Лучший из худших-2

Что самое хреновое, я понятия не имел, что же это за зверь тут порезвился. В уме не укладывалось, что наши российские мишки, росомахи, да хоть уссурийские тигры — если их сюда занесло, способны вытворять такие злодеяния.

Да и звери ли вообще? Взять, к примеру, это жилище: да, дверь эти железнодорожники не заперли, но ведь она открывается не внутрь, а на себя, то есть нужно взяться за ручку, потянуть… Много ли лесных обитателей, что смогут так сделать? Если мишка, то как минимум цирковой, из тех, что на велосипеде ездят.

Допустим, в порядке бреда: какая-то зверюга смылась из передвижного цирка и теперь наводит шорох по округе… Но я ещё раньше сделал вывод, что тварь была не одна.

Ерунда какая-то… Ладно, сейчас попробую снять трубку и дозвониться. До кого? Да вот по барабану, лишь бы на том конце провода сообразили, что тут творится лютый п…ц и приняли меры.

Взгляд случайно упал на фотографию в рамочке, стоявшую на столе. На ней была изображена улыбающаяся пара, скорее всего, эти двое погибших. Похоже, муж и жена.

Ну вот… одной семьёй стало меньше на свете. Надеюсь, у них нет детей, которые в одночасье бы стали сиротами.

Телефон… телефон… Хватит отвлекаться на посторонние вещи, надо снять трубку и позвонить.

У аппарата не было ни кнопок, ни круга для набора. Либо соединён напрямую с единственным абонентом, либо соединение идёт через коммутатор.

Я поднёс трубку к уху. Гудков не было.

Может, сделал что-то не так, попробую снова. Но вторая попытка тоже не привела к результату. Телефон был мёртв, как и его хозяева.

Это, блин, что — диверсия? Или случайное совпадение, хотя в такие вещи верится слабо. Оно, конечно, всё в жизни бывает, но чтобы сразу…

Гадай — не гадай, пользы для дела никакого. А мне надо понимать, что делать дальше.

Места здесь глухие, в доме обязано быть оружие — охотничья винтовка, например, может, что-то ещё. В идеале пулемёт и ящик гранат, но я бы на это не рассчитывал.

Стараясь как можно меньше вступать в кровь и не оставлять лишние следы, я приступил к поискам. Скорее всего, то, что мне нужно, лежит в одном из сейфов. В первом только какие-то бумаги: рапорта, отчёты, накладные и прочая бесполезная хрень.

Второй оказался заперт, да и выглядел он гораздо солидней. Габариты вполне позволяли хранить ружьё в разобранном виде.

Вот только ключика у меня не было, да и ремеслом «медвежатника» я не владел. Идею попробовать открыть сейф с помощью выстрела из винтовки, я сразу отклонил как бесполезную — это в кино ловко получается, а я бы по закону подлости только бы заклинил всё и сделал ещё хуже. Да и почему-то в фильмах напрочь забывают о таком явлении, как рикошет.

Нет, не умеешь — не пытайся.

Гораздо проще и перспективнее поискать ключ.

Но и тут меня ждал полный облом. Я обшарил всё, что только попадало в поле зрения, но ничего не нашлось. Видимо, ключ хранился в каком-то особом месте, каком-нибудь тайнике — если стану проводить обыск по полной программе, застряну здесь до морковкиного заговения.

С момента, как я отправился за винтовкой, прошло часов двенадцать, у меня осталось двое с половиной суток, чтобы вернуться. Вроде много, но это лишь на первый взгляд.

Единственный плюс — мужчина-таки оказался вооружён, у него при себе оказался полностью снаряжённый револьвер наган. Уже что-то.

Мертвецу он, увы, не помог, а вот мне окажется весьма кстати. Я забрал себе эту карманную «артиллерию».

И тут новая неприятная мысль кольнула голову: как так — тварь ломится к тебе, ты вооружён, но не оказываешь сопротивления. Спрашивается, почему?

И те грибники — они тоже безропотно отдали свои жизни, а ведь у всех были ножи или кинжалы. Не оружие массового поражение, но тоже кое-что.

Может зря качу бочку на зверюшек? Местная фауна здесь ни при чём, а всё дело рук человеческих? На свете столько психов разных мастей, у какого-то сорвало крышу, и он пустился во все тяжкие. Однако не весь мозг оказался набит опилками, соображалки хватило на имитацию под диких зверей.

Почему-то в последнее верится меньше всего.

Определённо это не люди, здесь орудует какая-то тварь, вернее, твари. Сколько их, пока не могу сказать, но точно больше одного.

Исходя из увиденного, можно предположить — они очень быстрые, когда нападают, то не оставляют жертве ни малейшего шанса. Допустим, именно так те хищники разделась с грибниками. Но вот на полустанке не всё так просто: если открыли дверь на себя, значит, умеют размышлять, тут не просто инстинкты, что-то гораздо круче. А ещё… и тут мне совсем поплохело, что если эти убийцы — невидимки.

И тогда для них не составляет большого труда подобраться ближе к жертве.

А вот это уже совсем «горячо», Ланской. В той методичке, что мне давали в поезде, описывались такие невидимые крайне агрессивные существа. Смущает, правда, что отсюда до «Объекта-13» отнюдь не рукой подать, не одна сотня вёрст расстояния.

Но что если был прорыв? И эти невидимки смогли проникнуть на земли, дотоле считавшиеся безопасными.

Только не это… Подумать страшно, сколько жертв ещё окажется у них на пути, особенно, если никто не в курсе о прорыве.

Телефон мёртв, я в этом убедился. Иного способа связи у меня нет. Получается, что сообщить могу только лично. Вопрос — как?

Обстановка в доме с покойниками действовала на меня гнетуще, я вышел наружу, чтобы подышать свежим запахом и избавиться от липких ароматов смерти.

Хорошо, что не курю, иначе понадобилась бы не одна пачка.

Пока понятно одно: твари не задерживаются на одном месте — убили и пошли дальше. Иначе меня бы ждала засада. То есть тут я уже могу ничего не опасаться.

Забаррикадироваться, ждать проходящего поезда? Это не МЦД, тут каждые пять минут составы не ходят. Может и раз в сутки проскочить.

Да и противно как-то, не по мужски. К тому же, пока я тут «кукую», погибнут другие люди.

Я снова вспомнил красные сапожки девочки. Даже закусил губу от злости, представив, что среди жертв могут оказаться и другие дети.

Я буду последним долбоё…м, если позволю, чтобы это произошло. Их жизни окажутся на моей совести. Да я потом лучше сам на шее удавку затяну, причём без мыла.

Сидеть нельзя, надо действовать, только пока неизвестно как.

Угнаться за тварями не получится — даже если вычислю направление, всё равно они перемещаются гораздо быстрее меня, поэтому я всегда буду приходить слишком поздно.

Тут я снова обратил внимание на сарай, к которому почему-то были подведены рельсы.

Движимый наитием, пошагал к нему, соблюдая все меры предосторожности — вдруг одна из тварей отбилась от стаи и сидит где-то здесь. Становиться для неё лёгким перекусом — не комильфо.

На сколоченных из досок дверях сарая висел массивный замок. Я сначала замахнулся прикладом, чтобы сбить его (дурацкие штампы из кино — оружие ведь может и пострадать), потом вовремя опомнился, нашёл подходящий камень и с его помощью решил проблему.

Внутри меня ждал воистину царский подарок — ручная дрезина.

Не надо иметь семь пядей во лбу, чтобы научиться управлять этим агрегатом, главное — что вполне реально управиться в одиночку.

Понятно, что всю дорогу придётся «качать помпу», но лучше плохо ехать, чем хорошо идти.

Осталось только выбрать направление.

Я прикинул: по всему выходит, что ближе всего добраться до своих. А там фон Тизенгаузен найдёт способы поставить местные власти в известность. Пусть принимают самые масштабные меры, вплоть до прочёсывания лесов. Хотя главное — предупредить население об опасности.

Заодно подумаю, как поквитаться с киллером. Рано неуважаемый Арнольд списал меня со счетов, я ещё покажу ему почём фунт изюму. Не знаю пока как, но что-то обязательно придумаю.

Погрузив на дрезину все свои немудрёные пожитки, я повесил винтовку на шею так, чтобы в любую секунду можно было открыть из неё огонь, выбил «башмак» из-под колеса, запрыгнул на тележку, поплевал на ладони и схватился за ручку. Эх, жаль что один, второй «штык» мне бы не помешал — с ним дело пошло бы куда веселей.

Рывок, ещё рывок… дрезина со скрипом тронулась и покатилась.

Я заранее перевёл стрелку так, чтобы мы выехали на нужный путь.

С Богом!

Готов натереть ладони до кровавых мозолей, лишь бы успеть сообщить о новой напасти людям.

Тележка медленно, но верно набирала ход. Постепенно ускоряясь, она уходила всё дальше и дальше от обители покойников.

Единственное о чём я пожалел сейчас — то, что не надел на себя один из ярких жилетов. В нём меня было бы видно за версту. Но… умная мысля, как это часто бывает, пришла ко мне чересчур опосля, когда возвращаться уже не имело смысла.

Вместе с этой, уже бесполезной, пришла и другая идея. Для поиска невидимок придуманы специальные гаджеты — что-то вроде приборов ночного видения. Только у меня при себе такого нет, а ведь наши пути-дорожки с этими тварями вполне могут пересечься. И лучше бы мне первым заприметить опасность.

Трюк с дополненным магией зрением я уже провернул. Что если попробовать снова прибегнуть к этому способу, правда, с некоторыми поправками?

Для этого мне понадобится источник маны. Где находится один из них я помнил. Теперь лишь бы не проскочить.

Глава 5

Зрительная память не подвела. Я стопорнул дрезину, подбежал к источнику (указательный палец по-прежнему лежал на спусковом крючке винтовки) и стал подобно насосу вбирать в себя ману. Эх, жаль, собственные резервуары малы, вроде кажется, что забит под завязку, но по факту это не так уж и много. Вот бы прокачать такой навык…

Ладно, за неимением гербовой, пишем на том, что попалось. Как говорится, и то хлеб.

В последний момент показалось, что сейчас «крышку» вышибет нахрен, и я просто лопну. Но вроде как обошлось. Нештатных отверстий в организме не появилось.

Жить стало лучше, но не особо веселей — я всё ещё помнил, что твари сотворили с людьми. Наверняка, есть и другие жертвы. Знают ли о них власти — вот в чём вопрос… Блин, почти по Гамлету.

Пока вбирал в себя магическое вещество, пару раз чуть не расслабил сфинктер. Реально страшно, когда ты один и без всякой страховки, а вокруг бродит выводок кровожадных страшилищ. Неизвестность пугает больше всего, трясёшься от каждого шороха, скрипа, шуршания… да вообще от любого звука, и потому ещё крепче вцепляешься в винтовку.

И это навязчивое желание пальнуть очередью по подозрительным кустам, потому что нет в тебе уверенности, что за ними никто не притаился.

Сделав важное дело, помчался назад к дрезине, словно за мной гнались. Запрыгнул на телегу, схватился за помпу и снова принялся наяривать, а самого трясло мелкой дрожью.

Нет, ребята, я не трус — но я боюсь. Только отбитые напрочь не имеют инстинкта самосохранения и хватают руками оголённые концы проводов высоковольтных ЛЭП. Иногда дуракам везёт, чаще — не очень.

Мне не стыдно признаться самому себе, что я поддаюсь панике, пугаюсь, дрожу как осиновый лист. Да, не геройский герой, что уж там…

Но при этом не впадаю в истерику, не катаюсь по земле с воплями и криками «мама, роди меня обратно!», не сучу и не дрыгаю конечностями, а, закусив губу, стараюсь трезво анализировать ситуацию и делать то, что должно.

Поверьте, это не так уж и просто, адреналиновый выхлоп такой, что физически ощущаю, как морда лица даже не краснеет, она горит.

Спасибо тем, кто придумал наш российский мат! Я мысленно извергаю тонны проклятий, закладываю такие сложные конструкции, что впору диву даваться от моих талантов в словесной эквилибристике.

Это помогает притушить внутреннее пламя, подавить панический настрой, сконцентрироваться на действительно важных вещах, которые помогут выжить и, надеюсь, спасти других людей.

Хватит, сука, думать только о себе!

Отмахав километр, вспоминаю, зачем собственно набирал ману. Сложно учиться новому в движении. Останавливаю дрезину на небольшом возвышении. Согласен, я тут как на ладони, но никакая зараза, кроме невидимки, ко мне и близко не подберётся.

Понятия не имею на чём основан принцип невидимости этих тварей. Авторы методички явно не хотели грузить читателей тем, что они считали ненужной информацией. Помню, читал в детстве отличную космическую оперу Сергея Снегова «Люди как боги», там были теоретические выкладки на этот счёт — чуть ли не гравитационные завихрения. Поможет ли это в моём случае? А хрен его знает.

Визуально этих страшилищ не обнаружить, но раз созданы специальные приборы, значит, каким-то иным способом вычислить невидимок можно. Как меня учили в школе и университете: любое движение по сути это тепло. Невидимки вынуждены передвигаться, если будут стоять столбом — какой тогда толк от их маскировки? Можно вечность прождать, пока добыча окажется в пределах цап-царапости, а как показали недавние события: эти твари не просто агрессивны, они ещё и сами проявляют инициативу, то есть атакуют жертву.

Дополню своё зрение чем-то вроде тепловизора. Это намного сложнее тех вещей, которые я делал недавно, и более энергоёмко, то есть маноёмко, если, конечно, такой термин существует. Если нет — чур, я первым придумал!

Калькулятор в мозгу сделал приблизительные расчёты: запас маны вылетит в трубу минут через сорок, край — час. Но можно снизить «дальнобойность» дополненного зрения, ограничив дистанцию работы раза в два. Полтора часа мне обеспечено — уже жирный плюс.

На этот раз у меня в багажнике уже есть кое-какой опыт, так что впустую мана не расходуется. Аккуратно лимитирую расстояние «тепловизора», чувствуя себя при этом хищником из одноимённого фильма. Очень, скажу, специфические ощущения, к которым ещё надо привыкнуть.

Мир вокруг приобретает дополнительные измерения и краски, появляется много нового: эта куча красных мельтешащих туда-сюда искорок — что такое?

Ядрён-батон, это муравейник с миллионом спешащих туда-сюда насекомых.

И сразу оформляется новая идея: понизить чуткость внутреннего прибора. Делать мне больше нечего, как реагировать на всякую мелочёвку, которой местность просто кишмя-кишит…

Невидимки — создания довольно крупные. Откалиброваться, к сожалению, не на чем, вернее, не на ком, поэтому делать приходится всё на глазок, то есть плюс жирный такой «тапок».

Новая картинка местности, уже не такая насыщенная тепловым излучением. Эх, надеюсь, что не перестарался, а то вот будет «смеху», если сейчас подойдёт невидимка и ткнёт в меня пальцем: «тебе водить». Короче, «обхохочешься»!

Поймал себя ещё на одном: оказывается, чем сильнее включаешь логику, тем меньше адреналинового выброса и, соответственно, страха. Всё-таки мы, люди, существа рациональные, от нашего «рацио», то бишь рассудка, многое зависит.

Едем дальше, хотя на руки скоро будет страшно смотреть. Вроде успел привыкнуть к физическим упражнениям, но к однообразной изнурительной работе ещё не приспособился. Мозолей появилось как у декханина, годами вкалывающего мотыгой.

Давай, Ланской, похнычь надо собой… Мозолей он, понимаешь, испугался. Это такая хрень по сравнению с мировой революцией и тем пиз…м, что меня окружает!

Я вцепился граблями в рукоятку «помпы». Ну, пошла, залётная: вверх — вниз! Вверх — вниз! Вверх — вниз!

Тупо, монотонно, но в этом тоже свои положительные стороны: могу сконцентрироваться на «тепловизоре».

Охвата в триста шестьдесят градусов уже не получается, но и сто восемьдесят уже ничего. Чтобы какая-нибудь гадина с тыла не подкралась, приходится регулярно оглядываться.

Пока что полёт идёт нормально, дрезина катится по рельсам. Бывает, конечно, сложновато, когда надо подняться в горку, однако я быстро насобачился — заранее набираю скорость и пролетаю большинство холмов с приличной скоростью. Зато, когда спускаешься, можно отдохнуть, дать рукам покою. Эх, «бицуху» себе накачаю — Шварценатор завидовать будет. Если увидит, конечно.

Занятно, с помощью моего внутреннего зрения вижу, как по венам и сосудам течёт кровь, прикольно наблюдать за этими своеобразными «приливами» и «отливами».

Тут поневоле станешь эстетом-визуалом…

Пока на всём пути не встречаю хоть какой-то крупной живости. Рискну предположить: она сейчас сидит по «домам», перепуганная появлением новых «царей горы». Если что, я не о людях и себе в частности, а о невидимках.

Эти твари растерзают кого хочешь, хоть разбуженного зимой и потому особо злобного медведя-шатуна.

Напрягаю память, вспоминая, какие ещё есть особенности у невидимок. Они довольно крупного размера: где-то со взрослого самца гориллы, обычно прямоходящие, но, когда требуется развить высокую скорость, передвигаются на всех четырёх.

Кожное покрытие лишено даже намёка на шерсть — чем-то внешность этих созданий напоминает кошачью породу «сфинксов». Насколько я понял, это связано как раз с тем, чтобы обеспечивать невидимость. Только котики-сфинксы милые и душевные создания, привязанные к своему хозяину, а невидимки — злобные агрессивные твари, у которых всё сводится к доминированию и уничтожению других видов. Тут они чем-то напоминают нас, людей. Если вспомнить, сколько бед мы натворили — невидимка покажется ручным хомячком. Одни мировые войны чего стоят…