Помоги проекту - поделись книгой:
— Придумал. Но реализовать этот план удастся не так скоро, как хотелось бы. И тут возникают еще пара вопросов. Как к этому отнесется сам император? И сможем ли мы ему хоть чем-то помочь, или просто передОхнем почем зря, добавив на его совесть еще и тяжесть ответственности за смерти представителей темного леса?
— Говори и мы вместе подумаем, что можно будет предпринять, чтобы не расстраивать императора и помочь ему в войне, — сказала Амиила, прижалась к Аталлаилу и положила голову ему на плечо. Великий Князь темных эльфов отвернулся от иллюминатора дракона и прижался губами к голове своей супруги.
Вожак оборотней — Виктион очнулся, и первое, что увидел — это сидящую перед ним Ниару. Они находились в какой-то пещере. Он уже был не в боевой ипостаси, но все же очень резво вскочил на ноги, вспомнив то, что с ним произошло перед тем, как он потерял сознание.
— Где эта тварь? Где этот гнусный предатель? — зарычал Виктион.
— Милый, присядь, я тебе все расскажу, — спокойно сказал Ниара.
— Ты что, женщина, с ума сошла?! Война кругом! Много наших погибло? Мы вообще где?
— Мы в безопасности. Сядь, нам надо поговорить. Многое произошло, о чем тебе стоит знать.
— Некогда! — выкрикнул Виктион и рванул по тоннелю туда, где был виден свет.
Ниара обернулась и преградила путь мужу. Виктион остановился, но оборачиваться не стал.
— Ты с ума сошла, женщина? Ты понимаешь, что там наши дети?! Их могут убить!
— Наши дети не здесь, они далеко, и они в безопасности. Сядь, НАМ НАДО ПОГОВОРИТЬ, — ответила Ниара, и не думая возвращать себе человеческий облик. Виктион присел на стул, и только тогда волчица обернулась в свою человеческую ипостась.
— Я расскажу тебе о том, что произошло с того момента, когда ты потерял сознание. Когда император тебя вырубил, он сделал то же самое предложение каждому. Сказал, что вожак сейчас не может принять решение, и нам решать, оставить нам наших детей на растерзание тем тварям, или присягнуть ему и продлить жизнь себе и своим детям.
Виктион зарычал и собрался обернуться, но Ниара положила руку ему на колено.
— Не горячись, дослушай. Я была первая, кто, схватив своих детей и тебя, подбежала к императору, чтобы он забрал нас в своего дракона. За мной последовали и остальные.
Ниара сделал паузу, давая мужу осмыслить сказанное. Она боялась, что он обернется и больше не захочет с ней разговаривать. Но Виктион не стал оборачиваться, он лишь убрал ее руку со своего колена. Это хороший знак, значит есть шанс, что он ее все же выслушает до конца.
— Когда все женщины и дети были в драконе, наши мужчины заявили, что не будут присягать никому на крови.
— Я так полагаю, они тоже здесь? Как же императору удалось уговорить и их?
— Он им задал вопрос, после которого все наши мужчины, как один, рванули к нему, чтобы он спас и их тоже.
— И, что же это был за вопрос?
— Император спросил, кому они доверяют спариваться с их самками — ему или его подданным? — Ниара улыбнулась.
Виктион тоже улыбнулся, потом произнес:
— Все же нашел, чем зацепить. И где мы сейчас?
— Имперцы называют это место Оплотом Жизни. Мы в одной из пещер, расположенных в нем. Император разрешил нам попрощаться и пообещал мне, что тебя доставят туда, куда ты пожелаешь, хоть назад в нашу деревню.
Ниара смотрела на своего мужа влюбленными глазами, полными слез.
— Зная тебя, я понимаю, что ты никогда не присягнешь императору на крови, а значит, жить тебе здесь пока не закончится война не позволят.
У Виктиона сжалось сердце при виде слез своей жены, но он все же недрогнувшим голосом спросил:
— Кто еще собирается принести присягу императору?
— Все, включая детей и меня, уже принесли присягу.
— Уже принесли? Сколько же я был без сознания?
— Двое суток. Император сказал, что не думал, что оборотни такие слабые, поэтому и ударил чуть сильнее. Теперь ты знаешь все, пойдем. Нас уже ждут.
— Куда пойдем?
— Наружу. Наши там. Попрощаешься с ними.
Виктион и Ниара вышли из пещеры, жмурясь от солнечного света и постепенно привыкая к яркому солнцу. Осмотревшись, оборотень не поверил своим глазам. И вот ради этого они принесли присягу на крови? Его бывшие соплеменники, его гордые волки, подносили боеприпасы, готовили еду, таскали какие-то тюки. Некоторые из них, обернувшись во вторую ипостась, тренировались с одним из имперцев, хотя тренировкой это назвать было нельзя.
Он раскидывал взрослых опытных боевых оборотней, как слепых щенят. Его грозные бойцы не могли даже задеть воина, он уворачивался от них и периодически наносил им легонькие удары мечом, одетым в ножны. То он тыкал им в живот кинувшегося на него оборотня, то слегка шлепал им по хребтине, а то и по тому месту, откуда хвост растет. Но это «слегка» было только для самого имперца. Все его движения были мягкими, он не вкладывал в них много силы, но при этом, казалось, что его оборотни прогибались под ударами невероятной силы. Вот, если бы имперец еще чуть сильнее ударил, то у одного из оборотней хрустнул бы позвоночник.
— Чего застыл? Садись, ешь и решай, куда тебя отвезти. — услышал знакомый голос откуда-то сбоку Виктион. Оборотень обернулся к говорившему разумному. Возле костра среди имперцев сидел император. Он держал кость с жаренным на углях мясом и жадно обгладывал ее.
— Если есть не собираешься, то сразу назови то место, куда тебя отвезти. — сказал я застывшему, как истукан, оборотню.
— Куда я могу присесть? — спросил бывший вожак оборотней.
— Вот туда садись, — указал я на отдельно лежащий валун, который находился с рядом с кучей таких же, что использовались нами как снаряды для катапульт.
— Ты не пригласишь меня к огню? — удивился Виктион.
— Я?! — удивился я от такой наглости. — Я итак сделал для тебя больше, чем ты для меня. Ты пригласил меня за стол, когда я впервые прилетел к тебе? Может ты позволил мне остаться? Единственное, что ты для меня сделал — это не напал на меня. Но скорее, это ты сделал для себя, потому что если бы ты напал, то я бы тебя убил. Заметь, я итак сделал для тебя больше, чем ты для меня. Я позволил тебе находиться здесь двое суток и предлагаю тебе еду. И при этом ты не спасал моих детей, или имперцев.
— Это твоя вина, что я здесь нахожусь. Я к тебе не рвался.
— Моя? Нет. Моя вина в том, что ты потерял сознание на двое суток. А сюда тебя приволокла твоя жена. Я разрешил ей это сделать. Но я не разрешал тебе тут оставаться. Я обещал твоей жене, что доставлю тебя туда, куда ты скажешь, если это будет в моих силах. Поэтому ешь и решай, куда ты хочешь отправиться. Тебя отвезут на драконе в любое соседнее государство. Если тебе надо дальше, то тебя туда под охраной доставят альянсовцы. Ну, или могу вернуть тебя на твои земли. Теперь ведь они только твои, вся твоя стая — вошла в состав империи. Так, что наслаждайся владениями.
Виктион понял, что препираться бесполезно и просто сел на камень, на который ему указали. Ниара подошла к костру, у которого сидел император. Тот кивнул ей на чан с жареным мясом. Волчица открыла огромную крышку и вытащила из чана внушительных размеров жареную ногу. Затем она подошла к своему мужу и отдала ногу ему. Волк достал нож, отхватил большой кусок мяса и протянул своей жене. Ниара взяла мясо и они оба с жадностью вгрызлись в сочную жареную плоть. Они разве что не урчали, как кошки, отрывая мягкие, сочные куски мяса и вытирая текущий жир с подбородка.
Пока Виктион ел, он приглядывался, что происходит вокруг и теперь все происходящее уже не казалось ему столь удручающим. Ведь он так же поступил бы с теми, кого бы приютил сам. Каждый должен приносить пользу стае, и если ты не умеешь драться, то должен в чем-то другом быть полезным обществу, которое тебя приютило. А судя по тому, как один обычный человек, даже не вампир, ловко охаживал мечом в ножнах пятерых опытных волков, становилось понятно, что драться никто из его стаи не умеет. По сравнению с имперцами.
Бывший вожак видел, как здесь все обустроено и насколько сильна оборона Оплота Жизни. Да, тут намного безопаснее, чем у них в деревне. К концу трапезы он принял решение и, вытерев руки о траву, он подошел к костру императора и сказал:
— Я согласен.
— На, что ты согласен? — удивился я.
— Стать имперцем. — ответил волк, а я расхохотался от души. Мой смех подхватили все имперцы, что сидели рядом и слышали наш диалог. Отсмеявшись, я ответил:
— Возможность стать имперцем — это не наказание, а великая честь. Ее надо заслужить.
— Но ты ведь сам предлагал нам всем стать имперцами и принести тебе присягу на крови. Я согласен.
— Если быть точнее, то я предлагал каждому из вас стать иимперцами дважды. На второй раз все остальные согласились, а ты отказался. С чего ты решил, что достоин третьего шанса?
— Но ведь для чего-то ты у всех принял присягу, так и я на это же сгожусь.
— Вот в этом я не уверен. Я принял у них присягу, потому что не хотел, чтобы оборотни сгинули с лица Эратиона, как вид. А для этого мне нужно всего две пары оборотней, не являющихся родственниками. Как видишь, сейчас у меня полный комплект, и ты мне не нужен.
Виктион задумался. Он напряженно думал пару минут, никто его в это время не беспокоил, даже наоборот, казалось, будто на него перестали обращать внимание. Император отвернулся и продолжил трапезу, разговаривая со своими подданными, те тоже никуда не торопились и наслаждались жизнью, будто снаружи и не было никакой войны. Бывший вожак оборотней очень не хотел отделяться от своей стаи, но сильнее всего он опасался, что больше никогда не увидит своих детей и жену.
— Гхм… — кашлянул Виктион. — Ваше императорское величество, есть ли хоть какая-то возможность мне стать имперцем?
«— Уже начал соображать, что к чему. Глядишь, окажется, что он еще не совсем идиот, и из него может выйти что-то путное.» — подумал я, а вслух сказал:
— Есть, но она крайне мала. Я даю тебе возможность погостить здесь еще две недели, и если ты за это время сможешь доказать, что достоин стать имперцем, я приму у тебя присягу на крови. Если же нет, то Грарх отвезет тебя туда, куда ты захочешь, если это находится не дальше соседней страны. Если тебе надо дальше, то дальше, как я уже и говорил, тебя доставят альянсовцы.
— Есть ли какие-либо правила или законы в империи? Могу я с ними ознакомиться?
— Конечно, есть. Что за государство без законов? Однако, дело далеко не только в них. Имперцы живут не так, как остальные. Нас надо понять, а поняв, нужно искренне желать стать одним из нас. И если после того, как ты нас узнаешь, у тебя возникнет хоть малейшее сомнение в душе, что ты всю свою оставшуюся жизнь не просто готов, а всем своим сердцем желаешь прожить имперцем, то ты не сможешь стать одним из нас. Ровно через две недели я дам тебе свой ответ, а пока будь моим гостем. Тебе покажут, что тебе можно, а куда тебе лучше не соваться.
Я закончил разговор и повернулся к Гериндорфу:
— Они уже близко. Слишком рано, не торопитесь. Соблюдайте график. Если вы придете очень рано, то потом можете не выдержать нагрузки. Если слишком поздно, то могут не выдержать те, кто сейчас на вахте. Даниил и Великая Пятерка не просто так составили этот график, соблюдайте его в точности.
— Да, император, мы все понимаем. И отдыхать, и драться мы будем на совесть.
— И простите за оборотней. Я понимаю, что добавил вам работы вместо отдыха.
— Да, все нормально. Долго отдыхать — мышцы затекут, мы все понимаем. Мы не против иногда размяться. — ответил Элиот.
Я телепортировался на вершину самой высокой горы. На нас надвигалась огромное зубастое цунами. В этот раз нам придется открыть многие наши секреты.
До нападения оставалась еще пара часов. Сегодня нас будут пробовать на зуб. Давить всей массой пока не станут. Видимо, экономят силы, считая, что смогут нас победить не ценой всей армии, а лишь небольшой ее частью. Ну, что ж, нам это на руку. Чем дольше нас недооценивают, тем дольше мы продержимся. Немезида ведь наверняка видела то же самое, что и я. Она знала про гигантских червей, а значит и про невероятных размеров армию она тоже знала. И если Хранительница Жизни сказала, что ей надо полгода, для того, чтобы войти в силу и суметь защищать себя саму, значит, это не пустые слова. Она сопоставила свои силы и силы нечисти. Следовательно, чем дольше мы не покажем свои реальные возможности, тем позже на нас бросят всю орду и тем больше имперцев выживет.
— Справимся? — спросила меня Лия, подбежавшая ко мне. Она научилась очень шустро карабкаться по горам.
— С этой волной справимся. А вот что будет дальше, я даже предположить боюсь.
Лия прижалась ко мне лицом и обняла. Затем сказала:
— Ты только выживи! Я тебя очень прошу: выживи, хорошо? Ты мне любой нужен. С телом, или без тела, главное, чтобы ты жил.
Я посмотрел ей в глаза и поцеловал ее долго и страстно.
— Нет, уж я постараюсь сохранить свое тело, а то заведешь себе любовников, что мне тогда делать? Подглядывать и давать советы? — улыбнувшись, ответил я. Лия ничего не сказала, она лишь, снова поцеловала меня. Так мы и простояли на вершине самой высокой горы Оплота Жизни до самого наступления нечисти то целуясь, то осматривая местные красоты, прижимаясь дуг к другу.
Горы были полностью оцеплены, землеройки и кротокрысы давно окопались. Нечисть ждала команды.
— Стальные колья пока не активируем. Подпускаем первых к газовой конфорке, — раздался приказ Даниила и одновременно с его приказом орда нечисти пошла в наступление. Жуки-метатели, не останавливаясь, кидали через самую низкую гору валуны и живую нечисть, но это мало чем им помогло, скорее, наоборот, у нас появлялись дополнительные снаряды, и мои алтари пополнялись энергией от боли жертв, которые умирали в мучениях. Обращаясь к своим алтарям, я чувствовал невероятную мощь, прилив сил делал меня буквально неуязвимым. Я мог направить эту мощь куда только пожелаю. Салагор знал свое дело, и муки нечисти он превращал в неиссякаемый источник моей силы. Но я не торопился ее тратить — военными действиями руководит Даниил, а он мне пока отмашки не давал.
Зато он отдал приказ Лии, и она со своими магами крови из числа вампиров принялась взрывать то полчище, что проходило ловушки. Зрелище было просто невероятным. Несколько сотен магов крови, рассредоточенных по периметру, устроили кровавую жатву. Животные взрывались, у них отрывало конечности, их тела и головы разрывало на части. Все это летело в соседей, сбивая и буквально топя тех в крови и ошметках плоти.
Перед вампирами находилось несколько рядов тяжелых пехотинцев, за ними расположились пулеметчики и пушкари. До пехотинцев добегали единицы, чтобы тут же упасть замертво от их могучих ударов. Однако нечисть и не думала сдаваться и только усилила нажим. До пехотинцев стали добираться сначала десятки, потом и сотни тварей. Даниилу пришлось задействовать еще кое-что из припасенного в рукаве. Дополнительные катапульты стали обстреливать орду нечисти снарядами с магической начинкой. Это дало ощутимый результат и до рядов тяжелой пехоты вновь стали добегать лишь единицы животных.
Я в очередной раз охватил зрением энергии смерти всю территорию империи и обнаружил кое-что интересное. К берегам империи со стороны деревни оборотней пристало с десяток кораблей.
— Вот же хрень! — выругался я.
— Северяне? — догадался Даниил.
— Они, — ответил я. — Продержитесь, пока я не вернусь?
— Не переживай. Я и не планировал задействовать тебя в этом нападении.
— А Конкрода и ТУ?
— Их тоже. Противник пока не собирается нападать с воздуха, поэтому и не стоит показывать им наш воздушный флот. Я надеялся ограничиться пока только Боингом.
— Боюсь, без драконов я не смогу быстро доставить сюда северян.
— Понимаю. Постараюсь это учесть в дальнейшей тактике.
Я кивнул и скомандовал:
— Конкорд, Ту, летим в деревню оборотней! Быстрее!
Затем я телепортировался в Конкорд, пристегнулся в кресле и взял управление полетом на себя.
Долетели мы относительно быстро, но северяне все же не планировали долго рассиживаться и поэтому, без потерь расчистив берег от нескольких небольших отрядов нечисти, уже высадили основные силы и продвигались в сторону замка графов Йорк. Однако, когда мы были достаточно далеко, северян уже настигла волна нечисти, которая планировала подойти на подмогу своим и принять участие в уничтожении Оплота Жизни. И, судя по тому, как рьяно нечисть пыталась сожрать северян, подпускать их к нам они не планировали.
Северяне очень сильные воины, среди них было много и темных ассасинов, но вот так попасть под волну нечисти было тяжело даже им. Если бы они обладали зрением энергии смерти, или хотя бы могли высвобождать свое астральное тело, огладывая окрестности магическим зрением, как это делали эльфы, они бы не попали в подобную западню. Но сейчас северяне оказались в довольно сложной ситуации, и нечисть гнала их к ближайшим горам. Точнее, северяне сами выбрали это место. Когда вернулся один из темных ассасинов и доложил, что к ним движется орда нечисти, командующий этим воинством Гламитон тан Гаррат принял решение увести всех к ближайшим горам. Там, по мнению его разведчиков, было меньше этих тварей и можно довольно долго продержаться. Северяне забрались в просторную пещеру, откуда был только один широкий выход и несколько узких тоннелей, в которые мог протиснуться один человек. Большинство представителей нечисти в такие тоннели не входили по своим габаритам.
Глава 7
К тому моменту, как я оказался в зоне возможности управлять энергией смерти, в месте, где остановились северяне, многие из них уже были ранены. Кое-кто был даже тяжело ранен и не мог драться. Таких их соотечественники сложили к стене в том месте, которое охраняли. Эта позиция не позволяла нечисти зайти к северянам со спины, но все же ее было слишком много. При таком раскладе северяне могли продержаться довольно долго.
— Вы чего повставали? Лежите! Сдохните ведь! — закричал Гламитон, когда тяжелораненые начали вставать, браться за оружие и возвращаться в строй.
— Раны затягиваются сами по себе, — ответил кто-то из поднявшихся. — А у вас не так?
— У меня затянулась рана на руке, — ответил кто-то из сражающихся.
— У меня тоже, — поддержали его с другой стороны.
Поделиться книгой: