Проклятый король и я

Потом, боюсь, держите меня семеро! Не знаю, расколдую я это голодное королевство или нет, но объяснить, что с детьми так нельзя, точно смогу.

Ступени вниз. Стражник — впереди, стражник — позади. Одной рукой держу за руку ледяную ладошку Златы, другой прижимаю к себе упитанное тельце Кекса. Узкая, жутковатая каменная винтовая лестница по кругу уходит вниз — всё глубже и глубже. Чадят факелы — подвалы магией не освещаются. Интересно, почему?

— Пришли — объявляет молодой стражник, кидая украдкой на принцессу сочувствующий взгляд.

— Ваше высочество, — скрипит дверца… клетки, которую открывают перед девочкой.

Злата, сдерживая слёзы, забирается внутрь. Баязет на брюхе, поскуливая, обречённо крадётся следом.

— Госпожа ведьма, — обращается страж ко мне.

— Принесите, пожалуйста, одеял и воды, — вежливо… приказываю я.

— Не положено, — откликается равнодушно второй, постарше.

— Здесь промозгло, — настаиваю я, — Мы можем простыть. Разве вам запрещено принести нам что-то?

— Слышь, ведьма, — толкает меня в соседнюю клетку старший, — Молча полезай!

— Добром прошу! — прищурилась я.

— Принесу, — говорит младший.

Тот, что меня толкал, торопливо закрывает клетку, сплевывает на пол и уходит.

— И часто у вас так развлекаются? — спрашиваю я у Златы.

Ребёнок всё ещё борется со слезами, поэтому молчит.

— Отец в курсе?

— Он занят. Или в разъездах, — шепчет принцесса. — Это всё… для моего блага.

— Что?

— Принцесс надо воспитывать в строгости, — повторяет девчонка чьи-то слова, словно под заклятием.

Да уж… Видно, не случайно прокляли именно это королевство. Слышатся торопливые шаги — молоденький стражник принёс одеяла, воду и даже четыре яблока. На всех…

3-1

Темно. Еле слышный треск масляных факелов, хрюканье мопса, в сотый раз вылизывающего огрызок яблока.

Бедный малыш. Его корма тут нет, он голодный. Единственное, что успокаивает — наш ветеринар, Валерий Яковлевич, последний раз, когда мне показалось что у Кексика слишком сильная отдышка, и я привела его на приём, настоятельно рекомендовал мопсу похудеть.

Ему легко говорить! Он же не видит этих жалобных глаз… Порции я взвешиваю на весах — ни граммом больше! Это — корм. Специальный, облегчённый. Что же касается кружочка колбаски, половинки булочки с плавленым сыром, пельмешки (ну, ладно, нескольких пельмешек), мини-круассана (бывает, конечно, что и двух), совершенно случайно перепадающих мальчику за день как бы невзначай, то… Это — не в счёт! Просто… для поднятия настроения.

В общем, радует только одно — на этот раз точно похудеем. Как говорится, «не было бы счастья, да несчастье помогло». Баяка слопала яблоко вместе с огрызком и теперь лежала у ног хозяйки, понурив голову. Бант на голове дога обвис настолько печально и трогательно, что в носу защипало.

Так нельзя, Наташа. Ты — старшая, и не должна предаваться унынию. Возьми себя в руки, поговори с девочкой.

— Злата? Ты как? Не замёрзла?

Тишина. Я вздохнула. Наверное, говорить не хочет. Оно и понятно, что тут скажешь? От нечего делать, стала вспоминать рыжего красавца, надо же себя чем-то подбодрить. Как его величество вообще угораздило выбрать в фаворитки столь невзрачную особу? Попыталась воспроизвести в памяти образ строгой, рифмующей нараспев дамы и… Не смогла. Как так? Наташа, соберись! Какого цвета на ней было платье? Волосы — шатенка, брюнетка, блондинка? Рост? Фигура?

Ничего. Как такое возможно? Ладно, спишем на стресс, но вообще — что-то тут не чисто, новоиспечённым ведьминским носом чую!

— Ваше высочество? Ваше высочество? Принцесса Злата!

— Не кричите. Услышат — ещё хуже будет, — недовольно буркнула дочь короля.

Ах ты… Принцесса! Ничего, справлюсь. У меня за время работы в школе было всякое. И принцы с принцессами в том числе.

— Не замёрзли, ваше высочество?

— Нет, — еле слышно выдохнула посиневшими губами девочка, плотнее кутаясь в плед.

Понятно. Замёрзла. И голодная. Я достала из кармана не съеденное своё яблоко. Специально оставила, на случай, если сидеть придётся долго.

— Хотите, ваше высочество?

Глаза загорелись.

— А… вы?

— Я — старше. И вообще, я — ведьма. Мы, может, вообще можем без еды, кто знает? Лови!

Наши с Златой клетки были напротив друг друга. Прицелилась и бросила — так, чтобы яблоко попало меж прутьев. Как ни странно — получилось! В яблочко! Попало яблочко… Такой вот каламбур. Может, я и правда ведьма, а?

Злата поймала яблоко и с удовольствием стала его грызть, отломив догу кусочек.

— Как давно король с…

— Баронессой Вацлавой?

— Да.

— Не помню.

— А как они познакомились? Где?

— Я… Не знаю.

— Ты хоть раз жаловалась отцу о том, что она творит?

— Принцесс надо воспитывать в строгости. Это ради моего блага…

Последние слова прозвучали совсем тихо. Что-то мне всё это сильно не нравится. Девочка съела яблоко, и, свернувшись калачиком, прилегла рядом с собакой.

Я поёжилась. В подвале — сыро и холодно. Больше, чем за полдня — два яблока. Плохо дело. Сейчас наступит какая-нибудь магическая депрессия и закончится всё это волшебной анорексией. Чёрт… Ведьма я или нет? Ведьма. Не просто ведьма — с педагогическим стажем. Думай, Наташа. Думай!

— А король… Ну, в смысле папа. Его величество. Во всём соглашается и ни разу тебя не защитил? Так получается?

— Нет, — рыжая голова поднялась с земли, в кудряшках застряла солома, — При папе она никогда меня не наказывает. Только когда он уезжает надолго, по важным, государственным делам. Самое важное из них — соединиться с любым из не прОклятых королевств. Только я не хочу замуж…

— И всё это — из-за приготовленной еды?

— Да. Если я стану королевой, смогу сделать так, чтобы люди могли переселяться хотя бы на время, меняясь.

— Не проще ли просто ввозить готовую еду?

— Она превращается в прах.

— А рыба? Рыбу же ты ела?

— Да, — принцесса задумалась, и я вместе с ней.

Ладно, потом разберёмся. Сейчас ребёнка нужно согреть, иначе простудится.

— Итак, нам нужно, чтобы вернулся король. Тогда нас выпустят. Согласна?

— Да, но…

— Я могу наколдовать скорейшее его возвращение, но из-за того, что я в клетке, сил может не хватить. Нужна твоя помощь, Злата.

— Но я же не…

— Ты мне веришь?

Принцесса переглянулась с Баязет, поправила собаке бант и решительно ответила:

— Да.

— Отлично. Повторяй за мной. Вас, — я обвела взглядом приунывших собак, — Тоже касается. Итак — ноги на ширине плеч, руки — на пояс, делаем наклоны в разные стороны. Раз, два, три! Раз, два, три! Молодец. А теперь — прыжки. На каждой ноге по три раза — раз, два, три! Раз, два, три!

3-2

Физкульт-минутка в лучших традициях пионерского детства удалась на славу! Баязет забыла, что надо бояться, принцесса — страдать. Белый бант вновь съехал, но на этот раз — задорно и весело. Всё лучше, чем мерзнуть. У нас с Златой порозовели щёки, у собак повеселели глаза. Отлично! Если делаешь что-то, делай с удовольствием и полной отдачей.

И только на любимой мордочке верного Кекса явственно читалось подозрение: «Никакая вы не ведьма, матушка. А самый что ни на есть жулик!» Мопс стыдливо закрывал голову лапами, однако хозяйку не сдавал.

Упражнения из не очень-то, если уж быть честной, спортивного детства быстро закончились. Пришлось подключить всё, чем я занималась в фитнес-клубах в период отчаянных попыток похудеть и наконец-то заняться собой. Единственное, что вспомнилось из йоги — «собака мордой вниз». И конечно же, именно в тот момент, когда мы замерли, старательно оттопырив попы к небу… (простите, низкому потолку темницы, конечно!), король Стефан вошёл в подвал собственного дворца…

— И что тут происходит? — раздался мужской голос.

Ох уж этот голос! Бархатный, с будоражащими воображение оттенками низких, чувственных обертонов… Мурашки побежали по телу.

— Действует! — взвизгнула счастливая принцесса. — Ваша магия действует, госпожа Ведьма!

Я бросила гордый, торжествующий взгляд на мопса: «Ну? Что я говорила?»

Кекс устало фыркнул: уставшие ножки его больше не держали. Пёсик растянулся на соломе, намекая, что колдовству посредством приседаний и прыжков предпочёл бы колбаски кусочек…

— Злата! — строго проговорил король. — Ты зачем забралась в подвал? Стража с ног сбилась!

— Я…? — девочка виновато опустила голову, взгляд потух, личико побледнело.

Здрасьте, приехали! Всё колдовство на смарку — я тут что, просто так прыгала? Ваше счастье, король Стефан, что я «за решёткой, в темнице сырой». Руки чешутся треснуть по рыжей башке с короной! Нет, чтобы обнять дочь, прижать к сердцу, сказать слово доброе? Даже если ты минуту назад бился в истерике, ни в коем случае не показывай этого, потому что ребёнок напуган в тысячу раз больше, а ты — взрослый!

— Я чуть с ума не сошёл, Злата.

Гнев немного схлынул. Волновался за дочь — это хорошо. Только выпускать нас из клеток его величество почему-то не торопится — это плохо. Похоже, рыжий вообще не замечал, что принцесса в подвале не одна.

— Зачем ты сюда забралась?

— А ещё взяла с собой ведьму и заперла себя изнутри!

Подав голос, я приветственно помахала рукой. Это, как ни странно, сработало — его величество обратили на меня свой величественный взор.

Наконец-то! Синие-синие глаза были, безусловно, прекрасны (я ведь уже говорила, что мужик красивый?), вот только что-то в них было не то. Какая-то странная растерянность. Да что с ним, чёрт возьми?

— Папа, нас тут заперли, — сказала принцесса, явно делая над собой усилие.

«Молодец, девчонка!», — переглянулись мы с мопсом.

Король задумался. Во всяком случае, так мне показалось. Замер, уставившись в одну точку. Лицо пересекла морщина, словно человек упорно, отчаянно борется с невидимыми призраками собственных иллюзий.

«Ну, давай, думай, про́клятое твоё величество! Корона не просто так дадена — должна же хоть одна извилина по золотому кругу бегать!»

Стефан замер, сжимая и разжимая кулаки.

И тут… Может, показалось? От мужчины отлетело, ворчливо пыхнув, чёрное, дурно пахнущее облако. Это что же получается — не одна я тут ведьма?

Задумалась и поняла, что ревную. Ну что ж, баронесса Вацлава… Принимайте вызов — посмотрим, кто кого!

— Заперли? Кто? — король нахмурился — очень грозно, я даже на секунду посочувствовала даме.

Но тут началось что-то совершенно невообразимое! Принцесса Злата открывала и закрывала рот, не в силах произнести ни слова — а всего-то и надо было — сдать злючку-Варцлавючку с потрохами! Девочка, очнись!

— Это для моего же блага, — прошептали бледные губки.

— Что-то у вас тут странное творится, — я вцепилась в прутья собственной темницы — да так, что костяшки пальцев побелели, — И заметьте, ваше величество, я в данном случае не о кулинарных изысках толкую!

Стефан кивнул, однако с места не сдвинулся. Не знаю, как остальные члены нашей бодрой четвёрки узников, но лично я вновь начала замерзать, что очень не рекомендуется после физических нагрузок — мышцы можно застудить. Знала бы, чем всё это кончится, болоневые штаны бы надела и куртку! А то вытащили в халатике и тапочках на кухню, молока подогреть…

— Ваше величество! А можно нас как-то уже освободить?

Король величественно кивнул и отправился к клетке, где томилась любимая дочь. Ну, наконец-то! А то так стоять, задумавшись о судьбах королевства, можно до утра — ночь на дворе — хочется под одеяло!