Одаренный. Первые шаги

Молодой орк не сразу взял трубку, так как на улице царствовала ночь, но когда всё-таки соизволил ответить, то возмущённо прохрипел:

— Матвей? Ты млять чего? Ты знаешь, сколько сейчас времени?

— Ага. Прекрасно понимаю твоё негодование, но мне нужна твоя помощь. Я могу оставить у тебя на несколько дней пару чемоданов и сумку? — протараторил я, грозно глядя на кота, который удумал взять с собой связку сосисок. У него были свои ценности.

— Э-э-э… у тебя проблемы? — протянул Оли, явно пытаясь окончательно избавиться ото сна.

— Нет, всё окей. Просто мне нужно срочно съехать с этой квартиры.

— Слушай, если ты влип в какую-то историю, то я могу помочь тебя. Я скоро вступлю в клан, и тогда у меня будет не кислая поддержка.

— У меня всё нормально. Мне нужно лишь где-то оставить свои вещи и ключи от этой квартиры, — ровным голосом проговорил я, обувая кроссовки.

— Ладно, поднимайся ко мне. Я сейчас дверь открою, — сдался парень.

— Отлично, — обрадовался я и вместе с поклажей вышел из квартиры, закрыв её на ключ.

— Хозяйке бы надо позвонить, — напомнил Пышкин, недовольно крутясь возле моих ног, так как сосиски он всё-таки оставил на кухне.

— Точно! — согласно кивнул я и набрал номер владелицы квартиры.

Она тоже была возмущена моим поздним звонком, но я торопливо выпалил, не дав ей сказать больше двух слов:

— Клавдия Ивановна, я покидаю вашу квартиру! Мне срочно нужно улететь в США к моему дядюшке. Ключи заберёте у орка Оли с седьмого этажа. Всё, доброй ночи.

Женщина что-то замычала, но я не стал её слушать — быстро сбросил вызов и поднялся на лифте к квартире Оли. Тот встречал меня, стоя на пороге в одних трусах и потирая заспанное лицо. Я торопливо всучил ему чемоданы и сумку, а потом метнулся обратно к единственному лифту, но тот поехал вниз.

— Тьфу, придётся пешком, — пробурчал я, помахал рукой орку и в обществе кота попрыгал вниз по ступеням лестницы.

Но до первого этажа я таким способом не добрался, так как заметил между пролётами две габаритные тени, которые тёрлись возле двери моей бывшей квартиры. Они предусмотрительно выкрутили лампочку, освещающую лестничную клетку, и теперь в темноте вскрывали дверной замок.

Хм… похоже, оборотни не стали ждать утра, а решили нагрянуть ко мне по горячим следам. Ну а так как я не горел желанием с ними встречаться, то мой путь к выходу несколько изменился. Я вызвал лифт и уже на нём добрался до первого этажа, миновав оборотней. Но и тут меня ждала засада, которую почуял кот.

— Собакой прёт, — прошептал он возле закрытой двери подъезда.

— Твою мать, — тихонько прошептал я, судорожно соображая, чтобы такое предпринять.

— Может, я первым пойду и отвлеку вражину? — храбро предложил кот, воинственно распушив хвост.

— Давай, — согласился я, нервно потея.

— Ну сейчас я им всем покажу… — многообещающе прошипел Пышкин, готовясь выскочить наружу.

Я немного приоткрыл дверь и рыжая молния, словно пробка из шампанского, вылетела из дома. К животному тут же метнулся двухметровый человеческий силуэт, но вдруг он остановился, злобно чертыхнулся и хотел занять своё прежнее место под козырьком подъезда, но тут уже я выметнулся наружу и со всей мощи, по регбийному, впечатал плечо в рёбра мужчины, оказавшегося орком. Тот, несмотря на габариты, чуток отлетел от меня и очень удачно перевалился через перила, упав в цветочную клумбу.

Я же с дико вытаращенными глазами побежал к «девяносто девятой», отчаянно надеясь на то, что во дворе был только один оборотень, и никто из них не догадался испортить мою четырёхколёсную «ласточку».

Но если что, я был готов использовать Тетсуя. Правда, я ужасно не хотел этого делать, так как атака энергией клинка расскажет оборотням о том, что живое оружие привязано ко мне. Ну и после такой демонстрации мой смертный приговор будет официально оформлен, а пока были ещё и другие варианты. Возможно, удастся как-то договориться.

Между тем мои опасения так и остались опасениями. На меня никто не напал во время бега, и я благополучно прыгнул в тачку. А та сразу же завелась, что с ней бывало не всегда. Видимо, она оценила в какое бедственное положение попал её хозяин и решила помочь ему. Это было весьма кстати, потому что из клумбы уже выскочил отнюдь не орк, а оборотень, чьё звериное тело украшали обрывки одежды, порвавшейся во время изменения.

Я тотчас нажал на педаль газа, услышав истошный вопль Пышкина, который вцепился когтями в обивку переднего пассажирского сиденья:

— Гони! Куклачёвым тебя заклинаю!

Машина тронулась с места и принялась набирать скорость. Но «девяносто девятая» — это вам не ферарри. Она до ста километров в час разгоняется не за три секунды, а только если зацепится за крыло самолёта.

А вот оборотень взял отменный старт. Его стремительно приближающаяся к багажнику оскаленная пасть была хорошо видна в зеркале заднего вида.

Зверь азартно догонял мою машину, маневрирующую между тачками, которыми был густо заставлен двор. И совсем неудивительно то, что лохматый всё-таки догнал «девяносто девятую», а затем совершил потрясающий прыжок и с грохотом приземлился на крышу машины, слегка прогнув её.

Пышкин тут же перепугано заорал:

— Мотя, сделай что-нибудь!

— Сейчас на дорогу выйдем и сбросим его, — пообещал я коту, чувствуя холодок, гуляющий вдоль спины.

В это время тачка выскочила из двора и с рёвом понеслась вдоль разделительной полосы. Но проклятый оборотень всё не желал покидать крышу. Он держался на ней, благодаря тому что воткнул в неё когти, которые со скрежетом пронзили металл, вызвав у Пышкина завистливый вопль:

— Я тоже так хочу! Он же как Росомаха из комиксов Marvel.

— Угу, — поддакнул я.

Кажется, зверь прекрасно себя чувствовал в роли безбилетника на второй полке, несмотря на то, что «девяносто девятая» выжимала из себя всё что можно. У неё даже боковые зеркала сложились, точно уши у галопом несущейся лошади. А дома по бокам улицы превратились в сплошную серую линию. Лично мне казалось, что я во весь опор мчусь на встречу со своим покойным дедушкой, ведь любое неосторожное движение руля могло вызвать страшнейшую аварию.

Но усилия машины всё же возымели своё действие. Это случилось на крутом повороте, где мы едва не врезались в безлюдную в такой час автобусную остановку. Вот тут-то оборотень не удержался и слетел с крыши, после чего кубарем покатился по асфальту и сбил по пути мусорную урну.

— Почти страйк, — радостно сказал я, мазнув облегчённым взглядом по удаляющейся тушке оборотня. Надеюсь, он себе что-нибудь сломал, а то ведь гад без спроса вырезал люк в моей ласточке. Урод.

— Как мы его, а? Будет знать, псина! — выпалил кот, глядя в боковое окно и яростно размахивая хвостом. — Это ему повезло, что он в машину не залез, иначе я бы ему всю морду расцарапал! Ты меня знаешь, Моть, я шутить не люблю.

— Знаю-знаю, — с лёгкой улыбкой проговорил я, прикидывая, куда ехать дальше.

Выходило, что первым делом мне стоило бы заглянуть в круглосуточный магазин и что-нибудь там купить поесть, а то от приключений у меня проснулся дикий голод. А уж потом мне с котом надо на пару дней заселиться в какой-нибудь дешёвый отель и там уже подумать над моими дальнейшими действиями.

Приняв такое решение, я доехал до шоссе Энтузиастов, быстро смотался в магазин, а затем в обществе пакета с едой принялся обзванивать отельчики среднего пошиба. Но даже они не желали заселять человека с котом, на что бурно реагировал Пышкин.

— Да я чистоплотнее многих людей! Что они там о себе возомнили?

— Я полностью разделяю твоё возмущение, — усмехнулся я, набирая очередной номер.

На этот раз мне повезло. Ночной администратор согласился пустить меня вместе с котом на одну ночь. Правда, пришлось ехать на другой край Москвы в Коньково, но так даже лучше — я буду спать подальше от того места, где на меня напали оборотни и разбилось сердце. Эх, Яна…

Я постарался прогнать из своей головы мысли о прекрасной посвящённой и вдавил педаль газа в пол. Моя исстрадавшаяся машина тотчас погрохотала по асфальту и вскоре привезла нас к клоповнику, обустроенному в старой пятиэтажке.

Внутри убогого строения нас встретила седая тётка, похожая на Бабу Ягу. Она сразу же предупредила, что если кот где-нибудь нассыт, то это влетит мне в копеечку. Я молча кивнул, соглашаясь с её условиями, после чего дал бабке возможность переписать данные поддельного паспорта, а затем заплатил за номер, получил ключ и поднялся на третий этаж, где отворил дверь и вошёл в единственную комнату с одной узкой кроватью, холодильником, столом и теликом.

В номере пахло грязными носками, а на обоях красовались жёлтые пятна. Всё же я умудрился уснуть, хотя меня и одолевали сотни тяжёлых мыслей, которые словно железные оковы тянули мою метафизическую тушку на дно чёрного омута. Возможно, из-за этого я проспал не всю ночь, а проснулся ближе к рассвету. Сон куда-то исчез, и я распахнул глаза, уставившись в серый потолок с запутанным лабиринтом трещин.

Бездумно полежав пару минут, я встал и в темноте открыл холодильник, куда засунул купленную пачку сосисок и бутылку колы. И только я решил слегка перекусить, как услышал позади себя негодующий фырк, за которым последовали возмущённые слова:

— А я-то думаю — чего это мне не спится? Душа прям не на месте. А ты тут без меня жрать решил?

— На, — бросил я ему сосиску и пожаловался, потерев сквозь футболку левую сторону груди: — Что-то муторно мне. Оборотни ведь будут меня искать.

— Мяу, — поддакнул кот, расправляясь с угощением.

— Вот тебе и мяу, — прошептал я себе под нос и взял в руки живое оружие. — Тетсуя, ты слышишь меня?

— Да, — отозвался клинок, не добавив слово «хозяин» — это означало недовольство ножа. Кажется, он опять хотел есть.

— Ты знаешь, что сегодня произошло?

— Нет, я спал, сберегая драгоценную энергию, коей осталось совсем немного, жалкие крохи, — сварливо произнёс клинок. — И я…

— …Ага, ага. И ты уже чувствуешь дыхание вечности. Где-то мы это уже слышали, — насмешливо вставил Пышкин, перебив речь ножа.

— Тетсуя, меня нашли те оборотни, которые были в подвале, — серьёзно проговорил я, показав коту кулак. — И мне нужна твоя помощь. Ты же явно много знаешь о них. Расскажи хоть вкратце, какие у них слабые места и как их проще убить. А я, в свою очередь, обещаю тебе ещё минимум несколько душ оборотней.

— Хм-м-м… — задумчиво протянул клинок и через паузу длиной в пять-шесть секунд добавил: — Наверное, в такой ситуации я вправе раскрыть тебе часть своих знаний, которые касаются оборотней. Сядь поудобнее, юный воин, и приготовься внимать моим бесценным словам…

Глава 18

Тетсуя уложился в десять минут, поверхностно рассказав мне о слабых местах оборотней, коих оказалось совсем немного. Пушистики были чуть ли не идеальными боевыми машинами. В зверином обличии они обладали сумасшедшей регенерацией, повышенной силой и ловкостью. Также оборотни имели отличное обоняние и видели в темноте. А убить их можно было, только уничтожив сердце или мозг.

Признаться, слова опять уснувшего клинка, вызвали у меня закономерное беспокойство. И не только у меня. Кот тоже слегка занервничал и спросил, запрыгнув на стол:

— Матвей, а вот если тебя убьют, то на каком транспорте мне лучше добраться до метро?

— Кхам, — подавился я воздухом от его возмутительной беспардонности.

— А что? — выдохнул кот. — Разумных много, а Пышкин один. Мне надо беречь себя. И если ты погибнешь, то я попробую попасть в цирк на Цветном бульваре. Уж очень мне нравятся старые комедии с Никулиным.

— Ну ты, конечно, и прохиндей, — проронил я, покрутив головой и даже несколько восторженно глядя на предусмотрительное животное.

Пышкин же в этот миг перепрыгнул на подоконник, потянул носом рядом с приоткрытым окном и заявил:

— Дождём пахнет. Скоро ливанёт, а у нас машина без крыши.

Но прежде чем пошёл дождь, запиликал мой телефон. Я схватил его и увидел номер Яны. Нет, дорогая, меня что-то совсем не тянет с тобой разговаривать. Я пока ещё не придумал, что делать дальше в такой дерьмовой ситуации. Но девушка не успокаивалась. Она три раза подряд позвонила мне, а затем отправила короткое сообщение: «Не пытайся скрыться. Шутки кончились».

— А как всё хорошо начиналось, — печально произнёс я, тяжело вздохнув.

— Моть, ты бы это… от телефона и симки избавился, а то по Рен-ТВ говорят, что по ним легко можно отследить разумного, — посоветовал Пышкин, глядя в окно на хмурое утро.

— Да на это только спецслужбы способны. Я не думаю, что у оборотней есть такие возможности. Хотя всё же стоит подстраховаться. Ладно, поехали в круглосуточный макдак, там позавтракаем, а потом купим новую трубу.

— Вот это мне нравится, — обрадовался кот и следом за мной вышел из комнаты.

Мы спустились вниз, сели в машину и погнали к бургерам, картошечке и кока-коле.

Когда наша парочка добралась до места и мы поели, то на улице разразился дождь. И нам пришлось ехать за новым телефоном, грустно наблюдая, как на заднем сиденье «девяносто девятой» образуется лужа. Благо, что дождь довольно быстро закончился, где-то к восьми часам утра.

В это же время я снял деньги с карты, после чего купил в ларьке на Филёвской набережной новую раскладушку и оформил симку на поддельный паспорт. Старый же телефон отправился в грязные воды Москвы-реки.

Естественно, что я забил в новый агрегат все номера, которые были сохранены в прежнем устройстве. И попутно я написал Дашке, что всё в силе и мы встретимся в пятницу вечером. Сегодня была среда. Девушка ответила согласием, даже не став спрашивать, почему я сменил номер телефона.

Дальше я заколебался, глядя на номер Ленки, который насмешливо смотрел на меня с экрана новой раскладушки. Звонить ей или нет? Сама она уже давно не набирала меня. Наверное, эльфийка обиделась после нашего телефонного разговора, когда она устроила мне допрос, а я лежал в ванной и совсем не носом пускал пузыри. У меня тогда тоже остался неприятный осадок от той беседы, но сейчас обстоятельства поменялись. Оборотни могут выйти на Ленку и попробовать меня шантажировать её жизнью. Реален ли такой поворот дела? Хм… не знаю. Но всё же стоит предупредить её.

Я позвонил-таки эльфийке и через пару десятков секунд услышал её недовольный сонный голос:

— Алло.

— Привет. Это Матвей.

— Какие люди. Неужели сам Роковой Красавец позвонил мне? — в её голосе появились ядовитые нотки. — И что ты хочешь мне сказать? Надеюсь, ты желаешь извиниться за своё поведение?

— Харэ ёрничать, — огрызнулся я, заметив краем глаза одобрительный кивок кота, который вылизывался на переднем пассажирском сиденье тачки. — У нас проблемы. Сегодня ночью ко мне заглянули оборотни. Я еле-еле ушёл от них.

— Ох-х-х, — выдохнула девушка, с которой слетели последние остатки сна. — Сколько их было? Как они нашли тебя? Нам надо встретиться!

— Нам нельзя встречаться. Я слишком хорош для тебя, — не совсем уместно сострил я и серьёзно добавил, услышав возмущённое пыхтение: — За мной могут следить прямо сейчас, так что тебе лучше держаться от меня подальше. И поживи-ка ты какое-то время у подруги. У тебя же есть подруги? Ты вообще знаешь, кто это такие?

— Знаю, — фыркнула Ленка. — Ты думаешь, что оборотни так опасны?

— Более чем, — уверенно проронил я, хмуря брови. — Один из них почти превратил мою ласточку в кабриолет. Оборотни быстрые, ловкие и у них охрененная регенерация. Только попадание в сердце или мозг могут остановить их.

— Откуда ты знаешь? — спросила девушка и полушепотом задумчиво добавила, словно разговаривала сама с собой: — Вот бы их препарировать и изучить.

— В общем, уезжай из дома и постарайся лишний раз не показываться на улице, — попросил я остроухую, проигнорировав её вопрос. — Я как разберусь со зверями, так сразу же позвоню тебе.

— Я могу помочь! — горячо заявила Ленка. — Я не хуже этих твоих охотников. Во мне течёт чистейшая кровь благороднейшего рода эльфов!

— Лучше спрячься, а то эта кровь потечёт по мостовой, — насмешливо сказал я и сбросил вызов.

— Молодец. Настоящим мужиком растёшь, — похвалил меня Пышкин, наблюдая через лобовое стекло за дорожными рабочими в оранжевых манишках и касках. — Хм… в голливудских фильмах такие работяги самые опасные. Они то банки грабят, то террористами оказываются.

— Нам для полного комплекта только террористов не хватало, — пробурчал я и, подумав, позвонил Бульдогу.

Тот довольно быстро настороженно выдохнул из телефона:

— Это кто?

— Валерон, привет. Это Стажёр.

— Что-то случилось? — тревожно спросил он.

— Ага. Помнишь, я рассказывал тебе об оборотнях, которые положили в подвале эльфов? Так вот лохматые нашли меня и требуют, чтобы я стал их посвящённым. В противном случае они грозятся порвать меня на британский флаг, — выдал я полуправду. — Время на раздумье прошло, и они меня уже ищут тщательнее, чем наркоман закладку.