Наследница Повелителя Теней: новое тело

Она демонстративно «не заметила» его жеста и с вызовом вскинула подбородок. В глазах Кирилла вспыхнули гневные огоньки, но он сдержался и молча поставил стакан на стол перед Леной.

— Ты хоть понимаешь, в какой кошмар я могу превратить твою жизнь, если захочу? — ровным тоном, не сочетающимся со смыслом произносимых слов, проговорил он. — Ведь могу и отказаться от желания заключить с тобой договор. Просто приходить сюда и брать тебя, когда захочу. А чтобы никуда не сбежала, приставить охрану. И так будет продолжаться, пока сам того пожелаю!

— Я обращусь в полицию! — чувствуя, как по спине пробегает липкая струйка пота, выдавила Лена.

Кирилл зло расхохотался.

— Считаешь, что я не смогу решить проблему с полицией? Достаточно будет подмазать кого надо и попросить не вмешиваться. Как думаешь, на чью сторону они встанут: безродной нищенки или наследника одного из великих родов?

— Ты чудовище! — Лену затрясло от омерзения и ужаса. А еще охватывала глухая тоска от осознания собственной беспомощности.

— Ты сама вынуждаешь меня идти на такие меры, — процедил Кирилл, нависая над ней. — Зачем злишь?!

Он с усилием взял себя в руки и отступил на шаг.

— Так что еще раз подумай, как предпочитаешь: по-хорошему или по-плохому. Я все еще готов дать тебе выбор, — он высокомерно оглядел ее и двинулся прочь. — Я приду завтра утром за твоим решением. И запри за мной дверь. Район тут, конечно, приличный, но быть излишне беспечной не стоит.

Елена даже не шевельнулась, пока Порицкий не убрался из квартиры. Да и после этого еще минут пять сидела в ступоре, обдумывая свое незавидное положение.

Не придумав ничего лучшего, открыла бутылку, принесенную ненавистным ухажером, и не остановилась, пока не осушила ее. С непривычки вино сильно ударило в голову. Едва держась на ногах, Лена побрела в ванную. Нужно привести себя в порядок и успокоиться, отрешиться от мрачных мыслей. Может, тогда выход найдется как-то сам собой?

А потом она долго лежала в горячей воде, уставившись в потолок и пытаясь ни о чем не думать. Получалось плохо. Перед глазами снова и снова вставали мрачные картины того, что сегодня произошло. А из-за выпитого мир вокруг кружился, словно в карусели.

Чувствуя, что начинает отключаться, Лена все же поднялась и начала вылезать из ванной. И тут накатил такой приступ головокружения, что тело отказалось повиноваться. Лена попыталась удержаться от падения, ухватившись за что-то. Послышался звон бьющегося стекла и возникла резкая боль в руке. Ударившись головой о бортик ванной, Лена мутнеющим взглядом уставилась на хлещущую из руки кровь. Видимо, оказалась пробита артерия. Потом сознание отключилось.

Последней мыслью было: а может, и к лучшему?

Когда некоторое время спустя она вынырнула из беспамятства, увидела над собой перекошенное лицо Кирилла.

Проклятье! Только не это! Ну почему он вернулся?! Она протестующе застонала, не желая, чтобы ее спасали. Кирилл порывисто прижал к себе и взволнованно затараторил:

— Я уже вызвал скорую, слышишь?! Кровь остановил. Тебя обязательно спасут!.. Ну вот как ты так умудрилась, глупая?! — встретившись с ней взглядом, смущенно добавил: — Прости меня… Я бы никогда на самом деле так с тобой не поступил. Вскоре после того, как ушел от тебя, пожалел о своих словах. Решил вернуться… Ты все не открывала, и я встревожился. Боялся, что ты что-то с собой сделала. Выбил дверь… Ты только выживи, и все у нас будет хорошо!

У нас?! Хорошо? Эмоция протеста отняла последние крохи сил, и Лена снова погрузилась в беспамятство. Единственное, о чем она мечтала — умереть до того, как появятся врачи.

Чужие воспоминания развеялись, и я мотнула головой. Ощущения были такими реальными, что казалось — это я сама пережила те страшные минуты. Лена настолько не хотела возвращаться, что ее воля оказалась сильнее. И в теле, которое реанимировали, место ее души заняла другая. А я теперь попросту обязана сделать так, чтобы те, из-за кого она предпочла уйти за грань, не получили желаемое! Это осознала твердо.

Стиснув зубы, уставилась на дверь, в которую входили двое мужчин и женщина. Еще не знала, как стану с ними держаться, но кое-кого ждет большой сюрприз! Странно, но эти люди чужими больше не казались. Чувства Елены настолько переплелись с моими, что я теперь воспринимала все иначе.

Единственная, кого я действительно была рада видеть — Ольга Бакеева. Очень милая и приятная женщина лет сорока с такими же, как у моего нового тела, аквамариновыми глазами. Только волосы были темно-русые. В глазах Ольги одновременно светились сочувствие, радость и надежда. Мама. Сердце дрогнуло, воспринимая эту, в сущности, чужую женщину, именно так. Ее образ непонятным образом смешался с воспоминаниями о родной матери. И я, не отдавая себе отчета в своих действиях, протянула руку и прошептала:

— Мама…

Ольга тут же кинулась ко мне и порывисто обняла. Из моих глаз сами собой хлынули слезы — настолько переполняли эмоции.

— Девочка моя, как же я рада, что с тобой все в порядке! Я только вчера узнала про то, что с тобой произошло…

— Вчера? — я моментально пришла в себя и вспомнила о том, что тут находятся и те, перед кем своей слабости лучше не показывать. — Странно. Доктор сказала, что о моем состоянии вас известили сразу после того, как я сюда попала.

— Я не счел необходимым сообщать об этом Ольге, — подал голос Анатолий, придвинув два стула — для себя и жены — к моей кровати.

Кирилл остался стоять, напряженно наблюдая за происходящим.

— Почему же сообщил теперь? — едко спросила, и так зная ответ. — Никчемная дочь перестала быть позором семьи, и поэтому ее снова можно к себе приблизить?

— Не надо так, Леночка! — беспомощно пролепетала мать. — Пожалуйста, не гневи отца, — добавила совсем тихо, чтобы слышала только я.

Наверное, прежняя Лена послушалась бы и снова принялась играть роль идеальной дочери, мечтающей добиться одобрения строгого отца. Вот только ее больше нет! Умерла из-за двух гадов, что явились сюда, как ни в чем не бывало. Зато есть я, которая молчать не собирается!

— Ты верно поняла ситуацию, — спокойно отозвался Анатолий Бакеев. — Обстоятельства изменились, и теперь ты можешь вернуться домой. Снова стать частью семьи Бакеевых.

— А тебе не приходило в голову, что я могу этого не захотеть? — прищурилась я.

— Это было бы с твоей стороны крайне глупо, — заметил отец. — Но я понимаю, почему ты злишься. Да и первый выплеск магии порой способствует нестабильности в эмоциях. Когда успокоишься и все хорошенько обдумаешь, поймешь, что так будет лучше. Мы забудем об этом инциденте, и ты продолжишь жить той жизнью, к какой привыкла. Поступишь осенью в Академию, как и твоя сестра.

Он покосился на Кирилла и сказал:

— Разумеется, я бы хотел, чтобы ты подумала и о замужестве. Кирилл подтвердил намерение жениться на тебе, и я не имею ничего против. Но учитывая недоразумение, произошедшее между вами, понимаю, что тебе нужно время. Узнаешь его получше. Он официально начнет за тобой ухаживать. Думаю, со временем ты изменишь свое мнение о нем.

Недоразумение?! Вот, значит, как любимый папочка это называет?! М-да, в главе семьи Бакеевых я окончательно разочаровалась! Даже речи быть не может о том, чтобы принять его предложение.

— Как Лада? — проигнорировав слова отца, обратилась к маме. — Почему она не пришла с тобой?

— Мы не стали ей ни о чем говорить, — смущенно сказала Ольга. — Не хотели травмировать. Ладочка все эти дни сама не своя была. Очень скучает по тебе и переживает.

— Я тоже по ней скучаю, — улыбнулась матери, с удивлением понимая, что ничуть не кривлю душой.

В родном мире у меня не было ни сестер, ни братьев. Даже подруги настоящей не было. Приятельницы разве что. А благодаря воспоминаниям Лены в полной мере осознала, каково это — иметь сестру. И мне было жаль, что вынуждена буду отказаться и от нее тоже. Ведь вряд ли Анатолий Бакеев разрешит мне общаться с Ладой, если не соглашусь вернуться.

— И ты права. Лучше, если она не будет ни о чем знать. Пусть думает, что у меня все в порядке. Обживаюсь в новой жизни.

Поймала недоуменный взгляд Анатолия Бакеева и вскинула подбородок.

— Да, ты верно меня понял, отец. Я отказываюсь от твоего щедрого предложения. Деньги за мое лечение можете снять со счета и разделить между тобой и Кириллом. Если посчитаете, что я еще что-то должна, то когда встану на ноги и найду работу, верну долг. Но отныне у меня с вами нет ничего общего, как ты сам сказал когда-то. Я теперь Незнамова. Если разрешишь матери и сестре иногда со мной общаться, буду благодарна. Но что-то мне подсказывает, что вряд ли ты проявишь такое великодушие. Что касается керна Порицкого, то пусть найдет себе другую девушку, которая будет до потолка прыгать от его высочайшего внимания. Меня же мысль о замужестве с ним нисколько не прельщает.

— Ты хорошо подумала? — медленно процедил Анатолий Бакеев. — Или все-таки не будешь пороть горячку и подождешь несколько дней, прежде чем принять окончательное решение?

— Подумала, — спокойно откликнулась. — И свое решение не изменю.

Анатолий Бакеев резко поднялся и, дернув жену за плечо, кивнул в сторону двери.

— Пойдем. Нам больше нечего здесь делать.

— Но… — попыталась возразить мама и привычно осеклась под грозным взглядом.

Как-то обреченно посмотрела на меня и, скомкано попрощавшись, двинулась к двери. Кирилл окинул хмурым взглядом и тоже вышел. Хотя что-то мне подсказывает, что уж он-то вряд ли так просто отступится. И чем раньше я пойму, как распорядиться дальше своей жизнью и стать независимой и успешной, тем лучше.

ГЛАВА 7

Доктор Быстрова зашла в мою палату спустя несколько минут. Покачала головой и, проверив мое состояние, устроилась рядом.

— Ну и зачем ты так?

— Уже знаете?

— По виду твоих родственников и керна Порицкого и без слов понятно, что ничего хорошего они от тебя не услышали.

— Лучше скажите, сколько всего денег я должна буду больнице с учетом оставшихся дней, что проведу здесь.

— Отказываться от намерения покрыть твои счета керн Бакеев не стал, так что все уже оплачено. И мой тебе совет: не глупи и не пытайся ничего ему вернуть! Этим только еще больше настроишь против себя. Да и для Бакеева это мелочь, а тебе деньги не помешают.

— Может, и так, — пожала плечами. — Но однажды все равно верну.

— Тут уж как сама решишь. А сейчас лучше подумай о том, как станешь жить дальше. Магу без покровителя оставаться нельзя. Можно вляпаться в крупные неприятности. Если память к тебе вернулась, подумай, к какому из родов ты могла бы попроситься на службу.

— Нет у меня никакого желания это делать! — поморщилась я. — Разницы нет. Что отец, что другие керны станут за меня решать, что можно, а что нельзя, навязывать свою волю. Уж лучше тогда на имперскую службу пойти! Вот как вы.

Быстрова вздохнула.

— Ты думаешь, я сама себе хозяйка? Сильно ошибаешься, девочка! Чтобы ты лучше понимала расклад, вкратце расскажу, как все происходило у меня. Дар открылся в десять. Родители мои были простолюдинами и потому в семье я остаться не могла. До восемнадцати лет еще разрешили пожить с ними, а потом нужно было определиться, к кому идти на службу. Я выбрала имперскую.

— И чем плохо? Вряд ли император сильно вмешивается в дела служащих у него орнов. Их у него ведь куда больше, чем у кернов, — удивилась я. — Больше свободы.

— Так только кажется, девочка, — покачала головой Надежда. — К примеру, никто меня не спрашивал, где хотела бы работать. Распределили сюда сразу после обучения владению даром. Мужа подобрали два года спустя.

— Мужа подобрали? — поразилась я.

— А ты что думала? — невесело усмехнулась доктор. — Государство заинтересовано в том, чтобы магов рождалось больше. Учитывая мой дар, и мужа подобрали с таким же талантом. К счастью, он оказался хорошим человеком, пусть и старше меня на десять лет. Со временем я смогла его даже полюбить. И у нас есть замечательная дочь. В общем, в моем случае все сложилось неплохо. Но бывает и иначе.

— Неужели заставят насильно жить с тем, к кому испытываешь неприязнь? — ошеломленно спросила.

— Нет, не все так плачевно, — успокоила женщина. — Рожай ребенка с даром — и считай свой долг выполненным. По крайней мере, в плане личных связей. Но проблема в том, что устроиться куда-то без одобрения императора ты не сможешь. Женщинам-целителям в этом плане проще. Есть много больниц, куда можно приткнуться. А вот что делать стихийницам? Таким, как ты, например. В качестве боевых магов женщин берут неохотно. Разве что на подзарядку накопителей отправят. И считается, что основное предназначение стихийниц — рожать побольше детей, а уж муж должен заботиться об остальном. Не хочешь категорически — так и будешь до конца своих дней накопители заряжать. Вот, собственно, что тебя ждет, если поступишь на имперскую службу.

— То есть, по сути, то же самое, что и у кернов, — безрадостно заключила я.

— Именно. Потому я и говорю, что зря ты так поступила. По крайней мере, могла бы считаться керной великого рода и жить совсем другой жизнью. Так что подумай пока. Время есть. В твою пользу говорит и наличие потенциала. Любой род будет рад заполучить тебя в свои вассалы. У Бакеевых сильная кровь. А ты, несмотря на то, что по документам уже Незнамова, остаешься отпрыском не самой последней семьи. Тебя с удовольствием примут. Можешь даже поторговаться насчет условий.

— Хорошо, я подумаю, — устало сказала, чувствуя себя так, словно вокруг смыкаются тиски.

Неужели совсем нет никакого выбора? Впрочем, почему это нет? А вариант жить обычной жизнью, не используя магию, чем плох? Как ни странно, но у простолюдинов в этом мире куда больше свободы, чем у магов, несмотря на все привилегии последних.

Вот только Гайдрис вряд ли придет от этого в восторг! Он же ждет от меня развития способностей и продвижения наверх. Его вряд ли устроит, если те пять лет, что нам обозначил Артан, я проживу тихой и мирной жизнью обычного обывателя. Впрочем, почему я должна жертвовать собой ради этого неприятного типа?

Вздохнула и отогнала все эти мысли. Ладно, поживем-увидим. Спешить с принесением вассальных клятв я точно не стану. Нужно тщательно все взвесить.

* * *

А на следующий день явились еще одни визитеры, которых точно не ждала. Когда первой зашла доктор Быстрова и с заговорщицким видом подмигнула, я насторожилась.

— Что еще случилось? — спросила с недоумением.

— Похоже, наш главврач поставил в известность о тебе не только Бакеевых, — сообщила Надежда. — Впрочем, неудивительно. За наводку насчет непристроенных одаренных благородные семьи могут щедро отблагодарить. Так что готовься, сейчас тебе будут предлагать поступить на службу. И в этот раз не спеши отказываться.

— Кто хоть пришел? — без особого энтузиазма поинтересовалась.

— Сам глава рода Антиповых! — тоном, каким в моем мире упомянули бы какого-нибудь президента или короля, заявила доктор.

А я еще сильнее напряглась. Насколько помню, Антиповы находились на четвертом месте в рейтинге великих родов. Значит, еще покруче Бакеевых будут. Но куда больше встревожило то, что проскользнуло в воспоминаниях Елены. Леонид Антипов пользовался немалым влиянием при императорском дворе. Руководил Службой Безопасности и внутренней разведкой. Его многие побаивались и опасались переходить дорогу. Что такому человеку понадобилось от неопытной девчонки с едва открывшимся даром?

Я бы могла еще понять, если бы речь шла о подающем надежды парне. Тогда визит Антипова объяснялся бы просто — вербовка на службу. Но из разговора с Надеждой я поняла, что женщины в таких делах не котируются. Тогда зачем я ему? С наибольшей вероятностью, что Антипов пришел как частное лицо. А значит, одаренная девушка могла ему понадобиться просто для укрепления рода. Как инкубатор для других одаренных. И такая роль меня совершенно не прельщала!

Наверное, из-за того, что так себя накрутила, и встретила Леонида Антипова хмурым и неприязненным взглядом. Впрочем, почти сразу опомнилась и придала лицу более подобающее вежливое выражение. В моем положении приобретать могущественного врага было бы крайне опрометчиво!

Антипов по возрасту был ровесником Бакеева, но выглядел куда менее внушительно. Не слишком высокого роста, темноволосый и худощавый, черты лица невыразительные. Вот только глаза — темно-серые, чуть раскосые и очень выразительные — невольно приковывали внимание. Впрочем, понять по ним хоть какую-то эмоцию было весьма проблематично.

— Приветствую вас, Елена. Надеюсь, обойдемся без формальностей? Я вам все-таки в отцы гожусь, — улыбка настолько изменила его лицо, что я невольно поразилась.

Вот когда мнение, что улыбка способна украсить любого человека, оправдано на все сто. Он даже показался более привлекательным и располагающим к себе. Наверняка прекрасно осознавал это воздействие и умело им пользовался.

— Конечно, Леонид Константинович, — машинально проговорила, выудив из памяти, как к нему обращаться.

— Приятно, что помните, — еще более светло улыбнулся мужчина. — В последний раз, когда я вас видел, вам было не больше двенадцати. И, осмелюсь сказать, даже не думал, в какую очаровательную юную особу вы превратитесь со временем. Эх, где мои молодые годы? — он зацокал языком.

Я же с трудом подавила типично девичью реакцию смущения, пошедшую откуда-то изнутри помимо моей воли. Так отреагировала бы Лена, не привыкшая слушать комплименты мужчин в свой адрес.

Заставила себя смотреть только в глаза Антипову. А их теплая улыбка совершенно не коснулась. Оставались холодными и оценивающими, как у покупателя, который выбирает нужный ему товар.

— Могу я присесть? — осведомился он.

— Прошу вас, — церемонно кивнула и дождалась, пока он придвинет стул и сядет поудобнее. — Итак, что вас заставило навестить бедную изгнанницу? — не удержалась от иронии. — Осуждения других кернов не боитесь?

Такого пассажа от меня Антипов явно не ожидал. Ну не укладывалось это в образ примерной и скромной девочки, какой сложился у всех о Елене. Но почему-то вместо того, чтобы продемонстрировать недовольство, Леонид, наоборот, усмехнулся и посмотрел с куда большим интересом.

— Думаю, мы оба прекрасно знаем, что ваше положение сильно изменилось. И такие визиты со стороны других глав родов вполне могут стать для вас привычными. Так что я поспешил явиться в числе первых. Мне сообщили, что от возвращения в семью вы отказались. Не покажется ли чересчур нескромным узнать о причине? В вас говорила банальная обида на родню или нечто иное?

А я вдруг отчетливо поняла, что от того, что скажу в следующий момент, зависит мнение, которое он обо мне сложит в дальнейшем и как станет себя вести. Антипов хочет понять: перед ним истеричная барышня, из излишней эмоциональности отказавшаяся от шанса вернуть себе положение, или девочка, которая хочет от жизни чего-то большего. И если первоначально я считала, что ему нужен лишь инкубатор для одаренных, то теперь начала понимать, что не все так просто. Вот только нужно ли это мне? То, чтобы меня использовали в каких-то непонятных целях?

— Скажем так, обида в моей ситуации вполне естественна, — осторожно сказала.

— Но главная причина не в ней, — продолжил за меня Антипов, — не так ли?

— Можете считать это причудой или блажью, но меня больше не устраивает то, что кто-то желает решать мою судьбу. Хочу быть сама себе хозяйкой, — решилась на некоторую откровенность. Пусть понимает, что быть пешкой и в его руках я не собираюсь.

— Вы слишком молоды, Леночка! — покачал головой Леонид. — Мало знаете жизнь. Иначе бы понимали, что никто из нас не может быть самому себе хозяином. Даже я вынужден подстраиваться под окружение и интересы самых разных людей. Да что там я? Император тоже не может считать себя абсолютно независимым от чужой воли. Так что ваша мечта — утопия! И чем раньше это поймете, тем лучше. Меньше шишек набьете. К тому же так сложилось, что несмотря на законы о равноправии мужчин и женщин, которые приняли в конце прошлого века, на деле все не так радужно. И вы это знаете. Буду с вами полностью откровенным, поскольку не желаю начинать сотрудничество с недомолвок или обмана. Женщине крайне сложно стать абсолютно независимой. И без чьего-то покровительства ваша судьба может сложиться далеко не радужно.

— Это угроза? — сухо осведомилась.