Лучший из худших-2

Кострикин — и есть тот самый киллер, нанятый по мою душу. Доказательств у меня нет, но я его вычислил.

Агата Кристи, папа Шерлока Холмса и сценаристы всех серий про ментов могли гордиться мной. Я сделал то, чем обычно занимались их герои, причём на бегу: отыскал убийцу.

Что мне даёт это знание? Только понимание, кто мой враг. Я знаю его в лицо и больше не подставлю ему спину. Однако этого недостаточно, чтобы от него избавиться.

Одних соображений не хватит, чтобы Арнольдом занялись те, кому это положено по долгу службы.

Эх, ну где тот тип из охранки, что нагло пытается вербануть меня, когда он мне так нужен?! Отдал бы я ему Кострикина, пусть бы тогда крутил и вертел по своим каналам, чтобы выйти на заказчика.

Но это не мой вариант. Придётся справляться самому, без Гартинга. Тем более я кровно заинтересован в том, чтобы не только обезвредить киллера, но и заставить его выдать нанимателя. Посредник тот или нет — не столь важно. Я замотивирован по самое нехочу раскрутить эту цепочку до логического конца. Сами, всё сами, пусть и не с усами…

После таких мыслей, у меня словно открылось второе дыхание.

Теперь только бы найти винтовку и без приключений добраться к своим. Там будет проще. Котелок у меня варит и обязательно придумает план, как вывести Кострикина на чистую воду.

Я давно заметил, что многие солдаты общаются с оружием как с живым: называют ласковыми именами, обращаются с просьбами, ухаживают сильнее чем за девушками. Наверное, эти вещи возникли не на пустом месте.

Так что почему бы не прибегнуть к этой методе?

Где же моя родная и почти любимая штурмовая винтовочка, когда ты мне так нужна? Как тебя найти, в каком месте ты завалялась?! И на кого ж ты меня оставила?

Но это был глас вопиющего в пустоту.

Мироздание упорно не желало отзываться и давать ответы на мои вопросы.

Что ж… наверное, придётся действовать по старинке, путём тщательного осмотра местности. Благо, стало светлее и многое удавалось делать почти на бегу. Правда, совсем уж уходить в отрыв было нельзя — сломаю ноги и тогда всё накрылось медным тазом с большими ручками.

А ещё часа через три я понял, что не сработал очередной пункт, на который возлагались надежды.

Именно тогда провидение столкнуло меня с простым и не самым приятным фактом: выяснилось, что без приключений на сей раз мне, ну никак не обойтись…

Глава 3

Метрах в десяти от насыпи находилось болотце с мутной коричневой водой, оно было неглубоким, потому не могло скрыть трупы, плавающих в нём людей.

Сначала я замер: нет, не от страха перед покойниками — чего-чего, а за последнее время я столько всего насмотрелся, что мертвецами меня не испугать.

Даже отсюда можно было разглядеть, что эти несчастные погибли насильственной смертью, причём, судя по всему совсем недавно: несколько часов назад. Лица в крови, везде раны — такое чувство, что их рвали на части.

Потом лёгкий ступор прошёл, я подобрался поближе, хотя под ногами уже стало опасно хлюпать. Ничего страшного, сырые носки по сравнению с тем, что тут произошло — факт, недостойный упоминания.

Среди погибших не было ни одного человека в форме, самые обычные мирные граждане: трое мужчин, одетых как грибники в армейские плащ-палатки и сапоги броды, неподалёку валялись перевёрнутые корзинки, сплетённые из прутьев. Женщина в тёмной вязанной кофте поверх платья, на голове косынка. Что хуже всего — ребёнок, девочка лет десяти. Её рваные колготки и красные детские сапожки никогда не исчезнут из моей памяти.

Быть может, это одна семья… Люди пошли в лес, по грибы или ягоды, на них напали. Жестоко убили, а потом бросили в это болотце.

Я прикинул: оно находилось так, что даже если бы я не спал на посту, его бы не заметил.

Вокруг было много следов, и большинство из них совсем не напоминало человеческие. Будь я биологом или, на крайний случай, охотником — наверное, мог бы определить, что за тварь или твари их убили. Медведи, волки, рыси… да мало ли хищных животных водится в наших лесах.

Лично мне отпечатки лап мало о чём говорили. Хотя… я помню, какие следы оставляют собаки, как-никак когда-то у нас дома жил ротвейлер Мишка, обязанности по его выгулу лежали на мне. Так вот — эти следы совсем не напоминали собачьи, то есть волков отбрасываем сразу.

И ещё смущало нехарактерное даже для хищников поведение — ну какого хрена, скажите пожалуйста, медведи или рыси поволокут жертв к этому болоту? Такое ощущение, что делалось это сознательно, правда, с неведомыми мне мотивами.

А может в болоте живёт какой-нибудь крокодил? Да ну нах! Это уже перебор какой-то. Нечего им здесь делать, климат не тот.

Как же мне поступить? Конечно, надо сообщить о происшествии — но пока вокруг не наблюдается ни одной живой человеческой души. Больше ничем помочь покойникам я не могу, даже смысла выволакивать из болота нет — пусть полиция разбирается, что здесь произошло и проводит следствие по всем правилам.

Не совсем по-христиански вроде получается, однако выбора всё равно нет.

Тут до меня дошло — что если загадочные убийцы находятся где-то рядом? У меня при себе из оружия только ракетница. Наверное, пристрелить из неё пару тварей получится, но патронов всего три штуки, если эти существа охотятся стаей — меня это не спасёт.

Придётся заняться мародёрством. Сломав ветку подлиней я подцепил ей один из мужских трупов и подтянул поближе. В лес люди пустыми не ходят. На огнестрел рассчитывать нечего, но кинжал или нож вполне реальны.

Я не ошибся, у мужчины к ремню брюк был приторочен кожаный чехол, из него торчала костяная рукоятка охотничьего ножа. Странно, конечно, что он им не воспользовался — видимо, атака была столь внезапной, что мужчина не успел достать кинжал и попробовать защититься.

Уровень опасности вырос в моих глазах сразу на сто процентов — надо постоянно быть настороже.

Да уж… не было печали. Просто удручающая ситуация. Может, плюнуть на всё и побежать назад, к составу? Хотя… ждать меня никто не будет. Предполагается, что доберусь на перекладных, наш состав — не единственный, что здесь ходит.

Да и неприятных последствий всё рано не избежать. Чего я сильней опасаюсь: встречи с неведомыми кровожадными существами или трибунала? По всему выходит, что трибунала. В случае, если нарвусь на тварей, есть шансы отмахаться.

Ставки сделаны, ставок больше нет. Чапаю дальше, найду винтовку — шансы выжать значительно увеличатся, у меня появится огнестрел и полный рожок патронов. Огневой мощи хватит, чтобы разделать под чистую шайку любых хищников. Да они сами перепугаются — что-то мне прежде не доводилось слышать, чтобы звери храпом пёрли под автоматы.

С другой стороны, не так долго я жил и не так много видел.

Чехол с кинжалом сменил владельца. Тот факт, что у меня появилось надёжное средство защиты, приободрил меня и усилил оптимизм. Ничего, русский «авось» подвести просто не может, на нём целая страна держится.

Бдительность, Лан, бдительность.

Темп, правда, пришлось снизить: теперь я тщательно вслушивался в каждый посторонний звук, анализируя сама по себе ли треснула в лесу сухая ветка или кто-то тяжёлый наступил на неё или сломал. И что могло спугнуть стайку мелких птах метрах в ста от меня — точно не моя поступь иноходца…

Слава богу незамеченным к насыпи не подобраться, подходы к ней зачищены, так что если меня вздумают атаковать, какая-то фора, пусть даже небольшая, у меня будет. Успею среагировать.

Эх, хорошо быть летучей мышью и иметь внутренний радар. Он бы мне сейчас ой как пригодился.

Стоп… Я, конечно, не летучий мышь и даже не «бэтман», но по идее что-то похожее придумать можно. Только, чтобы осуществить задумку, понадобится мана… Немного, хоть чуть-чуть. Много захапать позволить себе не могу, когда «сожгу» — будет такой откат, что бери меня голыми руками.

Вот жеж колдунство проклятущее! Не могли придумать способ гасить долбаные откаты?! Из-за этого приходится принимать неимоверные муки, после которых вообще жалеешь, что связался с магией.

Но сейчас я готов рискнуть.

Федя, Федя, где ты, Федя? Тьфу блин, до чего липучая фраза из «Комедии строгого режима»! Мана, мана, где ты, мана? Ну-ка, сволочь, покажись!

И «сволочь» не подвела — неподалёку от насыпи в воздух бил лёгкий и воздушный «фонтанчик», в самый раз для меня.

Заправив «бак», я заметно повеселел.

Так, Ланской, представь себе, что ты большой ходячий мышь, засоряющий эфир, исходящими от тебя волнами. Волны отражаются от предметов, создавая тебе дополнительную визуальную картинку, призванную дополнять то, что ты видишь глазами.

Попробуем?

Будь я опытным магом, у меня получилось бы гораздо быстрей, да и столько бы маны не сгорело зря.

Во всём нужна сноровка, закалка, тренировка. Хотя, нет, в данном случае закалки не надо — и без того в лесу достаточно прохладно.

А ману пришлось пополнять — первоначальный запас улетел в никуда моментально.

Чем сильнее я с ней упражнялся, тем больше начинал понимать принципы управления. Без хорошей фантазии тут не обойтись, но эта фантазия не должна быть абстрактной, она обязана иметь конкретное прикладное применение, иначе ты зря портил магическое вещество.

В какой-то степени работа с маной напоминает инженерные процессы: расчёты, прикидки, мысленные чертежи. И чем выпуклее продуманные тобой детали, тем ближе к твоим «хотелкам» конечный результат.

Не удивлюсь, если у императора за плечами какой-нибудь политех…

С подключённой дополнительной картинкой идти стало гораздо быстрее и удобней. Теперь я мог не отвлекаться на посторонние шорохи и не вертеть головой во все стороны — внутренний радар давал яркую картинку на триста шестьдесят градусов и бил где-то метров на двести.

Он же мне и помог отыскать потерянный «винтарь». Изобретение гениев из КБ Мосина валялось на куче гравия и призывно манило к себе.

Я сам не заметил, как перешёл на быстрый шаг, а потом сорвался и побежал.

Вот она, винтовка моей мечты. Да я последние несколько часов думать не мог ни о чём другом, кроме как о тебе!

Я был готов расцеловать этот кусок штампованной железяки со всех сторон, облызать каждый квадратный сантиметр, прижать к сердцу как самое дорогое в моей жизни.

Наверное, ничто и никогда не радовало меня больше, чем эта находка.

Руки от возбуждения тряслись, я перестал себя контролировать. Я сделал это, нашёл пропажу!

Всё остальное показалось мне таким пустяком и тленом, что и размышлять об этом не хотелось.

И всё-таки я заставил себя провести тщательный осмотр винтовки.

Спасибо вам, отцы-создатели русской школы огнестрельного оружия! Вы всегда творили чудеса. Ваш гений создаёт вещи, которые в огне не горят и в воде не тонут.

Слетевшая с платформы винтовка не просто уцелела, даже приклад не поцарапался, а магазин не сломало и не заклинило. И выглядела она совсем как новенькая.

Господи, как же мне повезло, что именно я нашёл тебя, а не кто-то другой случайно наткнулся и приделал тебе «ноги»! Какое же это счастье!

И счастье вдвойне, что в магазине тридцать боевых патронов. Этого хватит, чтобы покрошить в капусту любого врага.

Я снял винтовку с предохранителя и перевёл на стрельбу одиночными. Больше шансов не отправить пули в «молоко» или зачем-то нашпиговать мишень, хотя одного попадания было бы вполне достаточно.

В эту секунду я ощущал себя богатым как Крез. С винтовкой, ракетницей и кинжалом я был готов противостоять хоть целой армии.

У меня ещё оставалось немного маны, и я потратил весь её запас, чтобы понять, что находится у меня впереди и позади, и в какую сторону идти предпочтительнее. На сей раз мой «радар», прежде чем вырубиться, взял расстояние побольше, где-то на километр.

Работал он всего пару секунд, но этого хватило, чтобы понять — в направлении, противоположном тому, откуда я шёл, что-то вроде полустанка. Скорее всего, мой состав там не останавливался, проскочив на ходу. Зато другие могут и притормозить, тем более, если удастся договориться со смотрителем. Он может подсадить меня на попутный поезд, тогда я быстрее доберусь до своих, уложившись в трёхдневный лимит.

Решение было принято, я пошагал к полустанку, прикидывая аргументы в разговоре. Понятно, что никакого дула в упор или лезвия к горлу. Если человек не поймёт слов, у меня при себе была вся сумма денег, которую дали бабушка с дедушкой. Я её даже потратить не успел, только отдал долг Санникову. А больше возможностей распорядиться деньгами не было.

Доброе слово, подкреплённое баблом, действует не хуже похожей комбинации, но с пистолетом, и приносит гораздо меньше неприятностей.

Полустанок не выглядел заброшенным, с каждым шагом я всё сильнее ощущал запах дыма, курившегося из трубы единственного жилого строения, не считая будки туалета чуть в стороне. Кто-то топил печку.

Вообще супер! Глядишь, сговорюсь на кормёжку. Сухпай я рачительно решил пока не тратить. Мало ли что ждёт впереди.

Полустанок состоял из жилого дома, упомянутого выше туалета типа сортир и сарая, к которому почему-то были подведены рельсы. Интересно, что там такое хранят?

В такой глуши обитатели просто обязаны быть людьми нервными и появление вооружённого незнакомца вряд ли сильно обрадует. Учитывая, что на мне форма, могут принять за дезертира.

Чтобы не устраивать неприятных сюрпризов себе и аборигенам, я заранее предупредил криком с максимально доброжелательными интонациями:

— Добрый день! Пожалуйста, не надо меня бояться — я не причиню никакого вреда!

Возглас не подействовал. Из дома не раздалось ни одного звука.

Странно, все ушли на фронт что ли? Или по грибы-ягоды… По идее такого быть не должно, кто-то же должен присматривать за всем этим железнодорожным хозяйством, какой-нибудь дежурный. Ведь не зря тут полустанок поставили…

Хотя, это ж Россия-матушка, тут всякое раззвездяйство в порядке вещей.

И всё-таки мне всё меньше и меньше нравилась эта тишина. Было в ней нечто зловещее, пугающее. Казалось, что от дома исходят эманации зла, я вдруг ощутил. Как вся кожа на мне холодеет и покрывается пупырышками.

— Есть кто живой?! — ещё раз, для очистки совести, крикнул я.

Однако живые предпочитали молчать.

— Хорош прикалываться, честное слово!

Может, зря я так дрейфлю? Народ вполне мог сам напугаться меня, потому и затихарился.

Нет, тут что-то другое, причём нехорошее. Я уже привык доверять своим ощущениям, потому загнал патрон в патронник и положил палец на спусковой крючок, хотя в душе молил, чтобы моя предосторожность оказалась ненужной.

Подошёл к дому и не обнаружил в нём ничего страшного, заглянул в окно. Сквозь мутное стекло ничего толком разглядеть не получилось.

Дело ясное, что дело тёмное, и пока сам не разберёшься, останешься в непонятках. А разбираться придётся.

— Хозяева, кто не спрятался, я не виноват! — вздохнул я и, подойдя на ватных ногах к двери, потянул за металлическую ручку.

Глава 4

Дверь оказалась не заперта, препятствий, чтобы войти, не возникло. Но лучше бы я этого не делал. И без того стал свидетелем большого количества насильственных смертей, а тут моя «копилка» просто переполнилась: ещё два трупа, мужчина и женщина. Оба в железнодорожной форме, на представителе сильного пола вдобавок накинута ещё и кислотно-зелёная жилетка.

И опять же обилие рваных ран по всему телу: словно какой-то зверь вгрызался в тело, норовя отхватить кусок побольше. Кровь, много крови — она покрывала собой пол, стены, заливала неприхотливую мебель: рабочий стол с телефонным аппаратом, продавленное кресло, диван на подломленных ножках, несколько металлических сейфов.

Мужчину смерть застала во время дежурства. Об этом свидетельствовала его жилетка. Женщину растерзали во время сна: она так и осталась лежать на диване в позе калачиком. Сам диван, как и её тело, оказался располосован — похоже, коготки у неведомой зверушки ещё те.

Кровь ещё не успела свернуться и высохнуть, значит, убийство произошло недавно. Я ещё сильнее вцепился в приклад винтаря: а ну как тварь, что это сделала, спряталась где-то тут и в любой миг выскочит на меня? Правда, места тут — двоим не развернуться, но кто знает, насколько гибко это существо… Вон, кошки даже в трёхлитровой банке способны уместиться, а ведь не скажешь, что мелкое животное.

Я простоял в напряжённой позе пару минут, вслушиваясь в каждый звук или шорох, но ничего, кроме сонного жужжания мух, не доносилось до моих ушей. Только потом, сделал шаг к столу. Всё внимание было сосредоточено на коробке телефона — это, какая-никакая, связь с внешним миром. Произошло явно нерядовое событие, надо сообщить об этом, вызвать помощь. Понятно, что этим несчастным уже не поможешь, но смерть угрожает другим людям, которые живут в округе.