизнула Бероя в щеку – они давно знали друг друга и дружили, студент часто бывал в филиале.

Далет знала, что нужно делать. Она молча подошла к одному из книжных шкафов, так же, как Гимель, достала шкатулку и три матовых шара: красный, жёлтый и зелёный. Убобой спрыгнул на пол и уселся около ног Бероя.

– Гебура, Тиферет и Нецах, – произнесла Далет, передавая шары парню.

Они ярко сверкнули, каждый своим цветом, озарив комнату, и Берой, также, как и Узо, почувствовал сильнейший прилив энергии, что захотелось взлететь… Шары сразу погасли, стали матовыми, и ощущения прошли. Берою показалось, что сефиры приветствовали его: «Привет, друг! Вот мы – здесь, возьми нас!» Студент взял их в руки.

В это самое время мимо домика пролетала маленькая летучая мышь и сквозь щели в шторах в окне заметила яркую разноцветную красно-жёлто-зёленую вспышку.

Летучая мышь села на землю, оборотилась в обычную мышку, которая юркнула в приоткрытую дверь дома. Она прошмыгнула по прихожей и коридору к двери кабинета и замерла там перед узенькой полоской света, проникающей в тёмный коридор через щель между нижним краем двери и полом.

      Фокстерьер Убобой настороженно поднял уши, уставившись на пол под входной дверью – охотничий пёс почуял мышь.

Профессор и студент изучали большую картину на стене с изображением реки, протекающей по опушке леса, дороги вдоль берега и белого луча на голубом небе.

– Пора, Берой,– сказала Далет, – сефиры усилят твои магические способности. Удачи тебе!

Студент спрятал сефиры в нагрудный мешочек под одеждой и шагнул в картину… В этот же момент мышка прошмыгнула в щель под дверью, молнией пронеслась по полу, подпрыгнула и пропала в картине. Моментально следом за ней, звонко тявкнув, прыгнул фокстерьер, и тут же исчез Берой… Всё произошло одномоментно!

– Убобой… – вскрикнула Далет. В комнате осталась она одна.

А на картине на дороге возник Берой, маленькая мышка, юркнувшая в придорожную высокую траву, и Убобой, который преследовал её. Через секунду пёс появился из травы, держа в зубах мёртвую мышь. Он сбросил трупик на землю около ноги студента, облизнулся и посмотрел на Бероя, наклонив голову. Тушка мыши бесследно растаяла, как будто её и не было.

– Молодец, Убобой, одним следом за нами меньше, – парень ласково погладил собаку и отправился по дороге, а фокстерьер побежал рядом.

На глазах профессора изображение на картине пропадало, и через несколько секунд там были видны лишь широкие беспорядочные мазки разных цветов. Алеф закрыл и этот проход в Афранию, как след Бероя с сефирами.

Далет вышла на порог домика. На газон слетались летучие мыши. На глазах профессора они сбились в плотный ком, превратились в одну летучую мышь, которая стрелой взмыла в небо. В руке мага возник маленький огненный шарик, Женщина бросила его вслед улетающей Посланнице Хаоса – оружие попало в цель, и яркая вспышка в воздухе указала на смерть Тёмного.

Лумпизан

Лумпизан подъехал к Северо-Восточному филиалу, центральное место в котором занимала обсерватория с телескопом, оставил велосипед на стоянке перед зданием обсерватории и вошёл внутрь. Там он быстро нашёл кабинет директора Вава. Профессор своими габаритами не уступал Лумпизану, волосы имел чёрные, всклокоченные и курчавые. Он ждал Лумпизана. Встав из-за стола и заняв сразу половину кабинета, Вав громко и весело приветствовал студента. Директор двигался легко и быстро, несмотря на свои внушительные размеры, он как-то сразу оказался около книжного шкафа, так же, как Гимель и Далет, достал из него шкатулку с шарами и передал их Лумпизану.

– Держи, это Хокма, Бина и Хесед, – сказал Вав и показал на большую картину на стене, – тебе – туда…

Как только он произнёс названия сефир, они ярко засветились, и студент почувствовал, что его буквально распирают мощь и огромная сила.

– Ы-ых! – вырвался могучий рык у него из груди.

Шары погасли, и всё прошло. Парень даже обалдел – никогда прежде он не испытывал ничего подобного. Вот бы ещё раз! Но он взял себя в руки и успокоился.

Рыжий здоровяк подошёл к картине – на ней был изображен паровоз с короткой толстой трубой на фоне гор и голубое небо с белым лучом, уходящим к горизонту над железной дорогой. «С этим я разберусь», – подумал он и вслух спросил:

– Как нашли шарики?

– Обшаривали всё небо и локаторами, и телескопами, всю аппаратуру настроили и увидели их ещё далеко в небе. Вычислили место падения, Брункелло с Дашером их там ждали и прямо на лету словили. Парни просятся с тобой в поход. Возьмёшь?

Вав был также быстр в как мыслях, так и в движениях, дела решал всегда конкретно и оперативно, ставил прямые вопросы и любил полчать такие же ответы.

Лумпизан знал Вава с первого курса, профессор был понятен и близок ему по темпераменту: «Подумал – сказал – сделал». Студент походил на него. Поэтому он ответил коротко:

– Опасное дело, не прогулка по парку.

– Ребята надёжные, крепкие, умники и спортсмены… мои студенты, не подведут. Помогут, и тебе не так одиноко в пути будет, и им полезно в серьёзном деле поучавстовать!

– Знаю обоих, они же друзья, возьму.

Вав моментально оказался у двери, приоткрыл её и позвал:

– Заходите.

      В кабинет вошли два студента. Один – невысокий, быстрый, весь налитой взрывной силой, кареглазый блондин Дашер, а другой – высокий и сухой, абсолютно спокойный и даже флегматичный, лысый голубоглазый Брункелло. У обоих за спинами висели рюкзаки.

– Сразу и с рюкзаками, – с удовлетворением проговорил Лумпизан.

– Так, захватили на всякий случай.

– Тогда вперёд.

И только они двинулись к картине, как дверь приоткрылась и в неё просунулась голова мальчишки, такого же черноволосого, растрёпанного и курчавого, как директор Вав.

– Пап, я тут необычную птицу подбил, все время пыталась влететь в ваше окно… А потом напала на меня, когда я попытался отогнать её. У неё железный клюв! Можно войти? Я занимался стрельбой из лука и вот…

– Входи, Ролик, – разрешил профессор.

Дверь не успела даже шелохнуться, а десятилетний мальчуган мгновенно оказался в середине кабинета с мертвым чёрным голубем в руке – скоростью движений он был копией своего отца.

– И как ты его… – не договорил Вав, потому что голубь на глазах растаял в воздухе, и на пол упал кусочек металла.

– Стрелой из лука, раз – и навылет, – ответил мальчик, – и сразу к вам… Исчез, – с удивлением произнес Ролик, поднимая металл с пола.

– Покажи-ка.

Лумпизан взял у мальчика железный клюв голубя.                        – – – Тёмный. Ты легко отделался, Ролик. Молодец, что сразу уложил его!

Парнишка гордо улыбнулся.

– А кто такой Темный?

– Потом расскажу, – ответил Вав. – Иди, продолжай тренироваться.

Ролик убежал.