Война

— Не только облик. Я отдала ему всю себя, как и Мортис. Я спала с ним, я назначила его кандидатом в Повелители Жизни. Я отдала ему свое тело и свое семя.

Несколько минут тишины. Князь осмысливал только что услышанное. И если бы ему сказал это кто-то другой, он бы не поверил. Но это произнесла Немезида. САМА!!! Поэтому в его голове сейчас противоборствовали логика и восприятие действительности.

— Хранительница, простите меня за дерзость, но разве на Эратионе еще осталось семя Истинного Древа Жизни?

— Осталось. Перед тем, как слуги Мортис уничтожили первое Истинное Древо Жизни, я скинула свое семя и спрятала его в самом безопасном месте на Эратионе — у Повелителя Смерти. Нежить принесла его своему повелителю, и тот решил сделать из него семя Истинного Древа Смерти. Но процесс пропитывания моего семени энергией смерти занимает крайне длительное время. Я знала, что однажды придет живой разумный и займет место Повелителя Смерти. Потому, что Мортис над этим усердно трудилась. И вот он пришел. Когда он стал исследовать замок, что ему достался по наследству, он нашел это семя. И решил, что Истинное Древо Смерти ему ни к чему, даже осознавая, что именно ему предстоит выполнить. Ты ведь знаешь, для чего на самом деле нужен Повелитель Смерти?

— Да, прекраснейшая, знаю. Повелитель Смерти должен хранить баланс на Эратионе.

— Подхалим, — ответила Немезида, но все же улыбнулась. — Все верно. И Мортис разрешила ему поступать так, как он сочтет нужным, основываясь, лишь на своих убеждениях и своем понятии о добре и зле.

— Она поставила на кон свою жизнь???!!! Неужели она настолько в него верит? Ведь если император ее подведет, Создатель уничтожит и его, и ее.

— Не только она, но и я тоже. Я сделала его кандидатом в Повелители Жизни, но это лишь формальность. Фактически он им станет.

Еще пара минут тишины. Эта информация вообще никак не хотела укладываться в голове у Великого Князя светлых эльфов. Ладно, согласен. С натяжкой, но все же информацию о том, что живой стал Повелителем Смерти, Римуил принял. Но то, что Повелитель Смерти является еще и Повелителем Жизни!!! Это просто не возможно!!! НУ, НИКАК НЕ ВОЗМОЖНО!!! А то, что самые могущественные Хранительницы на Эратионе поставили свои жизни на одного и того же разумного, просто НЕВЕРОЯТНО!!! Что станет с Эратионаном, если этот северянин ошибется? Тут все просто: всех разумных в этом мире ждет смерть… Без Хранительниц Жизни и Смерти Эратион поглотит Хаос.

— Хранительница, ты говорила, что спала с ним. Неужели он способен выдержать не просто твой поцелуй, но и секс с тобой? — спросил Римуил.

— Способен. Он на многое способен и многое может вынести. А еще мы очень сильно соскучились по чистой мужской ласке. А этот малыш такой затейник, и ему от нас ничего не нужно, он не пытается выслужиться перед нами. Не пытается удовлетворить нас, чтобы потом, что-то попросить, он просто наслаждается нами и ничего не хочет взамен. Я сначала предложила ему стать моим первожрецом, но он послал меня.

— Послал???!!! Да, как он посмел???!!! — закричал Римуил.

— Представляешь? Я тоже была ошарашена. Этот человек заявил, что не собирается прыгать с бубном вокруг ёлки. Я сначала не поняла, про какую елку он говорит. Но оказалось, что это он про мое физическое воплощение так отозвался. Это он Истинное Древо Жизни назвал ёлкой… — Немезида звонко и долго смеялась. А затем продолжила:

— Этот северянин сказал, что не собирается выполнять ни мои приказы, ни мои поручения. Я и не представляла, что такое вообще возможно. Мне пришлось его УГОВАРИВАТЬ, чтобы он стал кандидатом в Повелители Жизни!!!

— Невероятно… — только и смог вымолвить Римуил и плюхнулся обратно на свое кресло. — И как вам удалось его уговорить?

— Мы договорились о том, что будем оказывать друг другу услуги. Если мне что-то от него нужно, то я должна буду дать ему взамен то, что нужно ему и наоборот. За то, что он вырастит мое физическое воплощение, я должна буду вырастить в империи леса и поля, удобрить почву и населить империю различными животными и растениями. Даже теми, которых на Эратионе еще не было. И я это сделаю.

— Он посадит ваше семя там, где вы ему укажете? — затаив дыхание, с надеждой спросил Великий Князь светлых эльфов.

— Нет. Он посадит его там, где будет удобно для нас обоих.

— А если нет такого места?

— То я иду лесом, и он ничего сажать не будет… — ответив, Немезида, опять звонко рассмеялась.

Несколько минут Великий Князь молчал и неверящим взглядом смотрел на смеющуюся Хранительницу Жизни. За время разговора с Немезидой в его жизни шла переоценка всех имеющихся в его жизни ценностей буквально на глазах… Все в жизни Римуила переворачивалось с ног на голову и справа налево, меняя его мнение почти обо всем, что он знал.

— И вы нашли такое место? — поинтересовался Римуил.

— Нашли.

— Оно в Мертвых Землях? — боясь услышать ответ, осторожно спросил Великий Князь.

— Нет, оно на территории Проклятых Земель. Мне оно очень понравилось, и ему тоже.

Великий Князь выдохнул с облегчением, а потом спросил:

— Неужели все настолько плохо, что вы отдали свое семя человеку, а не эльфам?

Улыбка исчезла с лица Хранителя Жизни, она стала серьезной и ответила:

— Все намного хуже. Эльфы потеряли себя. Если темные просто потеряли свои личности, пытаясь выполнить то, что завещал нам Создатель, то светлые пошли наперекор его воле. Вы возомнили себя венцом его творения и решили, что вам надо править Эратионом. А ведь Создатель завещал вам заботиться о младших расах, как о своих младших братьях… — по щеке Немезиды потекла слеза. Римуилу очень сильно захотелось сейчас встать и перебить всех светлых эльфов и потом убить самого себя за то, что они вместе с ним довели свою Хранительницу, прекраснейшую из всех созданий Творца, до слез. Но он сдержал свой порыв и продолжал внимательно слушать, боясь упустить хоть один звук, покидающий уста этой самой любимой эльфийки на Эратионе.

— Темные эльфы давно поняли свою ошибку и выращивают новое поколение, стараясь сильно не вмешиваться в их эмоциональное воспитание. И когда появился император, они, как и светлые, совершили ошибку. Темные эльфы сделали ему предложение, которое ставило их народ выше его подданных. Но император милостив, он дал темным эльфам еще один шанс. И на этот раз Аталлаил его уже не упустил. Он лично приехал в Империю в качестве главы делегации и лично вел переговоры. Аталлаил смиренно выслушал все претензии и справедливые обвинения, он извинился за свои ошибки и взял на себя всю вину за случившееся. Он попросил императора не злиться на его народ, поскольку это была его личная ошибка. Великий Князь темных эльфов попросил возложить вину, за нанесенное оскорбление лично на него.

Аталлаил, догадался, что за человек император и понял, что с ним надо не враждовать, а учиться у него. Поэтому темные эльфы останутся жить на Эратионе. А теперь, благодаря тебе, еще и светлые не все сгинут. Правда, пройдет очень много времени, прежде чем ваша популяция вырастет до текущих размеров.

— Уже ничего нельзя исправить? — спросил с надеждой Римуил.

— Можно, но это невероятно тяжело… — ответила Немезида и замолчала. Великий Князь светлых эльфов ждал, боясь даже дышать, чтобы не сбить с мысли Хранительницу Жизни. И она заговорила:

— Вам нужно вернуться на путь, который завещал вам Создатель. Если вы не сможете этого сделать, то все умрете. Я убью вас…

Немезида вновь замолчала. Потом продолжила:

— Я убью вас руками императора. Думаю, ты уже понял, насколько сильны имперцы, и что у светлых эльфов нет и шанса на победу, или хотя бы на выживание. Ты лично видел, что он сделал только за попытку убийства одного имперца. А если кому-то из светлых эльфов все же удастся убить имперца, да при этом еще и не одного, то начнется война. Император просто пройдется по светлому лесу своей неудержимой силой, а потом объявит охоту на выживших. И все, что мне нужно будет сделать — это всего лишь, не просить его остановиться. И я не стану просить его об этом.

— Значит, шанс все-таки есть? — с надеждой спросил Римуил.

— Практически нет. Даже если ты прикажешь не нападать на имперцев, это ничего не даст. Будет, как с полукровками: кто-то все равно это сделает. И тогда светлый лес умрет. Ты не можешь гарантировать того, что все эльфы выполнят твой приказ.

— Значит, лес заболел… — произнес князь и задумался.

— Лес уже при смерти, — поправила Римуила Немезида.

— Мне нужно спасти хотя бы молодые деревца с иммунитетом, а если получится, то и могучие дубы, что не заразились. — подумал вслух Римуил.

— Попытайся, — сказала Немезида, встала, подошла сзади к Великому князю и обняла его.

— Попытайся, — еще раз повторила она и исчезла, как будто ее и не было. Вместе с ней исчезло и кресло, на котором она сидела…

Раздался стук в дверь. Он отвлек Великого Князя светлых эльфов от воспоминаний.

— Войдите, — громко произнес Римуил.

Дверь отворилась и вошел секретарь.

— Они прибыли, — поклонившись, доложил старый эльф, уже давно верой и правдой служивший Римуилу. Этот эльф был один из немногих старых дубов, кого хотел спасти Великий Князь.

— Пригласи сначала Лофтиила, — приказал князь.

В кабинет зашел высокий, относительно молодой статный эльф. Как и у всех светлых эльфов, у него были светлые волосы. Выразительные серые глаза, прямой нос, волевой взгляд, аристократичное, по меркам эльфов, лицо, стройная фигура, которой могут позавидовать даже молодые эльфы. Одет он был в лучшие одежды, что у него имелись. Красивая короткая серо-голубая крутка, расшитая золотым родовым орнаментом, очень сочеталась с такими же штанами. Из-под куртки выглядывал строгий воротник рубахи и рукава с алмазными запонками. На поясе висел родовой клинок в украшенных драгоценными камнями ножнах. С другой стороны, за тряпичным поясом из красного шелка, был заткнут эльфийский нож из эльфийской стали. Видно было, что одеяние вошедшего было не новым, но оно выглядело безупречно.

Глава 4

Лес светлых эльфов. Столица Арантэл. Замок Великого Князя.

— Присаживайся, — указал на кресло напротив Римуил. Лофтиил сел на предложенное ему место. — Не гадай — все равно не угадаешь, зачем я тебя вызвал.

— Разве вы не изгоните меня и мою семью? — удивился Лофтиил.

— Нет. Я вас пригласил не для этого. Мне нужна ваша помощь, — ответил Римуил.

— Вам?! Моя?! — удивился гость.

— Да. Именно мне и именно ваша помощь нужна.

— Чем я могу помочь Великому Князю?

— Я хочу, чтобы вы заняли мое место, — спокойно ответил Великий Князь светлых эльфов.

— Вы хотите, чтобы я пересел в ваше кресло? — не понял Лофтиил.

— Именно, но не в буквальном смысле, а в переносном. Я хочу, чтобы вы стали Великим Князем светлых эльфов.

— Вы имеете ввиду, что меня загримируют под вас, или наведут на меня иллюзию, и я должен буду где-то вместо вас показаться? — все еще не понимая, что от него хочет Великий Князь, спросил гость.

— Нет. Я хочу, чтобы вы стали Великим Князем светлых эльфов навсегда, насовсем, понимаете? Вместо меня, — объяснил еще раз Римуил.

Пауза.

— Великий Князь, я понимаю, что моя дочь опозорила наш дом. Я знаю, что вы надеялись, что она станет еще одной Дриадой Жизни. И что теперь она для светлого леса потеряна, потому что влюбилась не просто в человека, а в императора, которого не получится просто так убить, как это делалось с остальными людьми для того, чтобы никто не мог оказывать на Дриаду Жизни влияния. Более того, я понимаю, что у императора не возникло ответных чувств, и теперь моя дочь вырастет пустышкой. Но это не значит, что надо мной, или над моей семьей можно издеваться. Прикажите казнить меня, или сначала пытать, скормите мне эльфийскую лиану в конце концов, но не стоит унижать меня. Я и моя семья служили вам верой и правдой.

Великий Князь вздохнул и ответил:

— Вот именно потому, что вы служили мне верой и правдой, именно потому, что ваш дом и вы лично всегда были верны мне, вы сейчас здесь. Я не шучу над вами и тем более, не издеваюсь. В светлом лесу настали темные времена. Мы все умрем, если я не приму крайние меры. Я бы даже сказал не просто крайние, а крайне критичные. Я признаю то, что сейчас происходит в светлом лесу — полностью моя вина. Я решил, что вернуть эльфов на путь заветов Создателя можно просто дав им наделать ошибок, предоставив им возможность самим осознать эти ошибки и исправиться. Но я ошибался. Этот путь ведет только к гибели всей расы светлых эльфов и всего светлого леса. Теперь у меня есть крохотный шанс исправить все, но способ этот невероятно жестокий и, к сожалению, он единственный.

После того, как я допустил столько ошибок, я не могу оставаться Великим Князем до конца жизни, поэтому мне нужен преемник. После одного знаменательного события я занимался тем, что собирал информацию о каждом светлом эльфе. Точнее не собирал — эта информация итак у меня была. Я ее анализировал. Так вот, одной из целей этого анализа был выбор моего преемника. В результате я выбрал вас, Лофтиил кин Эльнаген. Вы с вашими жизненными принципами и со стремлением вернуть светлый лес на путь заветов Создателя идеально подходите на эту должность. Вы справедливы ко всем и суровы к врагам, вы знаете цену жизни и смерти, вы опытны и мудры.

А по поводу того, что вы опозорили свой дом… Теперь только я решаю, кто кого опозорил. Ваша дочь влюбилась в того, в кого должна была влюбиться. Дриады Жизни — это дар Хранительницы Жизни Немезиды. И если Дриада и влюбилась в кого-то, то не нам оспаривать ее выбор, поскольку это произошло по воле Прекраснейшей. И уж тем более мы не должны их убивать.

— Если не убивать тех, кого полюбила Дриада Жизни, как же оградить политику светлого леса от вмешательства в нее людей, которые становятся парой Дриады Жизни? Ведь Дриады жизни имеют огромную власть на политической арене светлого леса, — осведомился Лофтиил.

— А вот это одна из твоих задач, что тебе предстоит решить, если ты согласишься стать Великим Князем светлых эльфов, — ответил Римуил.

Лофтиил смотрел прямо в глаза Великого Князя и не находил там и толики издевки. Складывалось впечатление, что Римуил говорит правду, но в это просто-напросто невозможно поверить!

— Правильно ли я понял, что вы хотите уйти с поста Великого Князя светлых эльфов и желаете, чтобы этот пост занял я? — на всякий случай спросил Лофтиил.

— Да, ты все верно понял. Только сначала я исправлю ошибки, которые совершил и только потом, ты займешь мое место, но к тому времени ты должен быть готов сразу принять бразды правления. Поэтому сейчас ты займешь незначительную должность в аппарате главы безопасности светлого леса, и вместе с главой вы будете работать над тем, чтобы исправить то, что натворил Иленсиил. Разумеется под полным моим контролем. Заодно присмотришься к другим эльфам и подберешь себе команду, если вдруг решишь заменить кого-то на нужных тебе постах.

— А кто будет главой безопасности? — аккуратно поинтересовался Лофтиил.

— Ты его видел в приемной. Правда, он еще тоже не знает об этом.

— Лорд Гилентуил кин Таливан, брат лорда Иленсиила кин Таливан?! Да, он никогда на это не согласится. Он лучше станет изгоем. Для него пост лорда дома — невыносимое бремя, а вы хотите его назначить главой безопасности всего светлого леса!

— Есть у меня для него предложение, от которого, думаю, он не откажется. Сначала ты поработаешь с ним на какой-нибудь низшей должности. Потом поднимешься по карьерной лестнице и, когда будешь готов, займешь его место. А, когда займешь мое место, сам назначишь нового главу безопасности. Мы договорились? — спросил Римуил и протянул руку.

Лофтиил немного помялся, заставляя Великого Князя ждать, но тот не обратил никакого внимания на паузу и стоял с протянутой рукой, нисколько этого не стесняясь. Затем Лофтиил встал и пожал руку Римуилу. После чего Великий Князь коснулся какого-то артефакта на своем столе и в кабинет вошел секретарь.

— Пригласите лорда Гилентуила. — попросил князь и секретарь, поклонившись, вышел. Затем в кабинет вошел младший брат бывшего главы безопасности.

Лофтиил встал и поклонился, а Великий Князь указал лорду на свободное кресло рядом с отцом потенциальной Дриады Жизни. Эльфы заняли свои места.

— Я тебя пригласил, чтобы кое-что тебе предложить, — сразу перешел на «ты» Римуил, чем сильно удивил Гилентуила. Обычно эльфы редко опус каются до панибратства. — Я хочу, чтобы ты стал главой безопасности светлого леса.

— Помилуйте, Великий Князь, мне и забот лорда не нужно. Я не в курсе дел моего брата и в случившемся не виноват. Лучше изгоните меня, и я спокойно покину светлый лес, — взмолился лорд дома Таливан.

— Во-первых, ты лучше всех знаешь своего брата и быстрее всех вникнешь в его дела. Во-вторых, ты отличаешься от него и ты намного мудрее и умнее твоего алчного до власти братца. Ну, и в-третьих, это временно. Я прошу тебя занять этот пост до тех пор, пока ты не подготовишь на эту должность его, — кивнул в сторону Лофтиила Великий Князь. — Или того, на кого он тебе укажет.

Гилентуил уставился на эльфа, сидящего рядом с ним, а потом, ответил:

— Великий, князь, я даже временно, не желаю заниматься политикой и уж тем более разгребать дела покойного брата. Лучше изгоните, — уставшим голосом произнес брат бывшего главы безопасности светлого леса.

— Но за это я отдам тебе ДВЕ пары королевских грифонов на разведение. И отдам я их тебе сразу! Правда, каждого второго детеныша ты должен будешь отдавать мне, — прервал его Римуил.

Гилентуил вскочил с кресла и заходил по кабинету Великого Князя быстрым шагом туда-обратно. Римуил с Лофтиилом смотрели на метания лорда и никак не мешали ему. Перед лордом стояла очень серьезная дилемма. С одной стороны, он очень не хотел заниматься политикой, но с другой, ему подвернулся случай, который больше не представится никогда. Ему предлагают КОРОЛЕВСКИХ грифонов, да еще и под разведение! И целых ДВЕ пары!!! Такой шанс упускать нельзя. Наконец, Гилентуил от бессилия махнул обеими руками и просто громко и от всей души заорал, пытаясь привести себя в чувства. Затем вернулся в кресло и сказал:

— Все особи должны быть недавно достигшими половой зрелости и полностью здоровые. Они должны принадлежать разным родовым ветвям, чтобы потомство было чистым. И заберу я их не сейчас, а когда освобожусь от бремени главы безопасности. И вы никак не будете мешать моей отставке с должности лорда дома, а наоборот, посодействуете мне, когда я приму такое решение. Разумеется, после того, как выполню все, что вы от меня требуете.

— Ты сам выберешь две пары ЛЮБЫХ грифонов. И я тебе помогу уйти с поста лорда, когда ты этого пожелаешь, но к тому времени Лофтаил должен быть способен легко заменить тебя на посту главы безопасности светлого леса, — ответил князь. — И тот, на кого он укажет, если он сам не сочтет нужным этим заниматься.

— Договорились, — подытожил Гилентуил.

— Тогда твоя задача построить политику так, чтобы помочь мне вернуть светлых эльфов на путь, который нам определил Создатель. И, чтобы вы оба поняли всю серьезность ситуации, вам нужно кое-что увидеть. Сейчас вы выйдите из дворца и разойдетесь в разные стороны. Потом, под скрытом доберитесь куда-нибудь поближе к площади и внимательно наблюдайте за тем, что будет происходить на ней. А сейчас идите.

Эльфы вышли, а в кабинет зашел секретарь.

— На площади собрались все, кого я пригласил? Никто не отлучился?

— Все на месте. Все, кого вы приказали собрать. Никто не отлучался — я за этим пристально наблюдаю, как вы и приказали.

Великий Князь вышел на балкон. Все притихли, ожидая, что скажет Римуил. Но он удивил всех и, не сказав ни слова, просто слевитировал на площадь в самый ее центр. Как только Великий Князь коснулся ногами камня, из которого была вымощена площадь, над окружающими поднялся защитный купол. Теперь никто не мог ни войти, ни выйти, даже сам Римуил.

— Великий светлый лес ушел с пути заветов Создателя, мы стали злы, жестоки и потеряли себя. Вместо того, чтобы помогать и направлять младшие расы, мы принялись порабощать их, мы захотели возвыситься над всеми и править. Мы захотели богатств и власти и уничтожали всех, кто мешал нам в этом. Мы перестали ценить саму Жизнь. Мы даже изнасиловали Немезиду, свою Хранительницу — ту, которая безмерно любит нас, пропустив через ее физическое воплощение ману смерти.

В случившемся есть и моя вина. Поэтому я не отдал приказа казнить вас, а пришел, чтобы сделать это лично. Вы все приговорены мной к смерти за ваши деяния и за ваши стремления. Я делаю это с болью в душе, потому что все же я виноват в том, что позволил вам стать такими. Единственный ваш шанс выжить — это убить меня, — закончил свой монолог Римуил и принялся формировать одно из мощнейших заклинаний взрыва.

Эльфы не верили своим ушам, они стали переговариваться.