Помоги проекту - поделись книгой:
— А вам тут нравится?
— Странный вопрос.
— Вы очень красивая. Вам бы в кино сниматься.
— Я же врач, а не актриса, — улыбнулась Людмила.
— Все равно, здесь работают одни неудачники.
— Почему вам так не нравится больница?
— Мне вообще не нравится Святоград. Здесь смертельная скука.
— Слишком тихий городок…
— Меня, извините, тошнит от его тишины. Кругом однообразие и серость.
Встанешь утром, съездишь на работу, насмотришься на психов. Вернешься домой, чем заняться? Купили с женой дачу. Ну и что? Хороший участок, дом, даже бассейн есть. Все равно, скучно!
«Неужели мы и правда мы хотим встряски? Вольно или вольно, но хотим. А если встряска будет такая сильная, что разрушит мир, который мы так отчаянно ненавидим, и за который так упорно держимся?..»
— …Нет, мне такая жизнь непривычна. Уеду куда-нибудь. Хоть к дикарям в Папуа — Новую Гвинею.
«…языки красного пламени пожирают больничный сад…»
— Что вы сказали?
— Нет, ничего. Мне приснился пожар.
— Пожар? Говорят, это к удаче.
— Никогда не верила в приметы.
Людмила поднялась с кушетки. Наваждение прошло. И опять ее взгляд упал на стол, где лежала книга.
— Виталий, вы читали рассказы Юлии Шварц о ночном мотоциклисте?
— Да. Давно.
— И что вы думаете об этой книге?
— Я стараюсь поменьше думать о таких вещах. Кстати, вы у нас недавно, и, наверное, не знаете, что в городе появилась даже политическая партия ночного мотоциклиста.
— ?!!
— Она ставит своей задачей победить на предстоящих выборах в местное самоуправление.
— Какая глупость!
Санитар пожал плечами.
— Ну, хорошо, идите. Да, как там больная из десятой палаты?
— Лариса Антонова? Нормально! Она сейчас стала тихая.
Людмила осталась одна. Хоровод мыслей проносился в ее голове, постоянно возвращая к странному «творению» Юлии Шварц. Как же получилось, что женщина с явно больной психикой, смогла завладеть чувствами стольких людей? Партия ночного мотоциклиста… Смешно!
Нет, это не смешно! Когда-нибудь фарс обернется трагедией.
Она разожгла камин, устроилась возле него в большом кожаном кресле, с удовольствием наблюдая, как потрескивают дрова. «Молодец главврач, придумал здесь сделать камин. Это успокаивает нервы…»
Огонь весело играл, однако в веселости той вдруг появилось что-то странное… Людмиле показалось, что маленький камин стал тесен для огня.
Пляшущие языки красного пламени разрастаются и разрастаются и вот…
о н и у ж е п о ж и р а ю т б о л ь н и ч н ы й с а д!
— Книга! — решила врач. — Дело в книге. Надо уничтожить саму идею, источник зла!
Людмила схватила книгу Юлии Шварц и швырнула ее в камин, «Ну давай!
Давай!» — мысленно говорила она, видя, с какой неохотой огонь пожирает страницы.
«Наконец-то! Теперь можно спокойно посидеть в кресле».
«…И чего ты добилась? Семена страшного растения уже разбросаны повсюду. Убийца на мотоцикле пробьет любую стену и превратит Святоград в ад!
А что можешь ты? Ты даже не в состоянии вылечить собственную пациентку Ларису Антонову!»
«Не в состоянии?!..»
Людмила поднялась, быстро вышла в коридор. Палата номер десять! Здесь находится Лариса Антонова… Врач подошла к палате, открыла окошко. Больная сидела к ней спиной, низко опустив голову. Людмила знала, что вот так, в полной отрешенности, Лариса проводит уже несколько дней. Она не буйствует, она полностью ушла в себя.
Но хорошо ли это? Сумела ли больная хоть немного освободиться от наваждения?
Плечи Ларисы слегка задрожали. Она будто бы спиной ощутила на себе взгляд врача.
«Что я делаю? — сказала себе Людмила. — Надо либо уйти отсюда, либо войти к ней и поговорить».
Но дрожь Ларисы невольно передалась и ей… Не утихающая дрожь в руках и ногах. Внезапно врач увидела, что в комнате Антоновой дрожит все: кровать, стол, шкаф.
Людмила хотела поскорее вернуться в свой кабинет, но, почему-то, не могла сдвинуться с места и продолжала зачарованно наблюдать за Ларисой.
Возникло непонятное предчувствие страшной беды…
— Правильно чувствуешь! — не оборачиваясь, расхохоталась Лариса грубым мужским голосом. — Ты не сможешь остановить мотоциклиста!
Врач захлопнула окошко. А вслед неслось: н е с м о ж е ш ь о с т а н о в и т ь н о ч н о г о м о т о ц и к л и с т а…
«Людмила, опомнись, больная не произносила ни единого слова!»
— Людмила Михайловна, вам нехорошо? Вы бледны.
Это снова был Виталий. Высокий, толстый санитар улыбался ей добродушной улыбкой.
— Я просто устала.
…п р е д ч у в с т в и е с т р а ш н о й б е д ы…
— Смотрите лучше за больной из десятой палаты, Виталий.
Светлану Додонову разбудил телефонный звонок. Взглянув на часы, она обнаружила, что еще только семь утра. Девушка мысленно отругала себя, что не отключила вечером аппарат. Нет покоя ни днем, ни ночью. Все чего-то хотят, всем от нее что-то надо.
— Алло! — сонным голосом произнесла Светлана.
— Это самая лучшая писательница в России?
Конечно, на проводе Виктор, черт бы его побрал! Как он вообще смеет звонить после вчерашнего?
— Чего тебе?
— Милая, забудет обиды. Я так хочу видеть тебя.
— Дай поспать. У меня сегодня такой трудный день. Мы в редакции сдаем номер.
— Хорошо, спи! Я только хотел сообщить, что не спал почти всю ночь, а стоило на секунду забыться, как увидел тебя. Это было изумительное эротическое видение.
— Пошляк!
— Скажи одно слово, и я тут же примчусь.
— Ты все сказал?
— Нет. Главное: ты нужна мне.
— Ну а теперь, наконец, все?
— Нет. Правление собирается назначить меня директором банка.
— Поздравляю.
— Подожди секунду, не вешай трубку… Я виноват, но я люблю тебя.
— Свинья! — Светлана отключила аппарат.
Ей еще не приходилось встречать лицемеров, подобных Виктору. Вчера, на банкете, у подруги Додоновой — Ринаты — он постоянно кричал о своей любви «к невесте Светлане», «лучшей из женщин», «той за которую он готов отдать жизнь». Потом он куда-то пропал, Додонова, увлеченная разговором с гостями, не сразу заметила отсутствие жениха, но потом, решила его разыскать.
— Вы не видели Виктора? — спросила она у нескольких человек.
Все отвечали отрицательно. Наконец, один из молодых людей (кажется, Виктор называл его своим конкурентом) многозначительно поднял глаза кверху.
Светлана, заподозрила неладное, поднялась на третий этаж, где находилась спальня Ринаты… Охваченные неистовой страстью, они даже забыли закрыть дверь. Светлана зашла в самый «роковой» момент. Рината ахала и охала, впишись в Виктора ногтями, а он, закатив глаза, тихо стонал…
— Виктор! — Рината в ужасе смотрела на подругу.
Светлане стало противно. Она развернулась и быстро вышла. Рината, набросив халат, бежала вслед, уговаривая не принимать все происходящее всерьез. И тут, Светлана поймала себя на мысли, что рада случившемуся. Ведь она уже давно подсознательно искала повод разрыва с Виктором. Она его никогда не любила. Не любила настолько, что не могла пересилить себя, вступить с ним в интимные отношения. И встречалась она с Виктором частично от скуки, частично из-за давления друзей и знакомых, уговаривающих ее выйти замуж за перспективного бизнесмена и руководителя.
Светлана закрыла глаза, но вскоре поняла: бесполезно, сна больше не будет… «Хорошо, что я освободилась от Виктора. Нельзя общаться с человеком только потому, что он считается очень перспективным. Когда нет любви, подобное общение начинает быстро раздражать. Ну а потом, говорят, переходит в ненависть…» Теперь Светлана просто с содроганием вспомнила лысеющий лоб «жениха» и его хитрый взгляд из-под рыжих бровей. В нем все отвратительно!
Эта чрезмерная показушная аккуратность (костюмчик надо обязательно повесить на плечики!»), маниакальная чистоплотность — руки моет раз тридцать в день, а если иногда случается ехать в общественном транспорте, обязательно надевает перчатки…
«Надо поздравить Ринату с таким ценным приобретением. Карте место!»
Светлана приподнялась на кровати, взглянула в висевшее рядом зеркало.
Из зеркала на нее смотрела красивая, белокурая, молодая женщина.
«Мне ли переживать из-за отсутствия любви? Мне всего двадцать пять…
Боже мой, уже двадцать пять! У мужчин этот период считается почти младенчеством, а мы — близимся к закату… Что за несправедливость!..
Я говорю глупости! Я известный писатель, меня уважают в редакции. У меня есть все!.. Кроме любви…»
Снова звонок. «Если это опять Виктор, я скажу ему что-нибудь грубое!.
Типа: перестань оправдываться и трахай кого хочешь. Может хоть это его остановит?: Вряд ли. Виктор зануда. Будет звонить и ныть, ныть!»
К счастью, это оказался не Виктор, а сотрудница ее отдела Антонина Ветрова.
— Привет! Ты не спала?
— Уже нет.
— Извини, что так рано.
— Что-то случилось?
— Я сейчас еду в редакцию и, поэтому, хочу спросить: мы будем давать материал об этом грандиозном шоу, которое устраивает Партия ночного мотоциклиста?
— Грандиозное шоу? Извини, я не в курсе.
— Я же оставила тебе вчера вечером. Но сотовый твой молчал, и я оставила информацию на автоответчике.
— Я поздно вернулась…
— Понятно! Ровно через неделю руководитель этой партии барон Гайчубов собирается устроить торжественный прием в своем поместье. Ты ведь знаешь его загородный дом, да что там дом, настоящий замок. Говорят, будет праздничный фейерверк, маскарад, охота. Веселье до утра. Приглашены только руководство партии и элита города.
Поделиться книгой: