Помоги проекту - поделись книгой:
Насчет «добровольно» — это и вправду так. Самиздат у меня лежал на самых видных местах в комнате, поэтому заявлять, что, мол, мы не местные и ничего такого у нас, бедных, отродясь не водилось, было бы просто глупо.
А вот список обнаруженной и изъятой литературы, выбранные места:
«1. Документ, размноженный электроспособом, на 35 листах под названием “Сказка о тройке” — из сумки, с которой Етоев А. В. был доставлен с работы на обыск.
2. Два тома (1-й том на 337 страницах; второй — со стр. 339 по 651-ю), размноженные электроспособом, под названием: Марина Цветаева, “Неизданные письма”.
3. Книга, размноженная электроспособом, под названием: Бенедикт Лившиц, “Кротонский полдень”.
4. Книга, размноженная электроспособом, под названием: Борис Пильняк, “Повесть непогашенной луны”».
И так далее, всего 62 позиции.
Самым страшным обнаруженным и изъятым в результате обыска сочинением была книга Леонарда Шапиро «Коммунистическая партия Советского Союза». Ст. лейтенант Гордеев как увидел ее, так прямо расцвел в улыбке.
«Ну, все, Александр Васильевич, — так, кажется, сказал он. — Это уже грозит вам тюремным сроком».
От тюрьмы меня сохранил Господь. Единственное, чего я лишился, кроме изъятой и так и не возвращенной литературы, это работы в закрытом проектном учреждении, куда меня распределили после окончания Военмеха. Но это было, в общем, на благо, я устроился уборщиком в Эрмитаж, надышался музейной пылью и теперь, выпивая с приятелями, первый тост поднимаю «за масло парижских картин», а второй, как это принято в обществе приличных людей, «за музыку сосен савойских» — только в таком порядке.
Что касается книги Баррона, то ее с полным правом можно назвать «КГБ вчера», потому что мы не знаем, чем занимается КГБ сегодня. Может быть, об этом знают Новодворская или Елена Боннэр, но, увы, не мы с вами, дорогие мои читатели.
С
Стеклянные города будущего
Почему в большинстве русских утопий главный строительный материал — стекло? Действительно, начиная, наверное, с Чернышевского, с его хрустального города-сада из четвертого сна Веры Павловны, один за другим вырастают на просторах России стеклянные города будущего. Особенно впечатляющую картину на этот счет дает постоянно цитируемый мною футурист Велимир Хлебников в известной своей кричали (не глагол, а существительное «кричаль», особый вид поэтического рассказа, изобретенный Хлебниковым. —
«Был выдуман ящик из гнутого стекла, или походная каюта, снабженная дверью, с кольцами, на колесах, со своим обывателем внутри; она ставилась на поезд или пароход, и в ней ее житель, не выходя из нее, совершал путешествие. <…> Когда было решено строить не из случайной единицы кирпича, а с помощью населенной человеком клетки, то стали строить дома-остовы, чтобы обитатели сами заполняли пустые места подвижными стеклянными хижинами, могущими быть перенесенными из одного здания в другое. <…> Каждый город страны, куда прибывал в своем стеклянном ящике владелец, обязан был дать на одном из домов-остовов место для передвижной ящико-комнаты (стекло-хаты). И на цепях с визгом поднимался путешественник в оболочке».
Далее Хлебников дает индивидуальные образцы домов в городах будущего:
«b) Дом-тополь. Состоял из узкой башни, сверху донизу обвитой кольцами из стеклянных кают. <…> Стеклянный плащ и темный остов придавали ему вид тополя.
с) Подводные дворцы; для говорилен строились подводные дворцы из стеклянных глыб, среди рыб, с видом на море и подводным выходом на сушу…
m) Дом-поле; в нем полы служат опорой стеклянным покоям, лишенным внутренних стен, где в живописном беспорядке раскинуты стеклянные хижины, шалаши <…> особо запирающиеся вигвамы и чумы…»
А вот описание неосуществленного шедевра революционного зодчества, памятника 3-му Коммунистическому Интернационалу, спроектированного Владимиром Татлиным по заданию Наркомпроса в 1917 году (привожу по книге С. Старкиной «Велимир Хлебников», М.: Молодая гвардия, 2007):
«Башня будет представлять собой вращающуюся конструкцию нескольких уровней: нижний уровень — вращающийся куб. Он вращается со скоростью один оборот в год. Это огромное помещение, где будут располагаться органы законодательной власти, проходить заседания интернациональных съездов. Второй уровень — вращающаяся пирамида. Она вращается со скоростью один оборот в месяц, и в ней могут находиться исполнительные органы Интернационала. Наконец, верхний уровень — вращающийся цилиндр, который совершает один оборот в сутки. Там может помещаться пресса. И куб, и пирамида, и цилиндр будут выполнены из стекла, так что каждый гражданин сможет видеть все происходящее там».
Курсив в последней цитате мой.
Перескочим на пятьдесят лет вперед, в год от Рождества Христова 1957-й, когда впервые на журнальных страницах появилась «Туманность Андромеды» Ивана Антоновича Ефремова:
«Огромное плоское стеклянное здание горело в отблесках кровавого солнца. Прямо под крышей находилось нечто вроде большого зала собраний. Там застыло в неподвижности множество существ, не похожих на землян, но, несомненно, людей».
«Дар Ветер застал девушку-палеонтолога в оживленной беседе с загорелым юношей и вышел на кольцевую площадку, окаймлявшую стеклянную комнату».
«Узкий пояс автоматических заводов на границе между земледельческой и лесной зонами ослепительно засверкал на солнце куполами из “лунного” стекла. Суровые формы колоссальных машин смутно виднелись сквозь стены
хрустальных зданий».
И так далее, цитировать можно долго. Как видим, урок Чернышевского не пропал даром.
В романе Георгия Мартынова «Гость из бездны» тоже сплошь стекло-хаты. «Каллисто» и «Гианэю» не помню, их просто не нашлось под рукой, но печень даю на съедение, не обошлось без стекла и там.
А вот отрывочек из «Полдня, XXII века» братьев Стругацких:
«Дорога текла плавно, без толчков <…> в просветах между ветвями появлялись и исчезали большие стеклянные здания, светлые коттеджи, открытые веранды под блестящими пестрыми навесами».
Стекло, стекло и стекло. Главный элемент будущего — прозрачность. Символ прозрачности — стекло. Прозрачность — значит открытость. «Нам нечего скрывать друг от друга». Это уже Замятин, его антиутопия «Мы».
«Мы живем всегда на виду, вечно омываемые светом… К тому же это облегчает тяжкий и высокий труд Хранителей».
Главное устремление футуристов и примкнувших к ним отечественных фантастов — создание языка будущего. Языка — в широком смысле этого слова. То есть языка моды, живописи, поэзии, музыки, общения, театра, архитектуры… Иначе — языка жизни. Но — из материала, который имеется под рукой. Это поэтические попытки строить островки будущего сегодня. Не того будущего, которое действительно будет (мы не знаем, что произойдет завтра: комета ли опалит Землю, заморозит ли ее новый ледниковый период, само ли перебьет себя человечество в очередной безумной войне), а искусственного, умом придуманного и представленного как на подмостках сцены перед обычно равнодушными зрителями. Будущего, в котором его создателям хочется жить. В этом смысле и первые советские коммунисты были футуристы по жизни — сломали старый, подгнивший мир и попытались на груде мусора возвести новый. Кстати, литературные футуристы, Хлебников, Маяковский и их компания, это хорошо чувствовали и тянулись к большевизму, как к родине. Другое дело, что продлилось это недолго.
И вообще, что может быть веселее, чем спроектировать будущее на бумаге. И приужахнуться, как говорится в народных сказках, когда некто, обремененный властью, начнет овеществлять твой проект. Сперва загонит тебя пинками в тобой придуманные стекло-бараки, потом начнет преображать землю дешевой силой твоих же рабочих рук.
«Мы живем всегда на виду, вечно омываемые светом… К тому же это облегчает тяжкий и высокий труд Хранителей».
Ф
Фантастика
Однажды Павел Крусанов, прочитав обо мне в какой-то заметке, удивленно меня спросил: «Да ты, оказывается, писатель-фантаст?».
«Конечно, — ответил я. — Какой русский писатель не любит писать фантастику?»
Я на самом деле слукавил. Потому что, по определению критика В. Владимирского, писатель-фантаст это такой писатель, который ничего не пишет, кроме фантастики. Я же пишу иногда и серьезные литературоведческие этюды на серьезные и важные темы. Например, о проблемах икрометания в водоемах России в целом и в поэзии Багрицкого в частности. Или сочиняю стихи о смерти.
Что же до фантастики… Да, порою нападает такое вдохновенное состояние, когда, говоря стихами поэта-самоучки 20-х годов Н. Алексеевского:
В литературной фантастике у меня была хорошая школа. Мои фантастические учителя: 1) Г. Мартынов и 2) Б. Миловидов — оба, увы, покойники. Это лучшие два фантаста в мире.
Знаете, что такое бьеньетостанция? «Бьень» — на каллистянском языке означает «передача». «Ето» означает «волна». Если объединить их вместе, получается «волнопередающая станция».
Планету Каллисто открыл для меня писатель-фантаст Мартынов. Это планета моей мечты. Имя командира каллистянского корабля-шара для меня звучит слаще музыки Моцарта и Чайковского вместе взятых. Диегонь. Прислушайтесь к звукам этого волшебного имени. Поэт Хлебников за такое имя разбил бы доски всех в мире судеб и полжизни ходил лунатиком, пробуя каждый звук кончиком языка.
А мавзолей героев каллистянского народа — корабль на дне неземного моря с развевающимся зеленым знаменем? Это вам не конструктивистский пенал с трибунами по фасаду на Красной площади. Это романтично, как бригантина из песни на стихи Павла Когана.
Мартынова я в жизни не знал, только по книгам. Андрей Балабуха вспоминает, что он был абсолютно глухой и, выпивши в компании коллег по литературному цеху, обычно начинал поносить их шепотом, называя блядьми и прихвостнями и думая, что его не слышат.
Борю Миловидова я знал хорошо, у меня есть даже стихотворение Бориной памяти. Вот оно:
Нам вчера прислали из рук вон плохую весть…
Короче, позвонили мне из некоего мелкопоместного издательства и предложили участвовать в безгонорарной стихотворной антологии под кодовым названием «Фантастическая поэзия». Понятно, я согласился. Затем судорожно стал ворочать мозгами, пытаясь вспомнить, есть ли у меня что-либо, соответствующее предложенной теме. Но, увы, ничего не вспомнил. Времени до сдачи обещанного стихотворного материала оставалось ровно 24 часа, и я понял, что нужно сесть и срочно сочинить что-нибудь фантастическое, раз уж я дал согласие. Надо же хоть таким способом войти в историю отечественной фантастики. И вот сочинил:
Кто такие Пушкин, Гоголь, Кукольник, Портос, Веллер и Дмитрий Быков, человеку просвещенному объяснять не надо. Другое дело — фамилии особо не маячащие в радио- и телеэфире. Поэтому поясню незнающим, кто есть кто в моем фантастическом сочинении.
Куклин — это, увы, покойный Лев Валерьянович Куклин, автор песен, которые в 60-е годы пело все мыслящее население нашей большой страны. Помните: «Качает, качает, качает задира ветер фонари над мостовой…»? Это песенка Куклина. И еще: «Города, где я бывал, о которых тосковал, мне знакомы от стен и до крыш…» Это тоже Лёва Куклин. Ну и, конечно: «Что у вас, ребята, в рюкзаках», — любой пикник на обочине в мои времена считался проведенным бездарно, если под расстроенную гитару не исполнялась эта дивная песня.
Прашкевич — это Гена Прашкевич, новосибирец, поэт, фантаст с редчайшим из существующих в земной природе отчеств — Мартович. Лучшая книга Гены (это мое личное мнение) — «Секретный дьяк», фантастическая история поисков дороги в Японию в XVII веке. Некоторые страницы «Дьяка» нисколько не уступают историко-фантастической прозе Юрия Николаевича Тынянова — «Подпоручику Киже», «Восковой персоне», «Малолетнему Витушишникову».
«Рух, бухой…» — да простит мне Аркаша Рух, о котором я так нелестно высказался. Но, Аркадий, ведь было, было… Помнишь, как ты, путаясь в обсценной и необсценной лексике, пытался вывести нас с критиком В. Владимирским подворотнями с Васильевского острова на Невский проспект?
Андрей Балабуха — это последний классик современной фантастической прозы. Совершенно замечательный собутыльник. Человек, общавшийся с капитаном Сорви-головой из одноименного романа Луи Буссенара. Этого одного достаточно, чтобы внести его в красный список лучших людей планеты.
Юлий Буркин — писатель, живущий в Томске. Битломан, написавший книгу о великой ливерпульской квадриге. Автор песен, которые не поет страна, потому что все песенные площадки завоеваны продажной попсой. Шепелявит, но это природное, а потому добавляет шарма.
Романецкий — писатель Николай Романецкий, ему я посвятил книгу «Кому лебедь, кому выпь» (СПб: Геликон плюс, 2003) — кому интересно, могут поспрашивать в букинистических магазинах.
Далька — это Трускиновская Даля, чудо-умница и чудо-занудище, которое живет в Риге, маскируясь под андерсеновскую лапландку.
Антонище унд Молчанище — московитянин Антон Молчанов, скрывающийся под девичьим псевдонимом Скаландис. По поручению Дмитрия Быкова пишет (а может быть, уже написал) биографию братьев Стругацких, за которую получит наверняка все мыслимые и немыслимые премии в соответствующей литературной нише.
Ш
Штерн Б.
Слово о Боре Штерне
(написано 8 ноября 1998 года)
Вчера вечером Саша Сидорович по телефону сказал, что в Киеве умер Штерн.
С Борей Штерном я познакомился в Сосновом Бору в 1991 году, познакомил нас покойный Борис Миловидов (Миловидов был человек замечательный сам по себе, но о нем разговор особый). Кто-то из друзей Сидоровича продавал в фойе гостиницы пиво, вот там, у импровизированной пивточки, мы с Борей и познакомились. Я тогда приехал в Сосновый Бор случайно — умер Шалимов, и меня попросили в Союзе писателей сообщить об этом на Интерпрессконе (или сосновоборский кон тогда еще не назывался Интерпрессконом?). Когда я туда приехал, о смерти Шалимова все уже знали. Я зашел в номер к Сан Санычу Щербакову, там сидели Критиков, Балабуха, сам Щербаков и Виталий Иванович Бугров и поминали Александра Ивановича. Потом мы со Штерном встречались на всех петербургских конвентах, когда он сюда приезжал.
Боря — человек-анекдот, и не только по рассказам Гены Прашкевича. Я помню замечательную Борину фразу, сказанную им на торжественном закрытии одного из конвентов: «А сейчас все идем в бар, сядем и… поедем». Рассказывать он практически не умел, говорил всегда запинаясь, и не только по причине частой своей нетрезвости. Когда ему вручали премию «Странник» в 1995 году, он сказал, кивнув на портрет Мусоргского работы Крамского (дело происходило в петербургском Доме композиторов), примерно такую фразу: «Господа, надо бросать пить». В том смысле, что когда пьешь, ничего не доделываешь до конца.
Гена Прашкевич рассказывал, как Боря прилетел к нему в Новосибирск на 50-летие, сел за стол, выпил рюмку водки за здоровье именинника и тут же, не отходя от стола, заснул. Проснулся он на другое утро, за час или два до вылета самолета, на который у него заранее был куплен билет. И улетел обратно.
А еще Гена рассказывал, как Боря ночью, обычно часа в два или три, звонил ему из Киева в Новосибирск и спрашивал грустным голосом: «Гена, что дальше-то будем делать?». Гена долго молчал в ответ, ждал, когда набежит побольше денег за разговор, а потом отвечал таким же печальным голосом: «Спать, Боря, дальше мы будем спать».
Боря был человек мягкий, всем с Борей хотелось выпить, и он никому не мог отказать. Борю во гневе я видел всего лишь раз, на банкете по случаю «Странника», он в чем-то обвинял Лайка (киевского писателя и музыканта Александра Кисселя), и дело едва не кончилось дракой, их с Лайком потом разнимали.
Наверное, когда-нибудь стоит всем, кто Борю более-менее хорошо знал, собрать о нем побольше воспоминаний и напечатать все это, если не в книге, то хотя бы на интернетовском сайте. Я думаю, воспоминания не ограничатся совместными возлияниями, кто-то поговорит и о творчестве.
Последний Борин роман — я имею в виду «Эфиопа» — по блеску и мастерству, с которыми книга написана, нисколько не уступает вершинам мировой классики, созданным в этом жанре. Таким, как книга Рабле, Симплициссимус, Ильф и Петров с их великим Остапом Бендером. Я не знаю, успел ли Боря дописать роман об инспекторе Бел Аморе, над которым в последние дни работал, но очень хочется верить, что это так. Тогда мы опять прочитаем новую книгу Штерна. А это значит, что все-таки Боря жив, раз вышла его новая книга.
P.S. Начал перечитывать эти свои заметки, и сделалось немного не по себе. Большинства людей, упомянутых мною в тексте, уже нет в живых. Это, кроме самого Штерна и Александра Ивановича Шалимова, — Борис Миловидов, Сан Саныч Щербаков, Анатолий Федорович Бритиков, Виталий Иванович Бугров. Все они служили литературе, всех их мы хорошо знали. И всех их по-настоящему не хватает.
P.P.S. Два стихотворения:
ЕВАЛМЕР
Аврорская тайна Розвелла
19 апреля 1897 года (ровно за полвека до Розвелла) жители Авроры наблюдали полет над их селением странного объекта, который вполне могли бы назвать НЛО, если бы подобная аббревиатура существовала в конце XIX века. И только благодаря тут же объявившемуся в этих краях (точно с небес свалившемуся) мистеру Робертсону феномен НЛО не стерся в памяти потомков. Однако куда большую известность получил роман самого Моргана Робертсона «Тщетность». В романе он во всех деталях описал ажиотаж, предшествующий выходу в первое плавание гигантского лайнера, считавшегося непотопляемым судном. Писатель сделал особый акцент на наличие на его борту в числе пассажиров множества знаменитых людей. Робертсон также указал причину аварии (столкновение с ледяной горой), быстро переросшей в полномасштабную катастрофу из-за нераспорядительности капитана и нехватки на лайнере спасательных средств и даже дату (апрель месяц) этой катастрофы. В общем, дал вполне всеобъемлющую картину трагедии лайнера, опубликовав свой роман в 1898 году?! Годом позже пролета НЛО над Авророй
Много позже тесная связь пророка Робертсона с аврорским НЛО была подтверждена дневниковыми записями другой загадочной личности — Николая Теслы, столь же внезапно ставшего не пророком, но изобретателем. В работах Теслы получила развитие концепция загадочных «лучей смерти». В 1900 году он пытался создать «молниемет». Испытание его конструкции в США (штат Колорадо, к северу от Нью-Мексико) не позволило добиться направленного потока энергии, однако побочным эффектом этого испытания стал выход из строя находящегося поблизости оборудования. Последнее обстоятельство явно заинтересовало американскую военщину, но Тесла уклонился от предложенного ему сотрудничества.
Специализированными исследованиями побочного эффекта молниемета Теслы занялся Филиппов. В 1903 году в России были успешно проведены стендовые испытания дистанционного глушения работы двигателей. Однако развития российская концепция не получила по причине скоропостижной кончины талантливого последователя Теслы. Сам же Тесла с этого времени стал значительно больше внимания уделять режиму секретности собственных технических изысканий.
Следуя хронологии событий, стоит упомянуть 1908 год, знаменательный своим «тунгусским метеоритом», о подлинной природе которого научные споры не утихают и по сей день. В начале же XX века существовала еще и версия личной причастности Теслы к грандиозному сибирскому взрыву. Якобы секретные исследования этого технического гения в области передачи энергии на глобальные расстояния и послужили причиной далекой сибирской катастрофы. Сам Тесла подобных слухов о возможных последствиях своих экспериментов не опровергал, однако выглядят они явно надуманными. Не в пример событиям 1912 года, оставившим в истории след гибелью «непотопляемого» «Титаника». В точном соответствии с предсказанием Робертсона гигантский лайнер в ночь с 14 на 15 апреля столкнулся в Атлантике с огромным айсбергом и затонул. Из 1343 пассажиров и 885 членов экипажа лайнера смогли спастись лишь 705 человек. Главной причиной трагедии, по мнению абсолютно всех исследователей, стали нехватка спасательных средств на борту лайнера и «непоследовательные» действия капитана. Как и «предупреждал» в своем романе Робертсон. Тем не менее, капитану «Титаника» — Эдварду Смиту на родине был воздвигнут памятник (не каждый капитан, виновный в катастрофическом утоплении своего корабля, удостаивается подобной чести).
По некоторым данным, у одного из кочегаров «Титаника» имелся роман Робертсона «Тщетность». Эта и ряд других мелких деталей трагедии, таких, как присутствие в 8 милях севернее «Титаника» неопознанного плавающего объекта — НПО, — длительное время бездеятельно наблюдавшего за трагедией лайнера и затем спешно покинувшего место катастрофы, не вошли в канонизированное временем представление о причинах гибели «Титаника». Однако они произвели на Теслу настолько потрясающее впечатление, что он на долгое время (положение дел усугубила Первая мировая война) отходит от всех своих исследований.
Вернулся же Тесла к концепции «глушителя Филиппова» только в 1935 году. Тогда он успешно провел масштабные полевые испытания «лучей смерти» в плане глушения ими работы двигателей. И вновь Тесла отказался от предложения сотрудничества с военными. И вновь его исследования получили продолжение за пределами США, на сей раз в Италии. Маркони, уже успевший получить Нобелевскую премию по физике за изобретенное Поповым радио, решил получить и вторую премию за изобретение Теслы. В 1936 году он «лучами Теслы» осуществил демонстрационное глушение двигателей автомобилей кортежа жены самого итальянского диктатора Муссолини. В отличие от Теслы, Маркони сам искал контактов с политиками, намереваясь заинтересовать их перспективами военного применения «глушащих лучей». И это ему, как прежде в России Филиппову, удалось. И вновь, как прежде в России, в Италии неожиданная смерть путает карты случайного последователя Теслы. Маркони умирает в 1937 году, в самый разгар своих торгов с руководством Италии по денежному вознаграждению за чертежи «глушителя Филиппова». Тем не менее, широкий политический резонанс демонстрации возможностей «глушителя Филиппова» привлек к себе пристальное внимание германской «Аненербе» — мистической организации истинных арийцев. И в 1938 году в Германии начинается реализация секретного «Проекта 211». Нескольких дополнительных слов достоин сам «глушитель Филиппова», действие которого оказалось полностью аналогично детально описанному позже многочисленными очевидцами (начиная с шестидесятых годов прошлого века) воздействию на двигатели автомобилей со стороны зависающих над автострадами НЛО.
Тесла незадолго до своей смерти в 1943 году ставит в известность американские и британские спецслужбы о наличии во льдах Антарктиды секретной военной базы Германии Надир. Пресловутый «Проект 211», по его словам, означал план захвата немцами созданной «внешними умами» антарктической цитадели с целью постановки на службу военным кругам Германии технического потенциала (супероружия) Надира. Под супероружием Тесла подразумевал те самые «лучи смерти», исследованием которых он начал заниматься с момента своего знакомства с Робертсоном. Якобы Морган Робертсон лично видел «лучи смерти» в их боевом применении НЛО, а также имел некоторые представления и об иных, пространственно-временных возможностях НЛО.
Сам Тесла окончательно поверил этим «откровениям» Робертсона только после гибели «Титаника», описанной Робертсоном задолго до постройки самого лайнера. В свою очередь, и «предсмертные признания» Николая Теслы, прославившегося нестандартностью и экстравагантностью своих поступков, также были встречены и в Америке, и на Британских островах с известной долей недоверия и скепсиса. Тем не менее, побочным продуктом пространственно-временных возможностей НЛО (эффектом оптической маскировки НЛО в начальной стадии его пространственно-временного маневра) американские военные заинтересовались. И данный эффект США тут же попытались реализовать в собственных военных целях. Весьма противоречивые сведения о результатах секретного эксперимента ВМФ США по оптической маскировке военного корабля не позволяют судить об американских достижениях в полном объеме, однако они явно не остались незамеченными как руководством «Аненербе», так и пресловутыми «внешними умами» (проблема «внешних умов» достойна отдельного рассмотрения). Британия же с 1944 года приступила к интенсивным поискам в Антарктиде непосредственно самой цитадели арийцев — Надира. И, судя по всему, англичане шли по верному пути, поскольку «неожиданный» демарш командира германской подводной лодки «U-530» летом 1945 года был обусловлен планом экстренного привлечения Аргентины к процессу «выдавливания» Британии из южного океана. Капитан германской субмарины сдался официальным властям латиноамериканской страны. Его показания позволили ВМФ Аргентины блокировать и принудить к всплытию еще одну (и последнюю) подводную лодку флота Надира, а политическому руководству страны стала известна германская концепция возрождения фашизма.
Военное поражение Германии в Европе привело к появлению на свет реваншистской концепции «Валькирия-2», подразумевающей создание нового арийского государства далеко за пределами Старого Света. И центром (столицей) неофициальной структуры этого нового государства надлежало стать скрытому во льдах Антарктиды Надиру. Здесь (с момента начала войны Германии на два фронта) сосредотачивалось все научно-технологическое наследие «Аненербе» — тайной организации Третьего Рейха, осваивающей, с ее слов, потенциал неких «внешних умов». Вся послевоенная деятельность «Аненербе» координировалась аппаратом СС во главе с ближайшим соратником Гитлера — Борманом. К передовым технологиям антарктической цитадели в рамках концепции «Валькирия-2» решено было подключить ресурсы и технический потенциал расположенной поблизости Аргентины — страны, в которую из поверженной Германии заблаговременно был эвакуирован костяк среднего звена СС вместе с золотым резервом нацистской партии. Все формы «нетрадиционного воздействия» выносились далеко за границы надир-аргентинской «берлоги» — в район Багамских островов. Первой жертвой стало 19-е авиационное звено американских «Эвенджеров», без следа сгинувшее в пресловутом Бермудском треугольнике, как и вылетевший на его поиски гидроплан «Мартин Маринер». С этих событий, собственно говоря, и получает известность само понятие Бермудского треугольника — загадочной зоны Атлантики, в которой, якобы, уже задолго до описываемых событий происходили «загадочные исчезновения судов» (и первый подобный случай был соотнесен с судном «Розалии», пропавшим в этом районе Атлантики еще в 1840 году).
Именно США рассматривались Борманом в качестве главного соперника нового арийского государства. К тому же США завладели и основной массой германских военных наработок, базирующихся на передовых достижениях «Аненербе». В этом разрезе контроль над транспортными путями являлся важным звеном концепции «Гольфстрим». Главным же предназначением багамского форпоста «Гольфстрим» в рамках нового арийского государства являлось наведение космического моста с базой на Луне, которую Борман (единственный представитель верхушки нацистского режима, сумевший избежать Нюрнбергского процесса) намеревался построить для восстановления и углубления связей с пресловутыми «внешними умами». Нормализации отношений новых истинных арийцев с этими самыми «внешними умами» придавалось жизненно-важное значение. Замаскировать же планируемые челночные рейсы к Луне предполагалось созданием ореола таинственности явлений, регулярно возникающих в Бермудском треугольнике. Вопрос же раздела Луны на сферы влияния поднимался в 1945 году (с подачи Советского Союза самостоятельно, без наводок Теслы) и среди участниц антигитлеровской коалиции, но был заблокирован Соединенными Штатами. США предпочли развертывание космической гонки к Луне (в которой они надеялись обойти как СССР, так и Британию) совместным усилиям стран-победительниц во Второй мировой войне.
Прямая (хотя и неформальная) конфронтация с США, в которую втягивали Аргентину новые арийцы, явно не вписывалась в стратегические интересы Буэнос-Айреса. И потому обе подводные лодки (вместе с их экипажами) были, в конечном счете, переданы аргентинцами властям США. Узнав о реальном (подтверждающем правоту Теслы) существовании в Антарктиде последнего оплота поверженной Германии и об антиамериканских планах этого оплота, руководство США приняло решение захватить Надир и доставить Бормана (живого или мертвого) в Америку. В декабре 1946 года к берегам Антарктиды была направлена американская военно-морская армада в составе авианесущего эсминца, 12 надводных кораблей поддержки и подводной лодки. К Надиру направился адмирал Ричард Берд во главе 5000 «морских волков». Поход планировался из расчета полугодовой продолжительности. Назад же адмирал вернулся уже через два месяца, без эсминца «Мэрдок» и половины всей палубной авиации. Провал экспедиции США был обусловлен (по отчетам самого Берда) четвертьчасовой атакой на его корабли неожиданно выныривающих из-под воды у берегов Антарктиды НЛО. Эти НЛО стреляли по американцам «странными лучами» и были практически неуязвимы, совершая не менее странные «пространственно-временные» маневры. Примечательно то, что среди погибших (точнее, среди пропавших без вести) «морских волков» Берда числился некий сержант Робертсон. Адмирал настаивал на организации нового, пятикратно более масштабного десанта на Надир. И неизвестно, какое решение принял бы президент США, если бы в самый разгар дебатов по этому вопросу не случился таинственный розвелловский инцидент 1947 года. Тогда над территорией США (в штате Нью-Мексико), по официальной версии, потерпел аварию и упал метеорологический зонд. По версии автора — подвергся атаке американских ВВС НЛО новых арийцев с сержантом Робертсоном (бравым американским воякой, из всей мировой истории знающим, да и то более-менее, лишь историю с крушением «Титаника») на борту. История этого инцидента (благодаря фактору «внешних умов») мгновенно обросла фантастическими деталями инопланетного порядка. И на фоне этих деталей уже достаточно безобидно выглядит истинная подоплека событий.
Отбив атаку Берда, истощившую обогнавшие само время, но при этом все же весьма ограниченные ресурсы Надира, Борман принимает единственно верное решение — упреждающим ударом по США сорвать планы второго американского десанта на рассекреченную ими антарктическую цитадель новых арийцев. Так над территорией США и появляется странный объект неопознанного происхождения, но «с явно враждебными намерениями неясного характера». При попытке американцев его сбить странный НЛО исчезает (роль Робертсона в этом инциденте автору до конца неясна, но, несомненно, она занимала далеко не последнее место), оставляя после себя не менее странные обломки с опознавательными знаками новых арийцев. Руководство США недоумевает по поводу произошедшего, пребывая в полной растерянности в отношении дальнейших действий Надира. В сложившихся условиях неопределенности усугублять положение организацией нового штурма Надира представляется для США делом слишком рискованным. Цель Бормана достигнута, рассчитывать на нечто большее он (потеряв весь свой флот и значительно истощив энергетический потенциал Надира) вряд ли уже мог. Подобно спруту, оставляющему после себя чернильное облако, НЛО новых арийцев сбил с толку своих преследователей, «исчезнув» пред их изумленным взором, чтобы, совершив пространственно-временной маневр, сместиться на 500 миль и 50 лет в сторону Техаса. Так заштатное местечко Розвелл обрело мировую известность благодаря уникальному по своей значимости для уфологии явлению, замкнувшему хронологический круг: Аврора (Техас) — Розвелл (Нью-Мексико).
Информаторий
3
«Созвездие Аю-Даг» — 2008
В программе фестиваля: мастер-классы Д. Казакова и Д. Володихина; семинар Д. Федотова «Крупные проблемы малой формы» и семинар по фантастической критике (В. Владимирский, Д. Володихин, Г. Елисеев), доклады; экскурсии: дельфинарий, винзавод «Массандра», Ялтинская киностудия; конкурс фантастической живописи, практикум по историческому фехтованию, концерт группы «Зимовье зверей», поэтический вечер: выступление Поэтического Сообщества Инфоромантиков «ПСИ».
Участники фестиваля размещаются в комфортабельных номерах лечебно-оздоровительного комплекса «Айвазовское», обеспечиваются 3-х разовым питанием.
Лечебно-оздоровительный комплекс расположен на берегу моря в бухте между мысами Плака и Тепелер и занимает площадь 28 га.
Дополнительные услуги: водолечебница, массаж, терапевтическая стоматология, закрытый плавательный бассейн с морской водой, тренажерный зал, танцевальный зал, летний и зимний кинотеатр, бильярд, боулинг.
Поделиться книгой: