Помоги проекту - поделись книгой:
20 Февраля 1829
Его Пре[восходительст]ву
А.Х. Бенкендорфу
№ 6
Сообщение о прошении коллежского советника Рунича об освобождении из-под ареста.
24 марта 1830 года
Апреля 3
1830
О Руниче
Коллежский Советник Рунич, содержащийся три года под стражею по делам строения в Москве Храма Христа Спасителя, убедительнейше просит ходатайствовать пред Вашим Высокопревосходительством о преклонении на сострадание к нему Государя ИМПЕРАТОРА ради милостей оказанных всей Столице во время радостнаго пребывания в ней Его ВЕЛИЧЕСТВА.
Прозьба его состоит только в том, чтоб в уважение истаевающаго в болезнях здоровья его, до решения дела выпустить из под содержания его на росписку.
Марта 24 дня
1830 года
Москва
№ 7
Прошение коллежского советника А. Рунича об освобождении из-под ареста.
5 апреля 1830 года
Апреля 18
1830
Ваше Высокопревосходительство,
Милостивейший Государь!
По ходатайству почтеннаго моего благодетеля Александра Александровича Волкова, ваше высокопревосходительство, приняв милостивое участие в бедственном моем положении, требовать изволили от Уголовной Палаты сведения по делу о бывшей Коммиссии Сооружения храма и прикосновенности моей к оному делу. Сведение сие Палатою изготовлено в виде справки и к вашему высокопревосходительству на днях отправлено. Но, соблюдена ли законность справки, когда дело представлено с одной токмо стороны? По недоброжелательству ко мне Председателя Палаты Кондырева141 в справку вмещены одне только неправильныя обвинения Г. ревизора Стрекалова и Контрольных Чиновников, // а объяснения мои и ссылки на документы, меня оправдывающие, во все скрыты.
Страдая три года в мучительном угнетении и томлясь в ужасной нищете, я обращался к Г. Волкову, коему известны мои правила и несчастное мое положение и просил не о избавлении меня от суда, котораго не страшусь, но о даровании мне свободы, дабы сколько-нибудь поддержать остаток разрушающейся моей жизни.
Обратите Ваше высокопревосходительство, милостивый и правосудный взор ваш на несчастнаго страдальца, и для воскресшаго Спасителя мира не отвергните скорбных излияний горестной души его.
С глубочайшим высокопочитанием сем,
Милостивейший Государь!
Вашего Высокопревосходительства,
Всенижейший слуга
5 Апреля 1830
Москва
№ 8
Сообщение Шефу жандармов гр. А.Х. Бенкендорфу о причастности А. Рунича к делам Комиссии по строительству Храма во имя Христа Спасителя.
11 апреля 1830 года
Апреля 17
1830
Милостивый Государь
Александр Христофорович!
Во исполнение объявленнаго мне в почтеннейшем отношении Вашего Высокопревосходительства, от 25-го числа минувшего Марта за № 1161, Высочайшаго Его Императорскаго Величества повеления, истребовав из 1-го департамента Московской Уголовной Палаты сведение о положении дела о злоупотреблениях бывшей Коммисии Сооружения в Москве Храма Христа Спасителя, я имею честь довесть до сведения Вашего Высокопревосходительства, что Г-н Рунич сверх участия в качестве члена Коммисии в прочих злоупотреблениях судится с Правителем Канцелярии Коммисии Канарским в том, что оба они по должности своей при производстве дел по частному Коммисии, допустили многие безпорядки, упущения во вред казны, а именно: заключили с купцами Лобановым и Идесрским условия на вырубку и сплав леса без особаго на то разрешения и производства торгов, на сумму выше той какая предоставлена частному заседанию и несогласно с Высочайше утвержденным представлением, коим разрешена покупка леса; в условии сем заключенном явно в ущерб казне // положено между прочим лес не браковать, а остаток дерев в роще предоставить в пользу подрядчиков; допустили покупку от купца Лобанова 100 десятин леса в двойне без должнаго на принадлежность оных Лобанову удостоверения и документа; при заключении с крестьянином Гариным контракта на ломку камня отступили от бывших на торгах условий с увеличением подряда в четверо на сумму до 600,000 рублей и принятием в залог вместо половины подрядной суммы только на 61 т[ысячу] рублей, под кои выдано еще подрядчику казенных денег вперед 50 т[ысяч] рублей; а потому осталось залога не более 11,000 рублей, самое же заключение контракта ускорено так, что и журнал о сем подписан был общим заседанием на другой после того день. Выдали 40,000 рублей под особую росписку поверенному сего подрядчика прежде определения о том и журнала общаго заседания и без приказа Казначею, которой уже дан после того вопреки 11-й статьи Высочайшаго Коммисии учреждения. По делу сему так и о прочих чиновниках прикосновенных к злоупотреблениям по оной Коммисии требовались из разных мест нужныя сведения, // по получении коих ныне уголовная Палата для ускорения производством и изготовления онаго дела к решению по многосложности заключающихся в нем предметов, требующих особеннаго внимания, освободив одного из Секретарей своих от прочих занятий, поручила ему непременно оное приготовить в две недели к окончательному докладу для постановления решительнаго определения, после коего дело сие по существующему порядку должно быть внесено на утверждение и для представления в Правительствующий Сенат к Московскому Военному Генерал Губернатору.
С истинным высокопочитанием и совершеною преданностию честь имею быть,
Милостивый Государь
Вашего Высокопревосходительства
Покорнейший Слуга
… …142
№ 4348
11 Апреля 1830-го
Его Высокопре[восходительст]ву
А.Х. Бекендорфу143
№ 9
Доклад управляющего Министерством юстиции тайного советника Д.В. Дашкова144 Шефу жандармов гр. А.Х. Бенкендорфу о степени причастности советника А. Рунича к злоупотреблениям Комиссии по сооружению в Москве Храма Христа Спасителя.
24 апреля 1830 года
№ 4314
Мая 21
1830
Милостивый Государь, Александр Христофорович!
Отношением от 25го минувшего Марта за № 1162м Ваше Высокопревосходительство изволили сообщить мне, что во время пребывания ГОСУДАРЯ ИМПЕРАТОРА в Москве Коллежский Советник Рунич, содержащийся под арестом в собственном доме, по производящемуся в 1м Департаменте Московской Уголовной Палаты делу, о злоупотреблениях по бывшей Коммисии сооружения в Москве Храма во имя Христа Спасителя, вновь умолял Его Величество о Всемилостивейшем возрении на прежнюю его просьбу, об освобождении его из под ареста на поручительство, на которую соизволения не последовало, и что в следствие изъявленной по Всеподданнейшему Вашему о сем докладу Высочайшей Его Величества воли узнать, в каком положении находится означенное дело, Ваше Высокопревосходительство, обратясь с вопросом к Московскому Гражданскому Губернатору, сочли нужным предварить о том и меня.
По сему поводу я счел не излишним сообщить Вашему Высокопревосходительству, что Коллежский Советник Рунич в недавнем времени обращался также к Действительному Тайному Советнику Князю Голицыну с просьбою, об испрошении Высочайшаго // соизволения на освобождение его из под ареста прежде окончания означеннаго дела, изъясняя в оной между прочим, что к домогательству сему он Рунич побуждается, сколько стесненным его положением, сколько и тем, что Уголовная Палата предположила уже об одном из подсудимых по тому делу Купце Лобанове, все обстоятельства разсмотреть отдельно, и сделав, не ожидая решения дела, постановление, не только касательно его личности, но и в отношение осеквестированнаго у него леснаго материала, представила об оном 1-му Департаменту Правительствующаго Сената.
О таковой просьбе Коллежскаго Советника Рунича Князь Голицын сообщил мне на зависящее разсмотрение.
Из изтребованной по содержанию оной от Канцелярии 1-го Департамента Правительствующаго Сената справки видно, что хотя действительно в Московской Уголовной Палате постановлено было заключение отдельно от общаго дела, в отношении степени прикосновенности к оному Купца Лобанова; то Правительствующий Сенат признав таковое заключение преждевременным, на оное согласия не изъявил, а предписал Палате указом от 30-го минувшего Апреля разсмотреть действия Лобанова совокупно с поступками прочих лиц, к делу прикосновенных, и потом постановить общее по оному о всех их ре//шение. С тем вместе Сенат о поспешнейшем окончании означеннаго дела сделал вновь Палате строжайшее подтверждение.
За изъясненным определением Правительствующаго Сената, в законную силу вошедшим, не считал себя в праве приступить к каким-либо распоряжениям по просьбе Коллежскаго Советника Рунича, я вместе с сим известил о том Князя Голицына.
С совершенным почтением и преданностию имею честь быть
Вашего Высокопревосходительства
покорнейшим слугою
№ 4873
14 мая 1830
Его Выс[о]к[о]пре[восходительст]ву
А.Х. Бенкендорфу
№ 10
Прошение коллежского советника А. Рунича об освобождении от надзора полиции.
13 октября 1831 года
Ваше Высокопревосходительство
Милостивейший Государь!146
В прошлом 1829 году, я принимал смелость утруждать ваше высокопревосходительство всепокорнешею прозьбою о обращении правосуднаго, милосерднаго воззрения на скорбную участь мою, паче всякой меры угнетенную. Вашему высокопревосходительству благородно было отозваться ходатайствовавшему за меня, благодетелю моему, Александру Александровичу Волкову, что не прежде можете что либо предпринять к облегчению тяжкаго моего положения, как по решении в Уголовной Палате дела о чиновниках бывшей Коммиссии Сооружения Храма147, в ком имел я несчастие быть некогда советником. Ныне, дело сие Палатою решено и внесено к Г. Московскому Военному Генерал-Губернатору. Сколько Уголовная Палата ни старалась по догадкам Г. ревизора Стрекалова обвинить148 // подсудимых; но, вопреки всех ея усилий, с лишком четыре года продолжавшихся, она не нашла ни единой черты к изобличению меня в каком либо злонамеренном действии. В следствие чего, принудила меня, равно как и бывшаго Правителя Канцелярии, Коллежскаго Советника Канарскаго, совокупно же со мною обвиняемаго, к отрешению от должности и неопределению впредь за разныя упущения и безпорядки, в которыя мы были вовлекаемы влиянием Директора Витберга и за соглашение с представлениями его о заготовлении материалов. Благоволите ваше высокопревосходительство потребовать от Г. Московскаго Военнаго Генерал-Губернатора сведение о справедливости слов моих и отзыв его, из дела извлеченный, должен подтвердить их.
Я не дозволю себе оправдываться здесь против обвинений Уголовной Палаты; ибо, совершенно уверен, что Правительствующий Сенат, куда дело поступить должно, с перваго взгляда усмотрит мечтательность Палатскаго приговора и невинность оправдится; но смею токмо // сказать149, мог ли я не соглашаться с Витбергом, когда все его представления безмолвно принимались в уважение самими Первенствующими Членами, как то: Преосвященным Митрополитом Филаретом, Г. Московским Военным Генералом Губернатором и Г. Сенатором Кушниковым?
Четыре года и шесть месяцев, лишен будучи всех средств к существованию, страдаю я под тяжким ярмом, чему едва ли есть другий пример в благословенное царствование ныне царствующаго Государя Императора. Есть либо и подлинно были те упущения и безпорядки, в коих Палата обвиняет меня и Канарскаго; то как происходившие до всемилостивейшаго Манифеста 22-го Августа 1826-го года, не должны быть изъяты от дарованнаго великодушным и чадолюбивым Монархом всепрощения. Наконец, есть либо на осужденных падало казенное взыскание, не по догадкам выводимое, но законными доводами действительно обнаруженное, то и в таком случае оно обезпечивается либо мнением подсудимаго, либо поручительством до окончания дела в высшем Правительстве. Я же, как злонамеренный преступник, // непризнанный таковым и самою Палатою, содержусь под арестом без мала пять лет и тогда, как правосудная, отеческая десница всемилостивейшаго Государя Силою Манифеста разторгла узы и таких преступников, которые осуждались к тягчайшим наказаниям.
Именем всемогущаго Бога умоляю Ваше Высокопревосходительство обратить взгляд милосердия на злополучнаго страдальца, столько лет томящагося в узах скорби и мучения, но есть ли доселе еще существующаго; то не инаго как по благотворению лиц сострадательных, человеколюбивых. Поддержите Милостивейший Государь остаток близкой к разрушению жизни, преданием горькой моей участи на высокомонаршее воззрение и исходатайствованием высочайшей воли на освобождение меня из-под ареста на поручительство.
С глубочайшим к особе вашей высокопочитанием имею честь быть,
Милостивый Государь
вашего высокопревосходительства,
всенижейший слуга
Коллежский советник, жительство
имеющий на Тверской части
13 октября 1831
Москва
№ 11
Сообщение гр. А.Х. Бенкендорфа московскому генерал-губернатору кн. Д.В. Голицыну.
17 октября 1831 года
№ 33
17 октября 1831 года
Московскому военному генерал Губернатору Князю Голицыну
Государю Императору угодно знать в каком положении находится дело Коллежскаго Советника Аркадия Рунича бывшего Советника Коммисии сооружения храма во имя Христа Спасителя.
О таковой высочайшей воле почтеннейше сообщая вашему Сиятельству имею честь покорнейше просить не оставить меня предписанием вашим для доклада по оному Его Императорскому Величеству.
№ 12
Просьба московского военного генерал-губернатора кн. Д.В. Голицына Шефу жандармов гр. А.Х. Бенкендорфу об освобождении коллежских советников Рунича, Канарского и канцеляриста Германа.
20 октября 1831 года
Милостивый Государь Александр Христофорович!150
На отношение Вашего Высокопревосходительства от 18го текущего месяца /№33/ честь имею ответствовать, что дело о безпорядках Коммиссии Сооружения Храма Уголовною Палатою решено, и в непродолжительном времени имеет быть от Московскаго Гражданскаго Губернатора представлено в Правительствующий Сенат. Касательно подсудимых по сему делу Коллежских Советников: Рунича, Канарскаго и Канцеляриста Германа Уголовная Палата определила: так как все действия их заключаются в небрежении к должности, нерадении о соблюдении казеннаго интереса, безмолвном согласии на все представления бывшаго Директора Коммиссии Витберга, и допущение чрез сие растраты значительной казенной суммы; то и следовало бы их отрешить от должностей, подвергнуть аресту и впредь к должностям не определять; но поелику преступления учинены до ВСЕМИЛОСТИВЕЙШАГО Манифеста; а они уже // отрешены от должностей и содержались во все время производства дела, и ныне содержатся, под арестом; то на основании онаго Манифеста их, Рунича, Канарского и Германа, от дальнейшаго наказания освободить; однако же за всем тем, как чиновников неблагонадежных впредь ни к каким должностям не определять; а Рунича и Канарскаго к выборам не допускать.
Хотя на основании существующих узаконений все чиновники, о коих состоится подобное определение судебнаго места, должны быть впредь до окончания дела освобождены из под стражи на поручительство; но по настоящему делу Уголовная Палата таковаго распоряжения учинить не осмелилась, имея в виду о взятии Рунича, Канарскаго и Германа под арест при начале дела ВЫСОЧАЙШЕЕ повеление. Я же с своей стороны тем более считаю возможным освободить из под стражи сих прикосновенных к делу о злоупотреблениях Г. Витберга людей, потому что при дальнейшем разсмотрении дела они могут еще менее остаться виновными, // когда принято будет в соображение то сильное влияние, какое имел Г. Витберг на действия Коммиссии, Канцелярия коей зависима от единственной его воли.
С истинным почтением и преданностию имею честь быть
Вашего Высокопревосходительства
покорнейшим слугою
№ 7067
«20» Октября 1831
Поделиться книгой: