Помоги проекту - поделись книгой:
Оксана Чекменёва
Облей своё счастье шампанским
Часть 1. Официантка
— Джесси, опять замечталась? — зашипела миссис Огден, снова исказив моё имя. — Клиентка!
Вздрогнув, я вынырнула из своих грёз и подняла глаза на опоздавшую даму. Показ фильма начался несколько минут назад, и я считала, что в ближайшее время у нас, в гардеробе, после недавнего сумасшествия будет спокойно, потому скинула туфли — благо за стойкой не видно, — и замечталась, пытаясь представить, что сейчас происходит на экране.
Книгу «Предсказанная дракону» я знала практически наизусть, как и остальные книги Габриель Линдон, меня даже назвали в честь её героини — Джезмин*. А сегодня здесь, в самом роскошном развлекательном центре Нью-Йорка, «для избранных» проходил предпремьерный показ фильма, снятого по этой книге. Я считала, что мне очень повезло, когда агентство, в котором я подрабатывала по вечерам после учёбы, отправило меня в помощь гардеробщице именно в этот кинотеатр и именно сегодня.
Вот только здесь меня ждало большое разочарование — те, кого я мечтала увидеть хотя бы одним глазком, заходили в здание с другого входа и не раздевались в этом гардеробе, наверное, им были предоставлены отдельные комнаты отдыха, чтобы избежать вездесущих папарацци. Поэтому я могла утешаться лишь мыслью, что где-то там, всего в нескольких десятках метров от меня находятся актёры, игравшие в фильме, а может быть и сама таинственная писательница, которую никто никогда не видел. Ну и радоваться тому, что заплатят мне за четыре часа, а по факту работать придётся не больше двух, а во время самого сеанса если и появится кто-то, вот как сейчас, то это будут единичные клиенты.
— Переоденьте! — на стойку передо мной шлёпнулась кошка на шлейке и в тёплом комбинезоне, а рядом с ней — пакет с каким-то логотипом.
Я опасалась, как бы испуганная чужими прикосновениями животинка меня не оцарапала, но бедная лысая кошка, видимо, привыкла к подобному обращению, потому покорно позволила снять с себя шлейку, потом комбинезон, а на его место нацепить розовое платьице в оборках и снова надеть шлейку. У меня было чувство, словно я держу в руках мягкую игрушку. Кошке было абсолютно всё равно, что с ней делают.
Не удержавшись, я погладила её по голове и получила удивлённый взгляд, а потом кошка потёрлась о мою руку щекой. Странное ощущение. Мне прежде не доводилось трогать лысых кошек, мне они не особо нравились, казались уродливыми, а мой младший брат называл их «кошка наизнанку», но эта была даже миленькой. Не знаю, что за порода, никогда не интересовалась, но она не была розовой, как те, что я видела раньше, а бело-серой, словно обычную кошку с чёрной спиной и белым животом побрили налысо.
— Пошли, Ноппи, мы и так опаздываем, — хозяйка сняла кошку со стойки прямо за шлейку, приложила браслет к сканеру и умчалась, волоча бедное животное за собой.
— Чего только люди не придумают, — глядя ей вслед, миссис Огден покачала головой и передала мне меховую шубку, которую помогала снять посетительнице. — И кого только с собой не таскают.
Да, я сегодня уже видела трёх крохотных собачек в сумках хозяек и одного хорька — у «избранных» были порой странные вкусы и причуды, — но лысая кошка на премьере и последующем приёме? Завтра, когда в сеть попадут фотографии с автепати, поищу её на фото.
Следующий час, или около того, прошёл тихо. Миссис Огден вышла из гардероба и болтала о чём-то с парой работниц клининговой фирмы, протиравших пол в опустевшем фойе, а я пыталась представить, что сейчас происходит на экране, какой именно момент книги. Не удержавшись, включила без звука на мультибраслете уже засмотренный «до дыр» трейлер и вновь восхитилась тем, каким живым и настоящим выглядит на экране фиолетовый дракон.
Да, сейчас спецэффекты делают просто нереально реалистичными, но как они сумели передать это выражение невероятной любви и нежности в глазах и на морде анимированного дракона при взгляде на его истинную пару, я не представляла.
— Ага, вот ты где, — в гардероб буквально ввалилась взмыленная женщина средних лет в деловом брючном костюме. — Ты-то мне и нужна. Джесси Паркер, верно?
— Джеззи, — поправила я. — Джезмин.
— Не важно, — отмахнулась незнакомка от такой незначительной, на её взгляд, детали. — Пошли.
— Куда? — растерялась я.
— Мистер Гровс сказал, что я могу тебя взять, так что идём скорее, — дама сама откинула часть стойки, чтобы я могла выйти. — Вещи оставь здесь, потом заберёшь. Да скорее же!
— Миссис Стэнли, куда вы забираете мою помощницу? — в дверях возникла миссис Огден.
— На кухню.
— Но мне нужна помощница.
— Сейчас? — миссис Стэнли демонстративно обвела взглядом пустой гардероб.
— После премьеры здесь будет столпотворение.
— Вам пришлют замену, а официантка нужна мне прямо сейчас, зашиваемся, то одно, то другое… — меня схватили за руку и повлекли куда-то, хорошо хоть, обуться успела.
Я не сопротивлялась, имя мистера Гровса для меня было словно пароль, это был владелец агентства по подбору временного персонала, направившего меня сюда, значит, если он велел меня забрать, нужно идти. Единственное, о чём предупредила:
— У меня с собой формы нет.
— Дадим, всё дадим, — бормотала миссис Стэнли, пока мы с ней почти бежали по каким-то коридорам, показавшимся мне настоящим лабиринтом. — Словно проклял кто, приём вот-вот начнётся, а у нас просто дурдом какой-то с персоналом. Одна официантка споткнулась на ровном месте, ногу вывихнула, вторая умудрилась разбить фужер и его осколками располосовала себе ладонь, третьей позвонили, что-то дома случилось, умчалась, наплевав на штраф. Два официанта подрались из-за ерунды какой-то, у одного нос разбит, у другого глаз подбит, ничего особо страшного, но как их к людям пускать, с такими физиономиями? А из агентства не раньше, чем через полтора часа кого-нибудь прислать смогут. Я племянницу вызвала, едет, ещё одну девушку из клининговой фирмы выцепила за двойную оплату, тебя вот… За что это всё на меня в последний момент? Всё же как часы работало, всё предусмотрела, и вот, пожалуйста!
Под эти причитания мы дошли до какой-то раздевалки, где уже переодевалась одна девушка, и мне выдали такую же форму — белая рубашка, чёрная прямая юбка до колен, чёрные же жилет и бабочка. Туфли разрешили оставить свои — подходили по цвету. Мои распущенные волосы, которые я лишь убрала от лица заколками, миссис Стэнли самолично свернула в пучок и приколола к нему белую штучку в виде диадемы, только из ткани в складочку. У другой девушки, Полли, были короткие волосы «под Белоснежку», повозившись с ними пару минут, наша новая начальница махнула рукой и оставила их распущенными, лишь присобачив такую же «диадему».
Потом нас с Полли кратко проинструктировал какой-то парень, одетый так же, только, конечно, в брюки вместо юбки и без рюшечек на голове. Нужно было брать на кухне подносы с шампанским или закусками — что дадут, — потом прохаживаться между гостей, с вежливой улыбкой предлагая угощение. Когда поднос опустеет на две трети — идти за новым на кухню, если на поднос поставят пустой бокал — быстренько отойти к специальному столу за шторкой, таких было несколько по залу, и сгрузить туда грязную посуду, по залу с ней не разгуливать.
В общем-то, ничего сложного. Официанткой работать мне приходилось не раз, правда, в более простых заведениях, но здесь было даже легче — не нужно записывать заказ и убирать со стола. Ходи и носи подносы, чего уж проще.
После был общий инструктаж для всех официантов — нас было десятка полтора-два, выстроившихся шеренгой, перед которой прохаживалась миссис Стэнли, словно командир перед своими солдатами накануне боя.
— Заказчики отказались от роботов-официантов, хотят всё как в старину, ностальгия у них. Но помните, вы — те же роботы. Ходите, предлагаете — молча! — вежливо улыбаетесь. Вежливо, а не кокетливо, слышишь, Лотти! Вы — бесполые роботы, вы на работе, а не женихов здесь высматриваете. Записываться будет всё, я буду видеть вас всех, ничто не ускользнёт от моего внимания. Помните, любой разговор с клиентом, кроме как ответ на вопрос по поводу предложенного угощения — штраф. Попытка флирта либо грубость — штраф и уведомление ваших работодателей. Агрессия по отношению к клиенту, как то — брань, пощёчина, обливание шампанским, — немедленное увольнение, и больше вы в данной сфере не работаете.
— А если клиент пристаёт? — возмущённо воскликнула одна из девушек. — Даже защищаться нельзя?
— Вы что, только в низкосортных барах прежде работали? Вас в агентстве вообще ничему не учили? — миссис Стэнли бросила недовольный взгляд на говорившую, которая тут же потупилась. — Вы не подавальщицей в салуне пришли работать, а официанткой на важном мероприятии, потому — слушайте меня и только попробуйте что-то нарушить. По поводу возможных приставаний — молча и с вежливой улыбкой отходите в сторону и по браслету вызываете охрану. Те сумеют разобраться в ситуации, они профессионалы. Самим никаких действий не предпринимать. Вы — роботы. Запомнили это?
— Да, — нестройный хор из нескольких голосов, остальные просто кивнули.
— И главное, за испорченное по вашей вине имущество — разбитый бокал, испачканная вещь и так далее, — вы платите в пятикратном размере. Запомнили?
— Да, — хор стал чуть громче, даже я присоединилась. Собственно, ничего невыполнимого, работа есть работа.
— Фильм закончится, — миссис Стэнли посмотрела на браслет, — через двадцать восемь минут. У вас есть пятнадцать, чтобы посетить уборную и съесть сэндвич, который вам выдадут на кухне. Кто не успеет — его проблемы. Да, и не вздумайте есть со своих подносов, за такое лично выкину и с приёма, и с работы. Я всё вижу! — зловеще напомнила она и дала отмашку, свободны, мол.
Три часа спустя мне казалось, что я и правда превратилась в робота. Поначалу я ещё пыталась рассмотреть убранство огромного зала — кажется, его попытались оформить в духе «магической академии», — и обращала внимание на тех гостей, кто нарядился в разноцветные мантии или средневековые костюмы, чем сильно выделялся на фоне привычных смокингов и вечерних платьев.
Но со временем усталость вытеснила любопытство, я даже не пыталась найти глазами кого-нибудь из актёров, механически ходила между гостей с подносами, время от времени забегая на кухню и с трудом удерживая на лице дежурную вежливую улыбку. Все лица слились для меня в одно, окажись рядом Лилиан Форест, актриса, сыгравшая Джезмин Даниель, главную героиню фильма, я бы её не узнала просто потому, что не поднимала глаз выше плеч окружающих — так было проще.
Уже давно перевалило за полночь, а в отличие от большинства окружающих, я сегодня, то есть, уже вчера, встала в шесть. Время моей работы в гардеробе закончилось бы полтора часа назад, дальше поток уходящих снизился бы, и миссис Огден справлялась бы одна, без помощницы. А приём и не думает заканчиваться. По общему ощущению, примерно половина гостей уже разошлась, но остальная продолжала вовсю веселиться, словно не планировала уходить до самого утра.
Утешало лишь то, что оплата почасовая и сегодня воскресенье — отосплюсь. Хотела, конечно, посидеть подольше над докладом, но это не к спеху. Ничего, бессонная ночь для меня не редкость, справлюсь.
— Ноппи! — равномерный гул, в который слились для меня голоса окружающих и негромкая фоновая музыка струнного ансамбля, разорвал резкий, визгливый женский голос, заставив меня вздрогнуть и машинально обернуться на крик. — Ноппи, вернись, мерзавка!
А дальше всё произошло очень быстро…
*Джезмин — Жасмин.
Часть 2. Катастрофа
Моей ноги неожиданно коснулось что-то тёплое, я вздрогнула, невольно дёрнулась и сделала небольшой шаг назад. Запнулась обо что-то небольшое, потеряла равновесие и, пытаясь удержаться на ногах, рефлекторно взмахнула руками. Поднос с десятком фужеров и тремя тарелочками с крохотными канапе взлетел в воздух и обрушился на стоящего рядом мужчину в белом смокинге.
Раздался чей-то визг, окружающие шарахнулись в стороны, а я замерла, в ужасе глядя на то, как по белому смокингу расплывается огромное мокрое пятно, «украшенное» кусочками канапе, а хрустальные бокалы разбиваются у наших ног.
Это конец. Вспомнился инструктаж миссис Стэнли. Меня не только выгонят с треском из агентства, но и не примут больше ни в одно подобное. А сколько может стоить нанесённый мной ущерб — страшно представить. Хрустальные бокалы, дорогущее шампанское — один из официантов сказал, что ему на одну бутылку два месяца работать пришлось бы, — химчистка смокинга, а может, и оплата нового. Да ещё и в пятикратном размере! И это уже не говоря о моральном вреде — кто знает, сколько запросит за подобное «оскорбление» какой-нибудь избалованный представитель шоу-бизнеса?
Где я возьму такие деньги? Я в колледже-то учусь, потому что стипендию получила, на жизнь сама себе зарабатываю. Даже если учёбу брошу и вкалывать с утра до ночи начну, за десять лет не расплачусь. Да и где работать, меня же выгонят отовсюду!
Все эти мысли пронеслись у меня в голове за долю секунды, и, представив своё будущее на следующие лет десять, я позорно разревелась прямо перед облитым мною мужчиной, уже не думая, какой по счёту пункт, за который положен штраф, я нарушаю.
И вдруг взлетела на воздух. И услышала над собой испуганное:
— Порезалась? Поранилась? Где больно?
— С ней всё в порядке, не паникуй так, — рядом раздался другой мужской голос. — Испугалась просто. Вторая злодейка тоже не пострадала, успел подхватить.
Ничего не понимая, я осознала, что меня держат на руках так легко, словно мне года два, не больше, и от этого, несмотря на всё произошедшее, так уютно и безопасно. Машинально повернув голову в сторону второго говорившего, я увидела мужские руки, аккуратно держащие «злодейку» — уже знакомую мне лысую кошку в розовом платьице. Так вот об кого я споткнулась!
Подняв глаза на того, кто держал Ноппи, я ахнула, на мгновение забыв о своих бедах, и выпалила:
— Это вы играли ректора, да? И Унрека тоже?
Я столько раз пересмотрела все трейлеры, так часто, едва ли не с лупой, рассматривала постеры, что не узнать это лицо, точнее — лица, не могла.
— Хмм… — шикарный темноволосый красавец-мужчина лет тридцати чуть смутился, переглянулся с тем, кто держал меня на руках — я со стыдом осознала, что так и сижу в его объятиях, будто так и надо, даже лица не видя, — и улыбнулся мне очень знакомой улыбкой: — Не совсем. Скажем так — я поделился с ними своей внешностью.
— А я думала, перевёртыши — это компьютерная графика, — ляпнула я. — Я думала, таких просто не бывает в реальности.
— Как видишь, мы бываем и в реальности тоже, — усмехнулся мой собеседник, поглаживая кошку, которая жмурилась от удовольствия. Мне показалось, что эта фраза прозвучала как-то двусмысленно, но уловить, в чём эта двусмысленность, я не сумела. — Пойду-ка, поищу хозяйку этой красавицы.
Но отойти он не успел.
— Мисс Паркер, вы что себе позволяете?! — рядом внезапно возникла миссис Стэнли, фурией накинувшись на меня. — Слезьте немедленно! Прошу прощения, мистер Форест, за произошедшее, вашу одежду заменят на равноценную, а эта косорукая неумёха будет немедленно уволена и заплатит за всё, что натворила, — елейный голос снова сменился злобным шипением. — Да что ты разлеглась, мерзавка, немедленно проси прощения и выметайся отсюда.
— Стоп, — мужчина, так и держащий меня на руках, прижал к себе чуть крепче, когда я забарахталась, попытавшись выполнить приказ начальницы. — Немедленно прекратите оскорблять мисс Паркер. В том, что произошло, её вины нет, и я не позволю вам вымещать на ней своё плохое настроение.
— Но… ущерб… ваша одежда…
— Она у меня не единственная, и никакая одежда не стоит чьих-то слёз, — отчеканил голос у меня над головой, в то время как руки прижали к себе защищающим движением. И я даже не пыталась больше эти объятия покинуть, сама себя не понимая. Мне было в них так уютно и безопасно, как я не чувствовала себя… наверное, с детства.
— Ущерб запишите на мой счёт, — холодно добавил тот, что держал кошку. От его улыбки не осталось и следа. — Хотя вина полностью лежит на том, кто притащил сюда животное и не следит за ним. — И он посмотрел в ту сторону, откуда недавно раздавался крик, призывающий Ноппи. Странно, что её хозяйка до сих пор не подошла и не забрала свою питомицу. Мы стояли посреди довольно большого пустого пространства после того, как люди отшатнулись, увидев падающий поднос, и кошку на руках мужчины, так похожего на перевёртышей из фильма, было прекрасно видно.
— Разрешите, я заберу животное, и ещё раз простите за произошедшее, — миссис Стэнли потянулась за кошкой, но мужчина отстранился.
— Найдите хозяйку, я хочу с ней поговорить, тогда и отдам ей Ноппи. Тебя ведь так зовут, верно? — обратился он к зверюшке, которая мурчала, словно маленький моторчик, наслаждаясь тем, что ей почёсывают шейку. — А ты уноси отсюда девочку, а то снова расплачется, вон, опять глазки на мокром месте, — это он тому, кто меня держал.
И тот унёс. Вот просто повернулся и понёс меня куда-то, а я, совершенно обессилившая после тяжёлого дня, испуга и слёз, полулежала в могучих руках, привалившись уставшей головой к плечу в белом смокинге и даже не замечая, что он мокрый. Мне было всё равно, я безумно устала, а в этих руках было удивительно уютно.
Я не обращала внимания, куда меня несут, хотя обычно не была такой доверчивой и безрассудной. Но было так хорошо, что не надо больше ходить на каблуках, которые несколько часов назад казались невысокими и удобными, а теперь превратились в орудия пытки. Я лениво удивлялась тому, что даже не волнуюсь, а скорее наслаждаюсь происходящим в твёрдой уверенности — ничего плохого не случится, я в полной безопасности. Откуда пришло это чувство — не понимаю, но факт остаётся фактом, я не боялась и не волновалась. Лёгкое любопытство, не более.
Гораздо интереснее мне было смотреть на того, кто меня нёс. Видела я не много: подбородок, щёку, скулу, волосы — тоже чёрные и волнистые, как у «перевёртыша», только у того они были довольно короткие, а у этого — длиннее, зачёсаны назад, сзади ложились крупными локонами на воротник смокинга. Захотелось запустить в них пальцы, потрогать, такие ли они шелковистые, как кажутся.
Странное желание, не помню за собой ничего подобного. А тут просто руки зачесались — прикоснуться к волосам, к щеке, провести по подбородку, коснуться ямочки на нём.
Да что со мной такое?
Пока я разглядывала волосы и ямочку, борясь со странными желаниями, мы куда-то пришли. Дорогу назад я точно не найду, помню, были коридоры и лестницы, даже странно, обычно все лифтами пользуются, а брюнет не просто взбегал по ступеням, он и меня нёс так, словно я для него не тяжелее Ноппи. А сейчас мы находились в довольно просторной и дорого, хотя и сдержанно обставленной комнате, похожей на кабинет большим столом в форме буквы «Т» с множеством стульев вдоль «ножки».
Тот, кто меня нёс, подошёл к дивану, усадил меня на него — удивительно мягко и удобно, никогда на чём-то подобном не сидела, — а сам присел передо мной на корточки, дав, наконец, себя разглядеть. Я взглянула и едва не ахнула.
Мне тот мужчина с кошкой показался красавцем? Беру свои мысли назад, рядом вот с этим незнакомцем — миссис Стэнли назвала его «мистер Форест», и кажется, эту фамилию я где-то слышала, только вспомнить сейчас не могла, — тот мужчина казался совсем обыкновенным, вполне симпатичным, но не более. А передо мной был… полубог. Или даже без «полу».
Я не знала, что такие люди существуют в реальности. Он был прекрасен весь, у меня не хватило бы слов описать это идеальное лицо — оно просто было идеально прекрасным, вот. Да, я повторяюсь, но других слов подобрать не получалось. Он именно таким и был. А когда взглянула в его синие глаза — тоже совершенно нереального цвета, — я едва не задохнулась от нахлынувших ощущений. Не знаю, что со мной происходило, но я просто понимала, что этот незнакомый мужчина — мой, а я — его, навсегда, навечно. И если нас разлучить — я просто умру!
— Это так невероятно, правда? — спросил он вдруг.
— Да, — кивнула я. — Но… я не понимаю.
— Я всё тебе объясню, обещаю. Но ты слишком устала. Сейчас принесут твои вещи, ты сможешь переодеться, снять эту ужасную форму. Я её намочил, извини.
— Но я первая вас намочила, — глядя на влажные пятна на рукаве своей рубашки, вздохнула я.
— Это ерунда, сейчас переоденусь. Скажи, ты голодна? — он посерьёзнел. — Может, тебе нужно позвонить, кто-то ждёт?
— Нет, не голодна, — я слишком устала, чтобы чувствовать голод. — А соседкам по общежитию всё равно, когда я приду, они знают, что поздно, и не ждут. Зачем это им?
Раздался лёгкий стук в дверь, потом чей-то голос:
— Мистер Форест, ваша одежда.
— Я покину тебя всего на пару минут, чтобы переодеться, а потом мы поговорим, хорошо? — мужчина легонько погладил меня костяшками пальцев по щеке.
— Хорошо, — я кивнула, с трудом удержавшись, чтобы не потереться о ласкающую руку, словно Ноппи.
Он вышел, и моё сердце болезненно сжалось. Но он же обещал вернуться, и я верила. Просто очень не хотелось терять его из вида. Откинувшись на спинку дивана, я перевела взгляд на огромное панорамное окно, бездумно глядя на огни ночного Нью-Йорка и думая, что мне не только эта фамилия показалась знакомой, но и внешность мужчины. Эти синие глаза, эта родинка над правым уголком губ казались почти родными. При этом я могла поклясться, что прежде никогда не встречала ни его самого, ни кого-то, похожего на него. Такого мужчину забыть невозможно.
Мужчину… не забудешь… А если не мужчину? Непонятно, откуда пришла эта мысль, но она меня зацепила. Если не мужчина, значит, кто? Женщина? Ребёнок? Кого-то он мне напоминал?
И фамилия такая знакомая, но голова совсем не соображала, мысли даже не ползали, они едва шевелились.
А пальцы у него такие прохладные, это так приятно…
С этой мыслью я провалилась в сон.
Часть 3. Загадки
Первое, что я увидела, открыв глаза, было лицо моего вчерашнего «похитителя». Мужчина смотрел на меня с лёгкой улыбкой, а в глазах его плескалась нежность.
— Форест! — воскликнула я, наконец-то отгадав вчерашнюю загадку. Да и загадку ли? Не будь я такой сонной, ответ пришёл бы в доли секунды. — Лилиан Форест! Ты похож на неё!
Выпалила и смутилась. Нельзя же вот так тыкать практически незнакомцу. Но это я на эмоциях.
Поделиться книгой: