Хомякус советикус-1.1

– Какие заговоры, какие бабки, о чем ты? У меня заключение консилиума врачей на руках – бесплоден.

– Ладно, Саша, как определишься, там семью, детей завести – обращайся. Прощаемся до понедельника, извини, опаздываю.

– Давай, отвезу куда надо.

– А, давай.

– Степаныч, буду через полтора-два часа.

Мы помчались к проходной, время поджимало.

– Ты куда спешишь – то?

– У меня встреча с продавцом, владельцем участка. Я землю покупаю, на тебя рассчитывала, но выкручусь сама. Сейчас прямо, направо, вот здесь налево, прямо, к тем машинам, успели. Спасибо, выручил, хочешь участок посмотреть? Это меня ждут, пошли.

– Привет, Федорыч, вроде вовремя, знакомьтесь: Саша – Николай Федорович.

Мы подходили к двум сороколетним мужчинам.

– Документы с собой? Участок мне Николай Федорович показывал, договоренность в силе?

– Саш, как тебе участок, главное достоинство участка знаешь какое? Это сосед мой будущий – Федорыч.

Уже совсем тихо и только для Саши:

– Если у тебя есть возможность подарить мне час времени, как куплю участок, скажи.

– Я сейчас по делам тут отлучусь, а подъеду к проходной к двенадцати, будет тебе час.

Мы с Федорычем погрузились в его копейку, за нами двигалась машина продавцов, а Саша уехал ещё раньше.

У нотариуса нас ждали, от меня потребовали только паспорт. Продавцы отдали тоненькую папочку документов с планом участка, выписками из решений городских властей о предоставлении участков под частные домовладения, переход собственности к нынешним владельцам, паспорт. Текст договора выдали для ознакомления, перепечатали на гербовой бумаге, приложили к документам свежую справку из земельного реестра, всё подписали, произвели расчёт и вернули мой паспорт, всё последующее дооформление бумаг в городских службах Федорыч поручил своей племяннице-нотариусу. В одиннадцать мы уже обмывали чаем моё приобретение в доме Федорыча.

– Мара, а что за дела у тебя с майором? Да и радости от покупки участка не видно что-то.

– С майором ничего, я слишком размечталась и пролетела, как фанера над Парижем. Но хоть клок шерсти, но с него выбью. Город для разборки усадьбы связался с двумя конторами, те дают сорок человек, а город платит и вроде бы ещё обещает несколько квартир. Я понадеялась провернуть замену этих контор на вояк. Вот попытаюсь ещё подергаться, заинтересовать его. Через час хочу с ним съездить в усадьбу и показать этот клад, может, удастся пробудить интерес. Под его тенью рассчитывала часть материалов с усадьбы себе утащить, прямо на участке разместить. Ведь там Клондайк. Вояк простимулировать материально надеялась, на них денег ещё может хватить, а вот конторы обдерут полностью, с их то аппетитами. Сейчас еще с Валерой свяжусь, узнаю, что там с сессией.

Я крутила диск телефона, но настроения не было. Валера ответил сразу, сказал, что с деканом связывался, на следующей неделе подъедут дипломники к среде, он теперь их размещением озадачен. Я посоветовала составить официальное обращение к директору завода с просьбой предоставить койко-место для дипломников, с припиской от города какой-нибудь. За подсказку был благодарен даже слишком. Тут то я и поинтересовалась итогами сессии.

Город выдаст конторам гарантийные документы на шесть квартир, но те наглеют, требуют уже восемь. Глава администрации волосы уже рвет на голове. Валера к концу дня подскочит на завод с письмом, вместе сходим к директору.

Федорыч весь разговор слышал и подтвердил, что конторы ему известны как редкие халявщики, связываться с которыми нельзя, подведут обязательно. В воскресенье с утра мы с ним посмотрим усадьбу вдвоем, там и встретимся к девяти. В завод возвращалась от полководца, протопчу тут личную тропу скоро.

В цеху привычно успела только бумаги разложить, как подошло время обеда, тем более с проходной сообщили, что подъехал майор.

Пока ехали, молчали оба, у усадьбы нас встречала бравая охрана, я предъявила разрешение и пошла показывать объект. Саша был сосредоточен, но усадьба его совсем не интересовала. Я разливалась соловьем, стараясь его растормошить, по этажам провела, показала всё богатство, про конторы рассказала, про свои задумки об обмене и их возможных выгодах.

– Мара, не суетись, всё я понял и знал давно о твоих планах, мне ведь не пять лет, сразу же, еще в четверг утром навел справки. Удивила только своей откровенностью, не ожидал, думал играть будешь в любовь-морковь, хватка твоя порадовала, опять же неожиданная для пацанки. Мне тут шепнули, да и сам я заметил, ты что, ведьма?

– Ага, я еще и по ночам на метле летаю, хочешь, покажу. Саш, ну ты что, сказок на ночь перечитал что ли? С чего ты взял – то?

– Зацепила ты меня крепко, сам удивлен. Я ведь в четверг утром впервые проспал, всю ночь маялся, места себе не находил, потому и узнавать бросился всё про тебя, разбудила ты меня. А после того как взгляд твой увидел, когда на меня в кабинете смотрела, сразу поверил всем слухам, что есть в тебе что-то нелюдское.

– Сашуль, а что узнал то, список тебе дали с кем сплю что ли, так не верь, одна я сплю, молодая еще. Обычная я, самая простая, как пятак.

– Ладно, не ври, а про бабку ты ведь правду говорила? Я ведь по своим каналам только что пробил всё о твоей семье, нет у вас в роду особенных, наши их на заметку берут, а с тобой непонятки какие-то, колись.

– Да что ж мне так везет, что ни знакомый, то эмпат, скоро уже плюнуть негде будет. Земля здесь особенная, что ли. Саш, а ты как, по эмоциам отслеживаешь или как – то иначе чувствуешь?

– В сторону разговор уводишь, не хочешь раскрываться?

– Боюсь я вас, таких взрослых и умных, дитя я неразумное, путь свой только нащупываю, учусь только. А от слов твоих, что государство уже учет ведет и на заметку берет кое- кого, в ужасе просто. Этот страх и заставляет молчать, а кое – что сообщить смогу только после клятвы.

– В рабство, что ли, берешь клятвой?

– Ага, заботься о вас потом, корми, пои, сопли вытирай, забот больше нет.

– Хм, правду говоришь, я чувствую.

– Саша, я этой клятвой только себя хочу обезопасить, да и тех, кто её даст, им помочь не навредить мне неосознанно. Послушай и сам реши.

Текст я произнесла, он его продумал и дал согласие клятву произнести. А вот шоу Леди с появлением оригинального перстенька, схожего с обручальным кольцом, пришибло майора не слабо.

Сообщила ему лайт версию своих некоторых способностях по исцелению, изготовлению косметики. Раскрыла возможности колечка, особенно по связи и лечению. Моё “доверие” расценил, как операцию по охране моей особы.

Одним словом: вояка, он и есть вояка. Ему ещё требовалось знать мой распорядок дня, проверить безопасность жилья и всё остальное. Ещё один начальник появился. Слушать весь этот бред мне надоело, но решила, отваживать от навязчивых идей надо постепенно, поэтому безропотно сообщила о ближайших планах.

– Вернуться в завод, в конце дня встретиться с архитектором, вечером испечь два торта, в субботу с утра отправиться навестить пациента, бывшего гуся, после обеда сходить в гости со знакомыми ребятами, а в воскресенье утром встретиться тут же с Федорычем для анализа усадьбы. Пока всё.

– Насыщенная у тебя жизнь, боюсь не смогу контролировать тебя полностью. В субботу подъеду, в гости вместе идем, надо посмотреть новых знакомых и в воскресенье утром заеду за тобой.

С последними словами не согласилась, пояснила, что прекрасно добегу сама, что уже делала. Нехотя, но согласился. Я только посоветовала в субботу прибыть в штатском, иначе распугает всех будущих знакомых, принял к исполнению.

Тяжело мне будет с ним. Отговорилась необходимостью зайти в общагу, поэтому вышла из козлика рядом с ней и помахала ручкой на прощание.

Из тени кустов ушла к фундаменту, обед только что закончился, к фундаменту подходил главный. Предупредила, что в понедельник в завод подвезут пятерых солдат с инструментом. От нас: обед, вода, попить, и туалет.

Проверили ближайшую постройку с моим временным кабинетом и имеющимся туалетом. Договорились, что утром в понедельник пришлет уборщицу навести порядок, и воду доставят из столовой, где их и будут кормить.

Руководить работой солдат выйдет Федорыч. С утра главный подойдет и вместе с Федорычем определятся с утилизацией мусора.

С шефом прошли в цех, мой кабинет с бумагами одобрительно оглядел, работай дальше мол, я и продолжила.

Со второй группой О.С. консервного цеха полностью закончено. Сегодня добью третью группу по цеху и малоценку, в понедельник перейду к механическому.

Подъехал Валера, у меня теперь пункт наблюдения в проходной, сразу сообщают. Директор был в принципе согласен, с комендантом я договорюсь подробнее. От завода я теперь буду рулить этими дипломниками, а как Валера то был рад, на улице клялся в любви и всеобщей поддержке.

Осторожно поговорила о теоретической вероятности замены контор, но сохранения обязательств города по оплате и выделении квартир. Смысл стал ясен, раз сессия в решении отразила выделение квартир, то пусть хоть черту лысому, главное, чтобы были рабочие. Наименования контор в решении не отражены, хотя представители этих контор очень эмоционально выступали в прениях.

К концу дня удачно закончила намеченные планы со всеми рекомендациями по цеху. Получилось даже элегантно. Вырабатывается форма отчётности.

Пока дамы ещё не подошли, написала два экземпляра рецепта наполеона для них и приготовила все продукты. По шуму в коридоре стало понятным возвращение семейных дам, подхватила все продукты для замеса теста и поплыла в кухню.

На самом большом столе под контролем дам начала проводить мастер-класс: в кучку муки натерла маргарин, чуть сыпанула щепоть соли и сахара, тщательно смешала, в лунку этой смеси вылила кефир, вымешала, сформировала шестнадцать равных маслянистых шарика, уложила их в пакетики и попросила убрать в морозильник.

Пока они разносили пакеты, убрала все следы замеса. Они вернулись, и собственно печь будем позже, после ужина. Листочки с рецептом продолжали изучать уже без меня.

Меня ждал берег и море. Как мало я раньше общалась с военными, особенно с активно служащими, уволенные в запас проходят адаптацию и с ними можно общаться “не по уставу”. Упертость, твердолобость, властность, именно эти качества вызывают активное моё неприятие.

Уже давно, дала себе слово просто ограничить общение с этой категорией людей, нет у меня иллюзий даже пытаться их изменить. Как жаль, что сразу не распознала этот набор в Саше. А бог с ним, время разведет.

Мне теперь искать новую “золотую рыбку” надо. У него, что ли, совета попросить, с кем партнерствовать начать, раз сам отказался. Может одесситы что подскажут.

Хорошо, что город заключил договора с конторами только о сотрудничестве пока без обязательств. Спешить надо, государство ползком подбирается, да, полезен Саша предупреждением об этом. Наивно полагала, что живем с государством параллельно, а вот Сашенька носом конкретно ткнул, и испугалась я очень сильно.

Это страх предыдущих поколений, память матери, бабки. Кажется, нащупала причины тяжести от встречи с Сашей. Все эти мысли крутились во время плавания, чтобы избавиться от них, так активно стала разминаться на берегу, что вспотела и ноги стали подрагивать.

В свежей воде освежилась, накатывать стала усталость. Уже после душа впервые днем продремала часик, зато тревогу задавила и свежей отправилась печь тортики. Кроме продуктов захватила чистую бумагу, пару картонок, миксер и всякую мелочь.

На кухне сварила молочный кисель на муке и для охлаждения кастрюля стояла в тазике с холодной водой. Вышли дамы и стали наблюдать, принесли шарики теста. Дальше процесс пошел ходом, я только показала, как раскатывать и печь первые два коржа, удивило их то, что пекли коржи на плоской обратной поверхности противня.

Раскатать пласт, переместить на противен, по листу вырезать будущий размер торта, на корже наделать дырочек- я прокатывала колесиком для раскроя тканей- и вместе с обрезками выпечь. Как подрумянится корж – сам корж на бумагу остывать, а испеченные обрезки в миску.

Пока дамы занимались коржами, а с двумя печками дело шло споро, я занялась на их глазах кремом. Большой шмат масла с помощью миксера взбивался быстро, уточнила насколько сладким хотят получить торт дамы и соответственное количество сахара добавила в масло.

Затем очень небольшими порциями вбивала остывший кисель в масляную массу. На глазах дам получили большую кастрюлю воздушного крема – близнецы крем продегустировали и одобрили, из кухни всех лишних удалили, иначе бы лишились крема.

Всунули крем чуть остудить в холодильник и занялись подготовкой к сборке. Лиля для своего торта вынесла большой поднос, а я использовала плотную картонку. Предварительно разделили крем поровну, приступили к сборке.

Первые коржи уложили каждый на чистый лист бумаги, на подносе или на картонке, щедро осторожно смазали кремом, на крем следующий, чуть прижали, снова обильно крем, и так до конца.

Вся трудность сборки в хрупкости коржей, как правило, чем прочнее корж, тем менее вкусен торт. Пока дамы вымазывали бока и верх торта, я вывалила на разделочный стол обрезки из миски и прокатала их скалкой, Мелкие крошки собрали, разделили поровну и обсыпали ими торты.

Всё прибрав, пригласили на смотрины домочадцев. Мужчины хотели дегустацию начать прямо сразу. Посоветовала отложить до завтрашнего обеда – будет вкуснее. Свой торт забрала, от семейного завтра заберу еще несколько кусочков.

Близнецы хотели конкретно знать сколько, я посчитала и выдала – пять, пояснив кому. Угостить девчонок, родителей Галки и мне. Не возражали. С тем и распрощались. Еще не было десяти вечера, и из окна шла прохлада. Оставила торт пропитываться и слегка похулиганила: заговорила торт на здоровье.

Утречком заварила для Жеки зелье, пока наплаваюсь, успеет настояться. Собралась привычно: над зельем тот же наговор сделала, что и для Федорыча, эффект мне понравился, захватила лосьон и бальзам для Жеки. Пришла раньше намеченного времени, опять услышала крики, Жека подгонял Витька с умыванием его и выправаживанием. Мне нужен будет Витек. Пока Жека справлялся с утренними процедурами, поманила во двор Витька.

Нам предстоял серьёзный разговор, поэтому тянуть не стала и начала говорить, что в отношении с его братом отошла от своих правил и сейчас попытаюсь это исправить.

– Брату твоему я помогу в любом случае, короче, хочу себя оградить от неприятностей.

Он и Жека должны мне принести клятву, сразу текст произнесла, и он расслабился. Быстро повторил за мной слова, и даже шоу Леди воспринял обыденно, так мол он и думал.

Мне даже обидно за неё стало, и я пожалела её усилия, но мысленно всё равно поблагодарила. Раздался легкий смех колокольчиком, вот на него Витёк отреагировал с опаской – тёртый волчара.

Попросила сегодня не уходить, возможно, будет не так тяжело протекать исцеление, как я предполагала прежде. Немного возбужденный Жека ожидал нас.

Потребовала клятву, Жека вопросительно взглянул на Витька и тот утвердительно кивнул. А вот Жеку шоу Леди порадовало, как бы он получил ответы на свои вопросы.

Витёк разместил брата на удобной лежанке. Смотреть на голые ноги парня было неприятно. Пока он допивал отвар из бутылочки, я внимательно разбиралась с его, якобы здоровой, ногой.

Жека медленно отключался, но дышал глубоко, сердце билось ровно. Витёк сидел рядом и внимательно следил за ним и за мной.

– Витек, я сначала подправлю его правую ногу, там какая – то старая травма, а мне нужна абсолютно здоровая нога.

– Это ещё в детстве он ломал.

– Хочешь увидеть, что буду делать?

– А можно? А Жеке больно не будет?

– Жеке сейчас хорошо, так что за него не беспокойся, спит он.

Я начала с пальцев ног, от моих ладоней пошел видимый туман, прямо над Жекой появилось изображение костей его ноги, моих очень крупных туманных ладоней, обнимающих стопу Жеки.

Каждая косточка стопы омывалась туманом, очищалась им, уходили легкие нашлепки прежних ушибов. Так выправляя, дошла до голеностопа, теперь туман завращался, мышцы плотно обхватили каждую косточку, изгоняя лишнюю жидкость и освобождаясь от мозолей.

Выше с костями было проще, их просто было меньше. Коленочку пришлось пригладить, снять воспаление и с хрящиками поработать. По бедру дошла до паха и вниз опускалась, перебирая излишне перекрученные мышцы. Прошлась еще пару раз и теперь после исчезновения тумана можно видеть модель стройной ноги с продольными вытянутыми мышцами. Теперь перерыв.

Витёк – молодец, как только я отстранилась от Жеки и присела на скамейку, он подхватился и вернулся с кружкой кофе, я благодарно кивнула. Закончился кофе, отставила кружку и скамью, придвинулась вплотную к лежанке Жеки, встряхнула руками, вокруг них закружился плотный туман. Этим туманом я обматывала обе ноги Жеки, подбросила вверх весь кокон. Встав, придвинула кокон к себе вплотную на высоте своей груди, каждая рука лежала на своей моделе бедра, руки двигались синхронно, но в противоположные стороны.

Между моделями здоровой и искалеченной ноги протянулись световые лучи. Лучей становилось все больше, уже два светящихся шара вращались в противоположные стороны, лучи взаимно проникали в светящиеся сферы, но, даже сталкиваясь, возвращались в свою сферу вновь.

Достигнув поврежденной части ноги, шары ещё увеличили скорость своего вращения. Лучи копировали поверхность здоровой ноги и зеркально формировали аналогичную форму второй сферой. Обломки костей выравнивались, из самих лучей восстанавливалась кость, где она отсутствовала.

Вот уже стали появляться восстановленные участки кости, прежде разрушенные. Медленно, но шары достигли колен, при замедлении вращения шаров я их подпитывала, и они возвращали свою скорость. Чем больше было повреждение участка, тем выше была скорость вращения.

Я не спешила, мне важно было безупречно восстановить кость. Иногда шары лохматились, и я их поглаживала, приглаживала, они ластились к ладоням, я щедро отдавала энергию.

Однажды они даже вернулись к уже пройденному участку и быстро вернулись к прерванному. Туберкулез костей, что ли, выжигали? Шары достигли стопы, теперь вращение потеряло свою стремительность, даже при подпитке скорость оставалась прежней. Шел процесс очистки, убирались костные мозоли. На фалангах шары стали уменьшаться. Из каждого шара образовалось пять небольших, они спустились к окончанию косточек и один за другим скрывались в моих ладонях.

Шары пропали, теперь мои обе ладони стали массировать модель поврежденной ноги от паха до кончиков пальцев. Теперь обе ладони на разных ногах с внешней стороны бедер от начала ног одновременно медленно скользят вниз, от ладони со здоровой ноги появились лучи, уходящие в ладонь на поврежденной ноге.

Из – под ладоней появляются абсолютно подобные по форме мышцы, зеркально одинаковые. Закончив прохождение до конца, резко сбрасываю изображение ног, изображение пропадает. Устало опускаюсь на отставленную скамью и рассматриваю идеально ровные ножки Жеки.

Да, наведет Жека шороху на пляже. Витёк неверяще смотрит не отрываясь на эти же ноги. Дать потрогать ему что ли?

– Витёк, очнись, мы сделали это! Вить, ты прикрой его и привяжи что ли, а то свалится случайно.

Витёк о брате позаботился, осторожно прикрыл пледом и приготовленными широкими лентами примотал к лежанке.

Я двинулась, широко от души зевая, Витек впервые улыбнулся мне. Мы уселись за стол, но есть не хотелось. Слишком обширные у Жеки повреждения были, тяжеловато что – то. Нельзя, наверно сразу после ПМС исцелением заниматься, выходит в месяц всего пару недель можно на исцеление отводить.

– Вить, а у тебя водка есть?

– Налить что ли?