Помоги проекту - поделись книгой:
Евгений Лукин
Образец
Как грустно грабить дачу поздней осенью! Хозяева перебрались в город, домишко брошен, нет в нём жилого духа, не чувствуется человеческого тепла.
Но с другой стороны, когда ещё грабить-то? Не летом же!
Широкое окно не отворялось, а откидывалось на верхних петлях наружу и, надо полагать, подпиралось затем коротенькой скалкой — той самой, что лежала сейчас на внутреннем подоконнике веранды, смутно различимая сквозь немытое стекло. В нижнем брусе рамы зияли две старые дырки от гвоздей — когда-то хозяева заколачивали окно на зиму. Теперь бросили. И правильно. Какой смысл? Выбить стёкла и разломать переплёт труда не составит.
Митяй поддел деревянную конструкцию небольшим гвоздодёром и, приоткинув пошире, пролез внутрь. Можно было подумать, что грабители здесь уже побывали, и не раз: колченогий стул опрокинут, на полу веранды живописно разбросаны тряпки, дырявые вёдра, прочий скарб. Наивная хитрость дачников победнее — предъявить свою скудость лицом, дав понять, что всё ценное вывезено и поживиться тут, дескать, нечем.
Ну это для кого как!
Митяй огляделся. Под полом из древесно-стружечных плит (точнее — из одной плиты и нескольких обрезков) наверняка скрывался тайник, где укутанные чем попало залегли на зимовку шланги, моток кабеля, а то и бытовой центробежный насос. Носком резинового сапога незваный гость, что, как известно, хуже татарина, откинул брошенный в углу местами прожжённый, местами прорванный плед и обнаружил в его складках пустую водочную бутылку. А, нет! Пустую, да не совсем…
Поднял, взглянул. Капель сто пятьдесят в ней ещё плескалось.
Митяй задумался. Жуткие истории о том, что бывают на свете сволочи, нарочно оставляющие на даче разведённый метиловый спирт в стеклопосуде из-под водки, ему доводилось слышать не однажды, но, во-первых, ничего подобного до сей поры в округе не случалось, а во-вторых, замысли кто-нибудь травануть мародёра, не стал бы он прятать поллитру под тряпьём — поставил бы на виду, в центре вот этого облезлого стола.
Отвинтил крышечку, понюхал. Вроде водка как водка. Да и на вкус тоже.
В общем, выпил он эти сто пятьдесят капель, и что-то сразу его разморило. Прилёг Митяй на прожжённый плед, а проснулся уже в отделении.
— Ну всё, Митяй, — обрадовал его лейтенант Архаров. — На этот раз ты условным сроком не отделаешься. Твой гвоздодёр?
— Мой, — сипло признался злоумышленник.
— Так и запишем, — бодро пообещал тот, но ничего не записал, потому что заверещал телефон. Архаров снял трубку, открыл было рот, но и представиться не успел — звонивший оказался быстрее.
— Я, товарищ полковник! — сказал лейтенант. Что-то он там выслушал и бросил озадаченный взгляд на Митяя. — Так точно, есть такой… Найти? Так найден уже, вот передо мной сидит… Дачу обнести хотел. На даче и взяли — считай, с поличным. Сторож вызвал… Есть тормознуть…
Положил трубку, поморгал, соображая.
— Ты чего там натворил? — с интересом спросил он задержанного.
— Чего натворил? — враждебно пробухтел тот.
— Ну если полковник звонит! Начальство какое-то сюда из города едет… Колись давай!
Колоться Митяю было не в чем.
Начальство из города приехало на удивление скоро — маленькое, плюгавенькое, улыбчивое. Светлый костюмчик, розовый галстучек, депутатский значок.
— Так-так-так… — приветливо сказало оно. — Вот вы, значит, какой, Дмитрий Федотович! Как же это вас угораздило, а? С дачей-то…
Митяй угрюмо отмалчивался. Признаков раскаяния на опухшем его лице не наблюдалось.
— Кража со взломом? — Востроносое рыльце прибывшего стремительно повернулось к Архарову.
Тот наблюдал за происходящим с откровенной скукой.
— Да какой там взлом… — лениво промолвил он. — Окно не забито — открывай да входи. И с кражей тоже… Ничего не взял — нашёл хозяйскую заначку, выпил и отрубился.
— Мне кажется, де́ла заводить не стоит, — деликатно выразился депутат.
Ясен месяц! Вот и полковник дал понять по телефону, что и ему так кажется. А что кажется начальству, то и есть истина.
Архаров едва не усмехнулся — с особым цинизмом.
Даже гвоздодёр вернули. Честно сказать, подобное развитие событий скорее насторожило Митяя, чем обрадовало, — слишком уж счастливо всё складывалось. Верный признак того, что судьба готовит особо жестокую подляну.
Ну да ладно, не привыкать… Обломала жизнь. Не всегда же он дачи грабил! Были у Митяя взлёты, были озарения. Легендарной личностью был Митяй. Стояли на дебаркадере лавки — тяжеленные, красивые, деревянные. Многие на них зубы точили, а толку? Как ты их на берег снесёшь? Не по трапу же! А он дождался, когда матрос уснёт, взял да и сгрузил лавки в Волгу, точно зная, что течение доставит их прямиком на отмель.
Так о нём потом и говорили, чтобы с другими не путать: это тот Митяй, который лавки с дебаркадера сплавил.
Было времечко, уважали…
Заезжего депутата звали Виктор Владимирович. Лично подвёз до дома и сам зашёл следом, что тоже наводило на определённые подозрения. Оглядел пыльные руины мебели, подсел к столу, приоткрыл кейс, достал какую-то бумагу.
— Один живёте?
— Один…
— Ну что ж… — известил благодетель. — Будем считать, что ничего не было и никто никого не задерживал. Но кое-что придётся подписать. Да вы гвоздодёр-то положите…
Во-во… Начинается.
Митяй положил гвоздодёр, пододвинул стул, сел и, полный недобрых предчувствий, попробовал прочесть, что ему там подсунули. Кое-как одолел. Ничего не понял. Кого-то куда-то приглашали, а тот отказывался — дескать, занят, некогда. И рекомендовал кого-то взамен себя. Какого-то Кулыгина В. В.
— Это чего? — хмуро спросил Митяй.
— Письмо.
— Чьё?
— Ваше.
— Кому?
— Ну вот же в верхнем правом углу…
— Да там хренотень какая-то! Вроде и не по-нашему…
— А, понимаю! — Виктор Владимирович ещё раз оглядел комнатёнку, мало чем отличавшуюся в смысле уюта от веранды на вскрытой Митяем даче. Сочувственно покивал. — Телевизора, вижу, нет, компьютера — тем более. Стало быть, за новостями не следите… Но с людьми-то общаетесь?
— С людьми общаюсь…
— И что, неужели вам ни разу никто не сказал о том, что человечество уже полгода как вступило в контакт с дружественной инопланетной цивилизацией?
Митяй неопределённо подвигал плечами.
— Да разное болтают… — уклончиво отозвался он.
— Потрясающе! — Виктор Владимирович откинулся на ветхую спинку стула и саркастически взглянул в потолок, кудрявый от шелушащейся побелки. — Всю весну ликовали! А он ведать не ведает!
— Чего это не ведаю? — обиделся Митяй. — Ведаю…
— И что?
— Да ничего… Чего тут… ведать?..
— Того, Дмитрий Федотович, — последовал укоризненный ответ, — что вы официально приглашены…
— Куда?
— Туда!.. — Депутат протянул ручонку и потыкал пальчиком в верхний правый угол письма. — В… э-э… — досадливо сморщился, мотнул головой. — Вы простите, я этого тоже с лёту выговорить не могу. Хуже чем тот вулкан… исландский… Дикторы на телевидении — и те сбиваются!
Митяй сидел неподвижно, лоб — козырьком.
— Туда? — ошалело переспросил он, воздев корявый перст.
— Совершенно верно.
— У них там чего, крыша съехала?
— А вот этого мы, простите, не знаем, — сокрушённо признался депутат. — Возможно, и съехала. Но скорее всего, пригласили первого попавшегося. Видимо, заподозрили, что мы им сплошь и рядом подсовываем лучших представителей. Элиту. Собственно, так оно и есть… Ну и, очевидно, решили ознакомиться с… э-э… так сказать, рядовой личностью…
— Да ну на фиг! — заробел Митяй.
— Вот и прекрасно!.. — воссиял очередной улыбкой Виктор Владимирович. — Вот ручка, вот письмо. А с вас автограф.
— Расписаться, что ли?
— Ну да.
Митяй взял ручку, сурово её осмотрел, положил обратно.
— И что мне за это будет?
— Вам уже за это было, — напомнил депутат. — Де́ла-то против вас возбуждать не стали… Вам этого мало?
— Мало, — упёрся Митяй.
— А так? — И на письмо в космические верха легла красная пятитысячная купюра.
Митяй подумал, посопел.
— А так в самый раз, — мрачно выговорил он.
И всё подписал.
— Йех ты, какими крупными! — подивилась продавщица Нюрка. — А мельче нету?
— Нету, — сказал Митяй.
Видя, что покупатель ещё трезв, обсчитывать не стала. Сдачу отдала до копеечки.
Сунув бутылку в глубокий боковой карман, Митяй вышел из магазинчика и свернул с асфальтированной улочки в хлюпающий палой листвой, вечно сырой переулок, где дощатые заборы соревновались с волнисто-шиферными — кто из них кого кривее.
Танюха по прозванию Радио была дома.
— Какие у нас всё-таки люди в посёлке злые! — завидев Митяя, с ходу вознегодовала она. — На курей теперь порчу навели! И ведь знаю, кто навёл, знаю…
Это уж как водится! Танюха знала всё и знания свои разглашала на каждом шагу, за что, собственно, и получила такое прозвище.
Перед тем как взойти на крыльцо, Митяй опрометчиво извлёк из кармана то, с чем пожаловал. Радио запнулось. И поди не запнись: раньше на столь широкие жесты он был финансово неспособен. А тут, гляди-кось, даже и не самопал, а любимая её рябина на коньяке!
Давненько не доводилось Танюхе терять дар речи. Еле очнулась:
— Охренел? Увидят через забор — сплетен не оберёшься! Скажут, за бутылку даёт… Ну-ка быстро в дом!
Митяй, не переча, взбежал по ступенькам. Переступая порог, споткнулся. Примета, однако…
— Дачу, что ли, опять подломил? — деловито осведомилась Танюха. — Смотри, Митяй, закроют — скучать за тобой не буду…
Пока говорливая хозяйка выставляла закусь, гость подсел к столу и окоченел, храня молчание. Наконец поток местных новостей (кто, с кем, когда, кого, за что) был прерван первой стопкой.
— Слышь, Танюх… — воспользовался оказией Митяй. — А чего там с инопланетянами?
— С кем?.. — озадачилась, но тут же смекнула. — А! Пупсики эти… Вчера опять их показывали. Знаешь, чего сказали? Что никакие они не голые. Это одёжка у них такая…
— А туда, к ним… ездят, что ли?
— Ага, ездят! Они ещё к себе не всякого пускают. Только по приглашению, понял? А приглашений этих — раз-два и обчёлся! Буржуин один по телеку буянил. Я, говорит, олигарх, а меня не пускают… А им-то это всё по барабану: олигарх, не олигарх! Это у нас ты олигарх, а там ты… — И, с удовольствием огласив местоположение олигарха в таблице Менделеева, Танюха разлила по второй.
«Мало взял», — машинально подумалось Митяю. То ли о рябине на коньяке, то ли о пятитысячной купюре.
Разговор продолжить не удалось. За калиткой зафырчал мотор, минуту спустя стукнула незапертая дверь, и в хату вошёл не по-доброму весёлый лейтенант Архаров.
Поделиться книгой: