Узник Гримуара

— Так вот. Ты кое в чем ошибся. В первую очередь, тебе стоит понять, что ты не как джин. Наше физическое воплощение — это книга. Да, именно наше. И только книга. Ты не сможешь выбраться из нее, даже если она будет уничтожена. Тем более ее уничтожение возможно только извне и является очень нетривиальной задачей. Более того, если пропадёт артефакт, то я, скорее всего, покину его, уйдя на перерождение, а вот ты… Понимаю, что в твоем мире магия всего лишь легенды и мифы. По этой причине, с твоего позволения, я опущу различные теории и рассуждения. В ходе неправильного ритуала ты сам стал артефактом. Твоя суть, душа и все что ты из себя представляешь в энергетическом плане, все это вросло в артефакт. Скорее всего, после его уничтожения, ты станешь ничем или, возможно, тебя ждет еще какая-то участь. Есть шанс, что часть тебя уцелеет, сможет восстановиться и отправиться на перерождение. Но по моим примерным расчетам такой шанс мал. Даже не знаю, как это произошло, это противоречит основам. Изначально ты был кормом, жертвой. В результате твоих действий и небольшой искры дара, в жертву был принесен сам ритуалист, но в тоже время и ты сам. В результате чего…

Слушать монотонный рассказ духа по второму кругу не было никакого желания. И если перевести все сказанное им на простой язык, то получается следующее:

Первое: все не так плохо, как я думал. Все гораздо… гораздо хуже. Ритуал почему-то пошел не так, как было запланировано. Я стал книгой. Если дух являлся всего лишь ее хранителем, неким подобием магического ИИ, то есть очищенной и заключенной душой, то я тесно сплетен с артефактом.

Второе: благодаря этому объединению, я породил некую аномалию. У духа-хранителя нет своего резерва. А значит, нет своего внутреннего мира. Нет пространства. Даже не очень понятно, как он мыслил и что ощущал до создания мною мирка. Я же напротив, слившись с артефактом, получил весь резерв книги в полное единоличное владение. Книга стала моим телом, а не вместилищем. Хотя, с другой стороны, я вроде бы заключен в этом гримуаре. Вот такой странный момент.

Третье: я сделал вывод из оговорок духа, что у него узкий спектр задач. Как я предположил — урезанная версия магического ИИ артефакта. Основная функция духа-хранителя — помощь в выполнении задач книги. Какая-то часть знаний у него оставалась, но он был даже скорее не ИИ, а АИ. Но я стал книгой, а книга стала мной, тем самым, с одной стороны, я снял основные ограничения с духа и он уже стал полноценным ИИ. Он стал мыслить, как живое существо с эмоциями. А с другой стороны, он все так же обязан подчиняться книге, а книга — хозяину. А кто у нас книга и хозяин? Я. Значит, чьим задачам должен следовать дух? Моим. Хотя бы одной проблемой меньше. Осталось стать темным артефактом и захватить мир. Один миньон уже есть… Сам пошутил и сам посмеялся. Просто больше ничего смешного в этой ситуации не было.

Четвертое: я почему-то не имел доступа к тому, что он знает, пока он сам это мне не рассказал. Вот рассказал он мне, и сразу у меня все отложилось в памяти настолько точно, словно я всегда это знал. А еще у этого зануды сформировалась личность, которая обучалась и можно сказать становилась все более человечнее. Заметил это за время нашего общения. Чем больше я с ним общался, тем больше эмоций или какой-то индивидуальности появлялось… Это конечно круто, без общения было совсем тяжело. Однако это было и опасно. Мало ли о чем он умолчал. Надо привязать его, пока он еще *ребенок*. Для этого я и общался с ним долго. Стараясь не срывать и не проявлять агрессию. И похоже, он не может мне прямо солгать или промолчать на мой вопрос. Это я выяснил в ходе диалога по своим наблюдениям. Даже уточнил от него, на что он обстоятельно ответил, почему он обязан отвечать только правду. Очень занудно ответил, но никто не идеален. И да, я ему поверил. Почему? Просто стоило ему рассказать, как я получал доступ к Знаниям. Теперь точно, зная, что это правда.

Я не упустил из вида и две его оговорки. Первое, про миссию, которую он выполнял. И вторая про неких Рэкров создателей и откуда этот артефакт вообще оказался на моей матушке-Земле? Древность каких-то титанов или атлантов? Начитавшись в свое время разной литературы, я бы этому совершенно не удивился.

Тут было все сложно. Он из какого-то другого мира или реальности или параллельной Земли. Что-то там про струны мироздания. В общем, все нудно и занудно. И жила была там некая магическая крайне агрессивная раса. Причем создан был мой невольный товарищ из живого существа. Чью душу вынули, очистили от всех знаний, вложили в душу установки и доступ к неким техникам и ритуалам для выполнения миссии, и отправили в другие миры. Словно земные зонды, собирать информацию с помощью ментальной магии. Книга должна была собирать информацию, а помогать ей в этом должна была ментальная магия. Можно сказать, что книга выступала вроде флешки с вирусом. Вирусом была ментальная магия, которая постепенно влияла и подталкивала жертву в нужную сторону. Для развития разумного. Для этого были различные, даже могущественные ритуалы. Чем больше ритуалов применял разумный и контактировал с книгой, тем больше влиял на него гримуар. А после смерти гримуар поглощал душу владельца, как и всех его жертв. Поглощение души давало энергию и информацию по магии и технологиям параллельной реальности. Для чего же нужен был ритуал? В первую очередь установления четкой связи книга-носитель. Или книга-хозяин.

До самой смерти его душа связывалась с гримуаром. Стоило потерять гримуар, и носитель погибал, а его душа поглощалась. Умер? То же самое.

До ритуала привязки, тому, кто нашел, были доступны лишь простейшие ритуалы и заклятия. Ему давался самый минимум сил и знаний. Хочешь больше? Проводи ритуал. После ритуала книга помогала хозяину набраться могущества, выполняя его желания, охраняя его жизнь. Хозяин же делился своей энергией или приносил жертвы. После смерти хозяина, гримуар поглощал его развитую, могучую душу, вместе с накопленными им знаниями. Энергии часто хватало для возврата обратно по некоему якорю, где с книги забирали все знания, чистили и отправляли снова. Это было намного эффективнее, чем массовый подход. Пытались Рэкры практиковать и такой, где для получения знаний некоему лицу надо приносить все больше жертв. Такой подход оказался невыгодным. В первую очередь основные знания и доступ к самым могущественным чарам был на вершине пищевой цепи. А во вторую, таких ментальных кукол быстро уничтожали.

Самое плохое было в том, что в результате внедрения ЦЕЛОЙ моей души, причем экстренном внедрении с сохранением всей моей памяти, опыта, личности, пришлось буквально уничтожать всю информацию. Если бы не экстренность и недостаток энергии, все было бы в порядке. Но теперь в принципе нету практически всех знаний. Остался минимальный базовый курс. И все. Нет, ещё алфавит, на основе которого и построены ритуалы. Но правила и зависимости… Угадайте, что? Правильно, были удалены. Артефакт даже не способен вернуться по якорю, как должен был, ибо все данные тоже уничтожены или повреждены. Да и после обретения личности… вроде Хранитель не торопится возвращаться к своим *создателям*. Как, в общем-то, и я. Нужно только придумать, что мне теперь делать…

Глава 6

Я, Альфа или Альфарий, как звали меня братаны, а если официально — Андрей Михайлович Атаманов, сидел на проклятом камне, где вроде бы меня принесли в жертву и курил очередную сигарету. Вроде бы это было уже давно… Или нет? События в памяти настолько яркие, словно это было вчера. Только момент, где сектант кричал свои слова, был смазан. Вспомнить никак не могу. Да и сектант ли? Похоже маг ритуалист, что был обманут Духом Книги. А что до сигарет, так под ногами уже росла кучка пепла. Сколько я так сижу и курю, даже не считал. Сложно курить, когда даже понятия суток тут нет. Если раньше я еще думал бросить курить, пытаясь сохранить свои легкие и здоровье. То теперь в этом не вижу смысла. Духи и трупы не болеют раком легких, у них нет кашля. И никотин им не нужен. Да и есть ли в этих сигаретах никотин? Я не пытался это узнать. Просто курил в силу привычки и пытался размышлять. Все равно делать тут больше нечего. Размышлял же о том, что мне делать дальше. Хотя мозг и пытался всячески отрицать, что я больше не увижу ни батю, ни матушку, ни брата с сестрой, ни друзей… Но реальность никуда не собиралась исчезать. В общем, скорее предавался меланхолии, чем думал, если сказать честно. И сбежать от этого было невозможно. Я даже заснуть не мог по-настоящему.

Нет. Была возможность выключиться на какой-то срок. Словно компьютер, что включает спящий режим. Но это был не сон. Да, звучит странно. Я словно отключился на секунду и потом включился. А главное, такая отключка не приносила избавление, как это бывает во время сна. Мое новое тело, если его можно так назвать, всегда было бодрым и полным сил. Ясность мыслей беспрецедентная. Тем было хуже для разума…

Я помнил все. Всё, что со мной когда-то происходило. И всех, кого я, скорее всего, больше никогда не увижу. Сколько раз уже проклинал свою новую память — не счесть. Стоило о чем-то или ком-то подумать, как воспоминания вставали в мельчайших деталях перед глазами. И не было от этого спасения. А еще тут было ужасно скучно. Это место, место моей смерти, если можно так выразиться, было статично. А пространства было ничтожно мало. Десяток метров в диаметре. И никого живого или мертвого, кроме Духа. В какой-то момент я настолько отчаялся, что пытался узнать у духа способ стереть свою память или закончить все это. Признаться честно, был на грани. Но и это оказалось невозможным. Как Дух уже говорил, я сам, моя душа, стала частью этого проклятого артефакта. Как же я ненавидел это место, бога, если он есть и этот гребанный артефакт. Он стал для меня самой страшной тюрьмой. Мне казалось, прошла уже вечность. Даже избавление в виде возможности сойти с ума — мне не грозило. Но, похоже, вечность ждала меня еще впереди… Даже уничтожить себя посредством траты энергии было невозможно.

Даже мое ослиное упрямство не спасло меня от погружения в меланхолию, но я чувствовал, что участь моя не завидна. Я не боялся пыток и физической боли. Хотя нет, весьма их опасался как любой разумный человек, но боли в моей жизни было достаточно. Физической. Те, кто полностью не боятся боли, или глупцы, что не познали настоящую боль или мазохисты. Просто я понимал, что есть вещи в разы страшнее, чем физическая боль. Боль, что я все это время чувствую, была объективно страшнее. Даже терпеть не получалось. Именно эта слабость — пытка скукой и разумом угнетала меня все больше.

Ведь еще из самого первого разговора с Духом-Хранителем стало ясно, что потратить всю энергию не равно смерти. Нет, просто, скорее всего, даже подземная комната исчезнет. И мне пришлось бы висеть тут вечность в этом самом НИЧТО или до момента восстановления энергии. Представляете, что это такое, висеть в НИЧТО и ждать непонятно чего? Возможно, даже без возможности пообщаться с духом. Наедине со своими мыслями и ставшей идеальной памятью? В сознании? Вот и я представил. И если честно меня пробрало до печенок.

Первые… Дни? Недели? Месяцы? Я надеялся, что явятся хозяева артефакта или кто-то еще и уже будет что-то понятно. Но нет, Дух Хранитель говорит, что не фиксирует живых. Куда мы переместились? Неизвестно. Есть ли тут живые разумные? Неизвестно. Да, столько времени нахождения наедине с идеальной памятью и мыслями меня почти сломило. Главная проблема в невозможности, в бессилии хоть что-то изменить. Я ведь гребаный дух в гребаной книге.

Но никто не появлялся. Дух тоже был в недоумении. Поговорить с духом было не о чем, он почти все сказал. А обучать работе с ментальными чарами, можно было только так сказать на кроликах. Но как говорилось ранее, кроликов не было. И ничего не менялось. Время в месте, где ничего не меняется — штука относительная. Можно сказать, что его нет, хотя Дух всегда мог ответить, сколько его примерно прошло. Чем в первые недели я и пользовался, все надеясь, что хоть что-то изменится. Напрасно. Перематывая время, так сказать делать постоянные временные отключения или выключиться на тысячу лет тоже не получится. Все дело в предохранителях артефакта. Оказывается, создатели были хитрыми тварями и предусмотрели такой вариант. Ведь Дух может сохранить по какому-то недосмотру кусочек личности и захочет саботировать работу артефакта. А он как оказывается, был очень дорогим товаром. Какие-то там важные, по словам духа, ингредиенты, работа высших мастеров с работой какой-то внешней энергии и куча жизненной силы. В общем, какая-то высшая магия. Это все сродни созданию супер ЭВМ на Земле. И никто не хотел бы такой артефакт потерять. Вот и поставили ограничения, что дух может уходить в спячку с кучей ограничений. И только если ему это помогает для экономии энергии, для выполнения задачи. Например, маскировки. А убедить самого себя по-настоящему, что это надо для выполнения какой-то там задачи почему-то не получалось. То ли у меня техники самовнушения плохо работали, то ли эти маги-шмаги были не пальцем деланные. Энергии тоже хватало и тратить ее для выключения в НИЧТО не хочется.

От скуки я уже попытался, было, расспросить Духа повторно о магии и возможностях этого артефакта. Но оказывается, сам дух теперь не знал, что нам особенно делать. Почти все его знания, как он уже говорил, были повреждены или стерты, кроме основных и самых важных для работы артефакта. Он помнил, что артефакт для удобства внедрения мог менять свой размер, форму, содержимое книги и прочее, тратя свою энергию. Кроме воздействия ментально на других и получения информации от носителя, имел свой довольно мощный какой-то энергетический канал энергии разума. Он использовался лишь временами для постановки некоторых установок и целей индивида. Может быть, с помощью такого мощного инструмента был возможен и прямой контроль. Все упиралось бы лишь в количество энергии и силе воли, с которой сопротивляется жертва. Но дух не имел права пользоваться им. Этот канал обычно работал самостоятельно от книги при принятии Хозяина, внушая ему необходимые цели и установки. Почему он не имел возможность использовать этот канал — он не помнит. Но я для себя сделал выводы, переведя его заумные слова — этот артефакт имел ПСИ возможности. И по моим предположениям, дух не мог пользоваться каналом в полном объеме из-за ограничений создателей. Ведь тогда будет опасность, что дух мог бы напрямую влиять на жертву. И выйти из-под контроля. И данный вывод давал мне шанс повлиять хоть на что-то. Но живых разумных не было. Проверить не получалось. Да и, наверное, такой способ жрет много энергии…

Еще были различные способы наблюдения. Но как сейчас… Было непонятно. Даже для самого Духа, что так громко звал себя Хранителем. Мое появление многое изменило. Буквально изменило сам артефакт, способ его работы и возможности. Расширились эти самые возможности за счет моей души. С помощью моей души артефакт хоть и по чуть-чуть, но вырабатывает в небольшом количестве энергию. Это позволит артефакту не остаться без энергии в любом случае. А это значит, что даже в великом НИЧТО я не отключусь навсегда или очень долго. Хотя и раньше это было практически невозможно, так как Хранитель в виде покалеченной, можно сказать кастрированной души тоже что-то выделял. Появлялись хоть какие-то перспективы. Бледные, размытые… Но хотя бы артефакт вырабатывал больше, чем я и мои мелкие фокусы с бесконечной пачкой сигарет потребляли. И еще оставалось на запас.

Правда, с такими силами что-то серьезное творить я не смогу. Но главное, как я сказал, не было знаний. А надеяться, что этот артефакт будет уничтожен, не приходилось. Да и страшно было. Ведь как сказал Дух-Хранитель — вместе с артефактом могла быть уничтожена и моя душа. Нет, вполне возможно он утаивал от меня что-то, но как задать вопрос я не знал. Ведь Дух Хранитель тоже обрел разумность и некое подобие свободы вместе с этим самым разумом, и тоже не хотел умирать или отправляться на перерождение. Его, похоже, пугала эта мысль и неизвестность. Ему было проще быть узником этого места. Привычнее.

Тем более, создатели артефакта, судя по обрывкам оставшейся у духа информации, хорошо заботились о своем дорогом имуществе. Поэтому этот артефакт обладал огромными защитными свойствами. При этом он был частично экранирован от какого-то там внешнего и внутреннего излучения в активном состоянии и полностью в пассивном. Как я понимаю, имелось в виду излучение в магическом смысле. Причем настолько хорошо был скрыт, что, по словам Духа, если нам не тратить свою энергию в больших количествах, то артефакт, а значит и нас, засечь не реально. Но даже если бы мы захотели, чтобы нас засекли, этого бы не получилось. Взять такое количество энергии просто негде. А копить его придется с таким медленными приростом — наверное, десятилетиями или даже столетиями. Я уверен, что даже если не сойду с ума, то явно что-то будет с моим психическим здоровьем или характером. Как минимум я озлоблюсь на весь мир. Будет как в сказке про злого джина, что сначала обещал золотые горы тому, кто его освободит, а в конце пообещал убить его и весь мир. Если я уже нахожусь в некой меланхолии, то страшно подумать что будет через годы, десятки и сотни лет. Бррр…

Вот я и сидел, и курил, и думал. Я уже давно заставил огонь гореть отдельно от меня, расположив его по углам, чтобы не ютиться в темноте. Так что думать и курить мне ничего не мешало. Думы продолжали быть безрадостными. И выкуривая очередную сигарету, поймал себя на мысли, что слишком уж зациклился и расклеился. Стал жалким и слабым. Позор. Злость и раздражение вместе с нарастающим за долгое время напряжением принесли результат. Нарыв вскрылся. Во вспышке злости я ударил в стену.

Как же я в тот момент хотел ее сломать, пробить рукой… Просто так, просто потому, что я ненавидел свое бессилие, ненавидел этот артефакт, эту тюрьму, это помещение, напоминающее мои последние минуты жизни, себя и эту стену. Ненавидел, наверное, все. Удар, грохот, пыль. Самого удара я почти не ощутил, зато его результат в виде дыры размером с голову человека увидел. А за стеной клубилась тьма. Ее было видно в этой пробитой дыре, она словно живая хотела проникнуть через дыру ко мне… На автомате я отшатнулся от этого места. Она была настолько густая, что свет от фонарей просто не мог пройти дальше дыры. А еще казалось, что она была живой. Словно живой туман. Туман что поглощал свет и постоянно двигался.

Меня аж передернуло. Как же я хотел, чтобы этот пролом закрылся. Я готов был полюбить это небольшое помещение, лишь бы оно и дальше ограждало меня от того ужаса. Похоже, я понял, про какое НИЧТО говорил Дух и почему он его так боялся. И каково же было мое удивление, когда дыра стала зарастать.

Произошедшее заставило задуматься. Хранитель что-то снова попытался непонятно бухтеть, но я лишь отмахнулся от этого типа. Теперь надо серьезно подумать. Похоже, я кое-что серьезное все это время упускал. А ведь всего-то надо было не зацикливаться на прошлом, впадая в меланхолию, а подумать. Ведь все было на поверхности. Может сам Хранитель не понимал всего, но… Если все так, то тут существовать может быть более приятно. А если еще подумать, то… Да, главное не сглазить. Но хоть что-то. Хоть какой-то план и шанс на лучшее. Возможно из-за незнания, столкнувшись с реальностью, мои идеи рассыпятся. Но лучше уж так, чем погружаться в пучину отчаяния и заниматься самокопанием. Вообще странно, что я так сильно погрузился в себя. Раньше считал такое уделом нытиков, что любят посожалеть о прошлом и пожалеть себя. Всегда считал себя выше этого. Сильным. Видимо переоценил. Но славу богу мозги встали на место. Теперь можно приступать к работе и проверить первые свои идеи. Заодно и Духа Хранителя надо бы к делу припахать.

Глава 7

Наконец появился хоть какой-то план и какая-то надежда. Я не стал долго рассусоливать. В первую очередь решил начать с эксперимента. А если быть точным, то с улучшения этого унылого склепа. Надо только разобраться, как же оно работает. Моя логика была проста. Исходя из оговорок Духа Хранителя, изначально не было этого места. Во время битвы он её создавал для нас, духов. Возможно, даже это место было что-то вроде иллюзии или искусственного мира. То-то он удивился в нашем диалоге, что я создаю и устанавливаю законы реальности. То есть, если мы проведём параллель…

— Дух, а помнишь, ты говорил что-то о том, что я устанавливаю законы реальности? То есть раньше все было нереальным?

Молчание длилось пару минут. Я уж грешным делом подумал, что этот зануда отключился.

— Помню, неправильный Хозяин. Нет, оно было реальным, просто это псевдо реальность. Она отличается от реальности тем, что любые изменения контролирую непосредственно я. Например объекты нельзя разрушить, если я того не пожелаю. Огонь не будет поджигать то, чего я не желаю, он даже обжечь не сможет. Можно внести основные принципы взаимодействия, но все законы природы и реальности указать нельзя. Даже лучшая псевдо реальность будет иметь ошибки. Очень показательный пример из вашего мира о компьютерных играх. Если какой-то предмет изначально можно взять и кинуть, то вы сможете это сделать. Если взаимодействие с каким-то предметом не предусмотрено таким образом, то вы или не поднимаете или, сделав бросок, он не полетит. Вы же нереальный и как только хотите создать сигарету, сразу закладываете её как реальный объект и со всеми законами реальности и природы. Это очень странно. Таким образом, при достаточной энергии можете создать здесь мир, и даже МИР. Только это будет требовать огромное количество энергий. И разумных тут не будет, ибо для них нужна душа. А без души не будет и разума. Я ответил на ваш вопрос?

Дух замолчал, но я чувствовал его присутствие рядом. Однако мне было уже не до него. Я могу создавать и изменять реальность силой мысли! Прям сейчас улучшить свое существование. И возможно в будущем решить проблему одиночества. Быть богом, создавшим свою реальность внутри книги. Прямо свернутое какое-то пространство получается.

Но для начала добавил света. Точнее я долго тужился, пытаясь создать освещение, пока мне не подсказали вроде бы простую вещь.

— Неправильный хозяин. Ты должен понимать, что и как делаешь. Представлять хотя бы в общих чертах работающий образец. Ты делаешь реальность, а значит то, что ты хочешь добавить, должно быть реально. Нельзя просто добавить свет из ниоткуда. Нужны лампочки. Для них нужны провода. А для проводов нужен генератор.

Разочарование было резким. Столько сложностей и откуда на все это взять энергии? Опять все упирается в живых, только где их найти…

— Хозяин, я чувствую живых!

Волна возбуждения прокатилась по телу стоило мне осознать, ЧТО только что сказал Дух.

— Так чего ждешь?! Говори, что нужно делать, нам срочно надо его не упустить! — я практически сорвался. Переход от разочарования к надежде был столь резким, что эмоции буквально бушевали внутри меня. Было огромное желание начать отдавать кучу бессмысленных команд, но я все же совладал с собой в какой-то момент, поняв весь бред ситуации. Тем более если обидеть этого зануду, возможно, я вообще потеряю шанс что-либо сделать

— Повелитель, там не один человек. Я чувствую большое количество разумных, разумом и логикой близких к людям. Один из них владеющий. Если сосредоточитесь, то где-то там за стеной будете чувствовать тепло, словно горят костры и один особенно теплый костер — это владеющий. Советую действовать осмотрительнее. Наибольшая эффективность в случае удачи это взятие под контроль сильнейшего из них, но не владеющего. Он сможет нас защитить, и его прогресс будет происходить быстрее. Прошу дать мне разрешение на действия с ним, или дать немного времени на ваше обучение.

Речь Духа была спокойна, занудна и несколько монотонна если не замечать небольшие отголоски волнения. Это спокойствие подействовало на меня словно ушат ледяной воды. Вместе с тем, прислушавшись к себе, я понял, что чувствую где-то из-за стен тепло. И даже мог охарактеризовать, где примерно и как далеко эти костерки. Вернув себе способность трезво мыслить, я всерьез задумался. Сильный боец в отряде это всегда командир или кто-то, который всегда на виду. Это большие затраты энергии. В случае неудачи — высокий шанс провала. Нет. Так дело не пойдет.

— Нет. Даю добро на твою работу, но вношу корректировки. Выбирай того, на кого обращают меньше всего внимания. Кто наиболее слаб волей для нашего воздействия. Пусть незаметно заберет нас и спрячет. Сами на отключаемся и переходим в режим максимальной маскировки, на случай если будет сканирование. Ты говорил, что в этом случае мы максимально экранированы даже для специальной проверки? Вот и отлично. Главное, чтобы внушение не исчезло. Позаботься об этом. Начинай действовать…

Несколько долгих секунд длилось молчание.

— Успех, неправильный Хозяин. Впервые я действую вне стандартных приказов и нестандартно. Мне это нравится… Возможно у нас получится что-то необычное. Нам пора отключатся. Владеющий проверяет всех, как я понимаю на выходе из помещения. Шансы, что он заметит нас, если не будет искать специально, минимальны. Но исходя из вашего замысла — это недопустимо.

Я согласно кивнул и, выслушав Духа, вовремя выключился на ближайшие два дня, уже чувствуя растущую пустоту внутри груди. Так, как я уже понял, уходила энергия. Энергия на дело, что должно дать мне шанс на будущее, а вместе со мной и моему товарищу по несчастью. «Надо бы выбрать ему имя…» — была последняя моя мысль перед отключением.

Интерлюдия 1

— Я чувствую поток силы. Это точно вход. Руны выгорели, ловушки не обнаружены. Начинаю вскрытие. Кто может, используйте технику чистого дыхания во избежание отравления. А то мало ли что там осталось, остальным надеть платки, — отдавал команды молодой голос.

— Давай уже, действуй. Внимание, если заметите что-то подозрительное, сразу говорить! — прогудел другой голос.

Древняя, огромная каменная плита, усеянная рунами и покрытая трещинами, словно по ней долбили великаны, со страшным скрежетом поползла в сторону. Вскоре слабый свет упал на несколько фигур, что стояли в проеме. Первые двое гигантов в полных латах практически закрывали собой молодого парня в мантии. Густая пыль, вызванная открытием двери, мешала видеть дальше пары метров. За парнем в мантии было видно множество теней с разнообразным вооружением. Группа или даже можно сказать банда поисковиков. Банда, потому что дисциплина была явно ни к черту и их было больше пары десятков. Они хоть и ходили на мутантов или в поисках артефактов древности, но не гнушались иногда и разбоем. Среди них был и Жерак — новичок, прибившийся накануне. Лишь уйдя в поход, Жерак сообразил, что в банде дела обстоят не лучшим образом. Вот уже третья ходка приносила одни убытки. В последней из ходок был потерян опытный владыка энергии. Его сожрал Тэрс, выведенный проклятыми магами в виде огромной волкоподобной твари, кошмар для многих практиков в Проклятых землях Ориса. Начали ходить слухи о том, что командир потерял удачу. Пара ветеранов уже ушли в другие группы. Именно поэтому, его, молодого практика первой ступени, без вопросов приняли на общих основаниях, что в других группах было бы немыслимо. А он и обрадовался. Жерак ругал себя последними словами все время пути. Посчитав себя особенным, пошел на поводу своего эго, захотел больше добычи и в результате попал… Казалось бы почему попал? Группа и командир опытный. Все хорошо. Но всем искателям прошлого известно, что командир и сработанный отряд были лишь половиной дела. Второй половиной, а то и более важной частью успеха был опыт владыки внешней энергии. А без этого самого владыки соваться в земли, где властвуют варвары, шаманы, мутанты, оскверненные, ветра хаоса и живут остатки животных проклятых, а еще много всего разного — самоубийство. А в отряд приняли такого же молодого владыку, да еще и недоучку. Значит, у отряда и правда дела идут не лучшим образом.

В чем разница между владыками внешней и внутренней энергии? На этот вопрос ответит любой. Практики внутренней энергии — это в первую очередь люди, которые укрепляют свои тела за счет энергии. Прочность кожи, регенерация, скорость, реакция, сила. Но даже сильнейшие практики внутренней энергии в редких случаях могли тягаться с сильным Владыкой. Владыки не могли управлять силой внутри себя. У них не было крепкого тела. Зато им подчинялась энергия способная воздействовать на объекты вне их тел. Они чувствовали энергию вокруг себя, могли ее использовать в самых разных областях. Конечно, все решала сила, но чем сильнее и опытнее был Владыка, тем больше у него был разрыв в силе с простыми Практиками внутренней энергии. Насколько они хрупки вблизи, настолько же становятся могущественными, дай им время. Говорят, когда-то в этих проклятых Единым землях был народ, который добился великого успеха во всех областях. А потом случилось вторжение Скверны, ее легионов и богов. Эта война разрушила Орис, лишь небольшие клочки цивилизации существовали на некогда великом континенте. Все технологии канули в лету. Со временем, не сразу, но наступили темные времена. Говорят, в прошлом были такие люди, что могли даже как-то работать с внешней энергией, являясь Практиками, но… Даже мысли о попытке узнать секреты уничтоженных являлись ересью! Никто не даст пошатнуть устоявшийся миропорядок.

В этом же отряде владыка энергии был слабее даже среднего практика внутренней энергии. Это было немыслимо, но именно такой отряд вел сейчас их командир в древние катакомбы, что находятся под разрушенной крепостью в гниющем лесу. И от этого слабосилка-недоучки зависит существование всего отряда. Это знание делало настроение Жерака еще поганее.

— Вперёд, — хриплый голос командира вывел Жерака из задумчивости. Он не рвался вперед, да и первыми шли опытные бойцы, а за ними владыка. Проходчики должны были замечать механические ловушки, а владыка прощупывать дорогу перед ними на предмет печатей, ловушек и прочих энергетических угроз. Хотя последним делать под землей совершенно нечего, но… Чего только не бывает в проклятых землях Ориса! Как говорится: если что-то не может произойти в принципе, это точно произойдет на проклятом Орисе. Не просто так ведь у континента такое называние? Причем, судя по легендам, это началось задолго до прихода Скверны.

Тем временем группа стала спускаться все глубже, нарушая многолетний покой подземелья. Напряжение витало в воздухе. Группа шла весьма аккуратно, проверяя буквально каждый шаг. Если пустоши были опасны, то вот такие подземные катакомбы были в десятки и даже сотни раз опасней. Никто не знал, что оставили предки до и во время Великой Войны. И силы, что строили этот комплекс, вряд ли хотели видеть тут чужаков. Ловушки не ограничивались арбалетами, падающими плитами, провалами и иными механическими приспособлениями. Гораздо опаснее для любого нарушителя были древние ловушки на основе внешней энергии, созданные с помощью рун или неизвестных жутких ритуалов прошлого. Однако время не щадит ничего, и многие системы защиты этого места, скорее всего, уже давно вышли из строя, так и не дождавшись нарушителей. Многие, но далеко не все.

Первая потеря случилась, когда группа проходила узкий коридор. Идущего в центре построения седого вояку за доли секунды буквально всосало в стену. Лишь раздался его полный отчаяния крик. Словно эта была не плотная стена из неизвестного черного камня, а иллюзия или водная гладь. Только секундная рябь на камне осталась в том месте, где пропал несчастный. Никто не успел даже испугаться. Жерак узнав о случившемся, покрепче сжал свое оружие, словно оно может его защитить от энергетических ловушек древних. Защитить от незавидной участи быть заживо замурованным в толще камня.

Но путь подходил к концу и казалось бы все обошлось. Больше никто, слава великой энергии, не умер. А впереди уже виднелся огромный зал. Это значит конец пути. Жерак же напрягся. Обычно по рассказам ветеранов, в такие моменты, когда все расслабляются и происходит всякая гадость. И предчувствие его не обмануло. Именно в этот момент раздался противный скрежет и огромные плиты потолка обрушились вниз, сминая людей и вбивая их тела в пол под своим огромным весом. Среди жертв был и Владыка, которому относительно повезло. Один из его охранников силачей, успел частично вытолкнуть владыку из-под плиты, а сам даже успел выпрыгнуть следом. Правда, здесь ключевое слово — частично. Ноги владеющего остались под плитой. Звук от падения на людей огромных плит точно говорил о том, что они не выжили. Звук ломающихся костей, лопавшихся голов и хлюпанье сырого, пропитанного кровью мяса попавшего под молот ни с чем не спутаешь. А уж кровь, которая брызнула в разные стороны, в том числе и на лицо Жерака, лишь подтверждала печальные выводы. Группа осталась без одного из двух тяжелых воинов-практиков высокой ступени. Плита упала не до конца, не смогла полностью сплющить тела в доспехах. Оставшимся в живых удалось общими усилиями приподнять плиту и достать ноги владеющего. Точнее то, что от них осталось. Переломанные недоразумения. Так как идти дальше без Владыки — верное самоубийство, а отступать при таких серьезных потерях в конце пути… невозможно, иначе это был бы конец отряда, поэтому решили поступить иначе. Владыке сделали носилки и понесли вперед. Тот возражать не стал. Все-таки ходить он не мог, а на руках до города не доползешь. Даже если забыть про множество хищных тварей.

Возможно, будь дела у этого отряда получше, они бы предпочли повернуть обратно. Практически полная потеря повелителя внешней энергии для этого отряда серьёзной причиной. Ведь только он один мог заметить аномалии и заклятия. Защитить от энергетической бури. Остальные из отряда авантюристов были лишь практиками различных ступеней внутренней энергии и простыми людьми, из которых максимум, что можно было выжать, это бойцов с ограниченными возможностями познания. Они могли надеяться только на свою чуйку, опыт и на свои глаза с ушами. Однако отряду срочно требовались деньги, а в последнее время их преследовали одни неудачи. И если бы командир дал приказ повернуть назад… Как говорилось ранее, скорее всего это стало бы последней миссией группы. Она бы попросту развалилась. Поэтому командир приказал идти дальше. Цель была уже недалеко. А что до риска, так им не привыкать. Каждая вылазка это риск. Охота на зверье и мутантов — риск. Заказ на войну — риск. Разведка проклятых территорий — риск. Чуть больше, чуть меньше… Это не играло особой роли, эти люди не любили лишь бессмысленный риск, а тут был смысл рисковать своей шкурой. Не вскрытые подземные склады и лаборатории нередко хранили в себе настоящие сокровища, пилюли развития, различные артефакты.

Дальнейший путь был спокоен. Древнее строение словно насытилось жертвами, и никто более не пострадал. Тем более идти группе авантюристов оказалось совсем немного от места падения плиты.

Стоило отряду пройти пару десятков метров, и их глазам предстала очередная дверь, покрытая рунами. Тут работали быстро. Специальная краска с рунами, что ослабляла любую энергию и работа владеющему. Последнему специально для этого выделили почти все запасы обезболивающего. Почему? Потому, что владеющему внешней энергией нужна была концентрация. Каким-то типам владеющих, что получали силу от артефактов или уснувших богов — минимальная. Кому-то, вроде остроухих, не требовалось много времени. Но так или иначе, концентрироваться, когда ноги превращены в переломанное нечто очень сложно. Точнее сказать невозможно. Для этого и нужно было обезболивающее. Ведь владеющему надо проверять дорогу. А теперь еще и взламывать дверь.

Владеющий возился долго, возможно частички боли или шок сыграли свою роль, сбивая концентрацию. Возможно, дверь, несмотря на ослабление и утерю почти всей энергии оказалась крепким орешком. А может, Владеющий раньше потратил почти всю свою силу, работая теперь уже на износ. Но, несмотря на задержку, преграда была преодолена. Перед глазами авантюристов предстал обширный круглый зал с множеством сундуков полных монет и различных артефактов. Хватало тут и книг. Но никто не ломанулся собирать золото. Жадность жадностью, но жизнь у всех одна. Однако после всех проверок как владеющим, так и опытными проходчиками, ловушек больше не обнаружилось. Воины, наконец, расслабились, начав собирать сокровища. Книги почти не трогали. Ведь это книги неизвестных, поэтому возможны Скверны или еще какая гадость… За такие блюстители чистоты обрушат страшнейшие кары. Тем более часть книг просто рассыпалась в пыль от одного прикосновения. Оставались и целые, но непонятный язык отпугивал воинов. А вдруг там не мирные знания, а что-то запретное? Вызвать гнев Блюстителей Чистоты никто не хотел. Мало кто выбирался из их подвалов. А еще меньше тех, кто выбирался оттуда целым.

Самого же владеющего оставили при входе. Он проверял всех выходящих на случай случайно подхваченных артефактов или каких-то проклятий. По крайне мере, пытался. Пытался изо всех сил в надежде, что его не бросят, не забудут отдать ему часть добычи, и он сможет на эту самую добычу восстановить себе ноги у опытного Владеющего из числа ушастых. А может даже что-то останется для жизни. В идеале для спокойной жизни и продолжения обучения по пути Владеющего внешней энергией.

Однако были и те, кто решал забрать местные фолианты, особенно те, что были пустыми или где заполнено было лишь часть страниц. Вырвать их ничего не стоит, а бумага, особенно столь отличного качества, специально зачарованная стоит лишь обновить накопители и столь высокого качества ценилась дорого. А так как такие книги каждый брал на свой страх и риск, они не шли в общую долю.

И пока все занимались своим делом, Жарек стоял и не знал что делать. Он ходил то к одному сундуку, забирая оттуда золото, то к другому набирая кристаллов энергии. И он как-то само собой подошел к некой подставке. Аналой, на котором лежал красный

гримуар, покрытый некой вязью рун с каменным ликом посередине обложки. Будь тут опытный Владыка, он мог бы уловить кратковременную вспышку энергии, источником которой оказался тот самый гримуар. Но слабый недоучка не заметил кратковременного слабого всплеска. И тем более не заметил, что где-то в зале находится источник энергии, явно мощный артефакт с весьма агрессивной и темной энергией.

Никто и не обратил внимания, как через пару минут, Жерак, до этого набивающий свой мешок камнями развития энергии, встал и огляделся. Никто не заметил, как зажглись его глаза жадностью, когда он увидел огромный фолиант. И никто не заподозрил что-то неладное в смене поведения Жерака. Не потому что все тупые, просто всем было плевать на него. Он был просто новичком, подающим некие надежды. Только поэтому сейчас, когда вокруг столько добра, до него не было абсолютно никакого дела. Иначе никто бы не дал взять новичку ТАКУЮ книгу. Уж больно она напоминала магический гримуар. И слишком странно выглядела. А еще очень дорого. Но никто ему не помешал. Никто ничего не заметил. Пройдя несколько метров, Жерак схватил этот фолиант так, что его пальцы впились в обложку. Губы Жерака безмолвно прошептали “Мое сокровище”. Не открывая гримуар, он его запихнул под кафтан за пазуху. После чего сразу забрал свои мешки и поспешил на выход. Не заметил ничего и Владеющий, ибо гримуар не испускал ни капли энергии. Даже очень сильный и опытный Владеющий вряд ли что-то заметил бы, разве что незначительные энергетические следы. Да и то вряд ли обратил бы на это внимание.

Спустя несколько часов, отряд, набив свои мешки добром до отказа, пошел обратно. За спиной оставалось еще множество сокровищ и еще больше книг, но унести все не представлялось возможным. Среди них шел и Жерак с двумя мешками и толстым фолиантом, который тот скрыл под подстегой. Командир отряда, выйдя из подземелья, приказал завалить вход. Они собирались еще вернуться сюда, возможно и не раз. И не хотели, чтобы кто-то смог это сделать вместо них. Поэтому стоило огромной плите встать на место, как сильнейшие воины внутренней энергии с огромными молотами, взялись на свод пещеры, надежно его обрушив. Они еще вернутся и легко смогут разобрать завал. Ведь за ним осталось ещё много несметных богатств. А до этого времени хранилище будет скрыто от посторонних, чтобы никто не унес их сокровище. Ведь никто не знал, что самое главное и опасное сокровище находилось сейчас у неопытного новичка, который временами смотрел на мир мутным взором, незаметно поглаживая на привалах взятый из хранилища гримуар.

Интерлюдия 2

Отряд наемников-авантюристов вместе с Жераком уже был в полмили от той пещеры, полной сокровищ. О погибших товарищах помнили конечно, но мысли о скором богатстве постепенно вытесняли печаль. Шли гуськом через небольшой пролесок. На тракт выходить было опасно, ведь любая шайка разбойников, заметив такие богатства, точно захотела бы «войти в долю». В лесу оно как-то спокойнее.

Некоторые из команды начали переговариваться и даже шутить. Рид и Фенор, два брата из Сизаретта, уже в полный голос обсуждали проститутку из местного борделя, у которой, по словам Рида, сиськи были больше головы.

— Монет десять на нее выложу, не меньше! Помнишь, что она вытворяла всего за семь медяков?

— Только в очередь после меня встань! Вытворялка у тебя еще не выросла о таком думать.

— Если ты старше меня на семь лет, Рид, это ничего не значит! — с некой злобой и шутливостью одновременно фыркнул Фенор. — Тебе по возрасту скорее подходит старуха Силиза…

Но он не успел докончить свою остроумную шутку, так как в голову ему прилетело золотое колечко с печаткой, оставившее на лбу вмятину.

— А ну прекратить! — прокричал командир отряда Даку. — И не разбрасываться трофеями! Еще раз подобное повторится и к своим шлюхам ты еще несколько недель сходить не сможешь.

— Прошу моего высокоунизительного прощения, высокоуважаемый командир, — с явной язвой в голосе медленно протянул Рид. — А ты не зарекался бы, малыш, а то я могу и детство вспомнить, когда тебя плавать учил. От Красной реки не так уж и далеко.

— Я ведь в тот день правда захлебнулся. Если бы мать не успела вовремя, то и не откачали бы….

И оба они понурили головы.

В банду наемников они попали четыре года назад, когда на Сизаретту пришел отряд из Новой Спарты за данью. Как-то так вышло, что денег в поселении оказалось меньше требуемого, и пришельцы решили устроить показательную резню, дабы другим неповадно было. Братья тогда ушли на ночную рыбалку далеко вверх по реке. Вернулись они, когда от Сизаретты остался только пепел и гора трупов. И вот так, через скитания и кочевой образ жизни, они и встретились с бандой.

— А знаешь что, Фенор? Давай ее напополам? За золотую блестяшку она точно согласится, — попытался вернуть разговор в прошлое русло Рил.

— Чур я спереди!

— А ну-ка заткнулись оба! — снова прогремел голос командира Даку. — Сейчас нам надо дойти до лагеря максимально быстро и тихо. Без Владыки мы слабы, да еще и новичок в команде, — он взглянул на идущего позади колонны Жерака. — Вот! Берите пример — идет тихо и без лишнего шума. Еще слово и половины доли вам не видать.

— Извините, ваше высок….

— Половину доли.

Далее братья шли смирно и тихо.

И вроде дальше все могло быть хорошо, если бы только не крупный медведь, вышедший на тропу перед бандой. Даку резко остановился и перестал дышать. Остальная команда сделала то же самое, кроме Жерака. Тот так увлекся своими мыслями, что даже не поднимал головы. Его схватил за плечо один из сотоварищей, замыкавший колонну.

— Не шевелись.

— А что там?

— Медвежонок… — не успел договорить сосед, как был перебит Жераком, который сбросил удерживающую руку и начал что-то ощупывать за пазухой.

— Но ведь медвежата мелкие. Что он нам может сдел… — не закончил говорить Жерак, когда, наконец, посмотрел на то, что назвали *медвежонком*.

— Молчи, это Княжеский Медведь и на наше счастье не Хладный. Но если есть медвежонок, то рядом точно будет его злая мать.

Он еще что-то хотел сказать полушепотом Жераку, но увидел, что тот смотрит куда-то за него вверх. На замыкающего колонну капнула слюна. Он почувствовал медвежье дыхание над своей головой.

«Только не двигайся! Только не двигайся! Только не двигайся! Она может отпустить нас, только нужно не двигаться и не создавать угрозу ее медвежонку. Не двигайся! Не двигайся! Не дыши!» — повторял про себя в голове Жерак. Но первым не выдержал сосед Жерака и с криком бросился от медведя прочь. Только успел он сделать от силы один шаг. Лапа разъяренной медведицы вонзилась ему в спину. Длинные когти выскочили из груди с кусочками легких. Не спасла ни кольчуга, ни поддоспешник. Жерака охватил ужас. Он смотрел прямо на своего товарища, имя которого забыл или не знал изначально. Это была непередаваемая картина страха, отчаяния и беспомощности. Лапа резко вздернула человека, выдрав из него позвоночник и несколько органов.

Жерак на днях перечитывал бестиарий Нового мира и узнал породу этого медведя. Бурый Княжеский медведь. Редкий вид, особенно на Орисе. Попал сюда во время Великой Войны со Скверной, когда прибыли северяне, в том числе северяне из Северного Господарства. Княжеские медведи чаще всего просто лишались своих наездников или раненные отставали от войск, иногда оставаясь прикрывать своих раненых хозяев. Некоторые выжили, несмотря на оскверненных животных и местных суперхищников. Княжеские медведи куда больше любых своих сородичей. В холке они достигали двух с половиной метров, в длину в среднем были около 5–6 метров, весом в пару тонн и обладали огромными острыми когтями и клыками приспособленными для хищного образа жизни. Питался этот вид исключительно мясом. Кожа по толщине больше похожа на крокодиловую, а в скорости на короткие дистанции он уступал разве что гепарду. Но даже не это делало его самым опасным хищником лесов. Их вид каким-то образом смог впитать в себя энергию, благо не осознанно и без тренировок, но сходную с той, что используют Практики внутренней энергии. Чем дольше жил Княжеский Медведь, тем он был не только больше, но и сильнее за счет накопленной силы внутренней энергии. И это не говоря уже о высоком уровне интеллекта у животного, еще немного и его можно было бы назвать полуразумным. Сзади отряда, судя по всему, была весьма взрослая самка.

Скинув все мешки с золотом, Жерак кинулся в кусты. Лишь книга осталась при нем. Возможно и умер бы парень от когтей Кислевитского зверя, если бы не Шрейг, который достал свой полибол укрепленный рунами и не всадил все семь болтов в живот медведице. Ни один из них даже не добрался до мяса, но боль они принесли сильную. Наконечники были сточены так, чтобы из них выпирали зубчики. Маленькие гарпуны застряли в теле медведицы, и достать их без боли было почти невозможно. Владеющего, лежащего на носилках просто выронили, тот упал в грязь, и остался там барахтаться.

Жерак за эти пару секунд умудрился убежать на пару десятков метров и упасть ничком в грязь. Остальная команда попыталась последовать за ним, но повезло им куда меньше. Медведица рвала и метала. Она в три прыжка добежала до остальной толпы. Одного бедолагу она сбила и наступила а него лапой, прямо на поясницу, переломив ему весь позвоночник и оставив парализованного умирать в муках и дерьме из-за внезапного расслабления сфинктера кишечника. Еще двое достали свои арбалеты и направили на зверя. Один успел выстрелить и всадить болт ей в брюхо, а вот второй только коснулся пальцем курка, как острые когти оторвали ему руки. Полный боли крик охватил поляну, и сопровождал дальнейшую бойню, что набирала обороты. Успевший выстрелить парень попытался перезарядиться, но не успел. Медведица встала напротив него и подняла лапы. На правой до сих пор висели куски мяса с куском позвоночника самого первого неудачника. Шок заставил арбалетчика застыть столбом. Не было сил даже моргнуть. Зверь понимал это и стал медленно протягивать левую лапу к его груди. Кончики когтей уже пробили стеганую куртку и начали проходить под кожу, но Шрейг и еще трое стрелков сделали новый залп прямо в морду медведице. Та резко опустила левую лапу, вырвав грудную клетку вместе с сердцем и легкими из арбалетчика, следом опустив и правую, снеся начисто голову. Его тело упало в паре метров от чудища, прямо рядом с калекой напарником. Медведица казалось не обращала на калеку внимания, готовясь напасть на стрелков Шрейга.

«Спасен», — пронеслось у него в голове. — «Хоть и без рук, но хотя бы жив».

И в этот самый момент медведица побежала, наступив ему на живот задней лапой. Внутренние органы превратились в кашу. Кровь в ту же секунду вылетела изо рта. Кишки зацепились за коготь, и в момент прыжка зверя, пролетели за ним еще на пару метров. Рвота, перемешанная с кровью и желудочным соком, выходила небольшим фонтаном на лицо безрукого арбалетчика. Возможно, он был еще жив, но лучше было бы, чтобы он поскорее умер.

Путь медведя попытались преградить Владеющие ближнего боя во главе с латником. Однако копья просто обломались, войдя на десяток сантиметров. Таранный удар раскидал людей как тряпичных кукол. Лишь опытный Практик четвертой ступени устоял, отступив от касательного удара на шаг. А следом, обрушил рубящим ударом свой полуторный меч на переднюю лапу зверя. Клинок подрубил ее, и медведица оступилась, но не упала. Взревев так, что осыпалась листва, она встала на задние лапы. Её рост и масса подавляли, высотой она была порядка пяти метров. Даже рослый Практик, в своих массивных доспехах, был ей только по грудь. И эту самую минуту в грудь медведицы прилетели новые арбалетные болты. Однако все внимание зверя было сосредоточено на основном сопернике. Она обрушила свою лапу на латника, но тот успел подставить свой железный щит. Удар был столь страшен, что его звук разлетелся на ближайшие десятки метров. Никто не услышал хруст костей воина, зато отпечаток страшной лапы могли увидеть все. Она оставила огромную вмятину с глубокими царапинами на щите. Поврежденная рука латника уже не могла удерживать щит. Он его опустил и, пытаясь выгадать время, нанес колющий удар мечом в живот. Но совершенно упустил из вида раненную лапу зверя. Уже вытаскивая клинок, который погрузился в районе живота медведицы на добрые полметра, тот заметил приближающуюся опасность. Ранение лапы оказалось не столь серьезным. Болезненным и глубоким, но не критическим и медведица вполне ей могла пользоваться. Тяжелый удар пришёлся в шлем, смяв его. Воин бы выжил, хоть явно получил бы сотрясение мозга, а уж про потерю зубов и разбитое лицо можно промолчать. Однако не выдержала его шея. Тихий щелчок и могучий воин упал. Упал, чтобы никогда больше не встать.

Четверо стрелков во главе с Шрейгом бежали изо всех ног. Медведица догнала их за пять секунд. Целью она себе выбрала самого дальнего и быстрого арбалетчика, остальные расценивались ею как добыча, которую можно захватить по пути. И вот поравнявшись на секунду с одним из таких, зверь за долю секунды откусил ему голову. Безголовое тело по инерции пролетело еще пару метров. Медведица надавила сильнее челюстью и раскрошила череп, после чего проглотила его вместе с шапкой, кусками кольчуги, волосами и мозгами.

Еще один попытался взобраться на ближайшее дерево, но был пойман за ногу. Чудище медленно пережёвывало ее, но не откусывало. Пару секунд стрелок еще держался на ветки, но потом от нестерпимой боли отпустил их. В тот же момент медведица начала мотать головой из стороны в сторону. Восемь раз она ударила его тело о землю, лишь только потом отпустила. Стрелок теперь больше походил на мешок с костями, чем на человека. Медведица выплюнула ногу и погналась за Шрейгом и еще одним арбалетчиком.

Шрейг бежал позади своего друга и понимал, что на дерево ему взобраться, не успеть. Если только… не запрыгнуть с возвышенности! Между ним и зверем оставалось меньше двадцати метров, а его друг как раз бежал чуть впереди рядом с тонкой сосной.