Питер под углом семь градусов

Встреча выпускников проводилась каждый год, и как минимум половина их потока неизменно собиралась на эти мероприятия — лицейская дружба с годами не растратила своей актуальности. Сначала ребята тусовались в актовом зале лицея, затем все разбрелись по классам. Непрерывно болтая, молодежь разбилась на группки по интересам, в воздухе стоял постоянный гомон, люди переходили от одной группы к другой — обменивались новостями, хвастались достижениями или жаловались на неудачи. На такой встрече можно было завести полезные связи, присмотреть себе пассию, найти работу или хотя бы известить всех о ее поиске.

Варвара именно этим и собиралась заняться, но все никак не выходило завести разговор на эту тему — все внимание в их междусобойчике самым нахальным образом перетягивала на себя Варька Жданова. Варвара почему-то недолюбливала свою тезку с самых первых дней обучения в лицее. Во-первых, ее бесило, что у них одинаковые имена, хорошо еще, что они хотя бы учились в параллельных группах. Жданова уже в восьмом классе, когда они только пришли в лицей, была охотницей за парнями — кокетничала она напропалую со всеми подряд, искусно пользовалась косметикой, красиво одевалась и липла ко всем парням. За это в лицее ее прозвали Липучкой, но чтобы она не обижалась, сократили прозвище до Липы. Имя это настолько приклеилось к Ждановой, что, пожалуй, никто ее Варей почти и не называл.

Липа, или Липка, цену себе, тем не менее, знала. Она всегда умела преподнести себя так, что все парни были в нее влюблены. Вернее, почти все. Тимофею, например, Жданова никогда не нравилась, и этот факт, видимо, ее бесил, потому что она проходу Фоме не давала. Однако за все эти годы тот ни разу не дал слабину, и Варька им в глубине души очень гордилась.

Сегодняшняя встреча не была исключением — Жданова сразу направилась к ним с Тимофеем, как только увидела их в актовом зале. Не отставала она даже в классе — постоянно вовлекала Фому в разговор, строила ему глазки и мило улыбалась. Варьку обуяла дикая ревность, и она забыла, что собиралась поговорить с одноклассниками о поисках работы. Она зорко следила, чтобы Липа «не переступила черту», после которой надо начинать военные действия — потери Тимофея она бы не перенесла, хоть она и никогда не рассматривала его ни в каком другом качестве, кроме как друга.

— Зеленин, — насмешливо протянула Жданова, — что ты такой серьезный? Ты всегда такой? Он, что, — обратилась она неожиданно к Варваре, — всегда такой?

— Да он просто устал, — махнула рукой Варька, — правда, Тимофей?

— Только два дня назад прилетел из командировки, да, — кивнул головой Фома. — А что, девчонки и мальчишки, не пойти ли нам в кафе? Посидим, поболтаем. Да и перекусить уже хочется! Кто «за»?

Почти все, кто из их потока пришел на встречу, согласились с этим предложением. Варваре эта идея была не по душе — платить за кафе сейчас было противопоказано ее кошельку, но Тимофей и слышать ничего не хотел:

— Барби, самоотвод не принимается! — строго заявил он. — Нечего тебе сидеть дома и предаваться грусти, я тебя знаю! Я куплю тебе самую вкусную пиццу! А на десерт возьмем панакотту! Идет?

Тимофей, конечно, знал, чем соблазнять Варвару — она обожала пиццу и теряла силу воли при виде панакотты.

— Мерзкий интриган, — только и смогла выжать из себя Варька.

— Значит, договорились! — радостно кивнул головой Тимофей.

— Только на полчаса — меня собака ждет!

— Идет, я сам вызову тебе такси! — пообещал Тимофей.

В кафе было шумно, весело, за столиками сидело много народу. За их столом уместилось шестеро — Варвара, Тимофей, трое парней и, конечно, Жданова. Разговоры лились рекой, а вино только подогревало их красноречие. Тимофей что-то рассказывал о поездке в Доху, о своей работе, но у Варьки сильно разболелась голова и она слушала его невнимательно.

— Что у тебя с рукой? — поинтересовалась Липа. Ей, видимо, тоже было скучно слушать технические подробности, о которых рассказывал Зеленин.

Пришлось Варьке рассказать о нападении на нее бандита.

— Да что ты говоришь! — воскликнула Жданова. — Как же тебе повезло иметь такую замечательную собаку! Она ведь, возможно, спасла тебе жизнь! Знаешь, что? — Липа вдруг оживилась, — вот!

Она покопалась в своей сумке из кожи крокодила и протянула Варьке пятитысячную купюру.

— Это зачем? — с непониманием уставилась на одноклассницу Варя.

— Это подарок твоей собаке! От меня! — Жданова хлопала своими глазами с длиннющими ресницами и честно смотрела Варьке в лицо.

— С чего это вдруг?

— Просто так. Подарок не тебе, а Дэфе. Купишь ей какие-нибудь вкусняшки! Я бы сама ей привезла, но у меня времени нет. Не обижайся, — попросила Жданова. — Понимаешь, я всю жизнь собак люблю, но у меня так ни одной и не было — боюсь ответственности, — призналась она.

— Варь, — смутилась Варвара, — ты извини, но это… как-то…

Липка, не слушая Варьку, засунула ей в карман пятерку и махнула рукой:

— Знать ничего не хочу! Все, забыли об этом! Лучше расскажи, как ты живешь? Я смотрю, — она кивнула головой в сторону Тимофея, — вы так друзьями и остались? Эх, такой мужик пропадает, — вздохнула она. — Ну, рассказывай!

Непонятно, почему, но Варвара вдруг почувствовала симпатию к собеседнице. Деньги тут были ни при чем. Варьку подкупило выражение лица, с которым Жданова слушала историю о том, как Дэфа защищала свою хозяйку — ее глаза горели от восторга, а под конец она чуть не расплакалась от чувств. Выходит, ее Липа и не такая уж противная?

* * *

Утром шел дождь, и собака изо всех сил делала вид, что спит — лишь бы не идти на улицу. Варька еле растолкала Дэфу и чуть ли не пинками заставила ее выйти во двор. Прогулка заняла десять минут и домой Варька чуть ли не летела, пытаясь угнаться за промокшей насквозь терьершей. Рука ныла, поэтому Варваре вспомнился телефонный звонок Артема и его слова о том, что в случае чего она может заехать к нему днем в больницу. Поскольку сегодня планировался большой семейный обед у родителей, то Варвара решила совместить поход в больницу и визит к родителям в одной поездке. Она припарковала машину на стоянке, оставив Дэфу сидеть в салоне ее старенькой Альмеры, а сама отправилась на прием к Артему. Он ждал ее в вестибюле больницы и сразу проводил в кабинет.

— Ну-с, посмотрим, что там у нас, — бормотал он себе под нос, ловко освобождая Варькину руку из плена бинтов. — Да, отек не спадает пока, — радостно проговорил он.

— А чему тут так радоваться, не понимаю, — недовольно пробурчала Варвара, — пальцы, как сосиски, и цвет приятный — синенький. Когда это все пройдет? Мне вообще-то работу надо искать! Как я ее найду с такой рукой-то?

— А что случилось с прежней работой?

Варьке пришлось изложить ему краткую версию увольнения. Она рассказывала эту историю уже в который раз, и с удивлением заметила, что каждый раз история становилась все короче и короче, а переживает она все меньше и меньше. Этот факт ее очень порадовал — не хотелось тратить время на негативные эмоции и борьбу со стрессом.

— Так ты теперь безработная?

— Увы, — подтвердила Варвара, — не то, что некоторые, у которых их аж целых три!

— Ну, на сегодня я, пожалуй, тоже остаюсь без работы, — улыбнулся Артем, — моя смена закончилась, а в лабораторию мне теперь только завтра утром! Может, опять кофе попьем? — с надеждой спросил он.

— Я не могу, у меня собака в машине, — извинилась Варька.

— Так мы и ее возьмем, — нашелся Артем.

— Я к родителям должна ехать, обещала…

— А-а-а… — разочарованно протянул врач, — ну, раз к родителям…

— Слушай, а давай ты со мной съездишь? Я тебя потом вечером до дома подброшу! А? А то меня ни за что не отпустят до самого вечера, а так я скажу, что тебе на смену надо, и уедем пораньше!

Варьке пришла эта идея внезапно, но сейчас она казалась ей гениальной. Вот только бы Артем согласился!

— А это удобно? — замялся тот.

— Еще как удобно! Ты просто не знаешь моих родителей! Надеюсь, ты хотя бы голодный? К ним сытым приезжать нельзя, предупреждаю! — она с подозрением уставилась на Артема.

— М-м-м… наверное, голодный. По-моему, последний раз я ел вчера вечером, я еще не очень разобрался, но обычно аппетит приходит ко мне сразу после смены, и я готов съесть быка, — улыбнулся он.

— Быка не обещаю, но чтобы тебе удалось живым выбраться из-за стола, придется постараться!

— Звучит угрожающе, но я готов рискнуть.

— Значит, решено, поехали — заодно с Дэфой познакомишься! Только в магазин за оливковым маслом заскочим.

Перед выездом из дома мама прислала какое-то странное, чуть ли не с истерическими нотками, сообщение. В нем было только четыре слова, но целая куча восклицательных знаков:

«Купи, наконец, оливковое масло!!!» — гласило сообщение. Почему «наконец»? Как будто Варвара уже обещала его купить раньше, и не привезла.

«Ну, ладно, — решила она, — видимо, я пропустила какое-то из ее сообщений раньше. Надо не забыть привезти».

Родители Варвары жили в Новой Москве, и сейчас их дом был большим, комфортабельным и современным. Но когда они покупали участок в их поселке, там были дачные домики, грунтовая дорога и по вечерам по улицам бегали зайцы. Сначала их домик был маленьким и скромным — строили сами, да и материалы было сложно приобрести. Но в доме всегда толпились друзья — дач ни у кого не было, и их дом стал центром встреч и общения. Мама привыкла готовить на целую толпу, и с тех пор своим привычкам не изменила. Но постепенно друзья стали обрастать загородной недвижимостью, выросли дети, да и за фигурой с возрастом требовалось следить пристальней — многие мамины подруги постоянно сидели на диетах, пытаясь избавиться от лишних килограммов.

Для родителей это стало ударом — дом опустел, а готовить они не перестали. Теперь каждую неделю предки начинали с того, что раскидывали обширные «сети» и зазывали в гости друзей и родственников. Пироги, шашлыки, пловы и борщи никого не могли оставить равнодушными, гости объедались до неприличия, стоило только сесть за стол. Все это знали и предпочитали деликатно увильнуть от визита, чтобы не рисковать своей талией. И все-таки, иногда кулинарное эмбарго давало трещину — выискивалась семья, желающая посетить родителей, и тогда в доме наступал праздник. Сегодня был как раз такой день — приезжали дети. Благодаря неимоверным усилиям Соньки, ей удалось, наконец, собрать всех троих вместе, а заодно зазвать пару маминых школьных подруг.

Варька считала себя героем — сейчас она не только ехала сама, но еще везла с собой доктора и собаку, таким образом, она перевыполняла план по посетителям, и родители должны были остаться довольны. По дороге Варвара купила бутылку оливкового масла холодного отжима, и Артем, по ее совету, взял хризантему в горшке — Дарья Сергеевна не любила срезанных цветов.

— Ты тоже масло привезла? — удивилась мама, поцеловав Варьку при встрече.

— Почему «тоже»? Я просто привезла. Ты же мне написала?

Мать на этот вопрос туманно промолчала, и, чтобы сменить тему, спросила Варьку:

— А кого ты еще привезла?

— Познакомься, это Артем, когда я вывихнула руку, то попала ночью на прием к нему.

— Ах, этот твой вывих! — всплеснула руками мать и бросилась в атаку на Артема. — Там же ничего страшного? Да?

— Все будет хорошо, — успокоил Дарью Сергеевну Артем.

— Надеюсь, вы любите торт «Наполеон»? — с едва уловимой угрозой в голосе произнесла мать. — У нас он сегодня на десерт! — тоном, не терпящим возражений, добавила она.

Это было фишкой ее родителей — при встрече гостей сразу выдвигать ультиматум: либо сидишь до десерта, либо повезешь свой паек домой. Мечта-идея накормить весь мир последовательно реализовывалась в этом доме. Но пока дальше семьи и знакомых родители не продвинулись.

На кухне витали изумительные запахи пирогов и борща — это были коронные блюда родителей. Варя увидела на столе еще две бутылки оливкового масла, а в дверях с третьей бутылкой в руках стояла Дарья Сергеевна.

— Не поняла? — изумилась Варька.

— Эээ, дочка, — замялась мама, — дело в том, что я по ошибке отправила это сообщение не папе, а всем в семье. Теперь у меня масла будет на полгода вперед.

— Вообще-то, я не удивлена, — вздохнула Варька. — Хорошо, какой у нас план?

— Доделываю соус для салата, ждем Сонечку, и садимся за стол.

Мать принялась колдовать над соусом, а отец за ее спиной начал делать Варьке таинственные знаки. Андрей Сергеич уже захватил в плен Артема и по этому поводу намылился пропустить пару стопочек в новой компании. Но без закуски план не работал, а мама просто не выносила, когда у нее из-под рук хватали еду. Требовался отвлекающий маневр, и осуществить его поручалось Варваре.

— Что за соус?

— Да вот, как раз с оливковым маслом, папе нравится. Но знаешь, он уже приелся как-то, чего-то в нем не хватает, — пожаловалась Дарья Сергеевна.

— Апельсиновый сок добавь, — немного подумав, предложила Варька.

Мать на секунду зависла, перестав смешивать соус ложечкой.

— Апельсиновый?

— Ну да, с лимонным будет слишком кисло, а апельсин смягчит вкус и добавит цитрусовый аромат, — авторитетно заявила Варька.

— Точно! — засияла мать. — Андрюша! Где у нас апельсиновый сок? Андрюша! — закричала мама на весь первый этаж.

Родители имели какой-то адский запас еды, которого хватило бы на содержание небольшой армии. Они честно каждый раз намеревались прекратить покупать продукты, но еда непостижимым образом скапливалась в холодильниках, морозильных камерах и шкафах. Отец зорко следил за тем, чтобы продукты использовались до истечения срока годности. Из-за этого она постоянно пытались накормить всех вокруг своим угощениями.

— Дашенька, сок в подвале! Только я не найду сам, — сказал, нарисовавшись в одно мгновение на кухне, отец.

Мама отложила ложку и помчалась вниз за соком, а Варька с отцом одновременно ринулись к холодильнику, чтобы стянуть оттуда что-нибудь на закуску. Карман отца подозрительно оттопыривался, и оттуда выглядывало горлышко плоской бутылки, предположительно от виски. Варька схватила кусок вареной колбасы, а отец — открытую банку оливок и нарезку ветчины. Теперь надо было ухватить хлеба и технично смотаться с кухни до того момента, как Дарья Сергеевна застукает их за «делом».

— Я же забыла, что у меня сок в холодильнике! — влетая в кухню, радостно сообщила мама. — А что это вы делаете? — спросила она изменившимся голосом. — Жрёте?!

Она уставилась на дочь и мужа, заподозрив их в намерении нахвататься кусков до обеда.

«Капец, попались! — с ужасом подумала Варька, — сейчас мать разорется!»

— Мама, Артем с ночной смены, он с вечера ничего не ел еще, — быстро нашлась Варвара. — Не ждать же ему, пока мы все соберемся!

— Не ел? С вечера? — замерла на пороге мать. — Так уже четыре часа дня!

Сзади нее неловко топтался Артем, сгорая от смущения. Мама повернулась и уставилась на него с недоумением. Варька сделала круглые глаза и умоляюще подняла брови, прося Артема взять ситуацию в свои руки. Но никаких действий с его стороны даже не понадобилось.

— Темочка, как же так? Вы же врач, вы должны хорошо кушать! Это просто безобразие! В стране не кормят докторов! На что смотрит руководство вашей больницы? Вам надо немедленно перекусить, Варя, ну что ты стоишь?

Варька поняла, что скандал миновал.

— Мы тебе не будем мешать, — елейным голосом пропел Андрей Сергеич, — пойдем в мою мастерскую, заодно покажу Артему свой самолет. Ты позови нас, когда приедет Сонечка и Алексей, хорошо?

И они втроем радостно умчались с кухни, прихватив еще тарелку всякой снеди и большой кусок еще теплого пирога.

Когда приехали Сонька с Алексеем, стол уже был почти накрыт, и мама хлопотала вокруг пирога с капустой. Варвара к тому времени уже эвакуировалась из мастерской, потому что у нее не было сил слушать в тысячный раз про то, как отец уже который год собирал свой радиоуправляемый самолет. Артем наелся и разомлел под действиями винных паров, и был готов слушать Андрея Сергеича весь вечер, поэтому Варькин побег остался практически незамеченным. Она отправилась на кухню к матери, где та немедленно вручила ей нож и посадила чистить редиску.

Софья, пыхтя, взгромоздила на стол пятилитровую канистру с оливковым маслом и довольная, плюхнулась рядом с сестрой.

— Вот, ты масло попросила купить, я решила, что лучше сразу взять канистру — теперь тебе надолго хватит!

Варвара ехидно посмотрела на мать, но не стала ничего говорить.

— Спасибо, Сонечка, — смущенно пробормотала мама и постаралась побыстрее убрать канистру в кухонный шкаф. Варька бросила взгляд в его недра и увидела там годовой запас масла.

После обеда Варвара предложила собрать паззл. Эта идея витала у нее уже давно — еще в прошлый новый год они подарили маме огромный набор, до которого никак не доходили руки. Но отец с Лешкой мрачно отвергли предложение, зато мама пришла в восторг. Артем, Сонька и мамины подруги согласились присоединиться.

— Давайте каждый возьмет себе по горсти паззлов, и сядем за столом. Так мы не будем друг другу мешать, — начала руководить процессом Сонька.

Она отмерила всем по кучке картонных кусочков, Артем выразил желание собирать свои фрагменты на полу, а остальные расселись по разные стороны стола. Этот стол был семейным достоянием — огромный и массивный, он занимал половину гостиной. За ним могли при желании уместиться человек пятнадцать. Непонятно, зачем родителям был такой монстр, но мать категорически отказывалась от него избавиться. В семье он нравился только ей и Дэфе, которая обожала под ним лежать.

Сонька с матерью азартно критиковали идею отца насчет Килиманджаро, подруги дружно поддакивали, Артем тихо копался со своими паззлами на полу, а Варька снова принялась думать о своем будущем. Слава богу, что мать ничего не спросила ее насчет работы. Врать, что все у нее в порядке, она не хотела, но и расстраивать родителей — тоже. Лучше обо всем сказать, когда новая работа уже будет найдена.

Варвара заметила, что за столом все молчат, и вынырнула из своих мрачных размышлений.

— В чем дело? — поинтересовалась она.