Питер под углом семь градусов

* * *

— Ну, это только ты могла вывихнуть себе руку таким нелепым образом! Я не удивлен, — констатировал Тимофей, выслушав рассказ Варьки. — Ты не можешь просто упасть и удариться. Тебе обязательно надо обставить вывих совершенно невообразимыми обстоятельствами, до которых-то и додуматься в здравом уме было бы нельзя!

Разговор происходил на следующий день вечером. Они встретились в кафе на Третьяковке, где Варвара в узком кругу друзей еще раз переживала события вчерашнего нападения. На работе за день по чистой случайности ничего плохого не произошло. Их директора в срочном порядке неожиданно вызвали к учредителям компании, и он укатил туда с самого утра вместе со своим референтом. В отсутствие Людмилы Леонидовны офис воспрял духом, люди оживленно общались, слышался даже смех, а в воздухе витало ощущение праздника. Варька поняла, что сегодня ей удалось получить передышку, и сочла это справедливой компенсацией за вчерашние нервы.

— Я, что ли виновата? — обиделась Варька. — Как будто я этого бандита специально провоцировала на себя напасть! Мог бы посочувствовать, между прочим!

— Да я сочувствую, — без всяких эмоций в голосе возразил Тимофей, — просто ты, как всегда, отличилась. Придумала весьма своеобразный способ получить травму — пострадать, спасая жизнь бандита, который до этого напал на тебя.

— Согласна с Фомой, — кивнула головой Софья. — Ты даже руку вывихнуть по-простому не можешь! Такое могло случиться только с тобой!

Отчасти это было правдой — Варвара постоянно попадала в нелепые или курьезные ситуации и часто получала небольшие травмы — растяжения, вывихи, трещины в костях и даже сотрясения мозга. Друзья уже привыкли спасать Варьку и были в любой момент готовы бежать с ней в больницу, в травмпункт или просто в ближайшую аптеку, чтобы оказать ей первую помощь.

— Зато этот маньяк теперь сядет далеко и надолго, а не будет грабить женщин, — возразила Варька.

— Ценой твоей пострадавшей руки, заметь, — уточнил Тимофей.

— Оно того стоило, — упрямо мотнула головой Варвара. — И потом, я даже на время забыла про свои проблемы на работе. Это тоже многого стоит.

— Что, так все плохо? — сочувственно спросила Варвару ее лучшая подруга — Катька Нечаева.

— Думаю, что надо уходить, — ответила Варвара на вопрос подруги.

— Чем планируешь заняться? — поинтересовалась она. — Придумала?

— Не знаю, хотелось бы такое место, где все бы зависело только от меня. Не хочу быть маленьким колесиком в длинной цепочке, где я ничего не могу поменять, — мрачно ответила Варька, разглядывая кофейную гущу на дне своей чашки.

— Тогда тебе надо работать на саму себя, — подал голос Тимофей. — Подумай, что у тебя лучше всего получается? И двигайся в этом направлении.

— Тоже мне, гуру, — усмехнулась Катька, которая никогда не пропускала случая поспорить с Тимофеем. — Если бы это было так легко, то все бы так и делали. Или ты думаешь, людям нравится быть бухгалтерами, например, или убирать улицы?

— Ну, мне, например, нравится моя работа, я выбрал занятие себе по душе, — возразил Фома.

— Знаешь, за такие деньги, что тебе платят, мне бы любая работа нравилась!

— Да перестаньте вы спорить! — одернула их Варька. — Я не знаю, чего хочу. Нет у меня никаких особых дарований, — вздохнула она.

— Неправда! Как минимум одно есть! — возразила ей Софья. — Ты прекрасно ладишь с людьми и заводишь знакомства. Посмотри, сколько у тебя друзей! И ты со всеми умудряешься поддерживать отношения. Я даже завидую тебе — у меня так не получается.

— А еще ты прекрасно улаживаешь чужие проблемы! — добавила Катька. — Правда, ты всегда находишь способ решить мой вопрос, каким бы сложным он не оказался! Проверено лично! — авторитетно добавила она.

— И на какую работу я могу с этими способностями претендовать? — ехидно спросила Варька.

— Ну… — растерялась Катька, — ну…

— Вот именно, — усмехнулась Варвара. — Видите, этот дар пока никакой пользы мне не принес. Так что давайте будет думать о чем-нибудь более приземленном!

* * *

Скандал разразился неожиданно, хотя рабочее утро началось самым привычным образом. Варька пришла на работу немного раньше, налила себе кофе, и села просматривать почту. Потом она перебросилась новостями с коллегами в ее комнате, и даже успела поговорить с Артемом, который позвонил, чтобы узнать о ее руке.

— Болит, и отек не спадает, — бодрым голосом сообщила Варвара.

— Если завтра ничего не изменится, приезжай в воскресенье в больницу, будет моя смена. Надо твою руку посмотреть, — предложил Артем.

— Хорошо, — согласилась Варька.

В этот момент в комнате возникла Людмила Леонидовна, и Варвара с сожалением свернула разговор. В комнате возникло напряженное молчание, и все углубились в свои мониторы, лишь бы не встречаться взглядом с Ильиной.

— Шевелева, — надменно произнесла помощница директора, — я не вижу вашего отчета! Он должен был еще вчера быть у меня в папке на столе!

— Вчера утром я сдала распечатанный отчет вашему ассистенту. Спросите у нее, куда она его дела, — спокойным голосом ответила Варя.

«Хотя современные люди уже давно пользуются таким способом передачи информации как электронная почта», — хотела добавить, но лишь позволила подумать про себя Варя.

Ей, и правда, не о чем было волноваться, ведь она подготовила и сдала его вовремя. А куда уж его положила сотрудница секретариата, Вари не касалось.

— Я, Варвара Андреевна, без вашего совета обойдусь, — довольно резко ответила ей Ильина. — Отчета нет!

— В таком случае, я его сейчас распечатаю и принесу. Через пару минут он будет у вас.

— Я же просила сдать его еще вчера! Вы не выполняете поручения генерального директора! Я обязательно доложу об этом Александру Владимировичу.

— Хорошо.

Варьке вдруг стало совершенно все равно, что скажет или сделает Людмила Леонидовна. На самом деле, она понимала, что Ильина преувеличивает силу своего влияния на директора. Масленников не был идиотом, и наверняка поймет, что предложения Варвары стоящие, и к ним надо присмотреться.

— В смысле — хорошо? — опешила Ильина. — Хорошо, что вы не выполнили распоряжение директора? Вы отдаете себе отчет, что сказали?

— Вполне, — холодно ответила Варвара. — Людмила Леонидовна, через две минуты у вас будет отчет, который вчера потерял ваш секретариат, и вы потом можете докладывать Александру Владимировичу все, что считаете нужным. Я могу вернуться к своей работе или у вас еще есть ко мне претензии?

Ответом Варе была гробовая тишина. Ильина из комнаты испарилась, а коллеги даже боялись произнести какие-то слова. Быть свидетелем скандала с участием Людмилы Леонидовны, да еще такого, в котором не она взяла верх, было весьма опасно для любого сотрудника их офиса — Ильина была мстительной и могла сжить со свету кого угодно.

— Ну, ты даешь! — вполголоса, наконец, произнесла Ирка Коренева, подъехав на своем стуле к столу Варвары, когда та вернулась из секретариата, куда относила злосчастный отчет.

— Мне наплевать, — железным голосом произнесла Варвара, хотя на самом деле внутри у нее все тряслось от возмущения. — А что, со стороны это как выглядело?

— Мощно, — немного подумав, ответила Ирина. — Но, может, еще обойдется?

— Не думаю, Людмила не такая. Дождется удобного момента и всадит нож в спину, — мрачно заявила Варвара.

— Эх, — только и сказала Ирка. — Что ж теперь делать?

— Буду новую работу искать, вот что. Надоело все.

— Где ее найдешь, эту работу! И потом, у тебя же отлично все получается!

— Именно это и не нравится этой гидре. А мне надоело терпеть ее упреки. Если генеральному важнее секретарша, а не специалист, то пусть с ней и продолжает работать, — зло бросила Варька и повернулась к своему компьютеру, заканчивая этот разговор.

— Как рука-то твоя? — участливо спросила вдогонку Ирина. — Болит?

— Пройдет, — бодро ответила Варька. — Это ерунда! Он бы мог меня ножом пырнуть, так что я легко отделалась, считай. Спасибо моей девочке — это она меня спасла.

— Да, с такой защитницей тебе просто повезло! — согласилась Ирка и вернулась к своим отчетам.

Варвара с улыбкой посмотрела на экран своего монитора. В качестве заставки на нем стояла фотография Дэфы в забавном «тюремном» костюмчике, который Варьке привез Тимофей из Сан-Франциско. Дэфа обожала наряжаться и всегда с боем «сдавала» одежду в стирку. Несмотря на свой капризный и хитрый нрав, собака обожала Варвару, боготворила ее и всеми возможными способами показывала свою любовь. Улыбнувшись, Варька стукнула пальцем по клавише, и фото собаки свернулось, уступив место текстовому документу с коммерческим предложением для потенциального клиента.

Прозвенел телефон, Варька подняла трубку:

— Шевелева слушает, — заученной фразой начала она разговор.

— Варвара Андреевна, вас вызывает генеральный директор, — пропищал в трубку голос Людмилиной ассистентки.

— Все, — театральным голосом произнесла Варька в пространство, положив трубку на аппарат.

В комнате все дружно посмотрели на нее. Коллеги без длинных объяснений поняли, о чем речь. Варвара машинально прихватила блокнот и ручку, хотя писать правой рукой у нее пока не получалось, и выдвинулась из комнаты.

— Идущие на смерть приветствуют тебя, — услышала она за спиной историческую фразу, произнесенную голосом Федьки Лукьяненко.

«В точку», — подумала Варвара и направилась в сторону дирекции.

Варьке нравился офис их агентства — в нем было много общих территорий, большие рабочие залы и очень впечатляющая приемная генерального директора — большая, с окнами-витринами, зоной ожидания и красивой стойкой, за которой восседали Мадам Дракон и две ее помощницы-гидры. Зайдя в секретариат, Варвара с удивлением увидела в нем много людей — за круглым столиком ожидали начала совещания несколько консультантов и руководителей, а у самой стойки обретались главный юрист, технический директор и пара человек из бухгалтерии.

Людмила Леонидовна сделала вид, что не заметила Варьку. Она увлеченно о чем-то разговаривала с Лидией Петровной, юристом агентства. Остальные копошились в документах на стойке, разбирая корреспонденцию по своим отделам.

«Ну, и слава богу, — подумала Варвара, — может, еще обойдется».

Она прошла к группе коллег, расположившихся в зоне ожидания.

— Всем добрый день! — поздоровалась Варвара. — Вы к Александру Владимировичу?

— Да, у нас совещание через пару минут начинается, — кивнул ей в ответ на приветствие начальник аналитического отдела, Дмитрий Пастерский. — Ты с нами?

— Наверное, да, — улыбнулась Варвара, — вызвали только что.

— Как твоя рука? Болит? Слушай, какая у тебя собака — герой! — коллеги начали наперебой расспрашивать ее об инциденте и хвалить Дэфу. Молва о приключениях Варвары еще вчера разошлась по всему офису.

— Прошу тишины! — раздался строгий голос Ильиной.

Однако, не настолько строгий, каким она позволяла себе говорить с Варей. Все-таки, в приемной сидели начальники отделов. И хоть с ними Людмила Леонидовна тоже старалась выдерживать определенную дистанцию, чтобы подчеркнуть свое высокое положение, но, все же, не столь существенную, как с такой «выскочкой», какой она считала Варвару.

В приемной возникла небольшая пауза, и стало слышно, как Людмила Леонидовна говорит своей собеседнице:

— Леночка проходила собеседование на общих основаниях! Теперь у нее все окончательно утряслось — и профессия прекрасная, и жених ее обожает, а теперь и работа высокооплачиваемая есть. В отличие от многих современных молодых женщин, она знает, как устроить свою жизнь. А то ведь знаете, как сейчас бывает — ничего не хотят они, кроме мимолетных связей. А потом к тридцати годам в их сторону уже никто и не смотрит.

«Это камешек в мой огород, — поняла Варвара. — Пусть развлекается, мне наплевать».

— А потом заведут себе собаку или кота, и носятся с этими уродами, как идиотки. Думают, что это их семья, — насмешливым тоном продолжила Ильина.

— Да, хочется о ком-нибудь заботиться, вот и заводят питомцев, — поддакнула Лидия Петровна немного неуверенно.

— А еще возьмут этих страшилищ — бойцовых собак, — передернулась Ильина, — смотреть на них противно. Как их только можно любить! Недаром их собаками-убийцами называют. Я бы запретила эти породы, это же опасно для окружающих!

Лидия Петровна согласно покивала головой.

— Надо быть совершенно без мозгов, чтобы взять такую собаку в дом! Видимо, отсутствие внимания со стороны мужчин заставляет этих неудачниц выбирать такие агрессивные породы. Это, наверное, комплекс неполноценности они так компенсируют! Я бы таких собак отстреливала, а хозяек — лечила! — авторитетно заявила Ильина и многозначительно замолчала.

В приемной возникла неловкая пауза. На работе все знали о Варькиной собаке и многие даже были с ней знакомы — Варвара привозила Дэфу на корпоративные пикники, и там сотрудники весело гоняли с собакой по полю, играли с ней в «канатик», кидали ей мячики и активно фотографировались. Слова Людмилы Леонидовны были прямым оскорблением и самой Варвары, и ее Дэфы. Но, поскольку формально никаких имен названо не было, то придраться к словам Ильиной никто не мог. Тем не менее, коллеги старались не смотреть в Варькину сторону, испытывая стыд за слова Людмилы.

Но она не замечала их состояния, не до того было — глаза Варвары заливала пелена гнева. Она вспомнила, как самоотверженно бросилась Дэфа на бандита, защищая ее, как лизала ей лицо, когда прибежали люди, и у Варьки от облегчения потекли слезы. А по дороге в отделение милиции Дэфа ехала в машине рядом с ней, и положила Варе лапу на плечо, всем видом показывая, что та находится под ее, Дэфиной, защитой.

— Это вы меня имеете в виду, Людмила Леонидовна? — вдруг громко и отчетливо произнесла Варвара.

На нее вдруг снизошло спокойствие. Варя поняла, что сегодня работает тут последний день, а посему стоит высказаться обо всем, что она по поводу Ильиной думает. И пропади все пропадом, но молчание будет предательством по отношению к ее собаке!

— Ничего я такого не думаю о вас, Варвара Андреевна, — холодно ответила Ильина. — С чего вы взяли?

Но по ее голосу было понятно, что она не ожидала такой смелости от Вари. Обычно все колкости и выпады сходили Людмиле с рук.

«Но не в этот раз», — мрачно решила Варька.

— Я не замужем, у меня нет ребенка, и есть стаффордширский терьер — собака бойцовой породы. Вы, видимо, замечательно разбираетесь в чужих комплексах неполноценности, но не хотите обращать внимания на свой!

— Что вы себе позволяете, Шевелева?! — опешила Людмила, даже привстав со своего кресла.

— То же, что и вы! Высказываюсь по поводу неудачниц, но на профессиональной почве! Видите ли, — голос Варвары зазвенел от напряжения, — некоторые женщины не могут смириться с тем, что кто-то может быть умнее их и заниматься интересной работой, а не носить кофе в кабинет шефу двадцать лет подряд. И поэтому они завидуют всем, кто хоть чуточку превосходит их по образованию. Они пытаются добиться уважения, занимаясь интригами, и находят в этом удовольствие, но на самом деле работают в окружении коллег, которые их ненавидят.

— Что? — Ильина покрылась красными пятнами, растерялась и выглядела очень глупо. — Вы что себе позволяете, Шевелева?!

— Правду, Людмила Леонидовна, — спокойно ответила Варвара, — а что же еще? Должен же вам кто-то ее сказать. Так вот — вас в агентстве все ненавидят и боятся. А я — нет.

Ильина медленно поднялась с кресла, скомкала в руках какой-то листок бумаги и вдруг пронзительно закричала:

— Во-о-о-н! Пошла вон отсюда, хулиганка!!!

— Нехватка образования у вас с лихвой компенсируется жаждой власти. Надеюсь, ваш руководитель это тоже когда-нибудь поймет. Счастливо оставаться! — она кивнула головой замершим в смятении коллегам.

В оглушительной тишине Варька медленно положила блокнот на стол, туда же — ручку, сняла с блузки бейдж со своим именем, и спокойно отправилась на выход. Краем глаза она заметила откатившуюся дверь в кабинет генерального директора и его застывший на пороге силуэт. Но ей уже было все равно — сейчас она поедет домой и завалится спать. А рядом под боком будет сопеть горячее плотное тельце в полосатой толстовке с глупой надписью «Я люблю Сан-Франциско».

* * *

Как ни странно, но спала Варвара прекрасно, и утром субботы проснулась довольно рано — отдохнувшая и спокойная. Решение было принято, она уволилась, и теперь надо стряхнуть с себя все сомнения и переживания и думать о будущем. О нем, кстати, стоило подумать уже сегодня. Ведь впереди маячил платеж за квартиру, а затем одна за другой шли оплаты по нескольким кредитам, и их ни в коем случае нельзя было просрочить. Конечно, всегда можно было стрельнуть взаймы у Тимофея или попросить в долг у Соньки. Но это было лишь временным решением — деньги потом надо будет возвращать, а это значит, что она только глубже зароется в долги.

Быстро погуляв с собакой, Варька принялась готовить завтрак. Обычно по субботам она готовила себе что-нибудь экзотическое, необычное. Ей нравилось начинать выходные с красивого завтрака, с ароматным кофе, свежевыжатым соком и вкусной булочкой, но сегодня ей было не до сантиментов. Сегодня на завтрак она жарила прозаическую яичницу и все время думала о том, что ей теперь делать. Неопределенность ситуации выводила ее из себя. Яростно и неловко орудуя вилкой в левой руке, она раскромсала и развезла яйца по всей сковороде, изуродовав свой завтрак до неприличия. На тарелку пришлось высыпать какие-то ошметки вместо яичницы. Посмотрев на свою еду, Варвара расстроилась.

«Надо взять себя в руки и провести выходные максимально эффективно — отдохнуть, отвлечься, повидаться с друзьями. К маме надо съездить, — вспомнила она, — а с понедельника начну поиски работы!»

К моменту, когда она, наконец, добралась до своего лицея на Мосфильмовской, где была назначена встреча выпускников, Варвара успела провернуть кучу дел — встретилась с двумя подружками с прошлой работы, забежала на выставку кактусов с Катькой, которая обожала эти растения и десятками разводила у себя дома. Затем она заехала в гости к однокласснице, где они вдвоем постригли ее карликового пуделя по кличке Найс, что должно, по идее, означать «хороший», но на деле пес был злобным и истеричным. Оттуда Варьку забрал Тимофей, и они поехали в автосалон, где провели тест-драйв новой модели Ауди. Фома подыскивал себе новую машину и внимательно прислушивался к мнению Варвары — она отлично разбиралась в автомобилях, прекрасно водила машину и могла толково проанализировать плюсы и минусы каждой модели, проведя за ее рулем совсем немного времени. В итоге, Варька эту машину забраковала как неподходящую ему по стилю вождения. Тимофей вздохнул, смирился с тем, что его ждет, как минимум, еще один тест-драйв в ближайшем будущем, и после этого они отправились в свой лицей.