Помоги проекту - поделись книгой:
– Не получится, – бывший стражник оценил свои силы и покачал головой. – Мне тебя не обхватить, а значит, и не бросить нормально.
Как же быстро он сдался. Все-таки жизнь с минимальным количеством миров, похоже, наложила на Питера свой отпечаток. Ну да ничего, я еще его перевоспитаю.
– А если ты бросишь вот это копье? – я достал стальную пику, отлитую еще во времена, когда я в будущем вооружал для захвата миров свои армии Зла. – А я просто встану на него. Поверь, я не упаду, а тебе всего лишь нужно будет удержать равновесие и вложить побольше энергии стихий в бросок.
– Так смогу! – Питер яростно закивал и выхватил копье у меня из рук, примериваясь к его весу и форме.
Как только оно расположилось горизонтально, я тут же запрыгнул на него – пусть теперь привыкает к нам обоим. Кстати, стоять на копье не так уж и трудно: пожалуй, держать равновесие в бою, когда на тебя со всех сторон давят чужие стихии, даже сложнее. А тут: одну ногу на древко, вторую – на само острие, поймать баланс… Конечно, в полете моего умения цепляться даже за такие маленькие плоскости оказалось бы недостаточно, да один встречный поток воздуха не оставил бы мне и шанса добраться до цели. Но для борьбы с этим у меня было кое-что другое – моя защита. Я создал пирамиду из энергии Обмана и Зла, но на этот раз не просто расположил ее вокруг себя, а провел одну из граней прямо по копью. Так, чтобы оно тоже как будто бы стало частью меня.
– Полетели! – Питер, наконец, понял, что готов, размахнулся, а потом запустил копье точно в цель.
И это было круто! Давно я не летал, и сейчас смотреть, как с огромной скоростью я приближаюсь прямо к цели – это было просто прекрасно. Пирамида рассекала воздух передо мной, добавляя копью еще больше скорости, и в итоге, когда я достиг крыши желтого дома, следом за мной шла как будто целая ударная волна. Грохотало знатно, а стекла разлетались на три этажа вниз.
– Подкрепление вызывали? – оказавшись над крышей, я спрыгнул с копья, ухватил его правой рукой и резко направил вниз, втыкая в бетонное перекрытие дома.
Так я и себя затормозил, и ударной волной расчистил пространство под ногами от возможных сюрпризов, и, конечно, добавил эффектности своему появлению. Вышло неплохо, как минимум два стражника-духа, до этого наседавших на лысого мужика в инвалидной коляске, сразу повернулись ко мне. А вот я сейчас больше смотрел на их противника. Все-таки нечасто встречаешь в мире богов инвалидов, да еще таких, что могут даже в таком ограниченном положении хоть немного продержаться против стражников Каррии. И не важно, что сейчас они не сами себя контролировали, а выполняли команды сидящих внутри духов лорда Руби.
Вот и сейчас лысый потратил меньше секунды, чтобы посмотреть на меня, а потом воспользовался моментом, чтобы врезать по подставившимся противникам. Его глаза закрылись, в воздухе мелькнул огромный двуручник, который старик удерживал только лишь силой мысли, и оба стражника обзавелись парой крупных порезов на спинах.
– Я бы бил сразу насмерть или не бил вовсе! – стало интересно, как старик отреагирует на мои слова. Все-таки лысая башка, двуручный меч – уж больно мне это напоминает одного старого знакомого. Конечно, стоит получше присмотреться к лицу, и становится понятно, что это точно не Дэвид. Совсем не похож… Но этот старик уже и так сумел привлечь мое внимание.
– Лично я считаю, что если можешь бить хоть как-то – бей! – мечник ответил мне хриплым голосом, и надо было признать, что его мысль была не хуже моей. Более того, я сам не раз следовал этому правилу.
– Значит, бей хоть как, ослабляй врага, а там, может быть, и разберешься? – я сделал пару шагов вперед, оценив, что раны на спинах совсем не мешают стражникам-духам. Ну да сами обладатели тел сейчас ничего не решают, а призракам плевать – им надо лишь любой ценой выполнить приказ, и тогда, как они верят, им позволят вернуться к обычной жизни.
– И разберусь! – лысый старик тряхнул головой, видимо, забыв, что уже давно лишился своей шевелюры. – Думаешь, не справился бы и с этой парочкой?
Тут я заметил, что недалеко от инвалидной коляски лежат еще два уже мертвых стражника, и градус уважения к старому воину – а в том, что это именно воин, я теперь не сомневался – подрос еще больше. Кстати, то, что такого человека, вернее, бога никто не вылечил, а вместо этого засунул в район для бедняков, дает мне еще одну возможность для того, чтобы нарастить влияние. В моем положения любая ошибка местной власти становится возможностью показать себя. Главное, не просто говорить, а делать. Но всему свое время.
– Ты? Точно бы справился, – я как раз подошел вплотную к стражникам и начал про себя считать секунды.
Две – на то, чтобы безболезненно обменяться ударами, пока мой уровень наполнения энергией стихий был ниже. Еще две – чтобы снести головы моим противникам, пока они меня не обогнали и не затянули бой. Вроде бы получилось достаточно красиво – я даже не замедлил свой шаг. Прошел мимо упавших тел и остановился прямо перед взлетевшим и перегородившим мне путь мечом. Лысый старик явно не собирался мне доверять, и я, кажется, понимаю почему. Он был не один: на дальнем конце крыши прятались человек десять, которых, как оказалось, он все это время защищал.
Пять мужчин, неумело сжимающих мечи. Ну, что можно взять с обладателей всего пары алтарей, которым они, скорее всего, достались по наследству. Вот пройди они через мясорубку судьбы вроде той, что ждала каждого в наше время – и большая часть из них уже бы умерла. Зато оставшиеся точно бы не прятались за спиной ветерана, а встали бы рядом с ним… Впрочем, эти меня не интересуют. Взгляд скользнул дальше. Еще один старик – это уже настоящий, его спутница с трясущимися руками и головой. Потом молодая женщина с двумя девочками – и у этих глаза тоже горели, совсем как у старика-воина.
– Семью защищаешь? – мой щит не давал мечу инвалида добраться до меня.
Тот попытался сжать кулаки, чтобы усилить натиск. Пальцы впились в борта его инвалидного кресла, на лбу забилась жилка, но сколько бы старик ни давил, щит-пирамида спокойно держал удар. Похоже, когда в сражении со стражниками он мог использовать свой опыт и мастерство, это позволяло ему держаться. Я же не оставил ему и лазейки, превратив все в голое мерение силой, и тут у него не было ни шанса.
– Сестры моего товарища, боевого, старшая уже самостоятельная, а вот младшие – еще самые настоящие дети… После войны Смерти присматриваю за ними, – старик понял, что продавить меня не получится, и отступил. Меч продолжал висеть в воздухе, но атаковать инвалид больше не пытался. Просто смотрел на меня, а иногда еще на поле перед городом, откуда до сих пор доносились вспышки от схватки Карика и троицы лидеров Сопротивления. Кстати, кажется, они как будто немного выдохлись, а это значит, что скоро битва подойдет к концу, и мне надо бы закругляться.
– Значит, прошел войну между Атоном и старухой, – я обрадовался возможности еще больше узнать об этой части истории Каррии. – Явно был хорошим воином. И почему тебя тут бросили? У вас так принято или это раны, нанесенные Смертью, которые нельзя вылечить?
– Если знаешь про раны, то чего спрашиваешь? – старик оскалился, показав слегка заостренные зубы. А ведь по расе он точно не совсем человек. – Тогда я лишился десяти миров, а потом и ног. Увы, даже демиург не мог ничего с этим поделать.
– И тогда он просто бросил тебя? – надавил я.
– Он не бросал меня! – старик чуть не перешел на крик, а девушка, до этого стоявшая позади, подбежала к нему и обняла, пытаясь успокоить.
– Всем ветеранам предложили жилье в среднем городе, – выпалила она. – Но капитан Харт сам решил жить с нами, чтобы выполнить данное моему брату обещание.
– Когда жизнь теряет один смысл, надо найти другой? Хоть какой, чтобы продолжать держаться? – я не укорял, просто старался разбередить старую рану. Потому что чем ярче этот старик и его семья осознают то, через что проходят, тем больше их поразит то, что я хочу сделать. Если, конечно, у меня получится… Но к черту сомнения: в будущем я уже не раз видел, как мои стихии взаимодействуют с другими, с той же Смертью, так что я почти уверен, что мой план сработает.
– Да, я живу ради них! И умру ради них! Кто бы ты ни был, чужак, что бы ни задумал, хватит играть! Или сражайся, или вали отсюда! – старик снова угрожающе поднял меч. Кажется, он дошел до кондиции.
– Что ж, ты правильно сказал, пора переходить к делу, – спокойно кивнул я, а потом вытащил из невидимого кармана тело мертвого гоблина.
Одной рукой бросил его на землю, второй, перехватив косу, пробил ему брюхо и засунул внутрь мешочек с необходимыми для создания кадавра реагентами.
– Поднимись! – моя сила наполнила мертвое тело, и гоблин с пустыми глазами вскочил рядом со мной. Кстати, кажется, я оказался прав насчет его природы: энергия Зла текла по его жилам, как будто те были специально для нее созданы. – Сдерживай этих, чтобы не мешали, – я указал гоблину на толпу гражданских, которых защищал безногий старик. – Но никого не убивай!
Ветеран попробовал достать моего кадавра своим мечом, когда тот бросился вперед, но я блокировал его удар. Пусть не отвлекается – именно я буду его противником, пусть и ненадолго. Пришлось выложиться, чтобы справиться с этим и последующими атаками – лысый старик, как оказалось, не просто болтал все это время, но еще и копил силы. Вот только это ему не помогло: натиск его я все равно выдержал, а потом уже сработало то, что у меня в подчинении были целые миры. Я быстрее накопил энергию для новой атаки и, создав пирамиду из Зла и Обмана и повернув ее острием вперед, со всей силы врезал по мечу старика. В итоге тот не смог удержать его, и опасная железка улетела с крыши куда-то вниз.
– Капитан Харт… – до меня донесся голос девчонки-подопечной, но я не обращал на него внимания, и зря. Забыл, что доведенные до отчаяния люди и боги могут решиться на совсем уж безумные поступки. – Я отдаю вам свои миры и алтари, только справьтесь с ним!
Старик тут же создал новый клинок уже из чистой энергии и снова атаковал меня, но на этот раз я почти на него не смотрел. Пара миров не даст достаточно силы, чтобы пробить мой щит, а вот то, что передача алтарей возможна, я хотел увидеть своими глазами. Девушка, чей голос я только что слышал, упала на колени, у нее из горла текла кровь, но она держалась изо всех сил, чтобы не потерять сознание и увидеть, как я паду. Наивно, глупо… Но, черт побери, меня это зацепило. Словно опять почувствовал что-то знакомое.
– Старик, не хочешь вернуть девушке ее алтари? – я смел все собранные капитаном Хартом силы, выбил его из коляски и прижал к земле. Совсем как недавно во время допроса прижимал стражника-духа.
– Я не могу! – тот яростно покачал головой. – Это ее дар! Стихия Света – только она так может, я – нет… Вернее, могла – она отдала мне все силы и теперь стала обычным человеком.
Я понял, почему так легко справился с этим воином – тот просто неожиданно понял, что лишился той, ради кого жил. Потерял цель, и это ударило его сильнее, чем потеря ног. А я снова столкнулся со стихией, которая была прямо противоположна моей. Искреннее самопожертвование – тот же Бо, когда создавал Свет в наше время, наверно, даже не подумал, что у этой стихии есть такая сила. Как красиво, как глупо и в то же время как впечатляюще.
– Еще ничего не кончено, – я нахмурился и перешел к тому, что, собственно, с самого начала и собирался сделать. Правда, после последних событий совсем не хотелось превращать это в шоу. Но надо… – Сейчас я вылечу тебя… А что касается идиотки, которая отдает все силы, даже не разобравшись в ситуации, ее мы тоже снова сделаем богом.
– Его не вылечить… – девушка снова выплюнула сгусток крови, переводя взгляд с меня на старика. – Сила Смерти не лечится.
– Ее не спасти… – забавно. Она ответила за капитана, тот за нее. – Людей нельзя сделать богами…
– Еще раз, – я тяжело вздохнул. – Я – Кот, говорят, что я настоящий Избранный и для меня нет ничего невозможного!
Глава 7. Солнечная
В ответ на свое имя и позаимствованный титул я услышал лишь несколько ироничных вздохов. Да, порой в чудо людям поверить сложнее всего.
– Не шевелись, – я продолжал прижимать старика к крыше, но теперь не страховался второй рукой от возможных сюрпризов, а протянул ее к его ногам.
Как мне кажется, тут все очевидно. Почему раны нельзя излечить? Потому что, как говорят местные, они достались Харту от удара стихией Смерти. Вот только весь мой опыт прямо-таки кричит о том, что прошлое не может определять будущее напрямую.
– Не пробовал искать целителя, но не говорить ему, что твои раны нанесены Смертью? – я погрузился в свои ощущения, но продолжал говорить. Это отвлечет и капитана, и остальных от того, чтобы решиться на глупости.
– Пробовал, – Харт практически выплюнул это слово. – Все наши рано или поздно пробуют все доступные методы, но ничего не работает. Смерть есть Смерть.
Я невольно улыбнулся. Да, будь это иначе – было бы забавно. Раны, которые не исцелить, потому что никто не верит, что это возможно. Но увы, все сложнее. Тут не вопрос веры, а это может означать только то, что в ране должно быть что-то другое, поддерживающее ее неизлечимость. И, учитывая единственную стихию, с которой местные не могут справиться, это действительно может быть только она, Смерть. И сейчас именно ее проявления я и ищу.
Кажется, что-то есть. На самой границе моего стихийного зрения я словно почувствовал какое-то шевеление, но мне не хватало мощи моих семи алтарей, чтобы разглядеть больше.
– Гоблин, – я позвал своего помощника. – Новая команда: если кто-то пошевелится, убивай!
Сейчас я планировал собрать все свои силы и вложить их в пелену Зла, а это значило, что меня будет слишком просто достать. Слишком мало свободных сил для защиты от потенциального нападения. Так что пусть кадавр будет готов самым жестоким образом пресекать даже попытку вмешаться в происходящее. Так и местные вряд ли дернутся, и мой гоблин в случае чего будет действовать эффективнее. А собой я рисковать точно не собираюсь.
Убедившись, что пока мне ничего не грозит, я снова приготовился к погружению в свои силы. Золотистый каркас пирамиды из Обмана, добавить туда всю доступную мне стихию Зла, а потом уменьшить плотность до самого минимума – именно так работает моя самая сильная способность истинного зрения, позволяющая видеть суть вещей. Когда-то я подсмотрел ее у народа гарпий, и она уже много раз помогала мне раньше. Так вышло и сегодня. Стоило только собрать побольше сил, как я смог увидеть то, что искал. Остаточный след стихии Смерти.
Он выглядел как желтая корочка, налипшая на старые раны. Но не это было самым страшным – от места среза по всему организму лишившегося ног старика расходились такие же желтые капилляры. Словно Смерть использовала само тело для подпитки, чтобы не дать ему излечиться. Интересно – это заставляет предположить, что местные лекари просто слишком мало старались. Надо было наплевать на объект лечения, самую малость прибить его, чтобы Смерти негде стало черпать силу, а потом оживить… Впрочем, это не мой метод. И вовсе не из-за жестокости – на самом деле я бы с радостью попробовал и что-то подобное – просто из способностей такого плана у меня есть только самое обычное лечение, полученное еще в Колыбели. Конечно, в свое время я развил его настолько, насколько возможно, но все равно его потенциал был слишком ограничен. Без вложения стихии такое исцеление никогда не справится ни с чем серьезным.
К счастью, я стараюсь делать ставку только на то, в чем действительно хорош.
– Сейчас будет больно. Наверно… – я честно предупредил капитана Харта, а потом запустил по желтым линиям стихию Обмана.
Ведь в чем ее главная сила и уникальная особенность? Она извращает другие стихии. Так что, если я сейчас «испорчу» Смерть, то потом без нее, скорее всего, и вылечить рану будет совсем не сложно.
– Ар-р-р-р-р! – мой пациент заорал от боли, но, к его чести, явно сдерживался и даже старался не шевелиться. А потом и вовсе попробовал пошутить. – Щиплет! Сильнее, чем у обычных лекарей, так что, может быть, ты и в самом деле на что-то способен! Ар-р-р-р!..
Он снова закричал, но я лишь поддал жару. Стихия Обмана проходила через меня, а потом расползалась по телу капитана, выжигая Смерть. Кстати, интересно – почему она, когда вываливается из Астрала, зеленая? А когда что-то поражает, например, камни на мостовой или человека, желтеет? Или это уже не Смерть? Неожиданно в голову пришла новая мысль. Да, все начинается с нее, со Смерти, но что, если потом при касании того, что было создано другими стихиями, просто начинается реакция? Что-то вроде химической, и желтые отложения – это просто осадок. Но тогда они ведь перестают быть Смертью, а становятся чем-то новым?
Следуя за этой новой мыслью, я начал немного по-другому работать со стариком. Если изначально я представлял, как мой Обман изменяет Смерть, то сейчас поставил перед ним более общую цель. Изменить все, чего он коснется.
– Ах ты, мертвячий доктор! – капитан принялся ругаться еще забористее, чем раньше.
– Бо им в жо… – я чуть не присоединился к его крикам, но сумел сдержать их внутри себя.
Как оказалось, изменение подхода ударило и по мне – причем в прямом смысле этого слова. Каждое движение Обмана вперед словно молотом по колоколу заряжало мне по мозгам. Причем это было не что-то болезненное, но постоянное, к чему можно привыкнуть. Нет, желтая Смерть, или во что она там превратилась, огрызалась рывками, и паузы каждый раз были разными, словно специально не давая мне предугадать новую волну отдачи и подготовиться. Ох, как бы я хотел ответить на эти издевательства чем-нибудь грязным, ржавым и до неприличия зазубренным! Но увы, лечение – это не бой, это гораздо сложнее!
Единственным, что заставляло меня держаться, было то, что процесс сдвинулся с мертвой точки. Желтые отложения на ранах капитана начали осыпаться будто засохшая грязь, капилляры внутри его тела заходили как живые – я понимал, что смогу справиться, и продолжал бороться. Вот только при этом я еще и думал: оценивал скорость разрушения желтой субстанции, ее объемы… И очень быстро пришло понимание, что на полное излечение уйдет около часа. Если же я захочу добраться до самых дальних отростков этой гадости – а без этого, что-то мне подсказывает, об исцелении можно будет забыть – то, наверно, и того дольше.
– А столько времени у меня нет, – я бросил взгляд на поле за городом, где битва Карика и триумвирата почти полностью заглохла. – Да и не выдержу я столько эту пытку.
– Что? – капитан поднял на меня полубезумный от боли взгляд, и стало очевидно, что и он тоже не справится. Как это часто бывало до изобретения обезболивающих средств на Земле, он умрет не от самой раны или ее последствий, а просто от пошедшей вразнос нервной системы.
– Готов рискнуть? – я понял, что надо или отступать, или… И здесь мне нужно было согласие этого старика.
– Спроси ты меня о чем-то подобном в самом начале, я бы послал тебя! – когда я остановился, капитану стало немного легче, и он поспешил сплюнуть скопившуюся во рту кровь. – Но после того, что ты устроил… Да, я впервые почувствовал, как Смерть внутри меня дрожит от страха. Выжги эту заразу, даже если я сдохну!
– Дядя! – до меня долетел крик старшей из его подопечных, но я даже не обернулся.
Гоблин проследит, чтобы никто не вмешался, а мне стоит сосредоточиться на деле. Я снова принялся посылать в захватившие тело Харта желтые щупальца волны Обмана, но только для того, чтобы эта гадость поверила, будто я снова собираюсь ее выжечь. Вот только вместо этого я в итоге лишь ухватил ее покрепче да дернул изо всех сил. Со стороны это выглядело словно я вырвал кусок мяса из ноги несчастного инвалида, так что тот потерял сознание от боли. А вот через стихийную призму все смотрелось гораздо интереснее – я будто бы с корнем вырвал из старика заразу и сейчас держал в руке комок извивающихся змей, которые так и норовили то ли вырваться, то ли залезть уже мне под кожу. Только кто же их пустит.
Одна из способностей моего Обмана – умение превращать проявления чужих стихий в камень. Сейчас, когда желтые щупальца были не внутри тела и не могли себя подпитывать, процесс пошел довольно легко. Каменная корка сначала поглотила их снаружи, потом переварила изнутри, и вот у меня в руках оказался обычный булыжник. Вернее, почти обычный – при поглощении сильной стихии всегда был шанс создать ее гему, с помощью которой можно было бы потом усилить оружие или доспех. А может… Что для меня сейчас было бы важнее всего – прочитать название и узнать, с чем именно я столкнулся.
– Ну же! Всего один камушек! – я бросил обездвиженную стихию на землю, и та разлетелась на части, оставив после себя горстку мелкой пыли и маленький разноцветный кристалл, который я сразу же и подхватил. Неужели я сейчас узнаю, с чем мне пришлось иметь дело?
Казалось бы, меня постигла неудача – я увидел в кристалл-геме только уже известные мне стихии, которые были рядом в момент ее смерти, и ничего секретного – но я улыбался. Да, я не смог сразу узнать все тайны этого мира, однако это совсем нестрашно. Главное, я проложил себе дорогу – понял, в чем моя сила, смог победить Смерть, заявил о себе и, наконец, теперь знаю, чего именно мне не хватает, чтобы сделать новый шаг. Больше алтарей, больше силы, и тогда, узнав, что на самом деле происходит в этом времени, я смогу придумать, как извлечь из этого пользу.
– Отпусти ее, – я кивнул гоблину, который удерживал подопечную старого безногого воина. Впрочем, теперь он точно будет таким недолго. Я уже сейчас видел, как активировавшаяся в его теле регенерация, словно изголодавшись по работе, понемногу восстанавливала давно утерянные конечности.
– Дядя! Капитан Харт! – девушка, не глядя на меня, пролетела мимо и рухнула на колени рядом с товарищем своего брата. Кстати, интересно, а у них только семейные отношения или что-то еще? Впрочем, какая мне разница – главное, связь есть, и я ее учитываю при работе с ними.
– Санни, – старый вояка открыл глаза, сжал руку девушки, бросил удивленный взгляд на свои продолжающие отрастать ноги, а потом быстро посмотрел на меня. – Ты смог! Даже Атон, когда пробовал лечить своих командиров после войны Смерти, оказался бессилен, а ты смог!
– Это потому, что Атон был просто демиургом, не Избранным, – дверь на крышу распахнулась, и к нам присоединилась моя группа поддержки в лице Питера и Василия. Прекрасно, теперь в случае необходимости будет кому добавить пару штрихов к моему портрету.
– Избранный – это Карик, ты – не он! – Санни, как назвал старый вояка сестру своего погибшего друга, подняла на меня пышущий гневом взгляд. Кажется, она еще не поняла, что именно только что произошло, и считала меня лишь очередной неприятностью в их жизни. Большой, надоедливой и с очень большим самомнением… Как же я люблю разрушать подобное мнение о себе.
– Не знаю, сумел бы Карик победить Смерть, я о таком не слышал… А вот у него получилось, – Харт, приподнявшись на локтях, бросил взгляд вниз, где его ноги уже отросли ниже колена. Санни проследила за ним, а потом не удержавшись, ахнула.
– Прошу прощения! – она быстро склонила передо мной голову. Даже без техник Майи было очевидно, что в мою Избранность она пока не верит, но зато точно начала признавать мое право вести себя, как самая большая заноза в их жизни.
Кстати, теперь уже насчет моей собственной занозы – битва перед городом окончательно подошла к концу, и теперь Карик вполне мог нагрянуть сюда. А я пока еще не был готов к встрече с ним, так что лучше убраться отсюда как можно быстрее. Но уходить один я не собирался.
– Ты и ты, – я ткнул пальцами в Харта и Санни, – пойдете со мной.
– А если мы откажемся? – капитан еще не обрел ноги, но уже напрягся, явно готовясь к новому бою. И я вполне мог бы добиться своего силой, вот только зачем?
– Она – человек, – я напомнил, что Санни лишилась сил. – Вряд ли человек сможет выжить на задворках Каррии. Так что я беру ее с собой, потому что не привык бросать дела на полпути. А ты – тебя бы я бросил, ты уже скоро сможешь сам позаботиться о себе. Но ты ведь не откажешься оставить свою подопечную, вот я и предлагаю вам двигаться вместе.
– Цена? – капитан судорожно сглотнул.
А он мне нравится. Нет ни страха в глазах, ни паники – ему хватило силы воли, чтобы не делать глупости. И, более того, он оказался достаточно разумен, чтобы вспомнить, что ничего не бывает просто так. Вспомнил, но не начал возмущаться, а просто уточнил размер платы.
– Мне пригодятся опытные воины, и через тебя я рассчитываю выйти на других ветеранов войны со Смертью. Уверен, они не откажутся обменять свою верность на исцеление, – я ответил абсолютно честно. Разумные люди тем и прекрасны, что с ними можно не врать и не притворяться.
Впрочем, говорить правду и говорить всю правду – это все же разные вещи. Так, помимо всего прочего я рассчитывал при исцелении ветеранов добыть побольше гемм – если повезет, и доли стихий в каждой распределятся по-другому, то я вполне смогу узнать тайну разных цветов Смерти и без новых алтарей. Ну и, конечно, мне хочется пообщаться с этими людьми, послушать про последнюю войну – а то уж больно странно все выглядит в тех отрывках, что я уже слышал. Победил якобы демиург, но при этом сильнейшей стихией, которую все боятся, стала Смерть. А великий триумфатор потом и вовсе лишился жизни. Нет, тут определенно скрывается пара-другая секретов…
– Харт больше не будет сражаться, мы останемся здесь и справимся сами, – Санни попробовала мне возразить, но капитан сам перебил ее.
– Мы согласны и мы идем! – он сурово нахмурил брови. – Только нас не двое, а четверо…
Он кивнул на зажавшихся в углу девочек, младших сестер Санни – увы, от них мне не будет никакой пользы. Но если их не взять, то сотрудничество сразу зайдет в тупик. Так что проще будет немного потерпеть, в итоге сэкономлю гораздо больше нервов, а потом… Мне в любом случае надо будет собирать вокруг себя союзников, вот они и за мелочью заодно присмотрят.
Я помнил, что нахожусь в другом времени, что мне нужно достать силы, чтобы пробить путь дальше, к своей семье, и поэтому старательно загонял все эмоции подальше. Оставляя на переднем плане только логику и здравый смысл – к счастью, поступать как нормальный человек, а не как животное, очень часто бывает и логично, и разумно.
– Идем все вместе! – я решительно кивнул, отозвал кадавра-гоблина, а потом повернулся к Питеру. – Веди нас к тебе домой!
Бывший стражник сосредоточенно кивнул – он тоже понимал, что нам стоит побыстрее выбираться из зоны боевых действий, если мы не хотим отвечать на вопросы представителей власти. И только наш разросшийся отряд на всех парах поспешил к лестнице, я заметил, как в конце улицы появился Карик, открыл стационарный портал, и через него хлынул поток стражников. Они разбегались по ближайшим домам, то ли чтобы найти выживших, то ли чтобы прибить своих захваченных духами собратьев – в любом случае их было слишком много, чтобы мы могли себе позволить спускаться по лестнице. Так они нас точно догонят.
– Всем стоять! – я поднял ладонь. – Немного меняем схему движения. Питер, Василий, хватайте наше пополнение.
К счастью, мне не пришлось тратить время на объяснения. И бывший стражник, и дух были воинами и понимали, когда стоит болтать, а когда надо экономить каждое мгновение. Они молча закинули на себя всех, на кого я указал. Василию, который благодаря оболочке духа Зла был покрепче, достались Харт, еще не восстановивший до конца свои ноги, и Санни. Питер подхватил двух сестренок помельче – они сначала пискнули от страха, но, поймав мой взгляд, замолчали как кролики и лишь изо всех сил вцепились в своего носителя.
Поделиться книгой: