Помоги проекту - поделись книгой:
Коркрейн недоверчиво оглядел его:
- И вы готовы вернуться к службе?
О, нет. Дэниел сохранил на губах улыбку.
- Да. Но если для вас это проблема, то я вызову кого-то другого.
Кажется, Коркрейн обдумывал его предложение, а Дэниел ждал, стараясь подавить свой гнев. Это несправедливо, неправильно, но реальность такова, что ты всегда отвечаешь за поступки семьи. Наконец Коркрейн покачал головой.
- В этом нет необходимости. Вы знаете, что делаете.
Дэниел успокоился, и ему даже удалось снова изобразить на лице улыбку.
- Хорошо. Вы можете рассказать, что произошло? Кто обнаружил тело? И когда?
- Сегодня у нас проходит ежегодная велогонка. Здесь пролегает трасса. Один из гонщиков заметил одеяло. Он не хотел прерывать гонку, поэтому позвонил в службу спасения и отправился дальше. Я распорядился, чтобы он ждал нас на финише, вдруг вы захотите с ним поговорить.
- Да, захочу. Еще кто-нибудь останавливался?
- На наше счастье, нет, - отозвался Эд Рэндалл. – Когда мы приехали, место обнаружения было почти нетронуто, так как отсутствовали любопытные. Вся толпа стояла на финише.
- Такое происходит не часто. Кто первым приехал из вашего офиса, шериф?
- Ларкин. Он лишь приподнял уголок одеяла и посмотрел на ее лицо. – У Коркрейна заходили желваки. – И я, парни, сразу же позвонил вам. Нам не по силам расследовать такое дело.
Услышав последнюю фразу, Дэниел кивнул. Он уважал таких людей, как шериф Коркрейн, которые без колебания просили помощи у Государственного бюро расследований. К сожалению, такие не все. Многие представители местных властей рассматривали вмешательство ГБР, как… нашествие саранчи. Во всяком случае, так поступил две недели назад шериф из родного города Дэниеля.
- Мы в вашем распоряжении, шериф.
- Можете браться за это дело, - ответил Коркрейн. – Мы же по мере сил будем оказывать вам помощь. – Его челюсти напряглись. – У нас в Аркадии убийства не происходили уже лет десять. За время моей службы не было ни одного. И мы хотим, чтобы тот, кто это сделал, на очень долгий срок оказался за решеткой.
- Мы тоже этого хотим. – Дэниел повернулся к Эду. – Можешь уже что-нибудь сказать?
- Убили ее где-то в другом месте. Преступник просто оставил ее здесь, завернув в коричневое одеяло.
- Как в саван, - пробормотал Дэниел, и Эд кивнул.
- Да. Одеяло из смешанных шерстяных волокон, выглядит новым. Лицо сильно избито, возле рта кровоподтеки. Вскрытие покажет больше. В канаве и вокруг нее следов борьбы нет. На склоне никаких отпечатков ног.
Дэниел наморщил лоб и заглянул в канаву. Это канава водоотведения, через несколько метров вода из нее стекала в водосточную трубу. Боковые стены канавы гладкие.
- Он, должно быть, прошел по воде до канала и там снова очутился на дороге. – Он на мгновение задумался. – А эта велосипедная гонка. Она широко анонсировалась?
Коркрейн кивнул:
- Это мероприятие благотворительное, оно имеет большую важность для наших молодежных организаций. Афиши были развешаны в радиусе пятидесяти миль. Впрочем, эта гонка вот уже более десяти лет проводится всегда в последнее воскресенье января. Много велосипедистов приезжает с севера, им нравится более теплая погода. Это довольно масштабное мероприятие.
- Значит, он хотел, чтобы ее нашли, - констатировал Дэниел.
- Дэниел. – Оба судмедэксперта появились у заграждений. Один из них направился к машине, другой остановился рядом с Эдом. – Рад, что ты снова с нами.
- Я тоже рад, что снова с вами, Малкольм. Что скажешь?
Малкольм Цукерман протянул:
- Что будет довольно весело вытаскивать труп из канавы. Склон крутой и скользкий. Трей пытается соорудить что-то наподобие подъемного крана.
- Малкольм, - преувеличенно терпеливым голосом произнес Дэниел. Малкольм вечно жаловался то на спину, то на погоду, то еще на что-нибудь. – Что тебе известно о жертве?
- Женщина, белая, лет двадцати пяти. Мертва уже пару дней. Причина смерти, вероятно, удушение. Гематомы на ягодицах и внутренних сторонах бедер указывают на сексуальное насилие. Лицо разбито тупым предметом. Чем конкретно, я пока не знаю, но удары сильно повредили кости. Нос, скулы и челюсть сплошные переломы. – Лоб Малкольма покрылся морщинами. – Однако эти травмы могут быть посмертными.
Дэниел приподнял одну бровь:
- Значит, она должна быть найдена, но не опознана.
- Я тоже так думаю. Держу пари, ее пальчиков нет в базе данных. Около рта виден отпечаток. Возможно, это палец преступника.
- Он зажимал ей рукой рот, пока она не задохнулась, - пробормотал Коркрейн, сжимая кулаки. – А потом разбил ей лицо до неузнаваемости. Вот свинья.
- Выглядит именно так. – В голосе Малкольма звучало сострадание, а глаза смотрели устало. Дэниел очень хорошо понимал, почему. Слишком много трупов, слишком много убийц. – Как только доктор Берг проведет вскрытие, мы будем знать больше. Я тебе еще нужен, Дэнни?
- Нет. Позвони, когда назначат вскрытие. Хочу поприсутствовать.
Малкольм пожал плечами:
- Пожалуйста. Доктор Берг, вероятно, начнет после УВК.
Когда Малкольм направился к своему автомобилю, Коркрейн поинтересовался:
- А что такое УВК?
- Утренняя встреча с коллегами, - пояснил Дэниел. – Это значит, что Берг начнет вскрытие с половины десятого до десяти. Если желаете присутствовать…
Коркрейн сглотнул:
- Спасибо. Если смогу, то приеду.
Лицо Коркрейна позеленело, но Дэниел не винил его. На вскрытии присутствовать тяжело. От звука распиливаемых костей у Дэниела до сих пор сводило желудок.
- Хорошо. Эд, еще что-нибудь?
- Мы сняли место преступления и стены канавы на фото и видео, - пояснил Эд. – Занялись сначала той стороной канавы, чтобы Малкольм не уничтожил следы, когда будет ее вытаскивать. Потом установим прожектор и посмотрим на другую сторону. – Он дал команду своим людям вновь отправляться за ленту ограждения, и собрался было сам последовать за ними, но потом повернулся к Дэниелу. Чуть поколебавшись, он подошел к нему и тихо произнес, - мне очень жаль твоих родителей, Дэниел. Я знаю, что эти слова тебе не помогут, но я хочу, чтобы ты знал.
Удивленный Дэниел опустил взгляд. Эд жалел погибших Артура и Кэрол Вартанян, но Дэниел сомневался, что чувствует то же самое. Порой он задавался вопросом, не сами ли родители повинны в своей ужасной смерти. Поведение Саймона повергло их в шок, но они ему слишком многое прощали.
К другим жертвам Саймона Дэниел испытывал неподдельную жалость. Но… Артур и Кэрол – его родители. До сих пор перед его глазами вставала картина морга в Филадельфии, и мать с отцом, убитые рукой своего собственного сына. Воспоминания об этом ужасном зрелище перемешивались с другими образами, и не важно, спал он или бодрствовал. Так много убитых. Столько загубленных жизней. Камень, брошенный в воду.
Дэниел откашлялся:
- Я видел тебя на похоронах, Эд. Это для меня много значит.
- Если тебе что-нибудь надо, то просто позвони. Хорошо? – Эд хлопнул Дэниеля по плечу и отправился догонять свою команду. Дэниел же обернулся к Коркрейну, который наблюдал за этой короткой сценой.
- Шериф, я хочу побеседовать с офицером Ларкиным, пусть он покажет, как спускался в канаву к трупу. Я знаю, что он напишет детальный отчет, но хочу услышать его впечатления.
- Без проблем. Он стоит в оцеплении, отгоняет зевак. – Коркрейн вызвал по рации Ларкина, и тот через пару минут подошел. Лицо Ларкина все еще бледное, но взгляд ясный. В руке он держал какой-то листок.
- Вот рапорт, агент Вартанян. Но мне еще кое-что вспомнилось. Несколько лет назад в этих местах произошло убийство, очень похожее на нынешнее.
Коркрейн удивился:
- Что? Где? И когда?
- Вы здесь еще не работали, - ответил Ларкин. – Лет тринадцать назад, в апреле. Тогда в канаве нашли девушку. Она была завернута в коричневое одеяло. Ее изнасиловали и задушили. – Он сглотнул. – И ее лицо тоже было обезображено.
У Дэниела по спине пробежал холодок.
- Кажется, вы, офицер, очень хорошо помните это дело.
Ларкин скривился в муке:
- Той девочке было всего шестнадцать, ровесница моей дочери. Как звали жертву, я уже подзабыл, но произошло это неподалеку от Даттона. Примерно в двадцати пяти милях отсюда.
У Дэниеля внутри все похолодело.
- Я знаю, где находится Даттон. – Он прекрасно знал это место. Гулял по улицам, ходил в магазин, играл в бейсбол. Он также знал, что в Даттоне жило зло, которое носило имя Вартанян. Даттон – родной город Дэниеля.
Ларкин кивнул. Он тоже знал.
- Из этого я и исхожу.
- Спасибо, офицер. – Дэниел поразился спокойствию в своем голосе. – Чуть позже прочту ваш рапорт. А теперь давайте посмотрим на нашу Джейн Доу .
Алекс закрыла дверь спальни и устало прислонилась к стене.
- Хоуп уснула. Наконец-то, - пробормотала она, глядя на свою кузину Мередит, сидевшую в гостиной номера Алекс.
У Мередит на коленях лежала раскрытая книжка-раскраска, которой занималась четырехлетняя Хоуп Крайтон с того самого момента, как Алекс взяла ее под свою опеку тридцать шесть часов назад.
- Нам надо поговорить, - тихо произнесла Алекс.
Во взгляде Мередит появилось беспокойство. Именно этот взгляд еще больше усиливал страх Алекс, потому что ее кузина – детский психолог, специализирующийся на эмоциональной травматизации.
Алекс села:
- Спасибо, что приехала. Я знаю, у тебя много пациентов.
- Не за что. На пару дней я всегда найду кого-нибудь, кто о них позаботится. Если бы ты мне еще вчера сказала, что полетишь, я отправилась бы вместе с тобой. Тем же самолетом. – Мередит казалась уязвленной. – Ах, Алекс, о чем ты только думала? Приехать сюда в полном одиночестве… даже представить себе не могу.
Сюда. Даттон, Джорджия. Одно только это название вызывало у Алекс резь в желудке. Это самое последнее место в мире, в котором она хотела бы оказаться. Но эта резь ничто по сравнению со страхом, охватившим ее, когда она впервые заглянула в пустые серые глаза Хоуп.
- Я тоже не могу, - согласилась Алекс. – Ты права, это не очень умный поступок. Но, Мер, я и понятия не имела, что с малышкой будет все так плохо. Все ведь очень плохо, да?
- Если исходить из того, что я увидела за последние три часа, то да. Сложно сказать, что ее травмировало, может, то, что проснувшись в пятницу, она обнаружила, что ее мама исчезла. Или прошедшие годы наложили свой отпечаток на ее состояние. Мне, к сожалению, не известно, какой была Хоуп до исчезновения Бейли. – Меридит нахмурилась. – Только она совсем не такая, как я ожидала.
- Да, я знаю. Я сама ожидала увидеть грязного, истощенного ребенка. Я имею в виду, что в последний раз Бейли произвела на меня ужасное впечатление. Она выглядела совсем опустившейся. Руки все исколоты. Надо было ей хоть чем-то помочь.
Мередит бросила на нее серьезный взгляд:
- И поэтому ты здесь?
- Нет. Ладно, первая мысль, может, и была такой. Но как только я увидела Хоуп, причины поменялись. – Эта девчушка со светло-золотистыми локонами и ангельским личиком могла сойти с картин Боттичелли… если бы не пустые серые глаза. – Сначала я подумала, что мне привели не того ребенка, она такая чистая и ухоженная. И одежда ее практически новая.
- Ну, ее могла переодеть и социальный работник.
- Нет. Это одежда Хоуп. Социальный работник забрала ее из детского сада. Воспитательница сказала, что Бейли всегда следила за тем, чтобы в шкафчике Хоуп всегда висела чистая и аккуратная сменная одежда. Персонал садика был в шоке, когда услышал, что она исчезла. Мер, заведующая твердо убеждена, что Бейли никогда в жизни не бросила бы без причины свою дочь.
Меридит приподняла одну бровь.
- То есть, она подозревает преступление?
- Заведующая? Да. Именно это она и сказала полиции.
- А что говорит полиция?
Алекс стиснула зубы:
- Что проверяют каждую зацепку, но наркоманы время от времени пропадают. Это стандартный ответ, который на самом деле означает «Не действуйте нам на нервы». Звонок не продвинул меня ни на шаг. Копы игнорируют меня. Она отсутствует уже три дня, но ее до сих пор не объявили в розыск.
- Но наркоманы действительно время от времени пропадают, Алекс.
- Да знаю я. Но ведь заведующая детским садом эту информацию не из пальца высосала.
- Может, и нет. Может, Бейли хорошая актриса или на какое-то время завязала, а теперь снова подсела на иглу. Сейчас лучше сосредоточиться на Хоуп. Тебе социальный работник говорила, что Хоуп всю ночь просидела над своей раскраской?
- Да. Эту женщину зовут Нэнси Баркер. Она говорит, что с того момента, как Хоуп извлекли из шкафа, она только и делает, что раскрашивает. – Шкаф в доме Бейли. Паника нарастала. Так происходило каждый раз, когда она думала об этом доме. – Бейли до сих пор в нем живет.
Мередит распахнула глаза:
- Правда? А я думала, что его давным-давно продали.
- Нет. Я смотрела в интернете, кто владелец. В Земельной книге до сих пор стоит имя Крейга. – Давление в груди росло, и Алекс закрыла глаза, чтобы хоть немного прийти в себя. Вдруг она почувствовала руку Мередит на своем плече.
Поделиться книгой: