Ипсилон. Грань, за которой ты — 1

— Терпи, доченька! — мама взяла мою бессильную ничего не чувствующую руку и притянула к своим губам. — Даже не думай покинуть меня сегодня! Слышишь? Не смей! — уговаривала, срывающимся на каждом слове голосом.

— Всегда буду рядом! — пообещала в ответ, падая рядом с ней на колени и обволакивая своими объятиями, пытаясь защитить родное сердечко от мучительной боли.

Мне даже показалось, что удалось смягчить удар и она вздохнула с небольшим облегчением, которое длилось недолго, потому что наше единение снова разорвало чужое прикосновение, которые бесцеремонно остановилось на устало опущенных плечах.

— Елена, не надо так! Пожалуйста! — Анжела осторожно коснулась темных вьющихся волос, поглаживая непослушные завитки. — Все будет хорошо, вот увидишь. Лиза невероятно сильная духом и чистая душой и поэтому обязательно выживет, — сказала настолько убедительно, насколько была способна в этой нелегкой ситуации. — Все вышло мгновенно, мы не успели среагировать на ее внезапное появление и… — осеклась, заметив, как женское тело напряженно сжалось, собравшись в комок.

Мама молниеносно вскочила, в секунду оказавшись на ногах. Шарахнулась в сторону, отстранившись от моей подруги на некоторое расстояние. Замерла с недоуменным выражением на лице, словно только сейчас осознала, что же на самом деле произошло. Ошарашенный взгляд нервозно забегал с ребят на черное авто и обратно. И продолжалось это до тех пор, пока не пришло полное осознание произошедшего.

— Это ты! — вскрикнула она, указывая на Вадима, как на виновного. — Убил мою девочку! — вместе с брошенными обвинениями на парня направился вихрь возмездия.

Она налетела на него, как разъяренная кошка, мстящая за гибель своего детеныша. Ее маленькие острые кулачки беспрерывно разрезали воздух, нанося болезненные тумаки обидчику. По-моему, она не вполне осознавала, куда машет и в результате попадает. Ей было все равно, лишь бы нанести больший урон мальчишке.

А тот смиренно сносил удары, не сопротивляясь, и не пытаясь ее остановить, только прикрывая изредка ладонями лицо. Когда мощный эмоциональный всплеск взбешенной мстительницы иссяк и истерика ослабила свою хватку, он бережно обнял измученную переживаниями женщину, у которой не осталось сил для гнева. Она обмякла в его объятьях, дав волю горьким слезам.

— Елена, извини меня, — произнес он с чувством глубокого раскаяния.

— Простить тебя? — повторила за ним моя родительница, пугающе равнодушным тоном.

— Это нелепое стечение обстоятельств. Лиза, мой друг. Я никогда бы не причинил ей вред намеренно. Мне безгранично жаль! — решил убедить в своей искренности.

— Жаль? И только? — неожиданно выкрикнула та и резко выкрутилась из держащих ее рук. — Бесцеремонно отнял последнее, что было важным для меня в этом мире! — сжалась от накатившего приступа боли.

— Она все еще жива! И если проклятущая Скорая Помощь поторопится, у нее будет намного больше шансов, — в негодующем порыве Вадим пнул автомобильную покрышку ботинком. — Благими намерениями вымощена дорога в ад! Всегда чувствовал, что не стоит принимать подарков от этого предателя! — выпалил с сожалением.

— Твой отец ни при чем! — произнесла мама, сузив глаза. — И машина тоже! Ведь за рулем был ты! — обвиняюще изрекла и вновь склонилась над распластавшимся телом.

— Елена, он не виноват, — вступилась за своего бойфренда Анжела. — Ведь сама же нам позвонила! Мы ехали в указанном тобой направлении и не более. А Лиза… — девушка не смогла закончить, потому что ей помешали подступившие слезы. Голос задрожал и умолк на полуслове.

— Она как сумасшедшая выскочила на дорогу и бросилась под автомобиль. Я не успел среагировать. Затормозил, но было уже поздно, — пояснил парень.

— Замечательно! Еще скажи, что она сама легла под колеса! — едкий сарказм искривил мамины губы.

— Но это так! — настаивал тот.

— Не хочу знать твою правду! Я вижу эту! — каждое слово было пропитано горечью. — И она очень жестоко обошлась с моей девочкой! — кивнула в сторону авто. — Поэтому не жди от меня сочувствия и прощения! Понял? — перешла на крик.

— Я на это и не рассчитывал, — тяжело вздохнул Вадим, и понуро опустил голову.

— Молись, чтобы дочка выжила! Иначе… Ты ответишь за все! — рявкнула та с неконтролируемой злобой совершенно нехарактерной для моей обычно сдержанной и вежливой мамы.

Ответом на произнесенные угрозы и проклятия стал приближающийся звук сирены Скорой Помощи.

Глава 4. Призрачные грани

Неужели это безумие происходит на самом деле? Суровая действительность в один миг обернулась непрерывным кошмаром! Я с внутренним трепетом наблюдала за тем, как из машины вышли медики для осмотра недвижного тела. После непродолжительного поверхностного обследования поставили предположительный диагноз и сообщили о возможных повреждениях маме. Затем аккуратно переместили меня на носилки и два здоровенных мужика, видимо, занимающие должность санитаров загрузили пострадавшую внутрь авто. Следом села мама и… Анжела тоже порывалась поехать в больницу, но подоспевшая полиция и служба ДПС заставили ее остаться и поддержать Вадима. А я? В ужасе понимала, что не могу оторваться от места и только непричастно созерцаю, как меня увозят в ночь на карете скорой помощи. Я делала попытки сдвинуться, но, похоже, оказалась намертво прикованной к точке трагедии. Куда же делась та легкость, с которой передвигалась всего несколько минут назад? Исчезла непонятным образом!

Через некоторое время здесь все опустело. Последнее, что довелось увидеть, как отбуксировали Mitsubishi Outlander, а ребят, затолкав в полицейскую машину, увезли в неизвестном направлении.

Пугающее своей пустотой пространство и полное одиночество вызвали щемящую тоску, тревогу, испуг, переходящий в панику. Безысходность настоящего и страх перед будущим всколыхнул во мне неадекватную реакцию. Обостренные до предела чувства смешались воедино, образовав горючую смесь, которая была готова в любой момент взорваться, раздирая мое существо на мелкие куски. Неконтролируемая дрожь завладела естеством целиком, словно что-то пыталось найти выход наружу. И пока меня трясло с невероятной силой, взор покрыло мутной завесой, лишая возможности видеть. Это было необъяснимым, ведь я не чувствовала слез, которые могли стать причиной подобному состоянию, лишь опустошение с пугающей скоростью поглощающее меня. Как страшно потерять себя в безмолвной пучине неизвестности! Но не остается ничего другого, кроме как, смириться и плыть по неведомому течению жизни или смерти.

Обреченно выдохнула, покорившись судьбе.

И как только смиренно приняла то, что со мной приключилось, ощутила удивительную невесомость тела и души, можно сказать, свободу полета. Гуляющий в пространстве ветер зазвенел в ушах, смешиваясь со странным звякающим лязгом. Пелена все еще не спала, но сквозь нее то и дело просматривался ослепительный свет мелькающих ярких вспышек, словно перед взором на огромной скорости проносятся мимо зажженные фонари. И постепенно чистый огонь, проник в меня извне, завладевая мной целиком.

— Елизавета! — донеслось легким шепот ветра мое имя.

Напрягла слух, стремясь определить степень реальности возникшего из ниоткуда невидимки. Хотелось верить, что его присутствие не игра воображения. И в ответ моим мыслям настойчивый зов повторился, став доказательством реальности происходящего.

— Сэйфин, время проснутся, — настаивал незнакомец, теряя былое спокойствие, и говоря с едва уловимыми нотками зарождающегося раздражения. — Мне и так пришлось чрезвычайно долго ждал.

Я и сама уже желала поскорее прозреть и убедиться, что не сошла с ума и голос, звучавший в голове, принадлежит живому человеку. Приложила к векам пальцы, сомкнутые в кулачки, и начала потирать их, стараясь изгнать пустоту и прояснить зрение. Воздушные потоки снова подхватили неожиданно возникший звенящий звук, воспаляя и так разыгравшееся любопытство. И вот мои глаза наконец-то восстановили свою естественную функцию!

— Боже! — воскликнула, осмотревшись вокруг и поняв, что вишу в воздухе на приличном расстоянии от поверхности земли. Я, конечно же, любила высоту и мечтала когда-нибудь испытать чувство полета, но не иметь опоры, страховки и болтаться бесконтрольно в воздухе — это перебор!

Дома, которые еще недавно представлялись большими, превратились в спичечные коробки, выстроенные стройными рядами, дорога в бесконечную извивающуюся змейку, деревья в темные пятна.

— Что происходит? — задала вопрос, без надежды получить ответ. Но раскатистый тембр возник вновь.

— Сэйфин, неужели до сих пор не догадалась? — усмехнулся.

— Ну почему же? Я попала в аварию и, похоже, теперь мои дела плохи, — с невероятным трудом оторвала плененный взгляд от земли и подняла на говорившего, но ничего, кроме ослепляющего зарева, не увидела. — Слишком ярко! — прикрыла лицо ладонью.

— Так, лучше? — с явной усмешкой спросил мужчина, силуэт которого все еще расплывался, утопая в мелькающих искрах и радужных кругах.

— Немного, — сомкнула веки и открыла их снова, намереваясь, таким образом, избавиться от светового ослепления. — И все же где я? — изучающе воззрилась на незнакомца.

— На уровне отлученных душ, — охотно произнес звучный голос, принадлежащий молодому человеку лет двадцати.

Он оказался довольно высоким, статная фигура облачена в светлые одежды. Странное мерцание окружало моего невольного собеседника, что сначала решила приписать свечение белоснежной ткани. Но присмотревшись, осознала, что это не так. Да и по опыту могла предположить, что все белое тускнеет в свете ночи, приобретая серый оттенок. И вглядевшись с особой тщательностью, поняла откуда исходит привлекающий внимание свет. Сверкало вовсе не одеяние, а лицо парня. По правой стороне сквозь всю щеку от брови до самого подбородка шла причудливо изогнутая татуировка. Замысловатый орнамент пестрел россыпью сверкающих точек, которые были источником ослепительного сияния. Отбрасываемые лучи играли в пшеничного цвета вьющихся волосах, что они казались нереально красивыми в световых бликах. И я поймала себя на мысли, что совсем не прочь запустить пальчики в шелковистые локоны, и слегка потрепать блондина, как маленького мальчишку, чтобы выяснить какие на самом деле пряди на ощупь. Небесно-голубые глаза незнакомца смотрели серьезно и изучающе с нехарактерной юному возрасту проницательностью. И складывалось впечатление, что это взгляд умудренного жизнью старика, который видел тебя насквозь, читая, как раскрытую книгу.

Мне даже стало как-то неловко находиться в состоянии затянувшегося молчания и взаимного обмена взглядами. Но ничего поделать с собой не смогла, потому что была до предела заинтересована возникшей из неоткуда персоной и даже больше — заинтригована.

Кем мог оказаться человек в белых одеждах? Ну уж явно не исчадием ада! Значит… У меня возникло одно предположение единственно верное, как мне показалось на этот момент. И для того чтобы убедиться в верности суждения, сконцентрировала зрение, устремляя его на плечи мужчины.

— Нет! — рассмеялся незнакомец. — Я светлый ангел низшего ранга — проводник. И… Крыльев пока не имею, — пояснил, наблюдая, как мое любопытство перерастает в неподдельное удивление.

— Как?.. — ошарашенно спросила, поражаясь способности голубоглазого читать мысли.

— Узнал, о чем ты размышляешь? — закончил невольно брошенную фразу и только повел плечами, оставив вопрос без ответа.

Случившееся переходит все границы! Так не пойдет! Ненавижу, когда лезут в душу и самостоятельно пытаются выяснить то, что хочу сохранить для себя или, точнее, утаить от окружающих. Этот тип опасен. Полагаю, стоит держать все размышления при себе.

— Правильный ход мыслей, — улыбнулся собеседник, снова тайком прокравшись в мою взбаламученную голову. — Самоконтроль еще никому не мешал.

— Похоже, у меня с ним проблемы, — потерла висок и снова воззрилась на широкоплечего парня.

— Я обрету крылья сразу, как только доставлю тебя на Ипсилон. Ты последнее связующее звено в моем орнаменте, — он приложил указательный палец к татуировке туда, где не хватало сверкающей частицы.

Первое заявление меня невероятно ошеломило. Ведь не каждый день видишь настоящего жителя поднебесной, пусть без крыльев, но все-таки ангела. А второе изрядно напугало, сковывая леденящим колючим страхом. Что означают его слова? Неужели мое предназначение после смерти настолько ничтожно, всего лишь превратиться в малюсенькую яркую точку на лице какого-то там проводника? Совершенно не так представляла себе небо и райские кущи!

— Не стоит меня бояться, — подозрительный тип изогнул губы в легкой улыбке, снова догадавшись о чем мои переживания.

— Даже и не думала, — соврала, гордо задрав нос, но на самом деле трепеща от испуга, как кленовый лист на ветру.

— Неужели? — раскатистый смех прокатился в пустом пространстве звучным эхом. — Твои чувства и помыслы передо мной как на ладони, — для наглядного примера протянул руку вперед и, разжав кулак, показал тыльную сторону кисти, указывая тем самым на мою беззащитность против его разума. — Я не причиню тебе вреда. К тому же дух нельзя убить.

— Это радует, — облегченно выдохнула, внутренне расслабляясь и отпуская тревогу.

— Но можно подчинить своей воле, терзать и мучить, — прошептал еле слышно, приняв при этом задумчиво серьезный вид.

— Мм! — шумно втянула воздух, чувствуя вновь нарастающее напряжение.

Что за день-то такой? Мало того, что попала в убийственную ситуацию, так в добавок рассудку грозит серьезное помешательство.

— Не стоит беспокоиться, в мои планы подобные мероприятия не входят. Таким занимаются темные висподы, а моя непосредственная задача препроводить тебя в целости и сохранности на Ипсилон, — попытался успокоить, но по сути, сделал только хуже.

— Что это за место такое? Значит, я умерла? — глубокое осознание и без того известного факта волной боли прошлось по моему существу, топя в безысходности и отчаянии. — Неужели, не успели доставить в больницу? Все кончено? — посыпались вопросы, на которые безумно страшно получить ответы. Закрыла глаза в ожидании.

— Вовсе нет! Твое тело все еще живо! — обнадеживающе произнес тот.

— Так почему я здесь? — удрученно покачала головой.

— Травма повлекла за собой торможение в коре головного мозга, который перестал функционировать в полную мощь, — быстрый взгляд мужчины скользнул по мне и остановился на застывшем лице.

— Но… — удивилась столь четко поставленному диагнозу.

— Просто знаю! — еще раз подтвердил звание искусного чтеца мыслей. — И, вполне возможно, останешься в этом состоянии до тех пор, пока кто-то в том мире… — он скосил глаза вниз, указывая на ночной город. — Не освободит твое тело, вверив его заботам смерти, отключив от аппаратов, поддерживающих еле теплящуюся жизнь.

— Я все еще жива! — выпалила, не желая принимать предложенный вариант событий.

— Да! — согласно кивнул проводник. — Тебе посчастливилось получить шанс, который выпадает один на тысячу, — произнес, запустив руку в карман. — Но сложность состоит в другом. Ведь не известно хватит ли тебе сил и времени воспользоваться им на сто процентов, — продолжил разъяснения, а сам тем временем что-то принялся искать в мешковине, заставляя длинные полы плаща шевелиться, словно от порыва ветра.

Я внимательно наблюдала за его движениями, стараясь уложить в голове полученную информацию, скорее всего, похожую на намеки, чем на вразумительные объяснения. Мысли путались и смешивались, в попытке выстроить логическую цепочку. Но суть постоянно ускользала, словно для целостности не хватало звеньев, без которых картина оставалась неполной.

— Подойди ближе, — позвал он и вытянул кисть наружу, которая теперь была сжата в кулак, явно что-то скрывая внутри.

Ошарашенно огляделась по сторонам, осознавая нелепость его предложения. Ведь здесь нет даже малейшей возможности ходить. Я парю в воздухе!

— Перестань размышлять как человек из плоти и крови! Здесь тебе абсолютно ни к чему дорога или твердь земная, необходим только поток сознания, устремленный в нужном направлении, — объяснил и добавил. — Попробуй! Ну же!

— Хорошо, сейчас! — коротко взглянула на блондина и даже подумать не успела о чем-то конкретном, как приблизилась к молодому красавчику, который вблизи оказался намного привлекательнее, а черты лица — совершеннее, рост — значительно выше.

— Не забивай свою голову глупостями, — усмехнулся тот. — Лучше погляди сюда! — он протянул сомкнутый кулак, остановив его в аккурат перед моим носом.

Даже предположить сложно, каким образом этому типу удалось втереться в доверие, что я бровью не повела при столь резком сокращении дистанции. Будь это кто другой непременно бы отпрянула. Но в этот раз лишь с любопытством следила за пальцами, которые начали раскрываться, как бутон, пропуская сквозь образовавшиеся щели ослепительные лучи.

— Это твой билет, отсюда туда, — кивком указал на Землю. — Правда, придется поработать над их чистотой, — кисть окончательно расправилась.

Но к собственной досаде, я так и не смогла разглядеть, что же все-таки лежало на ладони. Мой взгляд поглотила вспышка, вынуждая опустить веки.

— Сэйфин, смотри! — настаивал парень.

— Лиза, — недовольно пробурчала не понимая, что может обозначать это прозвище. — Меня зовут, Лиза! — повторилась делая ударение на имя.

— Я в курсе, — он хмыкнул. — Не думай, это не кличка. Так, называют чистые души, способные источать крупицы, несущие уникальный код света. И если ты сделаешь маленькое усилие и переборешь упрямство, то все сама увидишь.

— Не могу. Слишком ярко, — запротестовала.

— Вот упертая девчонка! — забубнил проводник.

Внезапно зарево исчезло, погружая меня в приятный полумрак, который постепенно успокоил раздраженные свечением глаза. Но последствий ослепления все-равно не получилось избежать. Перед взором моментально замаячили цветные круги с черными пятнами.

Спустя мгновение, справившись с неприятным состоянием, недовольно уставилась на блондина, который не менее сердито глядел на меня.

— Проводник, что все это означает, — сложила руки на груди и застыла в выжидающей позе.

— Не слишком ли много вопросов для той, которая не хочет знать ответ? — своевременно подметил он, намекая, на недавнее нежелание подчиниться.

— К тому же лишние разговоры оттягивают выполнение основной миссии. Нам необходимо поспешить. Идем, — протянул мне раскрытую ладонь, но так и не дождавшись должной реакции, окликнул. — Лиза?

Подобное обращение вызвало легкую ухмылку. Так, значит, можно обойтись без приставок и официоза?

— Дмитрий! — представился, уловив промелькнувшие мысли, и сделал еще одну попытку, заполучить мою конечность.

— Очень приятно, Ди… — решила сократить имя до нескольких слогов, но была учтиво прервана.

— Я же назвал свое имя, так не стоит превращать его в кличку. И ко всему прочему не положено обращаться к ангелу по-иному, — принял величавый вид, показывая свою значимость и преобладание надо мной. Что, кстати говоря, подействовало молниеносно.

Склонив в смущении голову, и потупив взгляд, произнесла:

— Дмитрий.

— Так, лучше, — кивнул он, безрезультатно пытаясь скрыть лукавую улыбку, которая сквозь усилия все-таки появилась на губах, но… Тут же исчезла. Выражение лица в один миг стало напряженным и сосредоточенным.

— Что?..

— Не высовывайся! — крикнул он и оградил меня своим телом от внезапно возникшей из ниоткуда опасности.

Я ничего не успела понять, разглядеть, лишь ощутила возрастающее давление извне. За долю секунды сформировался пугающей силы ветер, направленный в нашу сторону, который то и дело стремился сдвинуть преграду со своего пути, врезаясь и обрушиваясь на нее.

Мы стояли спина к спине, не соприкасаясь, но я считывала каждое телодвижение моего защитника. Вот он задержал воздух, вытянул руку вперед и… Встретил мощный удар, заставивший покачнуться и издать протяжный крик. По бокам, вместе с несущимся на невероятной скорости течением, летели черные мерзкие ошметки, норовившие приблизиться ко мне ближе. Края тянулись, деформировались, но к облегчению постепенно растворялись в ярком свете. Но одному из таких кусков все же удалось коснуться кисти. В мгновение ока из темной массы материализовалась чья-то лапища, попытавшаяся ухватить меня. Я невольно вскрикнула и с гулко бьющимся сердцем задергалась, стремясь стряхнуть с кожи незнакомую субстанцию. Выдохнула, когда у меня наконец-то получилось сделать это. Но расслабляться было рано!

Дальше пришлось тщательно следить за каждой скверной частицей, летящей на меня. Хотя со временем поток этой гадости, вообще, прекратился, но сильный толчок возвестил о новой угрозе. Корпус мужчины мотнулся в сторону, мышцы моментально начали работать, восстанавливая равновесие. Ему удалось устоять.

— Что за напасть-то такая! — обреченно простонала. Вот тебе и шанс, и возвращение, и жизнь. Похоже, меня неудачницу ожидает окончательная смерть и вечные мучения. Но не собственные перспективы заботили меня больше всего. Мысли о маме не давали покоя. Как она будет без меня? Это слишком жестоко и несправедливо потерять всю семью за короткий срок!

Я устало прикрыла веки, стараясь не думать о происходящем. Но рядом по-прежнему слышался свист ветра и ощущались резкие движения, которые производил обороняющийся, сопровождая каждый выпад выкриком.