Двa вампирa

— Сибилла — это творческий псевдоним, так ведь?

Она улыбнулась и перевела смущенный взгляд с меня на Костю.

— А новая хозяйка Серениты довольно проницательна, да? Приятная неожиданность.

И снова меня слегка передернуло — на сей раз от ее наигранности. Улыбка была слишком натянутой, а в последних словах слышалась издевка.

Хотя задумчивый Костя на завуалированную насмешку никак не отреагировал, я все равно незаметно одернула желтое платьице и приосанилась. Настолько же хорошо, как Сибилла, я выглядеть не стану, но чувство собственного достоинства терять тоже нельзя.

— Ганна, — заново представилась предсказательница. — Хотя предпочитаю, чтобы меня называли Сибиллой. Время, когда я жила в Украине, прошло уже очень давно.

— А по-русски вы говорите чисто.

— С князем Долгоруковым русский было не забыть. Он скучал по родине и намеренно собирал вокруг себя выходцев из славянских стран, чтобы видеть знакомые лица и слышать родную речь. Смешно, что в итоге в итальянской общине высших почти не осталось уроженцев Италии. Хотя бы на базовом уровне русский знают почти все, кроме пары незапамятных стариков, семьи Джо, — она кивнула на лепрекона, — и еще нескольких высших, которые приехали к нам сравнительно недавно.

— Как удачно для меня, — пробормотала я.

— Удачи не существует, — поправила Сибилла. — Все предначертано и имеет свои смысл и цель. В противном случае я бы не была прорицательницей. Кстати, о моем даре. Вы хотели, чтобы я вам в чем-то помогла?

— Вчера, пока мы подписывали документы, в замок кто-то вломился, разбил окно и убил домашнего демона, — сказал Костя. — Ты могла бы заглянуть в прошлое и посмотреть, кто это был?

— Зачем? — она пожала плечиками. — Очевидно же, что это колесничие или кто-то, кто работает на них. Больше в замок никто бы не сунулся.

— Мне бы хотелось быть в этом уверенной, — произнесла я прежде, чем это успел сделать Костя. Его защита — это здорово, но, если я новая хозяйка, надо хоть в чем-то соответствовать званию. — И поскольку я здесь человек новый, хотелось бы разобраться, как в Серените все работает. Простите, если вам это причинит неудобство. Я пойму, если вы откажетесь.

— Да мне несложно… — протянула Сибилла и снова кокетливо посмотрела на Костю. — Если об этом просит наш суровый адвокат.

— Сибил, это важно для всех нас, — сухо ответил он. — Мы с Марко не можем наказать за проникновение первого попавшегося колесничего, которого получится отловить, иначе послание не дойдет до пустых инквизиторских голов и они продолжат рвать наши барьеры и убивать наших слуг, а то и нас самих. Мне нужно имя вора. Хотя бы внешность, по которой я смогу выяснить это имя.

— Ладно, — она разочарованно вздохнула. — Идемте в мой спиритический кабинет, попытаюсь вам помочь.

Глава 13

Спиритический кабинет был оформлен примерно в том же «киношном» стиле, что и торговый зал. Стены небольшого помещения покрывала драпировка из черной ткани, посередине стоял круглый стол со скатертью, опускавшейся до самого пола. На полках шкафчика, тоже сделанного с претензией на викторианскую эпоху, виднелись типичные атрибуты предсказательниц — несколько колод карт таро, хрустальный шар и даже доска Уиджи.

— И вы правда этим пользуетесь? — спросила я Сибиллу, всматриваясь в мутновато-белый туман внутри шара.

— Нет конечно. Совершенно бесполезный мусор, если быть откровенной. Но посетители не поверят ведьме, у которой не будет всей этой чепухи. Переехав в Италию, я хотела показать свое искусство таким, какое оно есть — серьезным, мистическим, сложным, без дешевой атрибутики и мишуры. И потерпела полную неудачу. С тех я поняла, что людские стереотипы — слишком мощная вещь, чтобы ее игнорировать. А еще посетителям важно видеть что-то знакомое в обстановке. Благодаря этому они начинают думать, что все знают и понимают, и только крепче насаживаются на крючок.

— У вас, наверное, бизнес хорошо поставлен, — пробормотала я.

— Не жалуюсь, — скромно ответила она.

— А это тоже что-то известное? — я указала на символ мужчины, оплетенного змеей. Картина смотрелась здесь чуждо, однако, похоже, была важной, раз ее поместили в рамочку.

— Нет, это символ бога Сераписа[6]. Его знает каждая ведьма, хотя не все чтут, — пояснила Сибилла. — Это знак для сведущих, что здесь обитает не шарлатанка. Если вы закончили осмотр, может, приступим к работе?

Я поскорее села за круглый стол, за которым уже разместились прорицательница и Костя. Еще не хватало, чтобы меня сочли легкомысленной.

— Простите, я думала, вам нужны будут какие-нибудь приготовления для того, чтобы увидеть прошлое.

— О, не волнуйтесь, христианских младенцев я приношу в жертву исключительно по ночам, — обворожительно улыбнулась Сибилла.

У меня прошелся морозец по коже. Специфический у дамочки юмор…

— Дайте руку.

Я послушно протянула прорицательнице ладонь. Вопреки ожиданиям, Сибилла не стала изучать мою линию жизни, а просто положила свою ладонь сверху. Заметив мое удивление, женщина усмехнулась.

— Я не занимаюсь хиромантией. Это тоже шарлатанство чистой воды. Я собираюсь нащупать связь между вами и замком, которую вы должны были получить после подписания документов. Вы же ее получили?

— Да.

— Вот и прекрасно. Так больше шансов, что придет нужное видение. Вы еще хотите сообщить что-нибудь важное? Чем больше информации, тем ярче будут видения.

Костя отрицательно покачал головой. Я, наоборот, набрала в грудь воздуха. Все равно всем уже ясно, что я полный профан.

— Последний вопрос. Я думала, сивиллы прозревают только будущее.

— Если постараться, прошлое мы тоже можем увидеть. Просто оно обычно никого не интересует, кроме полиции. Так что, начинаем?

Я кивнула.

Сибилла с закрытыми глазами откинулась на спинку кресла. Минута потекла за минутой. Теплая ладонь прорицательницы все еще лежала на моей, поэтому я стеснялась ерзать, хотя мне все это быстро надоело. Костя проверял новости в телефоне, ну а мне оставалось лишь скучать. Ладно хоть кондиционер в спиритическом кабинете работал нормально, и мы не задыхались от жары так, как в торговом зале.

Только минут через десять Сибилла с разочарованным лицом убрала руку.

— Извините. Видений нет.

— Мы точно сделали все, как надо? — занервничала я.

— Точно, — она задумчиво повела плечом. — Мне жаль, но такое часто бывает, когда я работаю с прошлым. Будущее прозревается лучше.

— Сибил, а если попробовать еще раз? — на непроницаемом Костином лице впервые с нашего визита в лавку появилось подобие эмоций. Он наклонился и поймал ладонь прорицательницы, пристально глядя ей в глаза. — Я был бы признателен.

Румянец на ее щеках проступил даже через слой белил.

— Ну, я, конечно, могу попробовать… — замялась она и вдруг спросила: — Поужинаем вместе?

— Ты имеешь в виду — мы втроем? — невинно осведомился вампир. — Думаешь, в непринужденной обстановке видениям будет легче прийти?

— Нет. Я имела в виду вдвоем — мы с тобой, — несколько раздраженно пояснила она, наверное, на тот случай, если Костя поинтересуется, не со мной ли она хочет поужинать.

По заминке чувствовалось, что он от этой идеи не в восторге. Чем дольше вампир тянул с ответом, тем мрачнее становилось лицо Сибиллы. Ну а я, наоборот, испытала облегчение.

Внешне они так отлично подходили друг другу, что логично было предположить их парой. Если когда-то это и было так, то сейчас у Кости явно сменились интересы. И отчего-то это внушало мне необъяснимый оптимизм, хотя, если вампир откажется, затею с поиском вора будет ждать полный провал.

Ответить Костя не успел. Нас прервал лепрекон Джо, зовущий предсказательницу из коридора. Она хмуро посмотрела в ту сторону и поднялась с кресла.

— Извините. Я сейчас вернусь.

Когда она закрыла за собой дверь, я повернулась к Косте.

— Ты уверен, что нам так нужна ее помощь в поисках инквизитора?

— Увидь она лицо или узнай имя, нам бы это сильно подсобило. По крайней мере, стало бы ясно, ждать новых нападений или нет, за тобой охотился этот человек или за сокровищами замка. К тому же я не могу гоняться неизвестно за кем, а показать, что мы не спустим с рук вторжение в замок, надо. Иначе это не прекратится.

— Неужели нет других способов узнать убийцу? Может, его засекла видеокамера?

— В Серените нет видеокамер. Ни в замке, ни в деревне.

— Почему? Только не говори, что у ведьм и драконов непереносимость техники.

— Нет. Это у техники непереносимость магии. Любое хоть сколько-нибудь мощное колдовство может перегрузить систему или лишить дом электричества. Чтобы Драган спокойно рубился в онлайн-игры, на его компьютер накладывал чары весь совет деревни. Мы пробовали использовать систему видеонаблюдения, но, во-первых, ее легко обмануть, а во-вторых, поломок было столько, что оказалось проще сгрузить оборудование в мусорный контейнер и забыть о нем.

— М-да. Хорошо, а как насчет других магических способов поиска? Ну, там, например, яблочко покатать по серебряному блюду?

Костя наморщил лоб, не поняв, что я вспомнила русскую сказку.

— Нужных артефактов под рукой нет. Можно обратиться к другой гадалке, но Сибилла — одна из лучших в этом отношении, кого я знаю. Она сочетает дар предсказательницы с ведовским талантом, а это редкость. Раньше мы с ней прекрасно срабатывались.

— Звучит, как будто между вами что-то было, — пробормотала я.

— Не было и быть не может, — отрезал Костя. — Она человек, а я вампир. Еще ни один такой союз ничем хорошим не оканчивался. Как ты сама думаешь, чем он может окончиться, если одна капля вашей крови способна свести вампира с ума и заставить досуха выпить собственную жену и детей?

Прозвучало это резковато. Я нахмурилась.

— Откуда мне знать, если я только вчера открыла для себя существование вампиров?

Он помолчал.

— Ты права. Извини.

В спиритическом кабинете повисла тишина. Драпировки глушили звуки снаружи, а помрачневший Костя молчал, погрузившись в размышления. Я нарушать молчание тоже не торопилась.

Его слова натолкнули меня на мысль, которая уже появлялась в моей голове, но тогда еще не казалась настолько тяжелой.

Мне предстоит жить в одном доме с тремя мужчинами. И ладно бы они были обычными людьми, на которых можно найти управу. А что слабая женщина сделает двум вампирам и дракону? Марко уже пытался напасть на меня в траттории. Хотя после этого он вел себя миролюбиво, кто знает, что случится дальше? Костя самый спокойный из двух братьев, но даже он признал, что вампирская жажда крови — инстинкт, с которым они могут не совладать. Тем более я им не семья и вообще не близкий человек.

Если Сибилла не укажет на несостоявшегося грабителя, стоит крепко призадуматься, так ли мне нужен этот замок. Финансовые проблемы он, может, и решит, но если при этом одним непрекрасным вечером мной закусят вампиры или используют как мишень для ножей инквизиторы, толку в спасении от долгов бывшего мужа будет ноль. Жизнью я насладиться уже не смогу. Разве что на том свете, в существовании которого я сомневалась.

Вроде бы у Долгорукова остался другой потомок — парень по имени Джеронимо? Не лучше ли потихоньку передать наследство ему — вместе со всеми сопутствующими проблемами и кровожадными древними орденами…

Через пять минут у меня появилось стойкое ощущение, что мироздание услышало мои мысли.

В комнату вернулась Сибилла. Правильные черты ее красивого лица искажало беспокойство.

— Костя, Катя, выйдите на улицу. Вам обоим нужно это видеть.

Глава 14

После прохлады спиритического кабинета казалось, что на улице стало еще жарче. Я мгновенно вспотела, несмотря на легкое платьице. На лбу Кости, одетого в застегнутый на все пуговицы деловой костюм, не выступило даже испарины. Вампир, что с него взять…

Сибилла шла впереди, покачивая бедрами и аккуратно ступая туфлями на каблуках по брусчатке, наверняка уложенной еще в Средневековье. Лавка находилась на боковой улице Серениты, а предсказательница не могла идти быстро, поэтому мы издалека услышали необычный для тихой деревеньки шум — гул автомобильного двигателя, сердитые крики и голоса людей. Словно на центральной площади деревни проводили митинг, собравший целую толпу недовольных граждан. Из соседних домов выходили привлеченные звуками жители Серениты и, переговариваясь между собой, тоже направлялись к площади.

Я начала нервничать. Судя по озадаченному виду людей — или кто они там на самом деле, такие собрания здесь случались редко. Костя обещал познакомить меня с важнейшими лицами общины только вечером, когда спадет жара, поэтому причиной неурочного митинга явно была не я. А значит, там меня вряд ли будет ждать что-то хорошее.

Главная и единственная площадь Серениты не поражала грандиозностью. Это был небольшой клочок мощеной земли перед старинной католической церковью, сложенной из рыжеватого кирпича. Огорожена площадь была двух- и трехэтажными типичными итальянскими домиками. С одной стороны по склону шло последнее кольцо древних крепостных стен замка, и сбоку уже виднелись кованые ворота, через которые мы позавчера въехали на Костиной машине. Вниз от площади уходила извилистая узкая дорога, теряясь за приземистыми зданиями и козырьками крыш.

Несколько десятков человек окружали новенький пикап, стоявший в середине площади. В кузове сидели четверо мужчин, трое из которых совершенно неожиданно для Серениты с ее своеобразным населением были итальянцами. Четвертого я, к сожалению, уже знала.

Дитрих.

Заметив кого-то в толпе, немец тряхнул длинными светлыми волосами и поднялся на ноги. На сей раз он был одет по погоде, в футболку со штанами военной раскраски, и на ремне было хорошо видно кобуру — расстегнутую и готовую к тому, чтобы из нее выхватили пистолет. Оружие держали еще двое его спутников, причем один — спортивный арбалет со вставленным в него болтом, так блестевшим на солнце, словно он был изготовлен из серебра. Очевидно, арбалет предназначался для тех высших, кого нельзя было убить пулей.

Невооруженным оставался всего один из приехавших. Он выглядел чужим в этой компании — худой, модно одетый, темные кудри торчат в художественном беспорядке, в то время как его товарищи словно приехали с тренировки морских пехотинцев. И он был единственным, на чьем лице отражались страх и неуверенность.

Черты парня казались знакомыми. Я присмотрелась внимательнее, но воспоминание о том, где я его видела, постоянно ускользало.

— Джеронимо, — мрачно сказал Костя, давая ответ на мои мучения. — Какого дьявола он делает с Дитрихом?

Точно, второй наследник Долгорукова! Его фотографию вместе с отцом Костя показывал в кафе в первый день нашего знакомства. Тогда, помнится, прозвучало что-то о том, что погиб отец этого парня и Джеронимо обвинил во всем Костю…

Я с ужасом повернулась к нему.

— Ты говорил, что его отца, Пабло, насмерть сбила машина. Так ты уже тогда знал о том, что инквизиторы охотятся за наследниками прадеда, и промолчал?!

Заставить вампира в чем-то признаться не смог бы и бронепоезд, мчащийся на него на всей скорости.

— У нас не было ни единого доказательства, что к этому приложили руку инквизиторы, — спокойно ответил он. — Пабло действительно был пьян, а водитель скрылся. К тому же если это было их рук дело, почему они не тронули его сына — самого вероятного наследника Серениты?

— Потому что они решили придержать его как козырь в игре против нас, — тихо сказала Сибилла.

Она обхватила себя руками, словно вокруг стояла зима и термометры не зашкаливали, пытаясь выплеснуться из стеклянных сосудов. Взгляд прорицательницы был прикован к мужчинам на пикапе. Подходить к машине она не рисковала, оставшись на краю площади, в тени.

Приблизиться к инквизиторам вообще осмелились немногие. Хотя люди кричали, посылая им проклятия на разных языках, вокруг автомобиля установился довольно большой свободный круг.

— Вы же маги, — сказала я. — Суперсильные сверхъестественные существа. А инквизиторы заявились к вам сами. Почему на них никто не нападает? Вы их так боитесь?

— На Дитриха не действует магия, — напомнил Костя. — Он один может успеть убить нескольких наших, если начнется драка.

— Автомобиль окружен магическим барьером, — добавила Сибилла. — Чтобы его снять, понадобится время. Вдобавок если это сделать, схватка будет неминуема, а кому хочется прямо сейчас умереть?

— Инквизиторы тоже колдуют? — удивилась я. — Какие же они тогда инквизиторы?

— Современное братство колесничих далеко не та судебная организация, которую представляла собой древняя инквизиция, — объяснил Костя, тоже не отрывающий взгляда от Дитриха. — Они не видят ничего плохого в том, чтобы для истребления исчадий ада пользоваться так называемой белой магией.

— Что само по себе бред сивой кобылы, — пробормотала Сибилла.