Спасти Золотого Дракона (СИ)

- Откуда ты?

- Из Валинкара, - с явным неудовольствием ответил мужчина. - Из очень далёкого отсюда мира, - у него совершенно не было ни настроения, ни желание врать, впрочем, подробно рассказывать о себе он тоже не собирался.

Казалось, девушка решила узнать о нём как можно больше, пользуясь случаем.

- У тебя есть имя? - глупо сформулировала вопрос Алисия, и Лайгон, усмехнувшись, ответил:

- Есть.

- И какое? - снова задала вопрос девушка.

- Это не твоё дело, - сам не зная почему, скорее всего из-за вредности или нежелания идти на контакт, он не захотел называть ей его. Он вообще не любил представляться без необходимости. Представляться человеку тем более. Назвать своё имя лично кому-то отождествлялось в его сознании с первым шагом к доверию. А с доверием было всегда сложно: Лайгон хотел, чтобы все доверяли ему, но старался не позволять себе подобной слабости, так как считал, что доверие - прямая тропинка к поражению.

Алисия снова обиделась на слова мужчины и ушла в свою часть комнаты, сделав вид, что намеревается поспать. К вечеру пошёл небольшой дождь, уныло барабаня по листьям деревьев, что росли вокруг лачуги, и вскоре с крыши начало не менее уныло капать на стол в нескольких местах.

- Как ты живёшь в этой дыре? - раздражённо спросил Лайгон.

- Не оскорбляй мой...и временно твой дом! - огрызнулась всё ещё недовольная Алисия, и к удивлению услышала:

- Не хотел обидеть, - соврал он. - Но жить тут невозможно...

Она тихо засмеялась, и призналась:

- Я тут и не живу, - она глянула на Лайгон, убедилась, что ему любопытно, и продолжила: - Я странствую. Этот дом мне попался за пару дней до нашей встречи, утром я хотела идти дальше, но тебе нужна была помощь. Когда ты поправишься, я продолжу свой путь. Но не спрашивай, куда и зачем я направляюсь!

Лайгон и не собирался спрашивать. Ему вообще не нравились подобные разговоры, и он бы предпочёл, чтобы она не лезла к нему с вопросами, а на его отвечала кратко и по существу. Но это было невозможно.

На утро всё так же шёл дождь. Алисия ушла за травами, и вернулась с ними, кутаясь в новый, вчера обещанный Лайгону плащ. Девушка спросила, нравится ли ему эта вещь, ведь этот плащ намного лучше того старья, что она сожгла. Мужчина ничего не ответил, так как до нового плаща, ровно, как и до старого, ему не было дела. Ему просто не понравилось тогда, что эта девушка решала судьбу его вещей без его ведома. Впрочем, плащ вполне мог пригодиться ему в будущем, хоть на гвоздике на стене и висел ещё какой-то, старый и выцветший. Но важным был тот факт, что Алисия явно хотела загладить вину за своё поведение, как расценил её действия Лайгон. В результате он всё-таки её поступок оценил и без особого сопротивления ввязался в разговор, начатый вопросом Алисии:

- Куда ты отправишься, когда выздоровеешь?

- Понятия не имею, - честно признался Лайгон, который пока не задумывался о планах на будущее.

Вернее, было очевидно, что нужно разузнать об этом мире, выяснить, где таится хоть какой-нибудь маг, и убедить его помочь вернуть силу. Убеждать Лайгон хорошо натренировался за время своих скитаний, отлично уяснив, что главное в этом деле - говорить то, что собеседник хочет услышать. Это рождало то самое необходимое ему доверие, а доверяющее существо обмануть проще простого. Нельзя сказать, что Лайгон постоянно этим пользовался, но порой такой способ существенно упрощал ему жизнь. Вот и сейчас Алисия задала ему вопрос, на который не было простого ответа:

- Ты ведь не жил в той деревне, на которую напали орки. Куда ты шёл через неё?

Валинкарец понимал, что отвечать правду чревато новым потоком вопросов, а сочинять красивую правдоподобную историю было лениво, поэтому он задумчиво потрогал слипшиеся от крови волосы на голове, и ответил, придав голосу печальную интонацию:

- Я не помню... Увы... - он поднял на неё тоскливый взгляд.

Алисия с сочувствием посмотрела на него, представляя, сколько всего выпало на долю этого человека за последние дни. А может, и ещё больше, чем она могла представить, ведь кто знает, что с ним было до того, как оно попал в деревню, на которую напали орки. Неожиданно ей показалось, что потерей памяти может легко объясниться его поведение, которое никак не вязалось с его положением. Девушка осторожно уточнила:

- Совсем ничего не помнишь? И поэтому решил сказать, что ты бог, а Валинкар - другой мир? Он ведь где-то на севере, верно, ты оттуда пришёл?

Лайгон обхватил голову руками, пряча усталую улыбку, потом серьёзно посмотрел в участливое лицо девушки и беспомощно ответил:

- Да, ты меня раскусила. Но я и вправду мало что помню, - этот ответ Алисию полностью устроил.

Она решила больше не расспрашивать его, полагая, что именно из-за проблем с памятью он не очень-то общителен, а также неприветлив, неучтив и неблагодарен.

На стене, ранее не замеченный Лайгоном, висел лук, самой обыкновенной формы, из тёмного дерева, исписанный витиеватыми буквами на неизвестном ему языке. Рядом в углу стоял колчан со стрелами. Валинкарец припомнил, как однажды пытался научиться стрелять и стать метким лучником, однако в ту далёкую пору никто не поддержал его, кроме сестры, и все лишь посмеялись над его стремлениями, так как в Валинкаре предпочитали холодное и тяжёлое оружие. Это было не лучшее воспоминание, оставившее после себя стойкое отвращение к стрелковому виду оружия. Алисия проследила за его внимательным и серьёзным взглядом, припомнила, что с памятью у мужчины явно проблемы, и пояснила:

- Это лук.

- Я знаю, что это, глупое создание! - опять начал злиться он, всё ещё находясь во власти воспоминаний.

- Это лук, - повторила она спокойным голосом, что ещё больше разозлило Лайгона. - И учти, я умею им пользоваться...

Недобрым взглядом он обвёл собеседницу, приметив нож, висящий на поясе и отсутствие страха в глазах. Она не боялась его, хоть и считала опасным. Не боялась, потому что знала, что сможет постоять за себя, даже если он окрепнет. Лайгон это понял.

Весь вечер он лежал и прикидывался спящим, причём делал это с таким усердием, что и сам не заметил, как уснул. Когда он проснулся, было уже темно. Лайгон тихо вышел из ветхого домика и вдохнул прохладный вечерний воздух. На мужчине был грязный потрёпанный плащ, который остался в домике от прежних обитателей. Лайгон перемещался осторожно и медленно, старался не шуметь, но всё же, стоило сделать несколько шагов от лачуги, позади него раздался знакомый голос, мило осведомившийся:

- Куда ты?

- Считаешь, я стану отчитываться перед тобой? - с презрением ответил валинкарец, по мнению которого никто, а особенно человек, не имел права лезть в его дела.- Однажды я уйду, не попрощавшись, и больше ты меня не увидишь... А если увидишь, тебе будет сложно меня узнать.

Алисия обиженно поджала губы, но не стала грубо отвечать на этот выпад, полагая, что в чём-то он прав, и нет смысла сердиться на того, кто скоро покинет её жизнь. Она ответила спокойно, слегка пожав плечами, демонстрируя своё безразличие:

- Учти, когда ты так уйдёшь, я продолжу свой путь. Я и так задержалась здесь...

- Это твой выбор, - недолго думая, ответил Лайгон.

Он внимательно посмотрел на девушку. Было бы неплохо отделаться от неё, но без снадобий и хорошо приготовленной пищи он нескоро сможет начать осуществлять свои планы. К тому же он так и не выяснил ничего про этот мир, а девушка была бы вполне сносным рассказчиком, если вести себя с ней по-человечески. От этой мысли он поморщился. Неужели его человеческая сущность всегда будет при нём? Но поразмыслить об этом можно было и после, а сейчас следовало сказать что-то такое, чтобы и не отвечать на первоначальный вопрос Алисии, но и не позволить ей покинуть лачугу навсегда, как бы невзначай оповестив о своих планах вернуться.

- Когда пойдешь утром за травами, не разбуди меня, - нехотя бросил он, и быстрым шагом пошёл в сторону поселения. Алисия ухмыльнулась: несмотря на его недовольство, она по-прежнему перемещалась бесшумно, и разбудить его никак не могла.

Так продолжалось три дня. Лайгон по вечерам накидывал старый плащ и уходил, говоря перед уходом что-то несущественное, но позволяющее понять, когда он вернётся. Он шёл прямиком к таверне, и, затаившись в темноте, выжидал появления своих обидчиков. Не хотелось бы покинуть это поселение, оставив их живыми. Состояние Лайгона улучшалось день ото дня, и задерживаться здесь он не планировал.

Трёх дней вполне хватило, чтобы разузнать необходимую информацию: он знал, где располагались дома его врагов, знал, в какой последовательности завсегдатаи таверны расходятся, какими улицами идут. Но он не чувствовал себя уверенным, чтобы за несколько часов убить пятерых сильных людей, да ещё потом успеть уйти на приличное расстояние от города. Ещё пара дней, чтобы подкопить силы, порасспросить об устройстве этого мира, и можно начинать воплощать свои планы.

***

Лайгон никак не мог улучить момент, чтобы завести интересующий его разговор. Дабы получить подробные сведения без просьб и объяснений, было необходимо тщательно выбрать время. Но последние дни девушка вела себя как-то отчуждённо. Это было связано с тем, что он напомнил ей о том, что однажды скроется в неизвестном направлении. Конечно, девушка понимала это с самого начала, но только недавно осознала, что он уйдёт и унесёт с собой все свои тайны, как раз которые и привлекали её в нём, и ради которых она осталась сидеть в таверне, наблюдая за дракой. Но было очевидно, что он не расскажет ей о себе.

- Не спится? - спросила Алисия, проходя мимо и направляясь к двери однажды глубокой ночью.

Лайгон лежал лицом к стене, дыхание его было спокойным и мерным, а глаза были закрыты.

- Как узнала? - без особого интереса спросил он.

Девушка усмехнулась:

- Когда ты засыпаешь, плед всегда сбивается в ноги, а сейчас натянут по самый нос.

Лайгон припомнил, что никогда не мёрз по ночам, а значит, Алисия каждый раз укрывала его. Он еле заметно улыбнулся, хоть и не любил, когда она что-то делала для него тайком.

Девушка сидела на крыльце и смотрела в звёздное небо. Лайгону действительно не спалось, и он тихо, насколько мог, подошёл и сел рядом. Проследив за её взглядом, он тоже уставился на россыпь звёзд на тёмном бархате небосклона.

- Я каждую ночь выхожу ненадолго, насладиться ночной прохладой и поразмыслить в тишине, - пояснила она, приветливо глянув на присевшего рядом мужчину. - В такие минуты чувствуешь себя частью вселенной, когда между тобой и другими мирами лишь километры пустоты...

Лайгон никак не отреагировал на её слова. Другие миры были ему неинтересны, он отлично знал, что там мало чего достойного восхищения и уж точно нет ничего завораживающего.

- Посмотри на тот дуб, - продолжила общение девушка и указала на невероятной толщины раскидистое дерево. - Ему ни одна сотня лет. Что бы ни менялось в мире, ему будет всё безразлично, пока это не коснётся лично его. Некоторые расы живут так же.

Лайгон покорно посмотрел на дерево, но не нашёл, что ответить, и снова промолчал. На какие расы она намекала? Неужели всё-таки поверила в то, что он бог? Мужчина задумчиво почесал бороду, но опять ничего не сказал.

Решив не надоедать ему, Алисия тоже замолчала. Каждый думал о своём. По правде говоря, Лайгон действительно давно не замечал звёздное небо, и хотя оно не вызывало у него восхищения, так как он старался избегать подобных эмоций, сейчас он всё же изучал его.

- Что это за три яркие звезды? - спросил он, чтобы что-то спросить.

Она пожала плечами:

- Если тебе интересно их название, то мне оно неизвестно.

Лайгон скептически посмотрел на неё.

- Ты каждую ночь смотришь на звёзды, и не знаешь названия самого яркого созвездия?

- От того, что я узнаю имена звёзд, они не станут светить ярче и прекраснее, верно? - парировала она.

Он ухмыльнулся её словам и больше ни о чём не спрашивал, решив подождать, пока девушка сама продолжит разговор. О любопытстве людей он знал не понаслышке, и был уверен, что дождётся её попытки продолжить диалог. Он не просчитался, и вскоре Алисия спросила:

- А в Валинкаре были звёзды?

Мужчина поморщился при упоминании своего города, о котором ему совершенно не хотелось вспоминать, и потому ответил не сразу:

- Были, наверно...- и припомнив, добавил: - Да, были.

- И ты помнишь название хоть одной из них? - слегка ехидно улыбнулась девушка, испытующе глядя на собеседника.

- Нет, - честно признался Лайгон. - Но я и не смотрел на них каждую ночь... У меня были дела поинтересней! - он лукаво улыбнулся.

Даже если бы он помнил Валинкарские созвездия, здесь он не увидел бы ничего похожего на них. Это было чужое небо. И чужой мир.

Сейчас Лайгон был доволен: разговор начался как надо, он вёл себя довольно мило, а значит, вполне заслуживал получить вразумительные ответы на накопившиеся вопросы. Кроме того, он знал, что улыбка его была очаровательной, и это часто помогало ему располагать к себе других. Пришло время поговорить о деле.

- Кто такие орки? - резковато спросил он.

- Ты ведь видел их... - напомнила Алисия, полагая, что он мог и забыть об этом из-за ушиба головы.

- Видел, но хочу знать, кто они, - требовательно повторил он.

Девушка пожала плечами, не зная, с чего начать повествование, и ответила:

- Эти существа глупы, но очень опасны... Раньше они были эльфами...Ну, не они, а их далёкие-далёкие предки... Так же, как предками гоблинов были людьми... Тебе рассказать их историю?

- Не стоит, - фыркнул Лайгон, история населяющих этот мир существ интересовала его в последнюю очередь. - Магия им доступна?

- Нет, им и разум-то не очень доступен! - воскликнула Алисия, поражаясь, как можно было сражаться с этими существами и не заметить столь очевидных вещей. Или он просто забыл, как и многое другое?

- Понятно, а кто такие эльфы? - продолжил расспрашивать Лайгон. - Как их распознать?

Девушка посмотрела в его зелёные глаза, припомнила всё, что успела узнать об этом мужчине и ответила с усмешкой:

- О, тут для тебя не будет проблемы: как только встретишь кого-то, по красоте, изяществу и спокойствию превосходящего тебя, но не уступающего в беспочвенном высокомерии, спесивости, раздутом самомнении и гордости - будь уверен, перед тобой эльф!

Лайгон улыбнулся. Он действительно не обиделся.

- Раз так, эльфы мне по душе, - без обиняков ответил он. - Как у них с магией?

Вопросы о магии его волновали, это девушка уже поняла, но на мага этот мужчина был категорически не похож, особенно теперь, когда она наблюдала за ним ни один день и могла точно сказать, что магических сил у него нет. Она видела магов и знала, что они не такие, и уж точно даже самый хилый маг не позволил бы избить себя в дешёвой таверне, а если бы и позволил, то потом бы восстановился быстрее, чем он.

- Нормально у эльфов с магией, - ответила Алисия на поставленный вопрос после раздумий. - Среди эльфов есть сильные маги. Но некоторые сильные маги вовсе не эльфы.

- Где их можно встретить? - не давая опомниться, продолжал задавать вопросы Лайгон.

- Их жизнь длится многие тысячелетия, - решила просветить его девушка. - Эльфы не живут среди людей, ты их не встретишь, разве что сам придёшь к ним. Но они вряд ли будут говорить с тобой... А маги бродят по свету, уж если встретишь - ни с кем не перепутаешь!

Лайгон долго собирался задать самый интересующий его вопрос, и сейчас решил, что более подходящего времени может и не быть:

- А Тёмный Эльф? - нарочито небрежно спросил он.

Лайгон логично предполагал, что это кто-то значимый, раз люди боялись его шпионов.

- Не думаю, что он существует, - пожала плечами Алисия.

- Что о нём известно? - голос валинкарца выдавал любопытство и заинтересованность, что не укрылось от девушки, хотя она всё же ответила ему.

- Да, в общем-то, немного... Его называют Варт. Говорят, он хочет собрать все злые силы и бросить их на уничтожение людей...а может, и всех остальных...

- Он должен быть сильным магом... - пробормотал Лайгон и полюбопытствовал: - Хоть примерно знаешь, где его найти?

Алисия не ответила, и подозрительно прищурилась:

- Почему ты спрашиваешь? - этот странный мужчина интересовался весьма характерными вещами: магия, орки, Варт. Это не могло не насторожить.

Мужчина проигнорировал её вопрос, но, как бы в благодарность за информацию, ответил на давно заданный:

- Если тебе всё ещё интересно, моё имя Лайгон.

- А моё Алисия... - тоже решила представиться девушка, слегка улыбнувшись.

- Мне эта информация ни к чему, - скорее по привычке огрызнулся он, но услышав, как она недовольно фыркнула, добавил, передразнивая её: - Ведь каким бы ни было твоё имя, ты не станешь от этого лучше или хуже, верно?