Помоги проекту - поделись книгой:
За указанной дверью — опять без обозначений, у этого явно есть какая-то причина, но разбираться в ней я пока не была готова — и правда было круглое помещение с полками. А дальше вполне привычные мне полупрозрачные кабины, в которых, слава звездам, никого не было. Пусть наш спальный сектор — женский, и я не стеснялась, общаться с кем-либо желания не возникало.
Вспоминая взгляды девиц, я на всякий случай осмотрела двери душевых и внутренние защелки, убедилась, что нигде нет камер или еще каких средств слежения.
И успокоилась окончательно.
Кинула в утилизатор все свое старье — даже если завтра я провалю испытания, голой меня не выгонят, уйду в безликом комбинезоне, который в сто раз дороже и лучше моей одежды, со вздохом предвкушения зашла в кабину. И нажала на кнопку ввода, постепенно превращая поток теплой воды в едва терпимо горячий…
Я застонала от удовольствия, которого не испытывала уже давно.
Когда я последний раз мылась? Период, два назад? Попытка обтереться в фонтанчиках и туалетах забегаловок по пути сюда не в счет.
Звезды, как же хорошо!
Я совершенно потерялась во времени и решилась выйти только тогда, когда использовала весь положенный запас очищающего порошка, а волосы и кожа скрипели от чистоты.
Что ж, день, начавшийся так кошмарно, заканчивался вполне нормально. И у меня еще есть возможность спать почти всю ночь на чистой постели в безопасном месте!
Я рассмеялась. Потянулась, чувствуя себя невероятно свежей и здоровой, не думая ни о чем — даже сонливость пропала, — сделала несколько поворотов, па ногой, прыжок и волну, за которую пара коллег готовы были меня убить…
И замерла в ужасе, глядя на застывшего посреди круглого помещения полураздетого темноволосого четверокурсника.
— Гард, ты был прав, она с ним спит…
Я вздрогнул, очнувшись от мыслей, и посмотрел на друга.
— О чем ты?
— Эта белобрысая сырня, которая не должна была попасть в Академию… Ну помнишь? Позавчера, у ворот? Так вот, я выяснил, каким местом она получила… место, — осклабился Шэден. — Ну вон же она… — ткнул он пальцем куда-то в угол.
Я помнил даже слишком хорошо. И мне не было необходимости смотреть в ту часть столовой.
Её образ и так отпечатался в голове и вынудил меня сегодня ночью снова спустить в кулак, как какого-нибудь недомерка…
Первый вечер после каникул. И худощавое, но сильное тело, влажное после душа… Бесстыдные движения бедрами, пока она думала, что одна… Потемневшие от воды мокрые волосы. И удивленно округленные при виде меня нежные, влажные губы, которые казались предназначенными для одного…
Дарить мне удовольствие.
Кровь сначала загустела, а потом понеслась с огромной скоростью, приливая к мгновенно затвердевшему члену, когда я рассмотрел возмутившую меня своим поведением девку в мужской душевой старшекурсников…
И до звезды обрадовался. И взбесился одновременно.
Потому что на моем месте мог быть любой, а значит, ей было все равно.
Потому что она оказалась, как многие другие, готова привлечь внимание стражей и как можно быстрее «составить пару»… или же просто трахнуться по-быстрому, получив свои выгоды. И возможность похвастаться подружкам.
Дрянь.
Я сразу решил, что она должна быть за это наказана… Сладко… Как и за свои слова возле Академии. И хорошо, что мне не надо было её искать — пришла сама. И была абсолютно доступна.
Я шагнул к ней и непонимающе нахмурился, когда блондинка отступила, прикрываясь полотенцем.
— Решила поиграть в недотрогу? — хмыкнул, начиная расстегивать комбинезон. В висках пульсировало желание, а руки подрагивали от возникшей у меня потребности схватить одну привлекательную стерву. Мог ли я подумать, что под вонючими тряпками скрывается идеальное тело? — Значит, поиграем…
— Т-ты… что здесь делаешь? — продолжила она представление.
— Собирался помыться. Но раз уж здесь не один… займемся тем, чего тебе так хочется…
— Ты не так понял! — она уперлась спиной в стену, и её взгляд панически заметался по пустому помещению.
Не так понял? Она ждала другого?
От подобного предположения глаза почему-то застлала красная пелена… Что ж, даже если ждала — обойдется. Я вытрахаю из нее все мысли о других.
Почему это вдруг сделалось важным, я не понимал. Мне было плевать на всех этих подстилок, которые постоянно искали повод остаться со мной наедине. И плевать, что они делали с другими… И уж точно я никогда не возбуждался так на то, что мне показали сиськи…
— Что тут не так понять? Когда ты голая в мужском секторе, — зло усмехнулся и вдавился бедрами в её тело, задохнувшись от незнакомого, но такого возбуждающего аромата… Звезда мне в голову, отчего так ведет? Я же только что из города и там дал волю своим желаниям…
— Я искала душевые, и девчонки со второго курса показали эту дверь… Тут ведь ни одного обозначения! — в её глазах мелькнуло отчаяние, а лицо скривилось.
Хм, а ведь так могло быть. Старшекурсники часто подкалывали сырню — согласно регламенту, в Академиях никогда не обозначали помещения. Считалось, что мы должны ориентироваться и запоминать, чтобы потом не теряться на любых модификациях кораблей, станций и чужих городов.
Но выпнуть девку прямо сюда? Интересно, откуда взялся такой шутник?
— Даже если так… — пожал плечами и не удержался, наклонился ниже, вдыхая запах с самой шеи. — Ничто не мешает нам развлечься… Тебе понравится.
Я лизнул разгоряченную кожу… Девушка же пискнула и вздрогнула. И вдруг с силой, которую сложно было в ней подозревать, отпихнула меня, сердито рыкнув.
— Да не собираюсь я с тобой развлекаться! Тоже мне, секс-техник недоделанный…
И бросилась к двери, схватив свои пожитки.
Она что… отказала мне? Какой звезды?!
Мне не отказывают!
— Далеко собралась в таком виде? — зарычал я.
— Куда угодно, лишь бы подальше от такого придурка…
Она и правда выскочила почти голышом в коридор, не считая намотанного полотенца… Оставив меня в недоумении и ярости.
Которые, похоже, члены моей линии решили-таки сегодня развеять.
Так значит, она отказала мне, потому что подцепила кое-кого выше званием? И действительно попала сюда не за таланты?
Я снова обратился Шэдену. Нарочито равнодушно.
— Что ты видел?
— Вчера после боевых испытаний… Несколько кандидатов попали к медикам, и их навещал глава, — рыжий наклонился к нам, делясь последними сплетнями. Нельзя сказать, что это было любимым нашим занятием — дел и задач в Академии хватало. Но в условиях полностью регламентированного поведения, учебы и быта начальные периоды с новичками давали хоть какие-то возможности для развлечения. — А я пальцы сломал на тренировке, пришлось сращивать, — он продемонстрировал обмотанные бинтами конечности. — И когда проходил мимо одной из капсул, кое-что заметил.
Я с трудом подавил желание вмазать ему, чтобы говорил быстрее.
— Наш суперидеальный кэм Шар-Террон общался с этой девкой. О-очень нежно и совсем не как с незнакомкой. Подозреваю, именно он и выбил ей грант на обучение, а может, и сам заплатил за возможность совать свой отросток ей между ног…
— Заткнись.
— И она не выглядела недовольной… Ай, Гард, ты что?!
Он принялся баюкать свою пострадавшую руку, которую я только что «размял» снова. Ему еще повезло. Потому что во мне разлилось такое желание убивать, что его пальцы были в опасности…
— Когда я говорю заткнись — делай это сразу. Меня не интересует ни эта девка, ни кто её имеет… — ответил холодно, отвернулся и недрогнувшей рукой налил горячее пойло, в которое здесь мешали все нужные элементы.
Но я солгал.
Меня очень даже интересовало… и эта девка, которая не должна была учиться с нами. И то, чем она занималась… не со мной.
Я едва сдержал ярость, затопившую меня от возникших в голове картинок.
Но я никому не собирался её показывать.
Она единственная, кто об этом узнает… И расплатится за это.
4
Ба-бам-ба-бам-бам.
Бей-бей-бей.
Ба-ам-ба-бам-треньк…
Лязг и взвизги ударов по перевернутым посудинам били по нервам и одновременно завораживали… Вводили в нужное состояние транса, в котором все чувства обострялись до предела. Впрочем, у меня и так все было обострено.
Я была злой. Голодной. Уставшей. Я чувствовала, как сильно зверьки, собравшиеся по периметру круга, хотели насытиться зрелищем падения, а то и чего похуже… Ощущала особую жажду моего соперника… Жажду крови.
Я ненавидела происходящее, но не стала делать ничего, чтобы предотвратить это. Если бы я отказалась отвечать на вызов, меня бы выперли за охранный периметр… А это означало смерть.
Здесь же, пусть и покалеченной, можно было существовать. Мстить. Думать. Дышать.
Жить.
И мечтать о несбыточном.
О том, что однажды мне удастся преодолеть Пустошь за охранным периметром и проникнуть на один из звездолетов Содружества, которые заглядывали сюда всего несколько раз в год. Что им делать чаще на отсталой планетке, где карьеры давно разрушили плодородную почву, и все ценное вывезли еще в прошлых столетиях?
Что бы я делала на звездолете, сама не могла ответить. Почему-то мне казалось, что как только я туда попаду, все наладится… Да, я знала, так думали многие и платили за это Пустоши жизнями, не сумев вовремя добраться до блестящего бока спасительного корабля. Но мой секрет, который не удалось пока узнать никому… должен был помочь проникнуть на борт.
А пока… пока предстояло выживать там, где ресурсов пусть и мало, но они хотя бы имеются. И высокие стены со специальным покрытием защищают от излучения, эпицентр которого находится аккурат за тем холмом…
Ба-ам-ба-бам-бам.
Бей-бей-бей.
Мы кружим друг напротив друга, и никто не хочет делать первый выпад. Первый удар всегда становится точкой невозврата, за которой боль, застланный пеленой взгляд. Первый удар — и ты видишь, как раскрывается противник, начинаешь понимать его слабые места… Но долго находиться в круге тоже невозможно. Звон вибрирует, перенастраивает все внутри тебя, и если вовремя не выскочить…
Я все-таки бью первой. Жестко, быстро, ногой. Целясь в солнечное сплетение, попадаю и тут же ухожу вниз, изгибаясь и переворачиваясь, потому что парень летит на меня всей тушей, желая подмять, поглотить…
Как хотел сделать ночью, думая, что я сплю…
Я никогда не спала. С тех пор как оказалась в приюте, а потом сбежала сюда, ни разу не засыпала глубоко. На нашей планетке это было слишком опасно — сожрут в прямом и переносном смысле. Потому ночью я дала ему отпор — и поплатилась за это сегодня.
Все знали, почему ублюдок вызвал меня на дуэль, но никто не вступился. Мы были каждый сам по себе — периодически возникали лидеры из более сильных, создавали стаю, но, по сути, каждый из нас был одиноким зверем, кормившимся от находящегося рядом космопорта.
А ночью собирались всей кучей. Устраивали обмены и сооружали совместные костры — выживали. А еще иногда создавали круг. Мне удавалось избегать его довольно долго, порядка шести космических лет, и если бы не свинья, положившая на меня глаз…
И снова его коронный прием: рвануть вперед, выставив голову как таран. Чтобы разбить на мелкие кусочки мое самообладание и тело… Уклониться в последний момент. Прогнуться в пояснице, потом скользнуть вбок, но… я вынуждена взмахнуть руками, чтобы удержать равновесие.
Ублюдок пользуется этим. Перехватывает мою кисть и тянет на себя.
Слишком опасно и близко…
И я решаю пожертвовать чем-то менее значимым. Например, костью. Выворачиваюсь так, что она в области запястья хрустит и ломается под толстыми пальцами, но зато получаю доступ к его паху и со всей силы бью туда ногой…
Бей-бей-бей.
Ба-ам-ба-бам-треньк…
Он орет, окружающие поддерживают этот рев, и невыносимая какофония почти сводит меня с ума.
Падаю на колени, будто перед одним из великих правителей прошлого, чьи тупые биографии нас заставляли учить в приюте, а потом, опершись здоровой рукой о пыльную красную землю — в темноте и отблеске костров её цвет похож на запекшуюся кровь, — отталкиваюсь, полностью распрямляя ногу и попадая пяткой аккурат по носу моего обидчика.
Он не успевает закрыться. Достается еще и челюсти… Я же по инерции падаю набок… и тут же получаю удар в живот. Он остервенело пинает меня, пока я сжимаюсь в комок и пытаюсь придумать, что делать… Выдерживаю еще один удар, хватаю его за ботинок, наплевав на жуткую боль внутри и в левой руке, быстрым рывком валю его на спину. Не теряя времени, взвиваюсь вверх и падаю с выставленным локтем на его грудь, надеясь, что мой вес хоть что-то да будет значить для силы удара…
Долгий хрип… и мой противник на какое-то время теряет сознание. И в этот момент что-то тащит меня наверх…
Нет-нет, это невозможно, в круг во время боя никто не может заходить! Но я вижу двоих с осклабившимися рожами. А звук ударов ладонями и палками о металл уже просто рвет жилы…
Ублюдки, что напали на меня, — дружки моего соперника. И они намерены словить удачу там, где ему не удалось… Я бьюсь с ними отчаянно, понимая, что терять мне нечего. Пуская в ход весь доступный арсенал: ногти, зубы, колени. Забыв о крови, боли, усталости и сломанной руке… А в придачу к этому еще и о трещинах в ребрах…
Поделиться книгой: