Помоги проекту - поделись книгой:
– Нет, настоящего, которого лешие утащили. Его ведь еще можно найти и вернуть. Три дня. Пока он не умер.
Марта уставилась на Тришкина.
– Совсем с башкой раздружился? Тебе говорят – Славка спит. Он перенервничал на кладбище, у него случилась истерика. Температура, наверное. Отдохнет, станет как раньше.
– Не станет, – тянул свое Фей.
– А шел бы ты один. – Кричать не получалось, Славка спал, и будить его не хотелось. Он еще успеет сам накричаться, пока мама не приедет. Поэтому Марта сипела придавленным ужом.
– Ну давай уйдем, – провыл Фей, хватаясь за голову. – Ну как ты не понимаешь!
Выглядело это страшно. Не каждый день у тебя на глазах человек сходил с ума. Сказать что-то Марта не успела. Фей дернулся к окну. И это окно вдруг рвануло ему навстречу осколками. Марта зависла, потому что все это напоминало ее дурацкий сон. Окно. Осколки. Темная фигура в проеме.
– Убирайтесь отсюда! – закричали с улицы. Голоса были тягучие и незнакомые.
– Опоздали, – прошептал Фей, отряхиваясь от осколков. На полу покачивался камень – это им разбили стекло.
– Никуда мы не опоздали! – Марту заклинило. – И никуда я не пойду. Это они пускай убираются и читают по углам свои сказки. Что это за всесильные бабки, которые решают мою судьбу? – Марта схватила телефон. – Оживай! – тыкала она в экран. – Да хоть экстренные вызовы дай.
В разбитое окно влетел второй камень, а следом несколько раз ударило в стену дома.
– Уходить надо, – еле слышно повторил Фей.
– Алло! – Марта кричала в телефон, но ответом ей была тишина. Экран крутил кружок ожидания – техника пыталась с кем-то связаться. – Отвечайте вы!
В стену опять что-то бросили. Марта побежала в спальню, заметалась. Ей на пути постоянно попадался Фей.
– Хорошо, не на весь день, на часик. Они поорут и уйдут.
Как же он Марте надоел. Дом дрогнул от нового удара. Времени на сомнения не осталось. Она побежала в спальню.
– Вставай, – дернула за край одеяло Славика. Он лежал, не шевелясь. Смотрел недовольным взглядом. Не спал – уже хорошо. – Быстро встал! И пошел за мной.
Славик не шевельнулся.
– Оставь его! – перехватил ее руку Фей.
– Ты с ума сошел? – оттолкнула его Марта. – Это Славка! Мы только вместе.
– Это не Славка.
– Эх! – Марта кинулась в угол, нашла сумку и стала без разбора засовывать в нее вещи. Вспомнила о продуктах. Метнулась в кухню. Заметила в разбитое окно фигуры за забором. Схватила хлеб, сыр и обратно ввалилась в спальню. Славка не сдвинулся.
– Вставай! – накинулась она на него. – А ты чего стоишь? – крикнула Тришкину. – Окно открывай.
– Окно?
Фея приморозило к полу.
Марта вдруг вспомнила, что из-за соседа не закрыла дверь. Теперь к ним может войти кто угодно.
– Очнись! – рявкнула она и склонилась к Славке. – Вставай! Надо быстро одеться и уйти.
Брат моргал. Брат смотрел. Но не шевелился.
– Собери его! – приказала Марта и подскочила к окну.
Эти окна никто в жизни не открывал. Допотопные шпингалеты приварились, краска залепила просветы. Срывая ногти, Марта подцепила головку запора, дернула его в пазу, навалилась на раму плечом. С треском окно распахнулось, звякнуло потревоженное стекло. Выкинула вещи на улицу. Обернулась.
Славка лежал. Фей стоял над ним, смотрел.
– Вы что? – ринулась к ним Марта. – Вы что?
Стащила брата с кровати. Он упал с нехорошим деревянным стуком. Марта схватила его за голову.
– Просыпайся, нам надо идти. Некогда капризничать. Все потом.
Где-то там уже слышались шаги и громкие голоса. Им мало было разбить окно, им надо было завладеть всем.
– Помогай!
Мыслей не было. Одно лишь понимание, что надо оказаться на улице. Подальше от дома и деревни. Тогда все как-то само собой разрешится. Они немного подождут на улице, а потом придет мама. С мамой все станет просто. Но Фей не шевелился.
– Очнись!
– Пойдем без него, – в сотый раз повторил Тришкин.
– Я не пойду без него! – завизжала Марта.
– Он будет мешать.
– Дурак! – кинулась на него с кулаками Марта. – Дурак! Ты не понимаешь! Это брат! Что я скажу маме?
Грохнула дверь в кухне. Послышались шаги.
Почему все так сложно? Почему нельзя просто убежать? Почему кто-то хочет сделать им плохо?
– Кто там? – крикнула она. Ах, как дрожало все внутри, как все это казалось ненастоящим.
– А ну, выйди! – потребовал незнакомый голос.
Марта сжала телефон. От страха ладони стали липкими. В горле пересохло.
– Вы кто? – крикнула в отчаянии. – Я уже позвонила в полицию. И мама едет.
– Выйди, детонька, мы тебе ничего плохого не сделаем. – Это уже был другой голос, женский. Но опять она его не узнавала.
– Вы разбили окно! Это противозаконно! – Марта чувствовала себя внутри детективного сериала. Если тянуть время, придет помощь. Непременно придет, иначе никак. А пока ждать, ждать. За дверью не люди. За дверью монстры. Потому что не могут самые обыкновенные люди в их самой обыкновенной стране так себя вести. Они же взрослые. Они должны помогать! А эти – нет, это инопланетяне какие-то.
– Так надо было сделать. Выйди! – А вот это уже был голос бабы Ариши. Это ее резкие ноты. Внутри кухни кто-то куда-то пошел. Марта была уверена, что двигаются люди в ее сторону.
– Мама! – заорала она, срывая связки. – Мама, она уже приехала! Вы все получите за это!
– Выйди сама, – вливался в уши противный женский голос. – Не заставляй нас все тут сжечь.
– Вы плохие! – визжала Марта. – Так нельзя!
Люди ходили по кухне, под их ногами скрипели осколки. Что-то ударило в стену.
– Выйди! – приказала баба Ариша.
Надо было им сказать, что это дикость. Что ничего такого происходить не должно. Что она обо всем расскажет маме, и тогда им всем не поздоровится. Что врываться в чужой дом запрещено. Но кто ее здесь во всеми забытой глухой деревне послушает?
– Печь холодная, она ничего не жгла, – произнес мужской голос, и Марта поняла, что это дядь Коля. В ее голове все как будто соединилось. Он увозит Славку на кладбище, потом везет туда их, потом подговаривает бабок, те приходят, бьют стекло, выгоняют их на улицу, а потом дядь Коля поселяется в их доме и живет счастливо, пьет чай.
Марта попятилась. Споткнулась о кровать. Испугалась, что за спиной у нее кто-то может быть, дернулась.
Ни Фея, ни Славки не было. Она подбежала к окну.
– Ты идешь? – Тришкин стоял на огороде. Рядом с ним на кочке все еще в одеяле сидел Славка. Марта вспомнила про ботинки, про одежду и метнулась к кровати брата, но взять ничего не успела.
Распахнулась дверь.
Марта заметила дядь Колю, чью-то голову в платке и выпала в окно. Была еще мысль закрыть за собой створки. Может, тогда они не заметят, что кто-то в это самое окно вышел. Но времени не было.
– Пошли! Пошли! Пошли! – заорала Марта. Она подхватила сумку и рысцой пронеслась мимо Фея. Тот побежал следом, смешно прыгая через грядки. Славка тоже бежал, вцепившись в одеяло. И даже не спотыкался. Марта на ходу стучала пальцами по экрану смартфона.
– Отзывайтесь! Хоть кто-нибудь. Помогите нам! Вы должны помочь!
Они проскочили баню и врезались в густые кусты. Продрались сквозь них и чуть не свалились в ручей.
– Туда, – показала Марта вниз по течению.
– Нет, туда, – показал Фей в противоположную сторону и дернул Славку за собой. Брат послушно повернулся и пошел за ним. Марта мысленно взвыла. Почему не в обратную сторону, там ведь кажется светлее? Вниз по течению – это вместе с рекой, река впадает в озеро, а на озере есть другие деревни. Есть другие люди. Нормальные люди. Не покусанные комарами-мутантами.
– Там мы на берег нашей деревни выйдем, – предупредил Тришкин.
Марта заскулила и побежала вслед за всеми.
Дороги не было, они ломились через кусты и еще какую-то низкую поросль, спотыкались. Марта заметила, что Славик в домашних тапочках.
– Где твои ботинки? – ахнула она.
– Потом ботинки! – крикнул Фей, бодрым козлом перепрыгивая кочки. – Нам только день переждать. До вечера.
– Почему до вечера? – Марту заклинило на ботинках. Если они вернутся, а Славик будет без сапог, мама ее убьет. А в сапогах – это же совсем другое дело! Надо за ними вернуться. А лучше еще и за курткой. В нормальной одежде хоть два дня можно бегать.
Всегда неуклюжий Фей вдруг стал проявлять неожиданную прыть. Он летел не то что не спотыкаясь, а как будто не касаясь камней ногами.
– Подожди! Надо вернуться! – крикнула Марта и побежала обратно.
– Мы не можем вернуться сейчас. – Фей остановился, тяжело переводя дыхание. – Вернемся потом, когда праздник закончится.
– Какой праздник?! – Мысленно Марта еще бежала, но на самом деле уже стояла. В ногах появилась неприятная неустойчивость. Представились ведьмы, костры и почему-то белый кот. Ее повело в сторону. Захотелось сесть и закрыть глаза. Садиться не стала, глаза закрыла.
– Ивана Купалы, – терпеливо напомнил Фей.
Вдруг громко зажурчал ручей. Марта оглянулась. Чего это он? Что сказать хочет?
– Фигня какая-то, – поморщилась Марта.
– Это как Хеллоуин, – добавил Тришкин. – Надо переждать.
А вот тут он врет. Хеллоуин веселый праздник, когда все наряжаются, ходят в гости, а на столе много разных вкусняшек. У них же ничего вкусного впереди.
– Слушай, – осторожно заговорила Марта. С психами надо аккуратно, без резкий движений. – Силы зла – это, конечно, хорошо, но зачем мы идем в лес? Бабки за нами не побегут. Нам надо к дороге и к людям. Вызывать полицию и дозваниваться до мамы.
Фей зашагал дальше. Он считает, что все объяснил, что ей надо догадываться самой?
– Так, ладно, – заторопилась за ним Марта, – отсидимся до темноты. А потом?
Она смотрела в эту широкую упрямую спину и была уверена, что и сейчас Тришкин промолчит. Но он сказал:
– Потом наступит утро третьего дня, и мы вернемся.
Так, уже утро, уже не вечер. Она посмотрела на брата. Он стоял рядом с Тришкиным. К компасу в кармане соседа примагнитило, вот и не отстает.
– Со Славкой? – уточнила Марта.
– Можно попробовать обменять, – отвернулся Тришкин.
– На кого?
Бред, бред, полный бред. Она не хотела ничего слышать. Никому она Славку не отдаст.
– На настоящего.
Они ходили по кругу – Марта уверяла, что это ее брат, а Тимофей твердил, что подменыш.
– Славка, ты слышишь? – обернулась к брату Марта. – Скажи что-нибудь.
Остановившимся взглядом Славка смотрел перед собой.
Надо было срочно что-то делать: орать, звать на помощь, рвать на себе волосы и падать башкой в камни. На глаза попался покачивающийся на ветру высокий кустик иван-чая, зеленая лохматая веточка с разбегающимися по головке розовыми цветами. Марта сорвала яркую чашечку, помяла в руках. Запахло горечью. Это называется фрагментация. Собирать, фрагментировать, сушить, заваривать. От нервов.
– Ненавижу я эту вашу деревню! – прошептала Марта, выбрасывая цветок в воду.
– Давай просто отойдем подальше, – сдался Фей.
Поделиться книгой: