Битва за Аресал

– Нам есть, чем заняться. Скоро прибудет Гальдимеш. Еще и три клана врагов сейчас пытаются не перегрызть друг друга в порте Торса. Не говоря уже, о странном поведении совета и враждебном клане Отронос. Ну и обязательно будет что-нибудь по мелочи.

– По мелочи? ― удивился Володар.

– Староверы и новообрядцы на одной земле, думаешь обойдется без драк?

– Ладно, соглашусь. Хотя, все еще надеюсь на лучшее.

– Лучше готовься к наиболее вероятному, ― усмехнулась Каяра и одарила его нежным поцелуем.

Еще какое-то время было подарено только им, позволяя насладиться присутствием друг друга, пусть и не в той мере, что требовали их тела, но в достаточно безопасном варианте для их состояния. Сейчас уже не только Каяра чувствовала последствия своей пробудившейся жажды, но и Володар порядком ослаб от попыток помочь своей возлюбленной. Ему нужен был отдых, поэтому они избегали чрезмерные ласки, что могли спровоцировать бушующего монстра внутри Кровавой Княжны.

Ей было приятно сидеть на диване в гостиной, облокотившись спиной на его широкую грудь. Его руки, словно два крыла сейчас пытались спрятать ее от всего мира, схоронить лишь для себя. Он изредка касался губами ее уха, а она вздрагивала от щекочущего чувства. Ему нравилась такая Каяра, уставшая и измотанная, немного сломленная под натиском навалившегося груза, что доверяла ему сейчас охранять свои слабости. А она впервые чувствовала рядом того, на кого могла позволить себе положиться.

«Точно не хочешь?», ― мысленно спросил ее Володар на древнем ишрите.

«Нет, мне и так хорошо», ― улыбнувшись, передала она свой ответ через их незримую связь.

Какое разочарование пронзило ее сердце, когда в дверь постучались. Еще больше раздражжение вызвало и осознание того, кто именно стоял сейчас перед домом третьего генерала. Володар, почувствовав недовольство своей нареченной, страстно поцеловал ее в губы прежде, чем выпустил из своих рук и отправился открывать дверь.

В дверном проеме показались Борис Серафимович Долгатов, отец Максима, который по совместительству еще и являлся заместителем главы Ведомства Внутренних Дел Аресала, со своей помощницей Ольгой, которой некогда посчастливилось провести ночь с Володаром. Конечно интимная связь между вальмирием и вампиром не могла не оставить своих плачевных следов, особенно, когда вампир не принадлежит ни к одному из чистокровных рангов, а вальмирий не стал давать ей свою кровь, дабы укрепить ее тело. Володар преподал очень жестокий урок своим поклонницам, но, к сожалению, Ольга усвоила его не полностью. Она продолжала все также любить его, несмотря на жестокий поступок по отношению к ней.

– Мы пришли передать тебе просьбу Совета.

– Какую?

– Нужно, чтобы твой отряд охранял трапезную, пока они будут общаться с жителями Аресала.

Каяра закатила глаза и провела пальцами по лбу, словно пытаясь разогнать напряжение.

– Это необходимо.

– Так им посоветовал глава Ведомства и они согласились, ― было заметно, что Борис Серафимович тоже был не в восторге от этой идеи.

Ольга стояла немного позади своего начальника. Но почему-то ее взгляд был прикован не к Володару, она пристально изучала Каяру, даже не пытаясь скрыть своего далеко не простого любопытства.

– Плохо, ― тихо произнесла Каяра.

– Что именно плохо, простите? ― не выдержав, спросила Ольга.

Каяра посмотрела на нее.

– Выглядит, как заговор.

– Согласен, ― подтвердил Соломон, который беспардонно открыл дверь без стука и прошел внутрь, огибая опешивших представителей ВВД. ― Нужно что-то сделать, иначе поднимется недовольство.

– Ты можешь переговорить с Советом, ― Каяра обратилась к Володару, ― чтобы они допустили в трапезную глав кланов?

– Тогда и тебе нужно будет присутствовать, ― сама идея не казалась третьему генералу абсурдной, но вот ее реализация представлялась довольно непростой.

– Не обязательно. Соломон, что с Офелией?

– Дал понять, что вы крайне ей недовольны.

– Это и я ей говорила.

– Боюсь, вы намекали ей слишком мягко. Я эту ситуацию поправил. Клан Отронос отныне будет следить за порядком от вашего имени.

Каяра приподнялась и сверля взглядом своевольного слугу недовольно прорычала сквозь клыки:

– Чтобы если они оступились, то сразу были убиты?

– Иначе их никак не образумить. Я сделал все, что мог, ― довольный собой Соломон прошел в гостиную.

– Ты с ума сошел раздавать за меня поручения другим кланам?

– Я не говорил, что это ваш приказ. Я лишь сказал, что вы были бы не против, стань они вашей опорой, на которую Княже смогла бы положиться в конфликтных вопросах.

– Это почти одно и то же! Ты не забываешь, что говоришь от моего имени?!

– Кажется, это вы дали мне такое право, ― Соломон продолжал лукаво улыбаться. ― Только подумайте, как легко мы предотвратили столько проблем!

– Они не выдержат твоего испытания! ― Каяра начала выходить из себя. Она еще до обеда была уверена, что способна контролировать действия хитрого вампира, но как же она ошибалась.

– Зато теперь, мы можем попросить Совет допустить не десяток староверов на их обращение, а все лишь на всего одну Офелию.

– Так больше шансов, что они согласятся, ― задумчиво протянул Борис Серафимович.

– Да, но ты подставил клан Отронос! ― не унималась Каяра.

– Я никого не подставлял. Просто возложил на них большие надежды.

– От моего имени!

– Каяра, подожди. Ты успеешь его проучить, когда мы уйдем, ― остановил ее Володар.

– Уйдете? ― удивился Соломон.

– Нужно подготовить отряд.

– Надеюсь, ― он слегка откашлялся, хотя в этом у вампиров не было абсолютно никакой необходимости. Как же любил этот старый пройдоха добавлять красок своим артистичным выходкам. ― Вы не станете выставлять солдат еще и на время ужина. Это уже будет перебор.

– Это не староверам решать, ― возразила Ольга.

– Милая, не староверам, а союзникам, которые пришли сюда, чтобы и ваши головы спасти. Хочу заметить, что ваша армия оставляет желать лучшего. Я видел несколько тренировок, дети во многих кланах могут показать куда более высокие результаты.

– Вы…

– Ольга, ― прервал ее Борис Серафимович. ― Я не думаю, что участие в подобных спорах уместно для представителей Ведомства.

– Простите, ― неохотно извинилась она.

– Я с тебя три шкуры спущу, ― прошипела на своего слугу Каяра. Ее глаза полыхали ярче прежнего, а рот искривился в гневе. Соломон впервые за весь разговор перестал улыбаться.

Володар усмехнулся:

– Кажется, нам пора.

– Уже? ― неодобрительно протянул старый вампир.

– За что боролся, как говорится.

– Я во благо старался!

– Какое благо? ― свирепствовала Кровавая Княжна.

– Идемте, вам не захочется этого видеть, ― Володар поспешил открыть дверь и выпроводить поскорее не нужных свидетелей.

Соломон проводил третьего генерала жалобный взглядом, после чего с опаской приготовился принять свое наказание.

– Княже? ― воскликнул он, когда Каяра за мгновение преодолела расстояние между ними и прижала его к стене. ― Вы?

– Ты ― мой слуга? ― прорычала она ему на ухо.

– Да, ― с дрожью в голосе подтвердил он.

– Тогда ответь мне, будет ли для тебя честью дать своей Владыке вкусить собственную кровь?

Он ответил не сразу, ему понадобилась секунда, чтобы осознать последствия своего поступка:

– Конечно, моя Влады…

Она безжалостно вонзила клыки в его шею. Он тщетно пытался нашарить по стене рукам, чтобы мог сжать в кулаках. Она не жалела его. Нет, она была зла, и эта злоба дарила ему лишь боль. Он не испытывал тех же трепещущих ощущений, что и Ярослав, когда был на его месте. Нет, она топила его в собственном страхе и боле. Завязывала петлю на его шее. Она стремилась его сломить. И у нее почти получилось.

– Владыка, ― задыхаясь взмолился Соломон.

Каяра отступила назад, выпуская свою жертву из звериной хватки. Раны на его шее были безобразными, кровь бурным потоком успела хлынуть через них прежде, чем вампирская регенерация приступила к заживлению.

– Надеюсь, впредь, ты не станешь говорить от моего имени, не обсудив это со мной.

– Да, ― тихо подтвердил он, зажимая окровавленную шею ладонью. ― Могу я идти?

– Зачем?

– Чтобы переодеться.

– Не стоит. Я все поправлю сама.

Она взмахнула рукой и небольшие языки черного пламени принялись выедать кровавые пятна с его одежды и тела. В этот момент он осознал, что более не принадлежал себе. Его кровь теперь служит ей. И если она пожелает, то заставит ее гореть также, как эти пятна, только в его венах. Теперь его жизнь в ее руках.

– Ты готов?

– Мы отправляемся сейчас?

– Солнце уже садится, а присутствовать в трапезной у нас больше нет причин.

– Если совет откажется допускать Офелию?

– Не откажется. Они не враги себе.

– Мне так не кажется, ― Соломон быстро пришел в себя, казалось, что ничто не может выбить этого старика из колеи, по крайней мере, надолго.

– Совет мечется как крыса, я согласна. Но каждая крыса знает, что нужно сделать для того, чтобы выжить, а чего делать не стоит.

– Может быть. Но страх иногда творит очень странные вещи. Поверьте, напуганный правитель опаснее голодного корга.

– Не сомневаюсь.

– Подождите, то есть вы согласны, что мой план не так уж и плох.

– Нет, ― Каяра с пренебрежением посмотрела на Соломона. Ей и без того не пришлась по вкусу его кровь, а теперь она еще и приправлялась запахом его самонадеянности. ― Решив одну проблему, ты создал другую. А значит ничего не исправил, просто испортил, но уже в другом, правда, месте.

Подготовка к их отправке не заняла много времени. Каяра быстро сменила одежду, правда, сделать это ей пришлось вручную. Ей и без того предстояло переместить их обоих на материк, а значит совершить придется еще больше прыжков, чем в прошлый раз. Хотя, в ней все же теплилась надежда, что, будучи пробужденной, ее способность к прыжкам в пространстве усилилась, но в таком состоянии загадывать было делом излишним.

Она подошла к зеркалу и провела рукой по железному кружеву на корсете. Фамильные руны клана Ринса не несли в себе почти никакой силы, были сродни лишь простым оберегам. Но их значимость определялась не в этом. Каждая из рун несла в себе значение того, что почиталось ее кланом на протяжении долгих веков: храбрость, сила, честь, достоинство, праведность, верность. Ее грудь и талия были усыпаны этими древними словами, они служили ей доспехами, придавали сил и внушали гордость за свой род.

– Вы готовы? ― послышался голос Соломона за дверью.

– Да. Заходи.

– Вы уверены, что я останусь цел?

– Все конечности останутся на месте.

– А внутренности?

– Ты за кого меня принимаешь? ― обиделась Каяра.

Она слышала об этих историях, когда ведьмы, пытаясь освоить трансгрессию лишались руки или ноги, а некоторые даже головы. Уже половину тысячелетия даже и речи не шло о прыжках с кем-то еще, кроме самой заклинательницы. Да и самостоятельных прыжках уже говорили, как о каком-то чуде. Осталось немного тех, кто был бы на это способен.

– Владыка, вы уверены, что стоит брать меня с собой?

– Да. Никто не знает три этих клана лучше, чем ты.

– Они не очень меня любит, но вы же уже в курсе?

– Что ты устроил бойню посреди голодной зимы? ― она нахмурилась, это была одна из частей его биографии, от которой у нее все внутри переворачивалось.

– Боюсь, что мое значение в этом событии было весьма преувеличено.