Основатель. LitRPG роман Алексея Осадчука

― Да! ― взревел зал совета.

Морщины на лице Лаоша разгладились. На впалых щека проступил легкий румянец. Старику явно нравилось происходящее. А бурчание… Он всегда бурчит. В этом весь наш Лаош.

― Кроме того, ― напомнил я, ― после завтрашнего обряда Рыжие Совы станут еще сильнее.

Я обвел всех присутствующих серьезным взглядом. Вот уже больше двух недель, как идет подготовка к обряду посвящения в герои. Мы с Лаошем решили использовать это представление по максимуму. Было решено организовать целый праздник с ярмаркой и гуляниями, который продлится целую неделю. По нашим прикидкам, в Ваннбурге должно собраться много народу. Пусть посмотрят на наше возвышение.

* * *

― Что ты можешь мне дать такого, чего у меня нет? ― Брунс Беспалый почти слово в слово повторил вопрос, заданный мне больше месяца назад лидером викингов. ― Ты хоть представляешь, кто перед тобой?

― Конечно представляю, ― усмехнулся я. ― Ты мне об этом вот уже третий день напоминаешь. Например, за сегодня это уже двадцатый раз.

Мы сидели сейчас на балконе второго этажа моего дома и любовались видом на равнину, попивая при этом вино и закусывая несколькими видами сыров.

Вот уже несколько дней я общаюсь с этим мастером и все никак не могу определиться на его счет. С одной стороны, Бирнир подложил мне свинью, притащив этого ворчливого кальта против его воли, но с другой, оказалось, что Брунс Беспалый ― лучший мастер Царьграда. Он строил корабли для королевского клана. Кстати, теперь понятно, каким образом Бирнир лишился половины своего флота и дружины. Это еще одна причина быть осторожным с искином, который отыгрывает вожака пиратов. Если ради того, чтобы притащить ко мне лучшего мастера, он пожертвовал половиной своих людей, то с жизнями чужаков он вообще не будет считаться. Опасный тип. И этот монстр ждет выполнения моей части договора.

― А ты еще разок послушай, ― невозмутимо произнес Брунс. ― Тебе это пойдет на пользу. Прежде чем предлагать мне что-то, ты трижды подумаешь.

Я откинулся на спинку кресла и приготовился заново выслушивать нудный самодовольный бубнеж старика.

― Я ― Брунс Беспалый! ― начал важно вещать мастер. ― Я хозяин трех верфей! На меня работают десятки мастеров и подмастерий. У меня несколько домов в самом Царьграде. Два из них в золотом квартале! Меня и мою семью осыпали своими щедростями короли. Мои корабли принесли им победу в многих сражениях! Породниться со мной желают все знатные дома Царьграда! А теперь хорошо подумай и ответь. Что ты можешь предложить мне?

Мастеру явно нравилось действовать мне на нервы. Но должен заметить, при всей его напыщенности, мужиком он был нормальным. К похищению отнесся философски. Когда я спросил его об этом, он ответил, что такое с ним и его мастерами происходило, и ни один раз. Правда, для похитителей все всегда заканчивалось одним и тем же ― смертью и разорением. Короли не любят, когда кто-то пытается забрать у них их собственность.

Брунс Беспалый так и сказал, что он ― собственность королевской семьи и что у Бирнира теперь из-за похищения будут проблемы. Уничтожение половины его шайки ― это только цветочки. По сути, своих бойцов он положил в бою с королевскими гвардейцами, охранявшими дом главного корабела. Причем смена власти в Царьграде никак не повлияет на этот процесс. Брунс Беспалый что-то вроде национального достояния. Один из самых важных активов королевства.

Когда он впервые мне об этом рассказал, я сперва напрягся. Ведь, по сути, я являюсь заказчиком похищения. И плевать на то, что я не давал своего согласия на такой способ доставки ко мне мастера.

Брунс, заметив мое настроение, поспешил успокоить меня. Мой поступок там, на пристани он оценил по достоинству. Мгновенное освобождение, извинения и предложение погостить у меня в доме сыграли мне на руку. Конфликта не будет, в этом меня Брунс уверил. Но и оставаться у нас он решительно отказался. Объясняя свой отказ тем, что нам нечего ему предложить. Так действительно было два дня назад. Но вчера Роман Тарасович наконец обрадовал меня дюжиной чертежей, которые он с трудом, но все-таки смог приобрести. Чего это ему стоило — это уже другая история. Главное, что теперь у меня были козыри ― десять «зеленых» и два «синих» чертежа.

Что я могу предложить? Что ж начнем издалека.

― Признайся, тебе ведь понравилось у нас, ― произнес я. ― Наш город, эта крепость на горе, мастерские, сами жители. Я же видел, как ты смотрел на нашу жизнь.

― Признаюсь, ― легко согласился Брунс. ― Такой свободы, какой обладают ваши мастера, я нигде не видел. В сравнении с ними я словно птица в клетке. Да, эта клетка золотая, меня охраняют, меня уважают, мои капризы выполняют, но чем я лучше той птицы?

― Так в чем же дело? ― улыбнулся я. ― Здесь никто не собирается покушаться на твою свободу. Живи как хочешь. Работай. О безопасности не думай. Хотя, как показала практика, от нападения никто не застрахован. Даже такие «птички» как ты. Всегда найдется тот, кто сможет взломать замок твоей «клетки». Даже золотой.

― Все верно ты говоришь, ― ответил мастер. ― И о безопасности, о свободе. И о том, что ваш город и клан совершенно иные. Скажу больше. Обратись ты ко мне лет эдак двадцать назад с этим предложением ― не раздумывая бросил бы все, снялся с места и приплыл к вам.

― Что же тебе мешает осуществить вышесказанное? ― улыбнулся я. ― Тем более, по странной воле богов, ты уже здесь.

Брунс слегка напрягся, но я поспешил его успокоить.

― Но ты в любой момент можешь уйти. Ты ― наш гость. Никто не держит тебя здесь силой. Через две недели в Царьград отправляется наш торговый караван. Ты можешь присоединиться к нему, если захочешь.

Мастер немного расслабился. Хотя на его лице было заметно беспокойство. Дабы отвлечь его, я спросил:

― Почему двадцать лет назад ― да, а сейчас ― уже нет? В чем причина?

― Их несколько, ― ответил мастер. ― Первая, это возраст. Я работал всю свою жизнь. Я устал. Делами моих верфей занимаются мои дети. Я стараюсь не мешать им. Лишь присматриваю со стороны.

― Понимаю, ― кивнул я. ― Жаль… Как по мне, этой причины достаточно.

― Но она не главная, ― покачал головой Брунс Беспалый.

― Королевский клан? ― спросил я.

― Нет, ― ответил мастер и усмехнулся: ― Этим-то как раз мое согласие остаться здесь и основать еще одну верфь было бы очень кстати. Ваши воины произвели фурор в столице. Хе-хе! Даю еще один палец на отсечение, что твой сотник уже написал тебе об этом. Моя верфь была бы неплохим прикрытием для их политических игр. Это, кстати, еще одна причина, которая мешает мне принять твое предложение. Я устал быть игрушкой в руках политиков.

― С другой стороны, еще одна верфь, ― усмехнулся я. ― Подумай только! Ты первый начнешь строить корабли в нашем городе. Со своей стороны обещаю, что обеспечу тебя работой на долгие годы. Твоя семья станет еще богаче.

― А толку? ― усмехнулся мастер. В его голосе слышалась горечь. ― Они все равно отберут большую часть.

― Ты сейчас о королевском клане?

― Ну о ком же еще? ― хмыкнул он. ― Тем более, моя семья и так еле справляется с тремя верфями. Куда нам еще четвертую.

― А что так?

― Рабочие руки, ― ответил он коротко. ― Думаешь, это легко ― найти хороших работников?

― Материалы, инструменты и рабочие руки ― с этим всем я смогу тебе помочь.

― Знаю, ― хитро прищурился мастер. ― Потому и не хочу соглашаться.

― Ты меня совсем запутал, ― удивился я. ― Что ты пытаешься мне сказать?

― Я хочу тебе сказать, что не вижу смысла делиться с тобой своими знаниями, ― произнес мастер и в упор уставился на меня. ― И дело не в деньгах. Секреты моего мастерства бесценны, понимаешь? Я не сомневаюсь в том, что вам не составит труда заложить верфь. И не одну. Ваши материалы, ваши инструменты и ваши мастера ― я такого еще никогда не видел. Как только я передам вам свои секреты, вы постараетесь избавиться от меня. Вижу, ты хочешь возразить, но я слишком много пожил на этом свете, чтобы верить кому-то на слово. Я строю корабли. Как ни крути — это оружие. Ты меня понимаешь лучше, чем кто-либо другой. Ты сам создаешь смертоносные машины.

― Да, я понимаю.

― Ты предлагаешь недостаточно, ― продолжил мастер.

― Хорошо, ― кивнул я. ― Есть что-то, что могло бы заставить тебя остаться у нас? Конечно же, по собственной воле. Я так понимаю, ни условия труда, ни будущие доходы тебя не прельщают. Но судя по твоему тону и твоему настроению, найди я сейчас причину, ты бы с радостью остался. Ведь так?

Брунс Беспалый пожал плечами и улыбнулся.

― Ты очень проницателен. И ты прав, я действительно ищу причину, чтобы задержаться у вас подольше. Мне нравится то, что я здесь вижу. Здесь зарождается что-то новое. Ваннбург ― настоящий город мастеров. Свободных мастеров! Мне бы хотелось стать частью этого процесса, но, как я уже сказал, мой опыт говорит, что, делясь своими знаниями, я должен получать что-то равносильное взамен.

Мы на некоторое время замолчали. Пока Брунс думал о чем-то своем и собирался с мыслями, я просто выдерживал паузу. Я уже знал, что мастер останется с нами.

― Ну как? ― усмехнулся Брунс и забросил в рот кусочек розового сыра. ― Задал я тебе задачку?

― И не говори, ― улыбнулся я в ответ и сделал глоток из бокала.

― Найдется у тебя, что мне предложить? ― продолжал ухмыляться мастер.

― Найдется, ― ответил я. ― Только вот не знаю, потянешь ли…

Лицо кальта вытянулось от изумления.

― Что ты хочешь сказать?

― Я хочу сказать, что ты немного ошибся в своих выводах, касаемо твоих знаний.

Физиономия мастера с каждым моим словом вытягивалась все больше и больше.

― Нам не нужны корабли, которые ты строил для твоих королей.

― Не понимаю… ― медленно произнес старик.

― Ты прости меня заранее за мои слова, но нас не интересуют старые модели кораблей. Нам нужны новые. Более совершенные.

― Но… ― густо покраснев, промямлил Брунс. Я его понимаю. Так его уже давно не опускали на землю.

― Я не говорю, что нам не понадобится твое мастерство. Наоборот. Без твоих знаний ничего не получится. Но они нам пригодятся в другом.

Сказав это, я начал доставать из кармана чертежи.

― Ты спрашивал, что я могу предложить взамен твоих знаний? ― спросил я, хитро улыбаясь. — Вот мое предложение. Как ты смотришь на то, чтобы тряхнуть стариной и научиться строить корабли?

Судя по вытянувшейся физиономии и блеску в глазах мастера, а также дрожащим рукам, в которых он бережно держал один из «зеленых» чертежей, я понял: Брунс Беспалый ― наш с потрохами.

Глава 13

Праздник удался на славу. Лаош и другие члены совета не поскупились. Из казны клана была выделена приличная сумма на проведение самой церемонии, а также для организации народных гуляний.

По плану праздник должен был продлиться около семи дней, но так как весть о нем разлетелась по округе со скоростью света, что, в свою очередь, спровоцировало новый приток гостей, таким образом сроки проведения празднества увеличились вдвое. Хотя, видя наплыв гостей, я уже сейчас понимал, что двух недель будет мало.

Строящийся порт постепенно заполнялся кальтами из близлежащих и дальних поселений. Приятно было наблюдать за тем, как на пристань высаживается счастливый народ. Мужчины, женщины, дети, старики были одеты в самые лучшие свои наряды. На веселых лицах предвкушение и восторг. Ведь ярмарка — это много всего интересного. Вкусная еда, которую не все могут себе позволить каждый день, и которая в эти дни продавалась по заниженным ценам, казна клана без особых проблем справилась бы с такими тратами. Помимо еды на прилавках торговцев было много разных диковинных товаров. Красивая одежда, яркие ткани, блестящие украшения и безделушки, качественный инструмент и дорогое оружие. Для местных НПС это было первым событием такого масштаба. Их зеркальные души за ближайшие три недели наполнятся новым уникальным опытом, который, надеюсь, впоследствии проявит себя с лучшей стороны.

Ваннбург в эти дни превратился в музыкальную столицу локации. Весёлая музыка лилась со всех сторон. Громкий смех, детские радостные вопли, грубый беззлобный мужской хохот — кальты от души радовались жизни.

Помимо торговли, танцев и застолий кальты обрастали новыми знакомствами, делились новостями и заключали новые союзы. Одних свадеб было запланировано сыграть больше двух сотен. И это только за первые два дня.

Я наблюдал за этим процессом, тихо обалдевая. Я даже представить себе не мог, что все будет развиваться настолько быстро. Если темп сохранится, то уже через полгода нас отсюда не сможет сковырнуть ни одна даже самая сильная армия игроков. Ну а спустя год, даже если светлые и темные объединятся и попытаются пойти на нас войной, боюсь, для них это закончится катастрофой. Плохо то, что главы игровых кланов об этом прекрасно знают. А это значит, что очень скоро нас попытаются попробовать на зуб. Моя задача им этот зуб выбить. Причем максимально болезненно и жёстко, дабы показать всем, что ко мне лезть не стоит.

Церемонию посвящения в герои решено было провести в полдень четвертого дня ярмарки. Поток гостей постепенно иссяк, плюс народ изнывал от ожидания нового действа.

Массивная каменная скрижаль со списком претендентов была вывешена на дверях ратуши заранее. Таким образом, каждый член клана, будь то сотник, шаман, домохозяйка, швея, либо простой рыбак могли ознакомиться с именами будущих героев. Но это ещё не все. Всем во всеуслышание было объявлено, что каждый член клана Рыжих Сов имел право согласиться, либо возразить против кандидатуры того или иного претендента.

Стоит ли говорить, что такой подход поверг в шок кальтов из других кланов, родов и поселений. О такой свободе волеизъявления они могли только мечтать. Власть вождей в других кланах была непререкаемой. Максимум, что могло повлиять на решение вождя или главы клана, — это совет старейшин. Но, как правило, совет старейшин в большинстве своем состоял из родичей главы. Таким образом, ни о какой демократии не могло идти речи.

— Вы очень странные, — задумчиво глядя на каменную скрижаль с именами будущих героев, произнес Брунс Беспалый. — Впервые вижу, чтобы делились властью с простым людом.

— Ты чем-то обеспокоен? — спросил я у хмурого мастера.

— Даже не знаю, что сказать, — в ответ пожал плечами он. — Когда сюда заявятся первые посланники королевской семьи, а также посольства других влиятельных кланов Царьграда, они обязательно увидят эту скрижаль. И когда они осознают весь смысл всего, что здесь написано, им это вряд ли понравится. Но зная тебя, я уверен, ты уже это предусмотрел.

— Ты прав, — ответил я. — Ты не будешь отрицать, что в Царьграде таких, как ты, много. Я хочу, чтобы они увидели другую жизнь. У меня есть надежда на то, что Ваннбург — это место, где дышится свободно.

Мастер задумчиво покачал головой.

— Уверен, ты уже знаешь о последствиях. Ведь одно дело — переманивать простых кальтов, но совсем другое — массовое переселение мастеровых. И не только. К вам потянутся воины, торговцы, мелкие дворяне, обиженные властью. Это огромный отток капиталов и мозгов. Кто бы ни сел сейчас на трон, он обязательно обидится на вас. Это значит, что вас ждет война. А это последнее, чего бы мне хотелось.

— Ты беспокоишься о Рыжих Совах? — спросил я.

— Нет, — удивил меня Брунс. — Мне жаль тех, кого король притащит умирать под вашими стенами. Я уже достаточно насмотрелся на ваших воинов и ваши метательные машины. У армии Царьграда нет ни единого шанса против вас. Поэтому мне жаль их. Они умрут на чужбине, отстаивая интересы своих жадных хозяев.

Наши взгляды встретились, и я понял, что старик не лукавил. Ему действительно было больно говорить об этом.

— Я понимаю тебя, — серьёзно сказал я. — Но и ты должен понять, что мы не собираемся менять наши обычаи ради какой-то горстки жадных дворян. Если они захотят прийти к нам с войной, мы ударим очень больно. Мне, как и тебе, жаль тех кальтов, которые обязательно погибнут, но я хочу напомнить, что это наша земля, наши правила и наша жизнь.

* * *

— У тебя гости, — Сообщила Грунна.

С некоторых пор она и ее муж, а также трое ее детей обитают в моём доме в качестве прислуги. Заселение новых жильцов прошло без моего ведома. Когда я в очередной раз вернулся вечером в свое жилище, меня просто поставили перед фактом — отныне у меня будет прислуга.

В тот же вечер меня уже ждал ужин, чистая постель и теплая ванна. За ужином мне и была объявлена политика партии. Лаош и остальные уважаемые члены клана посчитали правильным обеспечить меня и мой дом заботой и присмотром. Грунна и ее семья взяли на себя эту обязанность с большим удовольствием и энтузиазмом.

Во-первых, быть прислугой в доме главы клана — это почетно. А во-вторых, очень прибыльно. Казна щедро оплачивала услуги нанятой семьи.

Я сперва повозмущался, но потом пришел к выводу, что если моим кальтам что-то взбредет в голову, этого уже не изменить. Кроме того, я вынужден был отметить, что с момента поселения семьи Грунны дом словно расцвел.

Да и чего греха таить, Грунна прекрасно готовила и содержала дом в идеальном порядке. Чистота, свежая постель и каждый вечер горячая ванна довольно быстро убедили меня забыть о возмущениях. Ещё одним плюсом было то, что семья кальтов создавала уют в моем особняке, который до их заселения был, скорее, похож на мрачный тюремный замок.

И последнее, но не по важности: у Грунны отлично получалось отшивать и выпроваживать из моего дома разных просителей и визитеров. Первое время я всех честно старался принимать, но потом до меня дошло, что все эти просители здорово отвлекают меня от важных дел.

Видя, что мягкосердечный глава клана начинает зашиваться, Грунна взяла прием граждан в свои руки. И на удивление, она очень быстро навела порядок. Правда, временно. Поток просителей рос не по дням, а по часам. В один из таких прекрасных дней Грунна во время ужина выдала интересную мысль. И когда до меня дошел смысл сказанного, мне захотелось со всей силы хлопнуть самого себя по лбу. Итог — у нас появилась канцелярия, которая размещалась на первом этаже ратуши, и на следующий день после формирования новой службы клана поток просителей иссяк.

Я уже было думал, что мы избавились от проблемы, но появление в моем кабинете Грунны с вестью о новых гостях слегка удивило.

— Ты сказала им, чтобы они обращались в канцелярию? — спросил я.

— Это не наши, — ответила женщина.

— А кто же это? — напрягся я.

— Это шайка тех пиратов, что притащила нам мастера корабела, — ответила Грунна. — Вместе с ними ещё несколько десятков пришлых. Что ни рожа, то головорез.

— Вот оно как, — задумчиво произнес я, поднимаясь из-за стола. — Что же, тогда веди. Давай посмотрим на твоих головорезов.

— И вовсе они не мои, — фыркнула моя домоправительница и словно ледокол двинулась в сторону выхода.

Когда я увидел столпотворение у ворот моего особняка, то сперва даже немного растерялся. Грунна явно преуменьшила количество гостей. Их здесь было почти полторы сотни. Но в одном она была точно права — что ни рожа, то головорез.