Идущая сквозь сны

Просто отлично день начался.

Глава 17

До обеда так и просидела на балконе. Приходила в себя от новостей. Понимаю, что Нэйт взрослый мужчина и способен разобраться, чего он хочет от жизни. Понимаю, что не стоит догонять его и причинять добро. Понимаю, но не принимаю! Что за слабак! Даже не попробовав, уже отказался. Бесит прям! И по самолюбию очень бьет. И по сердцу режет. Вспомнилась чья-то цитата: «Бывает отдаешь кому-то душу…Полностью. В подарочной упаковке с бантиком. А потом ее возвращают. В мусорном пакете». Именно так себя и чувствовала. Права была моя бабка, когда говорила, что сердце нельзя дарить, его должны завоевать как трофей, после долгих сражений. Толку, что я готова сражаться за свои чувства, если Нэйт от своих отказывается. Детские травмы, они очень живучие. Интересно, а в этом мире есть психотерапевты?

Ладно. Все эта лирика не поможет мне с поисками убийцы. Поныла и хватит. Горничная сообщила, что вечером у нас с принцем выход в люди. Значит надо подготовиться. Заодно и отвлекусь от дум невеселых.

За подготовкой и суетой остаток дня прошел очень быстро. Когда зашел принц, я была готова.

— Ты сегодня восхитительна — тихие слова и поцелуй в руку. Глаза Стефана горят восторгом, конечно, мне это приятно. И очень греет, особенно в свете недавнего разговора со следователем. Улыбаюсь принцу, беру веер и мы собираемся выходить. Возле зеркала он останавливается. Становится позади меня, обнимает за талию.

— Смотри, какая мы красивая и гармоничная пара — говорит жарким шепотом мне в ухо.

Согласна. Хорошо смотримся. В зеркале во весь рост отражаюсь я — каштановые волосы красиво собраны, платье цвета переспелой вишни подчеркивает белую кожу, открывает длинную тонкую шею и щедро показывает грудь, спускаясь вниз элегантными складками. На руках длинные молочного цвета перчатки, на шее, в ушах и волосах жемчуг. По нормам двора — очень скромно. Мне немного некомфортно из-за глубокого декольте, но платье держится, как влитое, плюс две тонкие из газовой ткани бретели, слегка прикрывающие плечи, создают видимость достаточно прикрытого тела. Я до сих пор не привыкла, что в этом мире у меня выдающаяся грудь, все время хочется ее прикрыть и спрятать. Привыкла быть плоской и теперь мне кажется, что выпирает ну просто отовсюду.

Усмехаюсь своим мыслям и перевожу взгляд в зеркале на принца за моей спиной. А он только этого и ждал. Встречается со мной глазами, в которых полыхает пламя. Наклоняет голову, и я чувствую его горячие губы на своей шее, возле уха и ниже, ниже, туда, где шея переходит в плече и где бешено бьется пульс. Это такое искушение чувствовать его губы и одновременно видеть нас в зеркале, замечать, как расширяются зрачки моих глаз, как они становятся томными, как розовеет кожа и судорожно колышется грудь, рискуя все-таки вывалиться из декольте. Хоть и плавлюсь от его ласк, а пытаюсь протестовать, отодвинуться. Но мое предательское тело живет отдельно от мозгов. Оно как инструмент в умелых руках виртуоза, который задел только одну струну, но уже полилась музыка.

Принц останавливается сам, когда я издаю глубокий страстный стон. Улыбается и целует в затылок, посылая табун мурашек по всему позвоночнику.

— Ты даже лучше, чем я мог когда-либо мечтать. Пойдем.

Поворачивает меня к себе лицом, нежно едва-едва целует в губы, и мы выходим в коридор. Пока идем, немного прихожу в себя. Мне так кажется, но когда мы подходим к Бальной зале и на короткое мгновение я вижу свое отражение в зеркалах, то понимаю, что мое спокойствие — фикция. Все в моей внешности просто кричит о сексуальном возбуждении: глаза томные с широкими зрачками, кожа все еще розоватая, а сквозь ткань немного, но все-таки торчат соски. Елки…, что делать то? Это ж неприлично.

Принц, как будто подслушав мои мысли, проводит кончиком ногтя по соску, заставив кровь бурлить сильнее.

— Не имеет значения кто что подумает. Это все только для меня — и захватив мои губы в плен, жадно и неистово целует, доводя меня фактически до точки кипения. — Я не отступлю. В любви и на войне все средства хороши.

И не дав мне опомниться, под руку заходит со мной в Залу. Мы сразу же натыкаемся на множество разных взглядов. Масляных мужских и презрительных женских. Я подымаю подбородок выше, делаю вид, что мне нет дела до них. Принц сплетает наши пальцы и, небрежно отвечая на поклоны, двигается в сторону столиков с закусками. Берет нам по бокалу красного вина. Буквально сразу же возле нас материализуется какой-то мужчина, что-то шепчет Стефану, тот оборачивается ко мне. Видно, что он раздражен.

— Дорогая, я прошу прощения, меня хочет видеть брат. Я постараюсь освободиться как можно быстрее.

И уходит. Ну вот. Как говорится, на самом интересном месте. Я остаюсь одна на растерзание толпе. Уходом принца сразу решает воспользоваться один из лордов, подходя ко мне и заводя беседу. Все бы ничего, но его глаза ни разу не поднялись выше зоны моей груди, а потому, не церемонясь, я прощаюсь с ним и отхожу от стола, держа в руках бокал вина. Делаю вид, что просто прохаживаюсь, а сама ищу место поукромнее, чтобы там незаметно отстоять этот вечер, или хотя бы часть его, пока не вернется принц. А заодно и послушать, что вокруг болтают. К сожалению, беседы малосодержательны. В основном сплетни и, увы, чаще всего о нас с принцем. При моем приближении разговоры затихают, потом опять возобновляются, но существенного я ничего не услышала. Ненадолго останавливаюсь возле маленького декоративного фонтанчика, за ним вижу выход в сад. Отлично, сейчас потихоньку его обойду и выйду на свежий воздух, как раз то, что надо.

Мне навстречу выходят две девушки. Светловолосая и темненькая. Где-то я эту парочку видела. А не те ли это дамочки, что принца недавно в парке атаковали, я за этим еще с балкона наблюдала? Похожи, но точно сказать не могу, лиц тех девушек я не рассмотрела. Они как две каравеллы прут прямо на меня, вжимая в фонтанчик. Нет уж, так не пойдет. Я останавливаюсь и, не взирая на то, что они продолжают наступать на меня, больше не двигаюсь и не отступаю.

— О, какая встреча, баронесса, — первой заговаривает брюнетка. Красивая, надменная. — Вы нечасто нас балуете своим обществом.

— Да, не люблю, когда много людей вокруг. Предпочитаю более… интимную обстановку.

Обращаю внимание, что блондинка немного развернулась и осталась чуть позади, как бы закрывая нас от лишних глаз. Явно что-то затеяли девушки.

— Ну, когда вы официальная фаворитка, то какое дело до ваших предпочтений? Тут уже имеют значение только пожелания его Высочества.

Голос просто сочится ядом. Язва ты желудочная. Задеть меня пытаешься?

— Это выводы из вашего личного опыта, как я понимаю?

Она краснеет, пальцы на ножке бокала белеют от напряжения.

Надо же какая эмоциональная. Всего одна моя фраза, а как завелась. С такой вспыльчивостью не стоит ввязываться в словесные дуэли. Тут нужен холодный ум.

— Впрочем, мне не интересно. Его Высочество понимает мое нелюбовь к большим торжествам, поэтому мы посещаем только необходимый минимум. Все остальное время мы предпочитаем проводить вдвоем, наслаждаясь обществом друг друга — последнюю фразу говорю, глядя ей в глаза и отпивая из своего бокала крошечный глоток.

Реакция последовала незамедлительная. Она делает широкий шаг ко мне и выплескивает содержимое бокала на мое платье.

Красное вино на моем платье цвета переспевшей вишни не видно. Влажное пятно, которое скоро высохнет и все.

Я чуть опускаю руку и поливаю вином ее голубое платье. А что? Долг платежом красен. Или она думала, что я сейчас разревусь и убегу? Похоже, думала. Она поднимает руку, и я вижу, на кончиках пальцев магию. Она что, собирается сейчас напасть на меня? Вообще с головой не дружит? Перемещаю вес тела на одну ногу, группируюсь. Но тут вмешивается блондинка. Она хватает брюнетку за руку, что-то шипит той в ухо. Я не дожидаюсь, что они решат, быстро ныряю в чуть освободившийся проход и выхожу в сад. Так, теперь желательно все время быть на людях.

Буквально через несколько минут меня находит Стефан. Рада его видеть, как никогда. Рассказываю о стычке с его бывшей зазнобой. Интересуюсь, а не могла ли она опоить тогда нас со следователем? Принц говорит, что теоретически, могла, но доказательств нет. Предлагает удалить ее от Двора. Отказываюсь, потому что враги должны быть в поле зрения, чтобы знать с какой стороны будет удар. Принц хмыкает на эту мою фразу и целует в кончик носа.

Вот за подобными разговорами и проходит остаток вечера. Когда уже луна была на середине небосвода, стали все расходиться. Я устала сверх всякой меры. Улыбаться и беседовать с людьми, которые готовы тебя разорвать, как только ты лишишься покровительства принца, утомляет несказанно. Стефана в очередной раз отвлек на срочный разговор посол соседней державы. Они стояли беседовали, а я услышав какой-то шорох — оглянулась. Странное шебуршание раздавалось чуть дальше. Я делаю пару шагов. Слышу фразу Стефана о том, чтобы я не уходила далеко, мы сейчас пойдет. Оборачиваюсь в его сторону и говорю, что никуда не ухожу, а когда поворачиваю голову в сторону шуршания, мне навстречу уже летит какой-то фиолетовый порошок. Я не успеваю отвернуться или задержать дыхание. Вдох и мое сознание меркнет. Я еще слышу крик Стефана, а потом темнота.

Глава 18

Брожу по полю. Сон. Я сплю. Холодно, злой ветер гонит серые тучи по небу. Высокая трава, колышется волнами, как море в шторм. Пытаюсь успокоить ветер, не получается. Елки, опять меня чем-то опоили. Потом вспоминаю фиолетовый порошок. Ага, значит, надышалась гадостью. Знать бы еще чем. Сколько я стою в поле, не понятно, но внезапно приходит ощущение, что долго. Я как будто в оцепенении. Вроде, я хотела идти к деревеньке. Но почему я тогда до сих пор тут? Ощущение, что в голове все шестеренки заржавели. Еще крутятся, но очень туго, со скрипом.

Моей руки касается чья-то рука. Поднимаю глаза. Девочка. Тянет меня за руку. Моя светловолосая пятилетняя подружка. Только сейчас замечаю, что она выглядит старше. Лет 8. Но черты лица как-то размыты. Вроде и вижу, но нечетко. Как тогда, когда я была шестидесятилетней и у меня была дальнозоркость. Иду с ней. Понимаю, что она тянет меня в сторону деревни. Хорошо, мне туда и надо. Девочка легко подталкивает меня в сторону домика. В окошко вижу рыжего парня. Снова он. Силюсь вспомнить, что я от него хотела. И не могу. Да что ж такое. Как размазня. Мне нужна помощь.

Нэйт, помоги мне! Помоги!!

Резко меняется местность. Ночь. Я на берегу реки. На небе полная луна и много звезд, все вокруг хорошо видно. Слышу плеск, и из воды мне навстречу выходит мужчина. Мне требуется пара секунд, чтобы понять две вещи. Первое — это Нэйт, второе — он абсолютно голый. Получилось!! Я пришла к нему в сон. Вне себя от радости, я подлетаю к нему и обнимаю, не обращая внимания, что мой белый сарафан моментально промокает.

— Нэйт, я так рада, что нашла тебя.

— Эми? — в голосе столько удивления. Он отодвигает меня на секунду, недоверчиво смотрит, а потом сильно прижимает к себе, шепча куда-то в волосы. — Эми, это ты. Ты пришла, нашла меня. А я тебя не смог найти. Никто не смог найти.

И столько отчаяния и радости одновременно в его голосе, что мне становится жутковато. Теперь уже я немного отодвигаюсь.

— Нэйт, в чем дело? Что происходит?

— Тебя отравили, Эми. Порошком забвения. Ты должна была умереть. Вдыхаешь порошок, погружаешься в сон, а потом все глубже и глубже уходишь. Сутки и все, перестаешь дышать.

Он притягивает меня снова к себе и начинает настойчиво целовать. Я понимаю, что он выплескивает напряжение. Но мне бы хотелось еще информации. Останавливаю его, прижимая ладонь к губам.

— Сколько я уже сплю?

— Трое суток.

Его ответ, как удар в солнечное сплетение. Вроде и лишает сил, но и отрезвляет очень. Я чувствую, как шестеренки в моей голове заработали быстрее.

— Я умру?

— Не знаю. Обычно, к этому времени жертва Порошка забвения уже мертва, но ты борешься. И раз я вижу тебя в своем сне, значит, ты не бессильна и сможешь проснуться. Только постарайся, прошу.

Он умоляюще смотрит на меня и целует мои пальчики, которые лежат на его губах.

— Как мне проснуться?

— Просто захотеть.

Пытаюсь. Увы, понимаю, что не получается. Нэйт это тоже понимает, вижу, огорчается.

— Прости.

— Тебе нужно больше силы. Где твой источник?

Я непонимающе на него смотрю.

— Где ты обычно проявляешься в снах?

— Эээ, в поле. Но сейчас это не вариант. Я там вообще ничего не могу изменить. Единственное, что я смогла, это перенестись к тебе. И то, не без поддержки одной маленькой девочки. Но чем больше я тут, рядом с тобой, тем лучше я себя чувствую.

Произношу, и понимаю, что это действительно так. Голова прояснилась, хорошо ощущаю свое тело, лучше, чем когда была в деревне. Кстати, про тело. Только теперь я начинаю чувствовать, что наши со следователем тела тесно прижаты друг к другу, а так же тот факт, что на мне только тонкий сарафан, а на нем, только капли воды. И меня моментально обдает знакомая жаркая волна. Вот оно. Ощущение, что я живу. Не говоря ни слова, я притягиваю его голову к себе и погружаюсь в глубокий и горячий поцелуй. Какое-то время тишину нарушают только наши вздохи и полустоны.

Я отрываюсь от него и смотрю в глаза.

— Нэйт, сделай меня своей. Хотя бы так, хотя бы здесь.

Не даю ему опомниться, опускаю бретели сарафана. Ткань намокла и не спускается вниз, как я задумала. Мне становится и смешно, и грустно. Похоже, попытка соблазнения не удается. В очередной раз. И только я подумала, как он падает на колени и в следующую секунду через мокрую ткань мой сосок опаляет его горячий рот. От неожиданного и острого чувства я вскрикиваю. Его руки ныряют под ткань и обхватывают мою голую попку, придерживая и не давая двинуться. Он зубами сдвигает ткань с груди и прикусывает сосок. Краем сознания я желаю изо всех сил не быть сейчас девственницей. Чтобы без боли, только удовольствие.

Его руки снимают мою одежду. И вот мы оба обнажены. Он садится ягодицами на пятки и рассматривает стоящую меня снизу вверх. От его глаз не укроется ничто. Это возбуждает и побуждает меня вести себя расковано. Я чуть сгибаю ногу и отвожу колено вбок. Чтобы он увидел мое возбуждение, как я вижу его. Сегодня все открыто, все честно. Он смотрит туда, где блестит влага, как загипнотизированный. Одним движением приподнимается и прижимается губами к клитору. Резкие, сильные удары языком, нежные мягкие губы и я за гранью. Он прижимает к себе мое трепещущее тело. Ложится спиной, укладывает мою грудь на плече. Э, нет. Это не конец, даже не надейся. И кстати, про концы. Хитро улыбнувшись, неожиданно для него опускаю руку на его член. И начинаю поглаживать. Неторопливо, нежно. Хотя знаю, что ему сейчас хотелось бы быстро. Ласкаю языком его соски. Потираю клитор об его бедро. Нет уж, сегодня ты мой.

В ответ на мои манипуляции слышу стон. Потом еще. И вот уже мой суровый и невозмутимый следователь сжав кулаки, извивается под моими руками, утратив всякий контроль. Довожу его до пика и останавливаюсь. Его сводит мучительной судорогой, но разрядки нет. Успокаивающе поглаживаю и опять быстрее, и снова отпускаю. Когда он уже начинает рычать, я понимаю, что пора. И не дав ему опомниться, сажусь сверху. Он открывает совершенно шалые глаза и смотрит на меня. Контакт зрачки в зрачки. Мои руки на его груди. Он накрывает их своими ладонями и делает легкое движение бедер навстречу. И я не могу сдержать счастливый смех. Он согласен. Он хочет. И резким движением сажусь на его член. Ощущение, что искры из глаз. Что извержение лавы в точке нашего соприкосновения, тайфун и смерч. Я успеваю сделать только пару поступательных движений, как нас обоих накрывает цунами оргазма.

Медленно прихожу в себя. Открываю глаза. Вижу знакомую комнату.

— Ты проснулась! Слава Богам — ко мне кидаются и нежно гладят ладошки, целуют их. Столько радости в зеленых глазах, столько света. Но я закрываю свои веки, чтобы не пролить слезы. Стефан. Рядом только он.

— Я прикажу принести легкий суп. Поешь и примешь ванную, сразу почувствуешь себя лучше. — Он прижимается лбом к моей руке — Я боялся, что потерял тебя. Прости меня, это я виноват, не досмотрел.

— Не говори ерунды — мой голос скрипучий и тихий, в горле нещадно дерет.

Чуть позже, насытившись и едой, и лежанием в ванной, вяло полусидела в кровати. После активного купания я чувствовала себя на грани физического истощения. Весь вечер надеялась, что придет Нэйт. Но напрасно. Он через горничную передал букетик фиалок и пожелания выздоровления.

Сам не пришел. В очередной раз отказался от меня.

Но я настолько устала, что даже эмоций никаких не было. Поняла, что опять соскальзываю в сон. Только не к нему, к нему не хочу. Хочу к деревушке. Пора уже разобраться, что там с тем рыжиком.

Глава 19

Стоя во сне возле деревушки настраиваюсь на рыжего паренька. Насколько я слабо себя чувствовала в реальной жизни, настолько тут, в сновидениях, я ощущала силу и мощь. Все тело просто гудело от них.

Река. Песчаный берег. Легкое утреннее солнце восходит над линией горизонта. Иду вдоль кромки воды. Вижу, вдалеке парень рыбачит. Подхожу к нему.

— Здравствуй.

Он смешливо поднимает на меня светлые глаза.

— И тебе не болеть.

Присаживаюсь на уже теплый песок рядом с ним. Сидим так какое-то время, смотрим, как дрейфует поплавок по воде.

— Я тебя здесь раньше не видел — заговаривает рыжик.

— А меня здесь раньше и не было — улыбаюсь. — Красиво тут. Часто бываешь на этом месте?

— А ты почему спрашиваешь? — хитро усмехается, оценивающе пробегая взглядом по моему лицу, сарафану, босым ногам и стоящим рядом босоножкам.

— А может, ты мне понравился — так же, как он, хитро усмехаюсь.

— Странная ты. И одежда на тебе странная. И у меня уже есть невеста.

— Ты разбил мне сердце — говорю плаксивым голосом, но встречаюсь взглядом с его смеющимися глазами и, не сдержавшись, фыркаю, а потом мы оба начинаем ржать, просто как кони.

Дальше беседа потекла в таком же шутливом дружеском ключе. Солнце уже было в зените и прилично припекало, когда парень засобирался.

— Мне нужно идти, у меня встреча. Приходи сюда еще как-нибудь.

Я киваю и машу рукой на прощание. Смотрю, как он идет по берегу, выжидаю. Когда он скрывается за поворотом, поднимаюсь и иду за ним. Нужно узнать о нем больше, чтобы найти в реальном мире.

Представляю, что растворяюсь в окружающей природе, становлюсь прозрачной. Лукас, он сказал, что его так зовут, какое-то время идет вдоль реки, а потом поворачивает и заходит в лесок. Я за ним, стараюсь, чтобы не заметил, но и не сильно отстаю, потому что в лесу легко потерять его из виду. Потом он опять поворачивает и ныряет под ветки огромной ивы. Я следом. Выхожу и вижу заводь, скрытую ото всех. Мелкая вода, камыши и поваленное дерево, на котором уже сидит знакомый мне рыжик в компании девушки. Его спина закрывает весь обзор, вижу то немного плечо, то край черной косы. Они разговаривают, он держит ее ладошки в своих руках. Явно видно, что отношения у них больше, чем дружеские. Вот он поднимает руку и заправляет прядь волос ей за ухо. Это так мило. В его движениях нежность и трепетность. Я решаю уйти и случайно наступаю на сухую веточку, каких тут раскидано множество. Раздается хруст и Лукас сразу поворачивается в мою сторону.

— Эми, ты зачем здесь?

Не смотря на мою маскировку, он меня видит отлично. Через секунду я обращаю внимание, что прошло ощущение легкости и прозрачности в теле, которое появилось, когда я представила себя прозрачной. Неужели рыжик умеет снимать иллюзии?

— Извини, я не думала, что нарушу ваше уединение. Я забыла на пляже у тебя кое-что спросить и пошла за тобой. Хотела догнать — старалась говорить как можно более убедительно и не кривиться, не люблю врать.

Лукас во время моих объяснений встал лицом ко мне, а девушку закрывала его спина и я опять ее не видела.

— Слушай, давай отложим разговор на следующий раз, я сейчас занят.

— Да, конечно, извини, мне действительно жаль… — я уже хотела уходить, когда раздался резкий женский голос.

— Какая ж ты надоедливая дрянь! Нигде от тебя покоя нет.

Из-за спины рыжика вышла та самая брюнеточка, что вешалась на Стефана. Мои глаза буквально вылезли из орбит, когда я ее здесь увидела.

Не успела я опомниться, как песок, на котором я стояла, превратился в зыбучий. И чем больше я пыталась освободиться, тем сильнее он меня засасывал. Лукас пытался было кинуться ко мне, чтобы помочь, но эта девка спеленала его, как паучиха, до груди какой-то липкой субстанцией, нею же заклеив ему рот.

— Какая прелесть — она ехидно скалилась, глядя то на меня, беспомощно барахтающуюся уже по талию в песке, то на рыжика, что-то мычащего и дергающегося всем телом, в попытках освободиться.

— Сейчас я доберусь до тебя, мымра, посмотрим, как ты будешь улыбаться, когда я тебе зубы выбью!

— Выскочка! Как бы я хотела тебя убить, но еще рано. Но я сделаю тебе подарок. Вижу, тебе симпатична эта никчемная рыжая тушка. Так вот знай, если бы не ты, я бы еще долго тянула с него его дар. Понемногу, по капельке, долгие месяцы. И он был бы жив. А теперь он сдохнет! Из-за тебя! Смотри внимательно, дрянь! Запоминай на всю оставшуюся тебе короткую жизнь, как умирает по твоей вине человек!

От ее последних слов во мне все похолодело. Нет!