Высшее благо

– Хорошо. – Адмирал пригляделась к шести ракетным катерам, вылетевшим из-за безжизненной громады боевого крейсера, который пятнадцать минут назад разбили в пух и прах три чисских корабля под ее командованием. Требовался немалый талант, чтобы незаметно затаиться под таким прикрытием, и многие командиры подобного уровня предпочли бы применить свои умения в лучшем толковании воинской отваги – чтобы вывести подчиненных из безнадежного кровопролития.

Но в последних очагах никардунского сопротивления такое не практиковалось. Здесь приветствовалось самопожертвование, которое толкало обороняющихся, выкуренных из своих укрытий, на чисские корабли с явным намерением забрать с собой в могилу хоть кого-то из ненавистных врагов.

Но этого не произойдет… только не сегодня и не с войсками Ар’алани.

– Траун, «Сорокопут» растревожил еще одно гнездо ночных охотников, – позвала она. – Можете оказать ему содействие?

– Непременно, – ответил старший капитан Митт’рау’нуруодо. – Капитан Лакинда, если вы развернетесь на тридцать градусов вправо, полагаю, мы сможем снять ваших преследователей перекрестным огнем.

– Принято, на тридцать градусов, – донеслось из динамика, и Ар’алани увидела, как изображение «Сорокопута» на тактическом дисплее отклоняется от приближающихся ракетных катеров по направлению к «Реющему ястребу». – Впрочем, при всем уважении к словам адмирала, я бы сказала, что это скорее кутята, чем настоящие охотники.

– Согласен, – произнес Траун. – Если это те самые, которые, как мы думали, попали под взрыв крейсера, то каждый из них удастся добить одной ракетой.

– Кстати, по нашей оценке, два катера идут без боезапаса, – сообщила Лакинда. – Полагаю, за компанию и исключительно ради славы мучеников.

– В любом случае, – вставила Ар’алани, – сомневаюсь, что вскоре тут останется хоть кто-то, чтобы петь хвалебные оды Йиву Великодушному. Вутроу?

– Сферы готовы, адмирал, – подтвердила с другого конца мостика старший капитан Киву’тро’умис. – Ну что, испортим градом их пикник?

– Секунду, – остановила ее Ар’алани, прикидывая расстояние на тактическом дисплее. Поскольку плазмосферы ионным излучением выводили электронику из строя, они могли обездвижить врагов даже без попадания по крепкой броне из найикс-сплава, которая повсеместно покрывала боевые корабли в этой части Хаоса. Малые корабли, вроде надвигающихся на «Бдительный» ракетных катеров, были особенно уязвимы перед плазмосферами.

Но их малый размер также означал, что они гораздо маневреннее тяжелых кораблей и могут увернуться от удара, если относительно медлительные плазмосферы будут запущены слишком рано.

Чтобы просчитывать такие ситуации, у офицеров имелись расчетные и сопоставительные таблицы, но Ар’алани предпочитала делать расчеты в уме, исходя из богатого опыта.

И этот опыт сейчас подсказывал, что им выпал редкий шанс. Еще две секунды…

– Сферам: огонь, – скомандовала она.

Все на мостике ощутили легкий, приглушенный толчок, когда плазмосферы вырвались из установки. Адмирал не отрывала взгляда от тактического дисплея: как только на ракетных катерах поняли, что в них стреляют, они бросились врассыпную. Тому, что был дальше всех, почти удалось увернуться. Сфера чиркнула по его корме, выведя из строя досветовые двигатели и отправив катер дальше в космос по вектору, по которому он уже и так удирал. Троих оставшихся плазмосферы накрыли прицельно, вырубив все основные системы и точно так же отправив беспомощно дрейфовать в разные стороны.

– Трое подбиты, один еще на ходу, – доложила Вутроу. – Прикажете добить?

– Пока повременим, – распорядилась Ар’алани. В запасе было еще несколько минут, пока не восстановились системы подбитых катеров. За это время… – Траун? – позвала она. – Ваш выход.

– Принято, адмирал.

Ар’алани переключила внимание на «Реющий ястреб». В обычных условиях она себе такого не позволяла: давать офицеру неопределенный приказ в надежде, что он поймет завуалированное намерение командира. Но с Трауном они работали вместе уже так давно, что она не сомневалась – он увидит то же, что и она, и поймет, чего она от него ждет.

Так и вышло. Подбитые ракетные катера дрейфовали в разные стороны, но тут от носа «Реющего ястреба» вырвался луч захвата и, подцепив один из них, начал притягивать.

Прямехонько наперерез группе ракетных катеров, которые спешили к «Сорокопуту».

Никардунов, сосредоточенных на своем самоубийственном налете на чисский крейсер, неожиданное препятствие застало врасплох. Все шестеро разлетелись в разные стороны, в последнюю секунду избежав столкновения.

Но это уклонение сбило слаженность и прицельность их атаки. Хуже того, Траун так подгадал момент, что никардунские истребители попали в зону обстрела спектральных лазеров «Сорокопута» и «Реющего ястреба». Ракетные катера еще пытались восстановить строй, когда чисские корабли уже открыли по ним огонь.

Двадцать секунд спустя этот участок космоса был очищен от врагов.

– Вы оба хорошо поработали, – похвалила Ар’алани, бросив взгляд на тактический дисплей. Если не считать обездвиженных ракетных катеров, признаки жизни подавали только два никардунских корабля. – Вутроу, держите курс к цели номер семь, покончим с ней спектральными лазерами. «Сорокопут», доложите обстановку.

– Все еще чиним досветовые, адмирал, – сообщила Лакинда. – Но пробоины уже загерметизированы, инженеры обещают вернуть все системы к полной боевой готовности за четверть часа или даже быстрее.

– Хорошо. – Ар’алани мельком оглядела разбитые корабли и отдельные обломки, маячившие в обзорном экране мостика. Там не оставалось мест, где мог притаиться враг.

С другой стороны, она точно так же подумала перед тем, как из-за разгромленного крейсера выплыли шесть ракетных катеров. В суматохе боя несколько малых кораблей могли отойти к планете в расчете на собственный самоубийственный выход в самый неожиданный момент.

А из-за отказа двигателей «Сорокопут» сейчас был уязвим, как полудохлый сверчок.

– «Реющий ястреб», прикрывайте «Сорокопута», – приказала она. – С этими двумя мы разберемся сами.

– В этом нет необходимости, адмирал. – В голосе Лакинды слышался тщательно взвешенный протест. – Мы достаточно маневренны, чтобы принять бой.

– Сосредоточьтесь на ремонте, – посоветовала ей Ар’алани. – Если вам совсем скучно, можете прикончить те четыре ракетных катера, когда они очнутся.

– Мы не предложим им сдаться? – поинтересовался Траун.

– Если хотите, можете предложить, – разрешила адмирал. – Думаю, что они откажутся, как и другие экипажи до них. Хотя я не прочь, чтобы меня удивили согласием. – Она помедлила. – «Сорокопут», начните полное сканирование местности. Возможно, где-то еще притаились враги, а мне уже надоело, что на нас то и дело словно из ниоткуда кто-то бросается.

– Слушаюсь, адмирал, – ответила старший капитан.

Ар’алани улыбнулась: пускай слова благодарности не прозвучали, но они слышались в голосе подчиненной. Из всех офицеров шестого соединения Лакинда была самой целеустремленной и боевитой и терпеть не могла оставаться в стороне от общих дел.

Почувствовав сбоку движение воздуха, Ар’алани увидела, что к ее креслу подходит Вутроу.

– Хочется надеяться, что это последние, – заметила первый помощник. – Ваки теперь вздохнут свободнее. – Она прикинула что-то в уме. – Да и Синдикура тоже.

Ар’алани нажала на кнопку отключения звука на каналах связи. Она имела все основания полагать, что высший орган управления Доминации чиссов дистанцировался от этой операции зачистки, насколько это было возможно для политиков.

– Я не знала, что Синдикуру волнуют вылазки никардунских отщепенцев, которые до сих пор досаждают Вакской коалиции.

– Это уж их точно не волнует, – обронила Вутроу. – Но их явно волнует что-то другое, из-за чего нас и направили вести эту военную операцию.

Ар’алани вздернула бровь:

– Вы так ставите вопрос, будто уже знаете ответ.

– Вовсе нет, – призналась первый помощник, бросив на адмирала многозначительный взгляд – один из тех, на которые она была мастерица. – Я надеялась, что вы знаете.

– К сожалению, в последнее время аристократы редко со мной советуются.

– Представьте себе, со мной они тоже не советуются, – вздохнула Вутроу. – Но чем-то они определенно руководствовались.

Ар’алани кивнула. Как правило, Девять правящих семей – да и вся влиятельная верхушка политических кругов Доминации – были категорически против боевых действий, если только нападению не подвергались чисские планеты или иные объекты в сфере их интересов. Можно было только предполагать, что после допроса генерала Йива Великодушного и тщательного изучения захваченных вместе с ним файлов и записей появились неопровержимые доказательства, что никардуны представляют настолько неотвратимую угрозу, что Синдикура немного поступилась принципами.

– По крайней мере, Траун останется доволен, – продолжила Вутроу. – Редко когда удается одним ударом не только отстоять свои принципы, но еще и покарать врагов.

– Если вы надеетесь убедить меня рассказать, о чем мы с Трауном беседовали с верховным генералом Ба’кифом, прежде чем вылететь на эту увеселительную прогулку, вас ждет разочарование, – заметила Ар’алани. – Но соглашусь: мне тоже кажется, что старший капитан Траун будет доволен исходом.

– Да, мэм, – протянула Вутроу, сменив интонации с дружеских на деловые. – Входим в зону поражения седьмой цели.

– Очень хорошо, – одобрила адмирал. – Стреляйте по готовности.

– Слушаюсь, мэм. – Коротко кивнув, Вутроу направилась к своему боевому посту. – Оэским, приготовить лазеры, – приказала она наводчику.

Две минуты спустя все было кончено. Отдав приказ «Бдительному» разворачиваться, Ар’алани заметила, что четыре оставшихся катера пропали из вида в разрастающемся облаке обломков. Она мимолетно подумала – не спросить ли у Трауна с Лакиндой, предложили ли они никардунам сдаться, но и так все было ясно. Враги были уничтожены, а это самое главное.

– Все отлично поработали, – провозгласила Ар’алани, когда Вутроу снова подошла к ней. – Капитан Траун, отсюда мы с «Сорокопутом» справимся с операцией самостоятельно. Вы можете отбыть на ваше задание.

– С вашего позволения, адмирал, – ответил Траун.

– Позволяю. Пусть вам улыбнется воинская удача.

– Взаимно, – сказал капитан. – Конец связи.

Откашлявшись, Вутроу вставила:

– Смею предположить, его задание проистекает все из той же беседы с верховным генералом Ба’кифом.

– Вы можете предполагать все, что вам заблагорассудится, – уклонилась от ответа Ар’алани.

– А, – озадачилась первый помощник. – Ну что же, если других указаний нет, пойду готовить отчет о бое.

– Благодарю.

Ар’алани проводила Вутроу взглядом до пульта диагностики систем. В одном она уж точно была права: в Вакской коалиции теперь вздохнут со спокойствием и благодушием.

Девять правящих семей и Совет военной иерархии тоже успокоятся. Но она сомневалась, что хоть от кого-то в этих двух общностях можно ждать искреннего благодушия.

* * *

Первому синдику Митт’урф’ианико пришлось почти полчаса ждать в Галерее молчания прославленного, дышащего историей Зала собраний Синдикуры, прежде чем пред его очи явился тот, с кем он назначил встречу.

Но ожидание того стоило: передышка дала Турфиану время понаблюдать, подумать и все спланировать.

Наблюдение далось ему легко. Галерея молчания, которую спикеры, синдики и прочие аристократы так ценили за возможность встретиться в нейтральной и в то же время уединенной обстановке, к его удивлению, сегодня почти пустовала. Турфиан подозревал, что бо́льшая часть синдиков сейчас засела в своих кабинетах, изучая последний отчет Совета о зачистке недобитых войск генерала Йива, а аристократы, что составляли среднюю прослойку каждой правящей семьи, помогали им готовиться к предстоящему заседанию Синдикуры или были заняты своей текущей работой в различных правительственных департаментах. Спикеры же, являясь главными представителями своих семей во внешних контактах, скорее всего, вели долгие переговоры с главными резиденциями, во время которых докладывали ситуацию и выслушивали инструкции патриархов, какую позицию примет семья после изучения всех материалов.

Раздумья тоже не доставили затруднений. Турфиан уже успел изучить отчет, вернее, ту его часть, которую смог прочесть за один раз без рвотных позывов. Сквозь доклады о боях, карты и диаграммы ненавязчиво, но отчетливо проступал факт, что старший капитан Траун снова показал себя ярчайшей звездой в небе на Цсиллой. И это несмотря на то, что он нарушил действующие приказы, подверг бесценную «идущую по небу» смертельной опасности и чуть не втянул Доминацию в откровенно незаконную и неправедную войну.

Что касается планирования, работа над этой частью была в самом разгаре, когда синдик Иризи’стал’мустро все-таки соизволил появиться.

Зисталму, как обычно, не стал заводить разговор, пока не вышел из зоны слышимости других прогуливающихся и не приблизился к Турфиану.

– Синдик Турфиан, – поприветствовал он кивком. – Приношу извинения за задержку.

Несмотря на серьезность ситуации, которую им предстояло обсудить, Турфиан едва сдержал улыбку. «Синдик Турфиан». Зисталму был не в курсе, что его собеседника совсем недавно возвели в ранг первого синдика, выше которого в Синдикуре была только позиция спикера.

Зисталму о повышении не знал и вряд ли когда-нибудь узнает. Подобные градации были тщательно охраняемыми семейными секретами и применялись только во внутренних делах Синдикуры, кроме тех случаев, когда по решению спикера или патриарха нужно было применить дополнительные полномочия где-то еще. Но такие ситуации возникали весьма и весьма редко. Не исключено, что новый титул Турфиана останется в секрете до самой его отставки, и только мемориальная стела в поместье Митт приподнимет над ним завесу тайны.

Но ему и не нужно было, чтобы об этом кто-то знал. Секреты – деликатные лакомства, которыми нужно наслаждаться в одиночку.

– Я уже собирался выходить, – пояснил Зисталму, – когда в моей приемной нарисовалась делегация семьи Зодлак, и я еле от них отбился.

– Они пришли к вам лично? – уточнил Турфиан.

– Нет, им нужна была спикер Зиэмол, – с досадой сказал Зисталму, – а уж она облагодетельствовала меня.

– Да, это в его духе, – со вздохом посочувствовал Турфиан. – Дайте угадаю: они хотели, чтобы семья Иризи поспособствовала их возвращению в статус правящей семьи?

– Ну а что же еще? – проворчал Зисталму. – Полагаю, к вам тоже время от времени наведываются делегации от кого-нибудь из Сорока семей?

– Гораздо чаще, чем хотелось бы, – признал Турфиан. Впрочем, теперь, при его титуле первого синдика, его самого по этим вопросам больше не побеспокоят. Подобно тому, как спикер Зиэмол спихнула посетителей на Зисталму, так и Турфиан сможет отправлять этих надоед к синдикам семьи Митт рангом пониже. – Как правило, им нужна поддержка в определенном вопросе или временная коалиция, но многие также метят в число правящих семей. Иногда мне приходит мысль внести в Синдикуру законопроект о том, что количество правящих семей должно быть неизменным.

– Я бы его поддержал, – сказал Зисталму. – Хотя тут следует опасаться косвенных последствий. Вдруг в будущем кому-то в Синдикуре придет в голову, что они хотят вернуть семью Зодлак или даже Стайбла в правящие круги, и семье Митт придется подвинуться, чтобы освободить для них место?

– Не бывать этому, – твердо отрезал Турфиан. – К слову о косвенных последствиях: полагаю, вы уже ознакомились с последним отчетом Совета?

– О никардунской кампании? – Зисталму кивнул. – Вашему Трауну неведомо поражение, не так ли?

– На мой взгляд, он терпит поражение на каждом шагу, – прорычал Турфиан. – Но проблема в том, что за каждой катастрофой, на которые он так горазд, следует такой оглушительный успех, что все забывают или предпочитают не думать о том, что ему предшествовало.

– Не помогает делу и то, что за его спиной всегда находится некто с метлой наготове, кто зачищает его промахи, – заметил Зисталму. – Не знаю, Турфиан. Я уже начинаю сомневаться, что нам когда-нибудь удастся его свалить. – Он приподнял брови. – И если уж быть до конца откровенным, я начинаю сомневаться, хотите ли вы этого на самом деле.

– Если пороетесь в памяти, можете припомнить, что я первым поднял этот вопрос, а он и тогда уже был на гребне волны, – натянуто произнес Турфиан. – Думаете, я буду спокойно взирать на его выходки только потому, что он до сих пор ни разу не сорвался с той немыслимой вершины, на которую вскарабкался?

– Его деятельность приносит славу семье Митт, – так же натянуто парировал Зисталму.

– Эта слава завтра легко улетучится. Вместе со всеми выгодами, которые он якобы принес Доминации. Нет, Зисталму. Можете не сомневаться, что я все так же хочу его вышвырнуть. Единственный вопрос: как это провернуть, чтобы его саморазрушение повлекло за собой минимум сопутствующих потерь.

– Согласен, – сказал Зисталму, но Турфиан не услышал особой убежденности в его голосе. Впрочем, на данном этапе ему хватило бы даже частичного содействия. – Полагаю, у вас наготове некое предложение?

– Да, в некотором роде начальная идея, – подтвердил Турфиан. – Сдается мне, что нам обоим было бы на руку, чтобы в момент своего краха он был как можно дальше от Доминации. Есть мысль убедить Совет отправить его на операцию против паатаатусов.

– Они не согласятся, – возразил Зисталму. – Им и так пришлось искать лазейки в обход запрета на упреждающий удар в случае с никардунами. Больше они не поступятся своими принципами, чтобы выставить его против кого-то еще. Конечно, если не будет прямой провокации.

– А если будет? – закинул удочку Турфиан. – В частности, если пойдут слухи, что паатаатусы вступили в союз с некой крупной пиратской группировкой, чтобы напасть на нас? Синдикура и Совет по меньшей мере будут вынуждены отправить кого-то разведать обстановку.

– А что, такие слухи уже ходят?

– На самом деле, ходят. Должен признать, в них нет никакой конкретики. Но они распространяются, обрастают новыми подробностями и определенно сигналят об опасности. Полагаю, мы можем небольшим мановением руки придать им бо́льшую достоверность.

– Допустим, эта часть меня устраивает. – Зисталму вперил взгляд в собеседника. – Как мы убедим Совет отправить на задание именно Трауна?

– Сомневаюсь, что им нужен для этого какой-то толчок, – выдал Турфиан, изогнув губы в легкой улыбке. – Выяснилось, что предполагаемые сообщники-пираты – это та самая банда, с которой он уже имел дело ранее. Если быть совсем точным, это вагаари.

Открыв рот, Зисталму без единого слова его закрыл. По всей видимости, на смену чуть не вырвавшемуся автоматическому отказу пришел более взвешенный ответ.

– Я думал, он уничтожил их подчистую.