Помоги проекту - поделись книгой:
А потом рухнул вниз.
Падать было недолго – толком и испугаться не успел. И, готов поклясться, над ухом при этом раздавался снисходительный женский смех.
Ноги сходу увязли чуть ли не по колено в какой-то плотной массе. Но, к счастью, засосало не намертво – чуть повозившись, я высвободился и торопливо зашагал вперед, к другому берегу. Ну, торопливо – это громко сказано, конечно. Ноги по-прежнему вязли где-то по щиколотку. Выглядело это так, будто я брел по грязи в густом тумане, доходящем где-то до уровня груди.
– Ты решил, что умеешь летать, птенец? – вдруг шепнула невидимка мне в левое ухо и снова хихикнула.
Почти сразу же – в правое, чуть измененным голосом.
– Или что ты властен над паутиной?
– Кто ты? – не останавливаясь, спросил я в пустоту. Даже головой не стал вертеть – все равно без толку.
Снова короткий заигрывающий смешок.
– Узнаешь. Чуть позже. Мое время пока не пришло. Только ты уж доживи, не делай больше таких глупостей.
Я лишь стиснул зубы покрепче, в очередной раз выдирая ногу из вязкого плена. Еще с полсотни метров – и идти стало куда легче. Туман спустился до пояса, а потом и до колен, под подошвами было твердое дно. Громада моста нависала над головой, парные бетонные опоры были похожи на стволы могучих деревьев. Я уже почти добрался до противоположного берега.
На другой стороне не было благоустроенной набережной – мост выходил на эстакаду, приподнятую над пологим берегом. По обе стороны от неё всегда были густые заросли, подтапливаемые во время паводков. Этот участок тянулся еще метров двести от реки, но соваться туда очень не хотелось. В сером мире он выглядел непролазной чащобой: стволы деревьев исказились, сомкнулись друг с другом кронами, листва исчезла. Вся эта черно-серая хтонь со стороны выглядела локацией для фильма ужасов.
К счастью, впереди попалось удобное место для подъема на эстакаду. Даже никаких фокусов с прыжками выше головы не понадобилось – наверх вела вполне приличная металлическая лестница. видимо, предназначенная для каких-то технических нужд. Она шла вдоль бетонных опор до дорожного полотна, а потом еще выше, на железную ферму, нависающую над ним буквой П.
Туда я и направился, и где-то на середине пути вынырнул из серого мира.
Картина вокруг резко преобразилась, в голове зашумело от резких запахов и звуков. На пару секунд я даже приостановился, крепче ухватившись за ржавый поручень. Быстро огляделся и полез дальше.
Внизу все было примерно так же, как и на другой стороне моста. Сгрудившиеся, столкнувшиеся друг с другом машины, брошенные в спешке вещи. На самом краю, передними колесами в пропасти, зависла маршрутная «Газелька». Было тихо и безлюдно, только откуда-то из зарослей доносился собачий лай.
Над мостом проходили коммуникации – какие-то толстые трубы, кабели. Надо всем этим был обустроен технический проход, огороженный железными перилами. Забравшись туда, я уселся так, чтобы не бросаться в глаза гипотетическим наблюдателям снизу. Мне же, наоборот, открывался отличный обзор на окрестности.
Так, небольшой тайм-аут. Надо разобраться, наконец, с амальгамой.
Это оказалось не так-то просто. По мысленному запросу на меня вывалилось столько всего, что сориентироваться я смог только через несколько минут, когда немного рассортировал информацию.
Насколько я понял, у амальгамы не было четкого заданного визуального интерфейса. То, что я видел все это время в режиме дополненной реальности, частично досталось мне в наследство от предыдущего носителя, а частично представляло собой ответы на мои собственные запросы – невербальные и даже не всегда осознанные. Из-за этого и выглядело это все довольно хаотично.
Но сейчас амальгама закончила калибровку и стала откликаться куда лучше, а информацию начала подавать в более привычном для меня виде – в виде окошек с изображениями и строчками текста, сгруппированных по вкладкам. Выглядеть все стало куда понятнее – примерно как в обычной компьютерной программе. Или даже, пожалуй, как в компьютерной игре. Только что окошка с инвентарем не хватало и с изображением надетых предметов.
В первую очередь я, конечно, изучил вкладку, на которой до этого видел значки и шкалы, похожие на прогресс-бары, показывающие течение каких-то процессов. Сейчас, правда, все эти значки исчезли – похоже, все завершено. На «кукле персонажа» – объемной голограмме, изображающей меня самого – отображалось только несколько узлов в районе головы и позвоночника.
А вот текста взамен появилось довольно много.
>>> Общий объем амальгамы: 9 кластеров. Зарезервировано для аугментаций – 3, свободных – 3, фрагментированных – 3.
Задача по умолчанию для свободных кластеров: заживление ран.
>>> Активные аугментации:
ЦЕНТРАЛЬНЫЙ УЗЕЛ АМАЛЬГАМЫ
Слияние с центральной нервной системой носителя – успешно. Доступ к управлению амальгамой – стандартный. Требуется для поддержания: один кластер.
АМАЛЬГАМНЫЕ ЛИНЗЫ.
Улучшение зрения. Дополнительные инструменты для взаимодействия с амальгамой. Дополнительные инструменты для ориентирования на местности и целеуказания. Требуется для поддержания – один кластер. Индивидуальная настройка не произведена!
БОЕВОЕ ЯДРО ЖНЕЦА.
Укрепление и усиление тела носителя для лучшего выполнения боевых заданий. Доступны базовые функции: контроль выбросов гормонов, контроль эмоций, улучшение координации движений. Требуется для поддержания – один стабильный кластер. Индивидуальная настройка не произведена!
Судя по визуальным подсказкам, центральный узел располагался в головном мозге и был похож на медузу, пустившую длиннющие тонкие щупальца чуть ли не по всему организму. Вторая медуза – боевого ядро Жнеца – угнездилась где-то в районе солнечного сплетения. Ну, и линзы, естественно, на глазных яблоках.
Строчки о том, что не произведены индивидуальные настройки, подсвечивались красным, так что к ним я обратился в первую очередь.
Настройка линз поначалу здорово озадачила. Оказалось, что автоматическое ночное зрение и подсветка важных объектов – это самый минимум функций, который я активировал неосознанно. Можно было подключить еще кучу всего. Правда, многие фичи пока выглядели для меня бесполезными или даже странноватыми. Например, можно активировать режим, в котором визуально выделяются твои следы и отпечатки пальцев. Или обнаруживать в зоне видимости предметы, по форме, размерам или расцветке схожие с заданным образцом. Или обнаруживать изменения в окружающей обстановке спустя некоторое время.
Впрочем, вполне можно представить сценарии использования подобных штук. Просто конкретно сейчас они мне ни к чему. Пока не буду подключать ничего лишнего, чтобы вся эта мишура не мельтешила перед глазами. Оставил только несколько самых важных пунктов. Лучшее – враг хорошего.
Подсвечивать источники потенциальной угрозы – всегда.
Переходить в режим ночного видения при недостаточной освещенности – всегда.
Подсвечивать уязвимые места противника во время боя – всегда.
Специальное оповещение о приближении других Жнецов – включено.
Функция визуального слепка – включена.
Специальное оповещение о зонах высокой концентрации игниса – включено.
Визуальный слепок представлял собой этакий скриншот вида из глаз. Изображение потом можно было сохранить, и я завел для этого отдельную папку. А вот насчет последнего пункта я был не совсем уверен. Непонятно, что такое этот игнис. Но если уж для него ввели специально оповещение, то это либо что-то опасное, либо ценное. Так что пусть будет.
Так, а теперь настройка боевого ядра…
Уф, тут еще хлеще! В первую очередь потому, что настройки не ограничиваются просто перечнем функций, которые можно включить или выключить. Тут есть и кое-что посерьезнее. Например:
Снижение болевого порога. Требуется перестройка работы нервных окончаний. Для запуска мутации необходим минимум один свободный кластер амальгамы. Расход элементов амальгамы: низкий.
Укрепление связок и сухожилий. Может негативно сказаться на скорости движений и гибкости. Для запуска мутации необходимо минимум два свободных кластера амальгамы. Расход элементов амальгамы: высокий.
И так далее, и так далее – от укрепления костей до покрытия кожи чешуей.
Полазав еще немного по текстовым подсказкам боевого ядра и центрального узла амальгамы, я пришел к выводу, что эта штука куда сложнее и мощнее, чем я думал. Она не просто позволяет лучше контролировать свой организм. По сути, с ее помощью можно видоизменять его, лепить из него все, что тебе нужно.
Несмотря на всю тревожность и неопределенность ситуации, меня это восхитило и на некоторое время захватило все мысли. Я с подростковых лет занимался спортом – и единоборства, и просто тренажерный зал. Так что очень хорошо понимал, какое огромное значение имеет возможность произвольно управлять хотя бы уровнями гормонов – без всяких левых препаратов и негативных последствий. Это же мечта бодибилдера, да и вообще любого спортсмена! Мало того – судя по описаниям, аугментации, даруемые амальгамой, позволяют в перспективе выйти далеко за рамки человеческих возможностей.
Так вот почему эти бойцы арранов такие монстры. У них настоящая суперсила. Вот только где подвох? Всегда ведь есть какой-то подвох…
Выяснить это сходу не удалось. Текстовые описания в интерфейсе были максимально лаконичными, явно рассчитанными на того, кто уже более-менее понимает, с чем имеет дело. А вот дополнительные подсказки приходилось вытягивать клещами. Привычных иконок со знаком вопроса, как в компьютерных программах, здесь не было. Так что я сосредотачивался на каком-то вопросе, шепотом проговаривая его и наблюдая за реакцией амальгамы.
С каждым разом получалось все лучше. А потом мне пришла идея настроить голосового помощника – что-то типа Алисы или Сири. Наверняка ведь предусмотрена такая возможность. Некоторыми функциями удобнее пользоваться через пункты текстового меню. Но все возможности амальгамы по менюшкам явно не распихаешь…
– Голосовое управление активировано, – отозвалась амальгама приятным женским голосом.
Даже не женским, а каким-то… Синтезированным, что ли. Чистый, ровный, на гласных звуках уходящий в мелодичные модуляции.
– Задайте стартовое слово или фразу для формирования голосовых команд.
Я чуть не брякнул «Окей, Гугл». Но нет, конечно. Да и «Алиса» тоже не подходит. Слишком уж сильные ассоциации с именем дочери. Помню, мы с ней одно время дурачились, дразня голосовой помощник Яндекса. У меня полквартиры на него было завязано – умная колонка, освещение, чайник, пылесос и всякие другие мелочи. Я звал дочку, а отзывалась колонка, и наоборот.
Кажется, как раз тогда я и придумал ей прозвище Лиска? А, нет, она еще годика в два так себя начала называть, насмотревшись какого-то мультика про лису…
Я на секунду зажмурился, отгоняя лишние мысли. Так, нужна команда. Какое-то имя для голосового помощника, на которое он будет откликаться. Точнее, она, амальгама-то женского рода.
А может, так и обозвать? Разве что сократить для удобства. Не амальгама, а…
– Ама, – шепнул я.
– Принято.
Повисла пауза. Не из-за того, что я не знал, о чем спросить дальше. Скорее наоборот – вопросов было слишком много. Но при этом и слишком задерживаться нельзя. Я взглянул вниз, на дорогу. Уже сгущались сумерки, но не настолько, чтобы врубилось ночное зрение. Линзы подсвечивали картинку выборочно. Например, рисовали красноватые силуэты каких-то живых существ в зарослях под мостом и обозначали очертания некоторые предметов там, где залегли глубокие тени.
До дома, где живут Ольга с Лиской, мне отсюда еще километра три по прямой. Если все сложится удачно – то всего полчаса ходьбы. Но я бы не надеялся на подобное везение. Значит, едва успеваю до темноты. Пожалуй, надо уже выдвигаться, а вопросы голосовому помощнику задавать на ходу. Так даже удобнее. Я неплохо воспринимаю информацию на слух – не одну сотню аудиокниг прослушал во время утренних пробежек или в транспорте.
Прежде, чем спуститься, еще раз просканировал взглядом местность. Высветилось несколько тревожно-красных пятен, но достаточно далеко. Между ними вполне реально будет проскочить. Двигаться лучше пешком – пусть дольше, зато тише и безопаснее.
– Ама… – шепнул я через несколько минут, уже покинув эстакаду и торопливо шагая вдоль длинного бетонного забора мимо складского комплекса. – Расскажи про кластеры амальгамы.
Решил начать с этого момента, потому что в текстовых описаниях не хватало информации для полного понимания.
– Амальгама состоит из микроскопических элементов, способных действовать сообща, – красивым, но монотонным голосом начал вещать голосовой помощник. – Автономная совокупность таких элементов называется кластером.
– Подробнее, – подстегнул ее я, потому что повисла пауза.
– Кластеры могут находиться в нескольких состояниях. Зарезервированные кластеры постоянно задействованы для решения узкого круга задач, определяемого конкретной аугментацией. Например, один кластер всегда должен быть зарезервирован за центральным узлом, управляющим всем массивом амальгамы и отслеживающим общее состояние организма носителя. Активные кластеры заняты выполнением разовых задач – например, заживлением ран или проведением мутаций организма носителя. Свободные кластеры сосредотачиваются в лимфоузлах и находятся в спящем режиме до получения очередной команды.
– А что за фрагментированные кластеры? – на ходу беззвучно спросил я, не забывая внимательно оглядывать окрестности, сканируя каждый куст или темное место впереди.
К счастью, отвлекаться пока было не на что – с наступлением сумерек улицы будто вымерли. Люди-то точно все попрятались по домам.
– Микроэлементы амальгамы со временем приходят в негодность. Повреждаются, вымываются кровотоком при ранениях, безвозвратно тратятся при выполнении некоторых задач по усилению организма носителя. Когда кластер теряет более тридцати процентов элементов, он больше не может полноценно взаимодействовать с другими в системе и переходит в статус фрагментированного.
– И что, они бесполезны?
– Есть два варианта их использования. Первый: можно попытаться объединить их и получить полноценный свободный кластер. Для этого требуется минимум два фрагментированных кластера. Результат не гарантирован. Второй: использовать микроэлементы фрагментированных кластеров в качестве расходуемого материала для проведения некоторых аугментаций.
Ясно. А вот и подвох. У этого живого металла есть свой ресурс, и когда его израсходуешь – все, кончилась суперсила. Вот только насколько быстро это происходит?
– Ама, насколько быстро расходуется ресурс кластера?
– Зависит от сценариев использования. Наиболее стабильны кластеры, зарезервированные для постоянных аугментаций. Срок их службы почти не ограничен. Свободные кластеры могут фрагментироваться после проведения нескольких мутаций или заживления обширных ран.
Вот зар-раза…
– А где можно добыть амальгаму?
– Технология создания амальгамы полностью контролируется Великим домом Ординаторов. Кластеры амальгамы даруются другим Домам высокородных арранов только по решению Ординаторов. Кроме того, амальгаму можно добыть с тела погибшего носителя. Убийство высокородного аррана жестоко карается. Однако есть исключения: поединки чести и сражения Великих домов во время трехдневного турнира при открытии очередной Жатвы.
Хм…
На этом я пока прервал вопросы, обдумывая услышанное. Жатва… Козлоногий ведь тоже говорил что-то об этом. Только тогда, без достаточного контекста, это было непонятно.
Я поймал себя на том, что на ходу сжимаю кулаки – до боли, до впившихся в кожу ногтей. Значит, эти твари вторглись в наш мир, изуродовали его, убивают всех направо и налево, угоняют в рабство, как скот… И все это ради какого-то там турнира?! Игру устроили, соревнование за трофеи.
Высокородные, мать вашу, арраны…
Ну, это мы еще посмотрим! Это мой город. Здесь моя семья, мои друзья, вообще всё, что мне дорого. И так просто вы все это не получите.
Жатва, говорите? Ну что ж… Что посеяли – то и пожнете.
Из наруча на правой руке, ярко вспыхнув в полумраке, сам собою выполз светящийся клинок.
Глава 9
Я тут же спрятал вспыхнувшее голубым светом оружие, одернул сам себя.
Надо держать себя в руках! Тоже мне, народный мститель нашелся. Если смотреть правде в глаза – шансов у меня немного. Да, я в неплохой физической форме, опыт рукопашной тоже есть, но чисто в рамках спортивных соревнований. Я не военный, не спецназовец, опыта действий в экстремальных ситуациях нет, убивать людей не доводилось. Главный и чуть ли не единственный мой козырь – это умение ускользать в серый мир.
Впрочем, козырь сильный. Но все равно, действовать придется осторожно, четко, стараться проявлять смекалку. Как Брюс Уиллис в незабвенном «Крепком орешке». Правда, у старины Маклейна в противниках были привычные, родные сердцу гангстеры с пушками, а тут прямо настоящие боевые пидорасы в золоченых доспехах. Но уж что имеем, то имеем.
Я задержался возле арки, ведущей во внутренний двор большого жилого здания. Спрятался в тени, прислушиваясь. Здесь, по идее, можно прилично срезать путь, но что-то мне не нравятся звуки, доносящиеся из двора. Какое-то приглушенное рычание, возня…
Нет, пожалуй, все же обойду.
Пока стоял, осмотрел новым взглядом свое оружие. Темнота не была помехой – амальгама тут же подсветила мне контуры наруча, два связанных между собой кристалла, находящихся где-то внутри. И на этот раз вместо угловатых рун выдала вполне внятное описание на русском – в полупрозрачных окошках, с указателями. Прямо как в какой-нибудь компьютерной игре.
Свет зари. Артефакт древних арранов. Работа мастеров Великого Дома Аракетов. В рабочем состоянии.
Возле кристаллов всплыли отдельные окошки.
Радиумный клинок. Светлый кристалл Аракетов. Создает клинок из чистого радиума. Форма и размер клинка могут быть изменены. Требуется источник радиума.
Накопитель. Светлый кристалл Аракетов. Накапливает радиум с течением времени или от внешних источников.
А ларчик-то просто открывался. Два элемента – функциональный блок и батарейка. Причем батарейка самозаряжающаяся – рядом с кристаллом накопителя высветилась кольцеобразная шкала заряда, заполненная примерно наполовину. Когда я пригляделся к ней чуть подольше, выскочила дополнительная подсказка.
Поделиться книгой: