Секс в человеческой любви

Асимметрическое отношение. Род-Реб. «Мужчина, который заботится обо мне». Рисунок 9

Асимметрическое отношение. Взр-Реб. «Он чинит вещи». Рисунок 10

Асимметрическое отношение. Реб-Реб. «Пенис для игры». Рисунок 11

Полная эксплуатация. Отошения Роджера и Сьюзен. Рисунок 12

Ясно, что секс может найти место в любом из отношений, рассмотренных в этой главе; мы приходим, таким образом, к следующему ниже перечню с комментариями по поводу некоторых вещей.

Знакомые, или случайный секс. Что может происходить «неожиданно», импульсивно, из-за денег, чтобы что-нибудь доказать, чтобы «кому-нибудь показать» или в виде развлечения в особых ситуациях скуки.

Сотрудники, или секс в учреждении. Это обычно происходит между работниками одного уровня. Большинство бизнесменов избегает этого, исходя из того, что легче найти другую хорошую любовницу, чем другую хорошую секретаршу. Умные секретарши избегают этого из тех же соображений, поскольку они полагают, что легче найти хорошего любовника[141], чем хорошего босса. Независимо от этических соображений врачи и умные пациентки избегают этого по таким же причинам. Врачу[142] легче найти хорошую любовницу[143], чем найти другую хорошую пациентку. И, конечно, пациентке легче найти хорошего любовника, чем другого хорошего терапевта, поскольку в этой стране есть миллионы пригодных холостяков, но всего лишь несколько тысяч компетентных психиатров[144].

Секс в комитете. Это может зависеть от частого общения и личных предпочтений. В действующих комитетах это может действовать, но в комитетах типа «Как Это Ужасно» — это должно быть ужасно.

Секс с уважением. Это рискованно даже в том случае, если обе стороны не состоят в браке и уверены в своей потенции. Если этот секс окажется не вполне прямым и не вполне удовлетворительным, то уважение скоро выгорит в неуклюжей страсти, и в пепле уважения обнаружатся тлеющие угольки презрения. Вряд ли стоит доводить столь прекрасную вещь, как уважение, до такого конца.

Секс с восхищением. Это хороший способ получить автограф от мужчины, вызывающего восхищение.

Секс с привязанностью — это чудесно.

Приятельский секс. Это, как полагают некоторые люди, хороший способ разделить плату за ночлег.

Дружеский секс. Ничто так не мешает дружбе, как секс, и ничто так не мешает сексу, как дружба.

Секс с близостью — это здорово![145]

Секс с любовью. Флюиды секса образуют крепкую связь, а также производят детей.

Брак

Брак может быть основан на любой из описанных выше ситуаций или включать ее, и я не буду пытаться дать формальный анализ этого трудного отношения, приводящего лишь в Соединенных Штатах к 500 000 разводов в год. (Откуда, очевидно, вытекает мораль, что радикальное средство против разводов — это отменить брак.). Но я хотел бы предложить некоторую весьма искусственную классификацию, имеющую во всяком случае два достоинства: она не вводит в заблуждение и ее легко запомнить. Строится она по буквам алфавита: A, H, I, O, S, V, X, Y.

Брак типа А начинается как вынужденное или срочное мероприятие, например по случаю беременности. Супруги далеки друг от друга, но вскоре находят единственную соединяющую их связь, например родившегося младенца. Это изображается перекладиной буквы А. С течением времени они все больше сближаются и, в конечном счете, составляют действующее предприятие. Это изображается вершиной буквы А.

Брак типа H начинается так же, но супруги никогда не сближаются, и брак держится на единственной связи. В противном случае они возвращаются к своим прежним интересам.

Брак типа I начинается и кончается в виде супружеской пары, скованной в одно целое.

Брак типа O все время идет по кругу, ни к чему не приводя и повторяя одни и те же шаблоны поведения, пока не завершается смертью или разрывом.

Брак типа S блуждает в поисках счастья и, в конечном счете, оканчивается несколько выше и правее своей начальной точки, но никогда не заходит дальше, оставляя обе стороны разочарованными, сбитыми с толку и подходящими кандидатами для психотерапии, поскольку они пережили уже вместе столько разных вещей, что не хотят развода.

Брак типа V начинается со сближения пары, которая, однако, сразу же начинает расходиться, может быть, после медового месяца или даже после первой ночи.

Брак типа X начинается так же, как A. В одной точке получается единственный период блаженства. Они ждут, что это повторится, но это больше никогда не случается, и они расходятся все дальше, уже никогда не сближаясь.

Брак типа Y начинается хорошо, но трудности возрастают, и, в конечном счете, каждый из супругов находит себе отдельные интересы и идет своим путем.

Несомненно, есть много и других типов брака, но они не укладываются в наш алфавит, и придется оставить их для более сложной классификационной системы.

Юридические отношения

В виде контраста со структурной системой классификации отношений, основанной на состояниях эго, мы рассмотрим теперь в общих чертах сексуальные аспекты юридической классификации.

Личные отношения были для этой профессии предметом непрерывного внимания и бесчисленных определений начиная с Древнего Рима, в некоторой степени даже и раньше. Наряду с четырьмя главными классами отношений, обычно фигурирующими в юридических книгах [15], мы прибавим пятый. То, что при этом имеется в виду, хотя и не является личным отношением, но легко превращается в таковое.

Муж и жена

Секс между мужем и женой не только дозволен, но более или менее принудителен. Если брак «не осуществился», это может быть основанием для его расторжения. С другой стороны, во многих штатах США установлены многие пределы для видов секса, дозволенные в браке. Все, за исключением вагинальной копуляции лицом к лицу, может быть объявлено «противоестественным преступлением», что составляет тяжкое нарушение закона и наказывается тюремным заключением. Итак, с юридической точки зрения единственный половой акт лицом к лицу составляет брак, а всякая другая форма сношения превращает обе стороны в преступников.

Родитель и ребенок

Половые отношения между родителем и ребенком запрещаются даже когда ребенок стал взрослым, потому что они составляют инцест. Единственные сексуальные удовольствия, дозволенные законом, это крайние извращения или далеко заходящие процедуры, оправдываемые соображениями морали и гигиены. Отцу разрешается шлепать детей по ягодицам, одетыми и раздетыми, в том числе и дочерей. Матери разрешается ежедневно ставить клизмы своему сыну (а отцу — своей дочери), даже без указания врача. Отцу юридически дозволено поднимать платье своей дочери, вернувшейся со свидания, чтобы проверить, не было ли у нее сношения. И обоим родителям разрешается раздеваться и отправляться в ванну нагишом в присутствии своих детей.

Опекун и подопечный

Сюда входит много сложных юридических ситуаций. Вообще говоря, предполагается, что опекун и подопечная (или опекунша и подопечный) не должны иметь между собой половых сношений. В некоторых случаях это явно запрещено, в других же это может быть допустимо и составляет одно из возможных удовольствий от такого юридического отношения. Если опекается несовершеннолетний (или несовершеннолетняя), то опекающему лицу могут быть дозволены те же извращения, что и родителям.

Хозяин и слуга

Сюда могут относиться мастер и подмастерье, учитель и ученик. Установившееся правило (или, по крайней мере, распространенный обычай) состоит в том, что хозяин может иметь половые отношения со своими служанками, а хозяйка со слугами, причем в случае нежелательных последствий служанка может требовать компенсацию по общим статьям закона. Тем самым эти отношения являются чем-то вроде игры в помещичьей усадьбе[146]. Когда девушек недостает, хозяин проигрывает. В былые времена, когда учителя сохраняли дистанцию между собой и своими учениками, на секс между ними смотрели косо. Но по мере того, как их отношения становятся более близкими, такой секс становится все более обычным и приемлемым[147]. Обычный вид половых отношений — это отношения босса и секретарши, существующие даже вопреки здравому смыслу, потому что такие двойные контракты редко удаются. Женщина часто может быть хорошей секретаршей или хорошей любовницей, но нелегко быть тем и другим для одного и того же мужчины, и часто эти две профессии мешают друг другу.

Поставщик и клиент

Нет закона, специально запрещающего бизнесмену иметь половые отношения со своими клиентками, но существуют определенные профессиональные отношения «доверительного» характера. В таких случаях клиентка (или клиент) находится в руках поставщика и имеет склонность полагаться на его суждения и следовать его советам, поскольку все это составляет оплачиваемый товар. Так же обстоит дело в случае юристов или социальных работников[148] и их клиентов, врачей или психотерапевтов и их пациентов. Для профессионала половая связь с клиенткой или пациенткой считается неэтичной, а иногда незаконной. Иногда встречаются терапевты, делающие это в убеждении, что пациентки от этого скорее поправляются, но так случается редко. В большинстве случаев это наносит вред терапевтическому отношению, а пациенткам становится хуже.

Плохо здесь то, что любовь не входит в контракт. Пациентка платит за лечение, а не за секс. Некоторые терапевты и юристы обходят этическую проблему, дожидаясь, пока дело «окончится», и уже тогда имеют секс со своей клиенткой. Это, может быть, и законно, но, уж конечно, неэтично. Иногда поставщик имеет секс со своими клиентками, также получая плату за услуги, и этим низводит себя до уровня разносчика наркотиков или мужчины известной профессии[149].

Как мы видим, юридическая классификация отношений доставляет некоторую пищу для размышления, но не столь последовательна и не столь удовлетворительна в интеллектуальном смысле, как изучение взаимодействий. Она не доставляет возможностей для анализа, понимания и предсказания. В действительности она не столь научна, как цинична. Во многом это относится и к другим общепринятым системам. Психоанализ способен анализировать отношения, но не дает их осмысленной классификации, причем его процедура гораздо более громоздка, чем при анализе взаимодействий.

Дальнейшие сведения о классификации отношений в более формальном описании содержатся в Приложении к этой книге.

Примечания и литературные ссылки

1. Берн Э.: «Анализ взаимодействий в психотерапии» (Transactional Analysis in Psychotherapy), цит. соч.

2. Дач Р. А. (редактор): Тезаурус Роже (Dutch R. A. (ed.): Rojet’s Thesaurus. Pinguin Books Harmondswhorth, 1966).

3. Лиддел X. Дж. и Скотт Р.: Греко-английский словарь (Liddell H. I., and Scott R. Greeck-English Lexicon. Clarendon Press, Oxford, 1883).

4. Я стараюсь избегать по возможности слова «отношение» и некоторых других слов, выродившихся в штампы психосоциального рабочего жаргона. Исключение делается в тех случаях, когда какое-нибудь из этих слов может быть достаточно строгим образом изображено с помощью диаграммы. Здесь слово «отношение» применяется в специфическом смысле, а именно означает то, что изображает структурная диаграмма этого отношения.

5. «Домом для неизлечимых» и в самом деле называлось одно учреждение в Монреале (Канада), когда я был мальчиком; и уже тогда я чувствовал, что с этим понятием что-то неладно. То, что здесь описывалось, действительно произошло, когда одна раковая палата была превращена из такого дома неизлечимых в кооперативное сообщество, где у каждого было свое дело. Вместо того чтобы день за днем лежать в кровати, чувствуя себя несчастными и ожидая смерти, пациенты начинали обычно испытывать удовольствие, возвращаясь к жизни, хотя бы их и ждала по-прежнему смерть, как она ждет каждого из нас. См.: «Конечная раковая палата: атмосфера достоинства, созданная пациентами» («Terminal Cancer Ward: Patients Build Atmosphere of Dignity». Journal of the American Medical Association, 208: 1289, 26 May 1969). См. также Клагсбрун С. Ч.; «Рак, эмоции и медицинские с естры». (Klagsbrun S. «Cancer, Emotions and Nurses». Summary of Scientific Proceedings, 122nd Annual Meeting, American Psychiatric Society, Washington, 1969).

6. Лоренц K. З.: «Кольцо царя Соломона». (Lorenz K. Z.: King Solomon’s Ring. Translated by N. K. Wilson, Methuen, London, 1952).

7. Эта трактовка символизма отличается от психоаналитической точки зрения, высказанной в классической работе Эрнеста Джонса «Теория символизма» («The Theory of Symbolism». In E. Jones, Papers of on Psycho-Analysis. Published 1913. Fifth ed. 1948).

8. Форд Ч. С., Бич Ф. А.: «Шаблоны сексуального поведения». (Ford C. S. and Beach F. A. Patterns of Sexual Behaviour, Eyre & Spottiswood, London, 1965).

9. «Неощутимый запах» — это химическая «передача», посылаемая в воздух одним лицом и способная влиять на поведение других, причем никто из действующих лиц не знает, что произошло. Представление о таких запахах не является метафорическим. Прежде всего, такие химические вещества могли бы действовать точно так же, как запахи, испускаемые телом, за исключением того, что их «получатель» ничего не ощущал бы обонянием. С другой стороны, такие бесцветные газы, как окись углерода и некоторые газы военного назначения, а также лишенная запаха радиоактивность безусловно могут влиять на поведение, хотя и посредством патологических изменений. Наконец, насекомые, например бабочки, испускают такие вещества, которые должны вдыхать и бабочки, и люди, но люди не знают об их присутствии. В случае насекомых эти вещества называются феромонами; это гормоны, стимулирующие физиологические реакции или поведение у другой особи того же вида. При этом видовая специфичность зависит от присутствия специфических кетонов.

Нет способа выяснить, ощущает ли самец бабочки «запах» феромонов, испускаемых самкой. Известно, однако, что они действуют на систему обоняния. Это было установлено снятием электроантеннограмм (Шнейдер Д. и Сейбст Ю. «Половые феромоны Королевской бабочки: электроантеннограммы реакций». [Schneider D. and Seibt U. «Sex Phoronomes of the Queen Butterfly: Electroantennogramm Responses». Science 164: 1173–1174, 9 June 1969]).

10. Я назвал условное включение «возможным», потому что у меня нет клинического материала, подтверждающего это явление. Сказанное выше звучит убедительно и, конечно, вызывает надежды. Но, к сожалению, когда я спросил об этом одну недавно разведенную даму, то услышал ответ: «Нет и еще раз нет! Таким образом, это просто не действует!» Откуда можно было заключить, что она знает это, потому что она испробовала такой способ у себя на кухне. Таким образом, я оставляю эту возможность, серьезную или нет, в утешение озабоченным женам, физиологам-экспериментаторам и психотерапевтам-бихевиористам[150].

11. Павлов И. П. «Условные рефлексы и психиатрия».

12. Де Сад, Д. А. Ф.: цит. соч.

13. Берн Э. «Эксперимент близости» («The Intimacy Experiment». Transactional Analysis Bulletin 3: 113, 1964), а также «Еще раз о близости» («More about Intimacy», ibid 3: 125, 1964).

14. Хотя в этих экспериментах использовалось слово «нравиться», в этом есть что-то большее, поскольку в литературе часто описывались странные последующие отношения между жертвами пыток и теми, кто их (официальным или неофициальным образом) пытал, возникавшие в тех случаях, когда им случалось действительно увидеть друг друга и прямо поговорить друг с другом.

15. В основу обсуждения здесь положен Гражданский кодекс штата Калифорния, хотя я и не придерживаюсь его слишком строго.

5. Сексуальные игры

Введение. Этот безумный мир

Сексом можно наслаждаться в одиночку, группами или парами, он может быть актом близости, страсти, облегчения или долга, наконец, просто способом отдалить и отсрочить страшный день скуки, той скуки, которая неизменно сводничает Смерти, приводя к ней рано или поздно все ее жертвы — путем болезней, случайностей или предоставляя им самим сделать последний шаг. Ибо правда об этом состоит в том, что не время проходит мимо нас, а мы проходим сквозь него. В старые времена думали, что время — это протекающая мимо нас река, а мы стоим на берегу и рассматриваем текущую мимо нас воду. Но это неправда. Время — это море, и мы должны его пересечь. Мы можем пересечь его в одиноком труде и бдительности, как пересекают Атлантику в гребной лодке, или собравшись в компанию над топливными баками и автопилотом и не имея чем себя занять, кроме каких-нибудь пьяных или трезвых развлечений. И лишь немногим удается пересечь это море, величественно скользя по нему с развернутыми парусами на шлюпе или чем-нибудь еще великолепнее. Завернуть! Поднять крейс-марс! Пусть мчится наш корабль с полным такелажем по семи морям, единственный, достойный их переплыть! И все еще удается проплыть это море без остановки, не очень задумываясь о том, что происходит в его глубине.

В городах и деревнях живут миллионы птиц, но многие ли из вас слышали с полным вниманием, как сегодня пела одна из них? В городах и деревнях растут миллионы деревьев, но многие ли из вас с полным вниманием видели сегодня одно из них? Вот история, как я сам двигался без остановки по своему пути. Примерно пять раз в неделю я проходил от моей приемной до почты в маленькой деревне, где я живу. Я шел по тому же пути два года, т. е. проделал этот путь около 500 раз, прежде чем однажды заметил две раскинувшие листья пальмы и растущие между ними кактусы на углу, который я каждый раз проходил. И вот я прошел 499 раз мимо этой растрепанной прелести, не отдавая себе отчета в том, что там вообще что-то росло, потому что был поглощен движением, направляясь к почтовому отделению, чтобы получить там мою почту, чтобы потом вернуться в мой кабинет и ответить на эти письма, чтобы потом снова пойти на почту и получить ответы на мои ответы, чтобы снова на них ответить и получить на почте еще больше писем, на которые надо будет отвечать. Все мое время было загружено бременем, которое я сам на себя взвалил, и я не мог от него избавиться, хотя в любую минуту, по первому желанию я мог все это порвать и аккуратно сложить клочки в один из баков, предусмотрительно установленных сельскими властями, чтобы я не засорял тротуар.

Обо всем этом я размышлял однажды в Вене, лежа на кровати в гостинице и прислушиваясь к ночной тишине, а затем к первым звукам жизни на рассвете, к медленному венскому вальсу раннего утра. Сначала протанцевали свою партию шестичасовые люди, подготовляя путь семичасовым, которые все приготовили для восьмичасовых, а те занялись обслуживанием десятичасовых[151]. Эти, в свою очередь откроют свои магазины и учреждения, чтобы в десять часов могла начаться торговля и раздались телефонные звонки, чтобы в двенадцать люди могли пойти в свой дом и приготовить себе ленч, чтобы снова открыть свои заведения в два часа, чтобы их можно было закрыть в пять, чтобы они могли попасть домой в шесть и одеться к обеду в семь, чтобы поспеть в театр к восьми, чтобы вернуться домой к одиннадцати, чтобы затем хорошо выспаться ночью, чтобы после этого быть в хорошей форме, когда они утром снова встанут в пять, шесть, семь или восемь.

И потом есть еще воскресенье, когда они всем этим не связаны и когда некоторые из них прыгнут в Дунай, а это и в самом деле река, и, в отличие от времени, она понесет их в своих волнах. Но время — это не река, а море, и море это надо пересечь от игривого берега рождения до сорного берега смерти. Все это очарование воды — вовсе не фантазия поэтов[152], потому что в Вене около 500 человек ежегодно кончает самоубийством. Знаете ли вы, в какой стране самый большой процент самоубийств? В Венгрии. Это коммунизм. А знаете ли вы, какая страна занимает второе место по самоубийствам? Австрия. Это демократия. Но поскольку обе страны расположены на одной реке, можете считать, что это на самом деле Дунай. Можно сказать также, какой коммунистический народ имеет более низкий уровень самоубийств, чем белые демократические американцы, но более высокий, чем небелые демократические американцы. Это поляки. [2]

Поскольку время не проходит, а через него надо пройти, его надо расписать и структурировать. Не сиди просто так, ты должен что-нибудь делать! Что мы будем делать сегодня утром, сегодня днем, сегодня вечером? Мама, мне нечего делать. Поднимайся, бездельник. Вылезайте из постелей, или я проучу вас![153] Ничего не делайте, просто сидите, и я заполню ваше время по каналу 99 за миллион долларов в час. Миллион? Такой человек этого стоит. Если можно, дайте ему два.

Секс может быть существенной компонентой в структурировании времени; впрочем, евнухи ведь тоже находят себе занятия? Старый Абдул, больной человек Европы и Азии, сидит возле Сераля и ищет себе забаву[154] — им все равно нельзя доверять, у них есть руки и другие приемы, какой прок от того, что им вырезали мошонку? Ведь секс находится в голове, он не весь в мошонке. Нелегко до этого дойти, а потом надо действовать с опаской, чтобы получить свое удовольствие, добравшись до ее грудей. Говорят, что я Абдул Жестокий, но у меня просто чувственное чувство юмора. Верните меня в старый Истамбул, к шумной жизни у Золотого Рога, и верните девушек из мерзких притонов в сладостную тишину гарема, то есть, я хочу сказать, из мерзких гаремов в сладостные притоны. Ну что ж, папаша, делай по-своему.

Жизнь — это ведь не только секс, вы не можете заниматься им все время, вы не можете даже все время о нем думать, животные делают это только весной и осенью, а все остальное время они только едят и едят, но кто же захочет быть животным? Vive la différence![155] Разница в том, что у людей есть нечто более важное, чем эти основные составляющие жизни — еда и секс, — и они думают об этом и об этой разнице, когда не занимаются едой и сексом. И то, о чем они думают, — это собственное Я. Больше, чем еды, и больше, чем секса (они лишь необходимы, но не достаточны), я хочу быть Самим Собой, и я — это Я САМ. Но, к сожалению, в большинстве случаев это иллюзия.

Родительское программирование

Человек с самого начала делает, что ему велят. Большинство животных этого не делает. Вот в чем настоящая разница, и, как обычно, вопреки тому, что об этом говорят[156]. Сексуального человека иногда называют животным, но человек по своей природе сексуальнее животных, так что не сексуальное животное нельзя было бы, конечно, назвать человеком.

Злобных людей называют животными, но животные не злобны, а большею частью просто голодны. И человека называют свободным, хотя он самое покорное из всех животных.

Некоторых животных можно выучить кое-каким трюкам, но их нельзя приручить. Других животных можно приручить, а также выучить кое-каким трюкам. Но человек приручен с самого начала и выполняет трюки для своих хозяев: так сначала это Мама и Папа, потом учитель, а потом все, кто может увлечь его и выучить подвигам войны и революции или трюкам мирного образа жизни. Революция, ура! Отстань, Алекс, я теперь играю в команде Джо. Фу, Манчжу! Теперь вместо као[157] у тебя будет Мао. Веруй, трудись и повинуйся. Я не верю Мэнни и пойду за Бэнни. Имею право крикнуть «Хайль!» и пойти направо, найти свой путь и с него свернуть, повыше влезть или крепко сесть.

Человек так устроен, что должен повиноваться, повиноваться, повиноваться повинующимся или повиноваться гражданскому неповиновению. Равняйтесь налево, направо, не отставайте! Ни на кого не равняйтесь, отстаньте от них! От кого мне отстать и за кого бороться? Не надо бороться. Слушайте, включайтесь, проваливайте. Это приказ! Не слушайте этих чужих свиней, слушайте своих. Станьте анархистом. Будьте же независимы, черт вас возьми! Будьте оригинальны. Нет, нет, не так, а вот так. Важнее всего радоваться и быть непосредственным[158].

Теперь посмотрим, как это происходит.

С первых же месяцев жизни ребенка учат не только тому, что он должен делать, но и что должен видеть, слышать, трогать и чувствовать. А сверх того ему говорят также, победитель он или побежденный и как должна окончиться его жизнь. Все эти инструкции программируются в его психике, в его мозгу столь же прочно, как если бы они были пробиты на перфокартах, заложенных в банк компьютера. И то, что он в более поздние годы считает своей независимостью и автономией, есть всего лишь свобода выбрать некоторые из карт, но большей частью на них остаются те же самые старые дыры, пробитые вначале. Некоторые люди испытывают восторженное чувство свободы, устроив мятеж; это означает обычно одно из двух: либо они вытянули пачку перфокарт, пробитых в раннем детстве и никогда не применявшихся с тех пор, либо перевернули некоторые карты навыворот и делают обратное тому, что говорят. Часто это сводится всего лишь к тому, что они выполняют инструкцию, записанную на отдельной карте: «Когда тебе исполнится 18 (или 40) лет, используй эту новую пачку карт или переверни следующие карты». Другой вид мятежа следует инструкции: «Когда тебе исполнится 18 (или 40) лет, выбрось все карты серии А и оставь на их месте вакуум». А затем этот вакуум надо как можно скорее заполнить новыми срочными программами, которые доставляются наркотиками или каким-нибудь революционным вождем. Таким образом, вместо того чтобы стать жирноголовыми или яйцеголовыми[159], люди становятся кислоголовыми или горькоголовыми[160].

Во всяком случае, каждый человек в возрасте пяти или шести лет — да, в возрасте пяти или шести лет — уже обзаводится сценарием жизни, продиктованным преимущественно его родителями. Этот сценарий предписывает ему, как он проведет свою жизнь и как он ее закончит: удачником, малоудачником или неудачником[161]. Предстоит ли ему умереть в большой комнате в окружении близких, или в кровати, втиснутой в один из коридоров Городского госпиталя, или упав, как налитая свинцом птица, в беспокойные воды Золотых Ворот?[162] В пять или шесть лет он еще этого не знает, но знает уже о непобедимых львах и тоскливых коридорах и о мертвой рыбе в холодной воде. И он уже достаточно знает, чтобы быть первым или вторым, как его отец или папа, или последним, как его старичок, он уже знает, чего ему держаться. Это свободная страна, но не смей пялить глаза. У нас свобода слова, ты будешь слушать, что я тебе говорю. Если ты сам о себе не позаботишься, никто о тебе не позаботится, но (а) нет, нет, этого нельзя трогать, или держи свои липкие руки подальше от моих денег, или (в) что же из тебя вырастет, вор или что-то вроде?[163]

Ладно, дай ему сдачу. Ты ударил его неправильно, извинись. Смотри у меня. Подожди гаденыш, тебе будет от чего плакать. Ты должен чувствовать себя раздраженным, неспособным, виновным, запуганным, обиженным. Я научу тебя, как думать и чувствовать. Таких мыслей у тебя не должно быть. Подумай об этом как следует, и ты будешь думать, как я. Сейчас я покажу тебе, как это делается. Вот так, и тебя на этом не поймают. Ты не знаешь, чем ты будешь, когда вырастешь? Я скажу тебе чем. Будь хорошим. Делай это, тебе говорят, Адольф, и не задавай вопросов. Не будь таким как все. Почему ты не можешь быть как все дети?

И вот научившись, чего не надо видеть, чего не надо слышать, чего не надо трогать, чего не надо чувствовать, чего не надо думать и чем не надо быть, ребенок отправляется в школу. Здесь он встречается с учителями и с другими детьми. Это называется начальной школой, но в действительности это юридическая школа. К десяти годам (а это и есть возраст, когда делаются юристы), он уже законченный казуист по собственным делам. Ему приходится стать таким, особенно если он зол или шаловлив. Вы сказали: не писать поверх написанного, но не сказали: не стирать с доски (или обратно). Вы сказали: не отнимать у нее конфеты, но не сказали: не отнимать жевательную резинку. Вы велели мне не говорить плохие слова кузине Мери, но не запретили раздевать ее. Вы запретили класть под себя девочек, но ничего не сказали о мальчиках.

Потом, уже в средней школе, обнаруживается подлинный сценарий. «Не ходи в автокино[164]. Ты придешь беременной!» До этого она не знала, как можно забеременеть. Теперь она знает. Но она еще не готова. Она ждет сигнала. «Не ходи в автокино, ты забеременеешь — не ходи, пока я не дам сигнала». Она знает, что мать родила ее в шестнадцать лет, и очень скоро соображает, что появилась на свет вне брака. Естественно, мать начинает сильно нервничать, когда дочери исполняется шестнадцать. И однажды мать говорит ей: «Лето — самое худшее время, в это время школьницы становятся беременными» (обобщая, таким образом, собственный опыт). Это сигнал. И вот дочь отправляется в автокино и приходит оттуда беременной.

«Не входи в мужскую уборную, там ты встретишь плохого человека, и он сделает с тобой что-то гадкое», — говорит отец своему восьмилетнему сыну. И он повторяет это примерно раз в год. Когда приходит время, мальчик спрашивает себя, что это за гадкая вещь, о которой говорит отец, и он знает, где найти ответ. Другой отец сумел вложить в одну фразу, сказанную сыну-подростку, не только свои инструкции по поводу секса, но и целый жизненный сценарий. «Смотри же, как бы я не поймал тебя у того дома на Бурбон-стрит, где женщины все делают за пять долларов». Так как у мальчика нет пяти долларов, он крадет их из маминого кошелька, намереваясь посетить Бурбон-стрит на следующий день. Но мать случайно пересчитывает деньги в тот же вечер и находит их там, где мальчик их спрятал. Виновный пойман и наказан. Он хорошо усваивает свой урок: «Если бы я пошел туда сразу же после обеда, не откладывая на завтра, то все было бы в порядке». Тогда он не поймался бы с пятью долларами. Это хороший сценарий малоудачника. Если тебе нужны женщины — достань денег. Истрать их как можно скорее, пока тебя не поймали. Выиграть ты не можешь, но зато не проиграешь.

Инструкция неудачника звучит примерно так: «Если у тебя первый раз не вышло, — пытайся, пытайся, пытайся снова. Если ты немножко и выиграешь, пытайся еще, и, в конце концов, ты непременно проиграешь, потому что нельзя же всегда выигрывать». Инструкция удачника говорит: «А зачем вообще проигрывать? Если ты проиграл, значит, ты плохо играл. Повторяй это снова, пока не научишься играть хорошо».

Если не вмешается какая-нибудь решающая сила, то сценарий будет доведен до счастливого или несчастного конца. Есть три таких силы. Величайшие нарушители сценариев — это массовые события, неотвратимо преграждающие дорогу истории: война, голод, эпидемия, преследование. Они подхватывают и сокрушают, как космический бульдозер, всех, кого встречают на своем пути, если не считать некоторых ловкачей, которые ухитряются взобраться на такую машину и там удобно устроиться. Вторая сила — это психотерапия и другие виды обращения личности[165], ломающие сценарии и превращающие неудачников в малоудачников, а малоудачников в удачников (что передается словами «выздороветь», «встроиться»[166] или «увидеть свет»).

В редких случаях одерживает верх третья сила, и сценарий ломается автономным решением или пересмотром прежнего решения, выполненным самой личностью. Мао Цзэдун, глава Китайской Народной Республики, начал свою жизнь представителем среднего класса со сценарием среднего класса, но затем, в результате внутренней борьбы, превратился в то, что он называет «настоящим пролетарием», после этого ему стало удобно в такой новой роли и неудобно в старой роли члена среднего класса, которая волей[167] китайской истории должна была стать ролью неудачника. [3] «Встроившись» таким образом в историю, он стал удачником в войне и в политике, а также и в литературе, поскольку лишь немногие авторы нового времени имели столько читателей при жизни[168].

Важно отметить, что сценарий не является «подсознательным» и может быть легко расшифрован искусным исследователем или внимательным самоизучением[169]. Трудность здесь в том, что большинство людей не решается признать существование такого жизненного плана и предпочитает демонстрировать свою независимость, разыгрывая игры, которые в свою очередь продиктованы их сценарием.

Типы сценариев

Сценарии составляются на всю жизнь. Они основываются на твердых решениях детства и постоянно подкрепляемом родительском программировании. Это подкрепление может иметь вид ежедневного контакта, как это бывает у мужчин, работающих в предприятии своего отца, или у женщин, каждое утро звонящих своей матери по телефону, чтобы поболтать с нею; в других случаях оно действует реже и более тонким способом, но столь же сильно посредством случайной переписки. После смерти родителей их инструкции могут сохраняться в памяти еще живее.

На языке сценариев неудачник называется лягушкой [4], а удачник называется принцем или принцессой. Родители хотят, чтобы их дети были либо удачниками, либо неудачниками. Может случиться, что они хотели бы видеть их «счастливыми» в выбранной для них роли, но, кроме особых случаев, они не хотят их превращения из удачника в неудачника или наоборот. Мать, воспитывающая лягушку, может быть, хочет, чтобы она была счастливой лягушкой, но будет подавлять любые попытки девочки стать принцессой («Интересно, за кого ты себя принимаешь?»), и она это делает потому, что сама была запрограммирована воспитывать из дочери лягушку. Отец, воспитывающий из сына принца, хочет, чтобы его сын был счастлив, но скорее предпочтет видеть его несчастным, чем превратившимся в лягушку. («Мы ведь дали тебе все самое лучшее».)

По определению, удачник — это человек, выполняющий свой контракт с миром и с самим собой. Это значит, что он принимается что-то делать, говорит, что он обязуется это сделать, и, в конечном счете, делает это. Его контракт, или его честолюбие, может состоять в том, чтобы иметь четырех детей, стать президентом корпорации, прыгнуть с шестом на 17 футов, опубликовать хороший роман, изготовить искусственный ген или сбить десять вражеских бомбардировщиков. Если он достигает своей цели, значит он — удачник. Если у него нет детей, если он остается в своей лавке, растягивает себе связки на 16 футах или его самолет сбивают при первом вылете, то он, очевидно, неудачник. Если же у него трое детей, или он становится вице-президентом, или прыгает на 16 футов 11 дюймов, или печатает повесть с приключениями, или открывает новую аминокислоту, или сбивает 9 бомбардировщиков, то это человек, довольствующийся «почти успехом» — не неудачник, но «малоудачник»[170]. При этом важно, что человек ставит себе эти цели сам, обычно на основе родительского программирования, но таким образом, что окончательный вид обязательства определяется его Взрослым. Заметим при этом, что человек, наметивший себе двоих детей, 16 футов, 5 бомбардировщиков и т. д. и выполняющий это обязательство, — все-таки удачник, а тот, кто наметил четырех детей, а имеет трех, кто наметил высоту в 17 футов, а прыгает лишь на 16 футов и 11 дюймов, или наметил себе 10 самолетов, а сбил 9 — все равно малоудачник, хотя и превосходит того удачника, кто ставил себе более низкие цели. В краткосрочном масштабе удачник — это тот, кто становится капитаном команды, добивается свидания с майской королевой[171] или выигрывает в покер. Малоудачник никогда не оказывается около мяча, назначает свидание какой-нибудь из конкуренток или сводит партию вничью. Неудачник не попадает в команду, ни с кем не имеет свиданий и проигрывается.

Заметим при этом, что капитан команды, занявшей второе место, оказывается на том же уровне, что и капитан первой команды, поскольку каждый вправе выбрать себе собственную лигу и должен быть судим по стандартам, установленным им самим. В виде крайнего примера, лига может состоять из тех, кто «соревнуется за то, чтобы прожить дешевле всех на своей улице, не заболев». Кто достиг этой цели, тот удачник, а тот, кто пытался, но заболел — неудачник. Типичный классический неудачник — это человек, причиняющий себе болезнь или ущерб без основательной причины. Если же у него есть основательная причина, то он может стать преуспевшим мучеником, а это лучший способ выиграть, проиграв.

Прежде всего, надо отличать сценарий удачника от сценария неудачника. Часто это можно обнаружить очень быстро, прислушавшись, как человек говорит. Удачник говорит в таком роде: «Я сделал ошибку, но это не повторится», или: «Теперь я знаю, как это надо делать». Неудачник же говорит: «Если бы только…» или: «Мне бы надо…», или: «Да, но…». Что касается малоудачника, то его сценарий требует, чтобы он тяжело работал, но не с целью выиграть, а чтобы сыграть вничью. Малоудачники довольствуются тем, что получилось, и их типичное выражение удовлетворения: «По крайней мере…». «Ну что ж, по крайней мере, я не…», или: «По крайней мере, я должен быть благодарен и за это…» Из малоудачников выходят отличные члены клубов, служащие и крепостные[172], поскольку они лояльны, трудолюбивы и не склонны причинять неприятности. В социальном отношении они приятные люди, а в общении восхитительны. Удачники причиняют неприятности остальному миру лишь косвенным путем, когда они борются между собой, втягивая в это ни в чем не повинных посторонних — иногда миллионы посторонних. Больше всего беспокойства причиняют неудачники, и это тем более достойно сожаления, что если даже им удается вылезти наверх, они все равно остаются неудачниками, и когда приходит час расплаты, они увлекают в своем падении других.

Лучший способ отличить удачника от неудачника состоит в следующем. Удачник — это человек, который знает, что он будет делать в случае проигрыша, но об этом не говорит; неудачник — это человек, который не знает, что он будет делать, если проиграет, но говорит, чтó он будет делать, если выиграет. Достаточно провести несколько минут, прислушиваясь к разговорам за игорным столом или в биржевой конторе, чтобы их отделить.

Следующий пример изучения — это структура времени. Если рассматривать сценарии на протяжении всей жизни индивида, то они делятся на несколько типов по характеру своих расписаний. Есть шесть главных классов: «Никогда», «Всегда», «До тех пор, пока», «После того, как», «Снова и снова» и, наконец, «Сценарий с открытым концом». Эти классы сценариев можно лучше всего понять, вспоминая греческие мифы, потому что греки хорошо чувствовали такие вещи.