Помоги проекту - поделись книгой:
С открытием огня артиллерии подвижные группы прикрытия должны были выйти на передний край, а подразделения скрытно сняться со своих позиций и через Славянск отходить к Северному Донцу, на новый рубеж обороны.
Командиры полков и батальонов приступили к созданию в каждом батальоне 'подвижных групп прикрытия из числа отважных, дисциплинированных воинов — автоматчиков, истребителей танков и саперов. В большинстве своем это были коммунисты и комсомольцы дивизии.
К исходу 27 февраля части дивизии были готовы к выполнению боевой задачи. В 00 часов 30 минут 28 февраля артиллерия открыла массированный огонь в районах ложных атак. Залпы орудий служили условным сигналом к началу отхода.
В час ночи первыми начали выход из боя 170-й гвардейский стрелковый полк и 110-й стрелковый полк 38-й гвардейской дивизии. За ними, в 3 часа ночи, снялись со своих позиций 174-й гвардейский полк и 3-й артиллерийский дивизион 128-го гвардейского артиллерийского полка, в 6 часов утра — 172-й гвардейский стрелковый и 128-й гвардейский артиллерийский полки. В 9 часов утра группы прикрытия и все остальные подразделения отошли с переднего края обороны.
До 10 часов утра противник оставался в полном неведении относительно выхода дивизии из боя. Это позволило частям, сохранив полный порядок, организованно отойти на новый рубеж обороны.
Оборонительные бои в районе Изюма
К 6 марта 1943 года части 57-й гвардейской стрелковой дивизии заняли оборонительный рубеж по левому берегу реки Северный Донец. Для усиления в состав дивизии прибыли: 124-й гаубичный артиллерийский полк, 107-й минометный полк, 301-й гвардейский минометный полк и 4-й инженерный батальон. Это позволило командованию дивизии усилить огневую мощь стрелковых частей и в значительной степени упрочить их положение.
170-му гвардейскому полку (без батальона) с батареей 107-го минометного полка и пулеметным батальоном было приказано оборонять рубеж (иск.) Изюм, оз. Белое, высота 58,2 и не допустить прорыва противника со стороны Богородичное на Красный Оскол.
172-му гвардейскому стрелковому полку с батареей 107-го минометного полка, 334-м отдельным саперным батальоном ставилась задача прочно оборонять рубеж (иск.) высота 58,2, (иск.) Щурово и не допустить прорыва противника из района Маяки в направлении Красного Лимана.
174-му гвардейскому стрелковому полку с батареей 107-го минометного полка и 4-м инженерным батальоном приказывалось оборонять район Щурово, Брусовка, высота 47,6 и не допустить прорыва врага в направлении Красного Лимана (схема 5).
Приданная артиллерия была частично распределена по полкам, а основные силы оставлены в руках командира дивизии и включены в состав дивизионной артиллерийской группы.
Группировка частей дивизии обеспечивала отражение ударов противника на важнейших направлениях.
К 10 марта перед новыми рубежами обороны 57-й гвардейской дивизии действовали части из состава 333-й и 46-й немецких пехотных дивизий.
До 29 марта гвардейцы дивизии под непрерывной бомбардировкой вражеской авиации и методическим обстрелом артиллерии и минометов укрепляли свои рубежи и одновременно отражали настойчивые попытки немцев форсировать Северный Донец.
Учитывая то, что части 57-й гвардейской стрелковой дивизии в течение почти трех месяцев вели тяжелые наступательные бои, командир 6-го гвардейского стрелкового корпуса приказал командиру дивизии в ночь на 30 марта передать занимаемый район обороны частям 60-й стрелковой дивизии и отойти во второй эшелон корпуса.
В апреле 1943 года дивизия находилась во втором эшелоне корпуса в районе Красный Оскол. Части пополнялись личным составом, боевой техникой, вооружением, боеприпасами, продовольствием. В подразделения вливались свежие силы.
24 апреля 1943 года 57-й гвардейской стрелковой дивизии было вручено гвардейское знамя. В связи с торжественным вручением дивизии гвардейского знамени командир дивизии специальным приказом от 24 апреля 1943 года за № 24/4 поздравил весь личный состав дивизии. В приказе говорилось:
«Принимая торжественно гвардейское знамя, поклянемся Родине и партии в том, что в грядущих боях дивизия будет громить немецких захватчиков еще с большей силой, умением и упорством. Со знаменем Советской Гвардии дивизия должна пройти и пройдет сквозь дым и пламя войны до полного изгнания с родной земли немецко-фашистских захватчиков, до полного уничтожения врага человечества — гитлеризма.
Принимая гвардейское знамя, личный состав дивизии приносит величайшую благодарность нашей родной Партии, воспитывающей новых преданных народу гвардейцев.
Разрешите от всех гвардейцев дивизии заверить нашу Партию и Правительство, что гвардейское знамя, завоеванное кровью и мужеством всего личного состава дивизии, будем свято хранить, не щадя крови и жизни, не отдадим знамя врагу».
Командование и политический отдел дивизии вели большую работу по обучению молодых воинов, воспитанию в них высоких морально-боевых качеств.
Замечательно вел работу с новым пополнением парторг роты 170-го гвардейского полка сержант Михаил Федорович Абрамов. Он покорял сердца солдат страстной верой в скорую окончательную победу, молодым задором и светлой мечтой о будущей счастливой мирной жизни.
Беседуя с воинами, парторг вселял в них уверенность и силе своего оружия, воспитывал верность военной присяге, священную ненависть к фашистским захватчикам. Часто на беседах и собраниях роты выступали солдаты и офицеры, отличившиеся в боях за Родину, бывалые воины, которые делились с молодыми бойцами своими знаниями и боевым опытом.
На общем митинге, обращаясь к вновь прибывшим в дивизию солдатам и офицерам, отважные гвардейцы лейтенант Хикмат Шайдулович Каримов, гвардии сержант Василий Никифорович Самойлов, старшина Серафим Григорьевич Бабенко и солдат Николай Иванович Егоров с гордостью говорили:
— Вы пришли в нашу дивизию и стали гвардейцами. Будем бить врага так, чтобы он перед нами трепетал, чтобы он бежал от наших сокрушительных ударов. Не посрамим славы нашей дивизии! В решающих боях, как буря, как смерчь, обрушимся на проклятого врага и окончательно разгромим его.
На учебных полях круглые сутки шла напряженная учеба. Проводились тактические учения рот, батальонов во взаимодействии с артиллерией, танками и саперами. Проводились боевые стрельбы.
Высокое мастерство постигалось не сразу. Много дней учились молодые воины-артиллеристы быстрой и меткой стрельбе. Но большое старание и упорство приносили % хорошие результаты.
У одного из орудий коммунист орденоносец сержант Никифор Карпович Понаморев принимает экзамен у молодых солдат орудийного расчета. Взволнованный, вспотевший от напряженной работы рядовой Дмитрий Павлович Щербак вопрошающе смотрит на строгое, непроницаемое лицо Понаморева. Сержант отлично знает, что ученик ждет его оценки. Что же, сейчас он даст ее. Суровую, без всяких скидок.
— Здесь — фронт, — говорит он. — Если столько времени возиться, когда на тебя идут фашистские танки, — не успеешь сделать и одного выстрела. Раздавят тебя и пушку! Прорвутся! Ты понимаешь это? Быстроты у тебя нет. А навел ты хорошо, точно. — И вдруг, неожиданно для ученика, подал команду — Танки справа!
Щербак снова бросается к пушке. Его движения еще неловки, в них много лишнего. Но зато как он старается! Восемь часов ежедневно командир орудия готовит из молодых солдат, Д. П. Щербака и К. Р. Смирнова, искусных истребителей танков, воспитывает у них мужество, инициативу и хладнокровие. Их мастерство растет на глазах у командира.
Понаморев — отличный командир орудия и агитатор. Он учит свой расчет в совершенстве владеть боевой техникой, воспитывает у солдат мужество и храбрость. И трудно сказать, кто искуснее в этом человеке— командир или агитатор.
В минуты отдыха сержант рассказывает солдатам о боевых делах своих товарищей, о их героических подвигах.
— Когда немецкий танк ворвался на одну из улиц в Славянске и, остановившись, открыл огонь, — говорит Понаморев, — вот что сделал наш боец Василий Прохорович Бахарев. Он ползком добрался к стоящему рядом дому, забрался на второй этаж и швырнул в танк гранату.
Щербак вздыхает от переполняющего его чувства зависти и гордости за Бахарева.
— Вот это герой! — шепчет он.
Немного помолчав, Понаморев продолжает рассказ:
— Два раза был ранен в жарком бою сержант Иван Павлович Буклей. Но продолжал командовать орудием и громить фашистов… Запомните, товарищи, — человек сильнее танка. Человек видит все, танк — только перед собой. Солдат может укрыться, танку это недоступно. Человек может бить по танку снарядом, бомбой, гранатой, бутылкой с горючей смесью, танк — только снарядом и пулей. Человек может бить по танку с разных расстояний, танк — не со всякого. Бесстрашие и хладнокровие — вот залог успеха в борьбе с танками врага… Семен Васильевич Квашнин, наш лучший истребитель танков, был смертельно ранен в бою под Чертково. Он уже не мог подняться на ноги. Истекая кровью, он ползком потащил снаряд своему, тоже раненному, товарищу и приказал: «Пока живы — будем драться!» И два раненых воина подбили еще один немецкий танк. Вражеские танки повернули назад, оставив на поле боя три горящие машины[5].
Молодые солдаты с восхищением смотрят на своего командира. Живое слово коммуниста-агитатора, славные ратные дела однополчан воодушевляют, поднимают боевой дух молодых бойцов. С таким, как он, они готовы встретить любую танковую атаку врага.
К первым числам мая дивизия полностью доукомплектовалась личным составом и вооружением. Молодые бойцы прошли боевую подготовку, овладели оружием и техникой.
Полнокровная и хорошо подготовленная 57-я гвардейская стрелковая дивизия была готова к новым боям.
По боевому приказу 6-го гвардейского стрелкового корпуса дивизия в период 6–8 мая 1943 года сменила части 53-й стрелковой дивизии в районе юго-западнее города Изюма.
Во вновь принятой полосе обороны дивизии действовали 42, 72 и 97-й пехотные полки 46-й пехотной дивизии и часть сил 333-й пехотной дивизии. Немцы непрерывными атаками стремились выбить наши части с занимаемых позиций. Но все их попытки не приносили успеха. Части дивизии, отражая атаки врага, сами часто переходили в контратаки и, захватывая новые участки местности, улучшали свое тактическое положение. Так, 172-й гвардейский стрелковый полк получил задачу овладеть высо- > той 182,0 — важной позицией врага. Выполнение этой задачи командование полка возложило на взвод автоматчиков гвардии лейтенанта Василия Петровича Надеж- кина.
Всю ночь гвардейцы готовились к атаке высоты.
В 7 часов утра началась артиллерийская подготовка атаки. Высота окуталась черным дымом. Командир полка майор Александр Васильевич Евдохов[6] следил со своего наблюдательного пункта за действиями автоматчиков. До конца артиллерийской подготовки оставалось десять минут.
В это время гвардии лейтенант В. П. Надежкин и его автоматчики с нетерпением ожидали конца артподготовки. Рядом с командиром лежали его земляки Илья Дмитриевич Дудник и Михаил Михайлович Кравченко, а чуть дальше — всегда веселый сержант Петр Филиппович Барсуков.
— Ну как, ребята, возьмем? — Офицер пытливо посмотрел на Дудника.
— Возьмем, — уверенно проговорил Дудник, всматриваясь в ту сторону, где в черном пороховом дыму вырисовывалась вершина высоты.
Разрывы стали удаляться. Артиллерия перенесла огонь в глубину вражеской обороны.
«Пора», — решил гвардии лейтенант и, поднявшись, громко скомандовал:
— Вперед!
Один, два, три, пять… и вот уже все бойцы поднялись и, стреляя на ходу, побежали к вершине.
Открыли бешеный огонь вражеские пулеметы. Огненные трассы пуль прочертили воздух над головой и затерялись где-то в кустах позади. С противным воем шлепнулась рядом мина, вторая, третья… кто-то застонал. Но цепь наступавших уверенно приближалась к вершине. Впереди были земляки Дудник и Кравченко.
Расстояние до вершины быстро сокращалось. Вот уже совсем рядом из кустов стреляет вражеский пулемет.
— Ах ты, гад!.. Получай!
С этими словами Кравченко на ходу бросил гранату. Взрыв — пулемет замолк.
Над вершиной, заглушая стрельбу, прокатилось:
— Ура-а-а-а!
Атака была стремительной. Немцы не смогли остановить атакующих и отошли. Однако вскоре они предприняли первую контратаку.
— Устоять! Во что бы то ни стало устоять! — передал Надежкину командир полка.
— Устоим, — твердо ответил лейтенант.
И устояли. Семь раз немцы переходили в контратаку, но каждый раз, встреченные дружным огнем гвардейцев, откатывались назад. Перед позицией наших бойцов валялись десятки трупов. К вечеру немцы прекратили свои контратаки. Высота была удержана.
Атакуя вражеские позиции в районе Изюма, наши войска сковывали здесь силы немцев и отвлекали их от Курской дуги, где к тому времени немецкое командование готовило новое крупное наступление.
По плану гитлеровского командования наступление на курском направлении должно было обеспечить немцам путь на Москву.
Немецко-фашистское командование бросило против наших войск мощные силы: только на направлениях главных ударов оно сосредоточило 14 танковых, две моторизованные и 13 пехотных дивизий.
Фашистское командование возлагало большие надежды на новую технику — тяжелые 60-тонные танки «тигр» и средние «пантера», самоходные орудия «ферди- нанд», новые истребители «Фокке-Вульф-190-А».
Сосредоточив огромные силы на узких участках фронта, немцы были уверены в успехе.
Наступление немцы начали 5 июля 1943 года.
Удар был подготовлен тщательно. Но его встретила стойкая оборона частей Советской Армии.
В течение месяца шли ожесточенные бои, в результате которых враг был обескровлен и истощен.
Наши войска перешли в контрнаступление и 5 августа овладели городом Орел.
В Курской битве Советская Армия не только сорвала мощное наступление немцев, но и разгромила крупные группировки врага и, перейдя в контрнаступление, превратила его в решительное наступление, в массовое изгнание немецко-фашистских войск с советской земли.
При всех трудностях и превратностях фронтовых дней жизнь гвардейцев 57-й дивизии в обороне на изюмском плацдарме шла своим чередом. Не прекращалась боевая и политическая учеба, регулярно выходила дивизионная газета.
В гости к воинам приезжал с концертом фронтовой ансамбль песни и пляски. Гвардейцы хорошо его знали и любили.
В июне в дивизию прибыли гости — представители шефских предприятий. Они побывали на передовых позициях, рассказали солдатам и офицерам о своих производственных успехах, вручили фронтовикам подарки. Волнующей демонстрацией дружбы, единства тыла и фронта были встречи передовых рабочих предприятий с воинами дивизии.
Шефы передали письмо от работницы завода Жени Тушевой для опубликования в газете. Оно кончалось так:
Ранний летний рассвет. Только что вернулись разведчики. Они добыли ценные сведения о противнике, доставили в часть пленного. Гвардеец Михаил Дмитриевич Доров рассказал землякам, как он действовал в разведке.
Через переводчика пленный обер-ефрейтор Людвиг Шульц рассказал о тяжелом положении в немецком тылу, об упаднических настроениях в гитлеровской армии.
— Многие солдаты перестали верить в победу Германии. Говорят, русские победят!
— В этом никто не сомневается! — спокойно и твердо сказали рабочие.
— Мы все сделаем для того, чтобы скорей победить.
Гости идут в блиндажи, в землянки, к боевым расчетам. Всюду ведутся задушевные беседы.
Делегаты горячо благодарили гвардейцев за теплый, сердечный прием. Перед отъездом они обратились к воинам через дивизионную газету с письмом:
«Родные наши воины! Мы посмотрели, послушали воинов-гвардейцев. От души порадовались. Вы стоите грозной силой перед лицом врага. В тылу во всем будем равняться по вас. У нас сейчас одна забота: трудиться так, чтобы фронт имел все для окончательной победы над врагом».
Когда уезжали шефы, гвардейцы передали с ними ответное письмо Жене Тушевой под заголовком «Твой снаряд врагу я посылаю»:
15 июня дивизия отметила первую боевую годовщину. На торжественном собрании выступил начальник политического отдела дивизии полковник Иван Степанович Челядинов. Он сказал:
— Прошел год, как мы на фронте. Большой, тяжелый, но славный путь прошла дивизия. Вспомним, товарищи, грозный Дон, первые бои и первую пулю, которую вы тогда посылали в черное сердце врага. Мы днем и ночью совершенствовали свое мастерство. Наши сердца загорались ненавистью к захватчикам. Мы с нетерпением рвались на запад, нас ждало каждое дитя, каждый дом. И этот грозный и радостный день наступил. Под сильным ударом наших войск рухнула вражеская оборона. Без отдыха и устали били врага, уничтожали его технику. Сколько нами освобождено советских сел и городов, спасено человеческих жизней! Тысячи сердец бла-годарили нас, восторгались каждым нашим шагом вперед. Весь мир с восхищением следил за нашим движением на запад.
Нелегок 400-километровый боевой путь, но славен.
Гвардейцы 57-й дивизии показали свою стойкость и мужество, показали себя достойными сынами социалистического Отечества.
В предстоящих битвах за окончательный разгром фашистских захватчиков прославим советскую гвардию новыми боевыми делами…
Июль и август 1943 года дивизия находилась в обороне, неустанно готовилась к решительному наступлению.
На просторах Украины
Используя период обороны, части 57-й гвардейской стрелковой дивизии детально готовились к наступлению с изюмского плацдарма.
Противник создал в районе предстоящего наступления дивизии сильно укрепленные рубежи обороны. Сплошные траншеи с ходами сообщения, мощная система дотов, дзотов, глубокие противотанковые рвы, управляемые минные поля, бронированные колпаки — все это предстояло сокрушить и преодолеть гвардейцам дивизии. К тому же противник занимал выгодные позиции на высотах. Весь плацдарм просматривался врагом. Таким образом, прорыв обороны являлся весьма сложной и трудной задачей.
5 сентября 1943 года дивизия получила приказ перейти в наступление с ближайшей задачей — во взаимодействии с 38-й гвардейской и 60-й стрелковыми дивизиями прорвать полосу обороны врага в районе Барабашевка, Андреевка и развить наступление в направлении Барвенково[7].
Поделиться книгой: