Тридевять земель

— Идёмте, я помогу вам, — поднялась вслед за ним Лилия.

* * *

Через сорок минут Артём, сам одетый в то, в чём ходила Лилия — на вид, джинсовый костюм, а под ним ещё сто одёжек, начиная с того самого термобелья — уже входил в ворота своей казармы. На входе его приветствовал сержант — знаки различия Артём уже выучил — тем же жестом, что на Земле. Второй сержант проводил Артёма, не задавая вопросов — указал, в какое здание. Там уже был сэр Джеймс.

— Вам помочь, сэр Ортем? — осведомился он, и действительно, всем видом показывал, что готов помочь. Сейчас на нём были знаки различия капитана. — Вам к оружейнику. Вот задание, — протянул он конверт. — Вскрыть через тридцать три минуты. Рота выступает через сорок восемь минут, из третьего шлюза. Вопросы есть?

— Есть. Не знаю, где оружейник.

Сэр Джеймс широко улыбнулся, и хлопнул Артёма по плечу.

— Сержант покажет. Один совет, сэр Ортем: ни с кем не здоровайтесь. Для людей это важно. Сумеете?

— Так точно, господин капитан. — Тело само собой встало по стойке смирно. Когда успели вернуться рефлексы? — Разрешите идти?

— Вольно, сэр Ортем. Идите.

Своего звания Артём не знал, что характерно. Но сержант держался с ним с явным уважением. А может, отчасти и со страхом — если Артём правильно истолковал его взгляд.

— Входите, сэр Ортем, — приветствовал его оружейник. Артём почувствовал себя, словно на съёмках фильма про 007 — столько всего странного вокруг. — Снимем мерку. Встаньте вон там, спиной к стене. Поднимите обе руки над головой, вертикально. Закройте глаза.

Похоже, по нему прошлись чем-то вроде лазерного луча — глаза почувствовали, даже сквозь веки.

— Вольно, сэр Ортем, — Сейчас только Артём увидел, что и видом здешний оружейник похож на старика «Q» из фильмов. Морщинистое лицо, худощавый, быстрый и собранный. Первый раз вижу старика, подумал Артём. На лицо. Лилия сказала, что долгий контакт с танками приводит к таким последствиям. Так и не узнал ведь, что такое танки, откуда взялись, и почему так опасны для людей. — Осаго будет готово через два дня. Много заказов, обычно я его за пару часов готовлю.

— Что, простите, будет готово? — Артём вновь подумал, что его разыгрывают.

— Осаго, — указал оружейник, сам не представившийся. Отошёл и указал: на манекен напротив были надеты доспехи. Практически латы на вид — будь они из стали, весили бы килограмм сорок. — Всё стандартное, хотя я внёс несколько модификаций.

— А это, — осмелился Артём, указывая на лежащий на соседнем столе шлем — похожий на тот, что снял с себя при первой встрече сэр Джеймс, — каско, верно?

— Совершенно верно, — Ни тени улыбки. Деловой, спокойный взгляд. — Вижу, память к вам возвращается, раз вспоминаете названия. Всё, можете идти.

— Простите, без брони? — По словам Лилии, только современная броня, помимо танков и оружия, помогает человеку выстоять против нечисти. Иначе одного буквально прикосновения достаточно, чтобы превратить человека в такую же нечисть за считанные часы.

Вот теперь оружейник удивился.

— Вам ведь выступать сегодня. Ну да.

«А почему барон Мюнхгаузен был без ружья? — Но ведь он пошёл на охоту». Ничего не понимаю, подумал Артём. Абсолютно. Бред какой-то. Удивительно, но желания расхохотаться, едва он услышал название брони, не возникло.

— Вас понял, сэр. Я так понимаю, что и без оружия.

Оружейник кивнул, снова со спокойным выражением лица. Отлично. То есть в бой — безо всего. Ни оружия, ни брони. И это в порядке вещей.

— Зайдите после похода. Посмотрим, что вам подобрать, — посоветовал оружейник на прощание.

Практически, выставил силой, хотя и не понятно, отчего. Артём направился к тому, что здесь называли шлюзом — местом, откуда войска отправляются в поход. Шёл, ощущая взгляды, но — никто не поздоровался, хотя все смотрели. Как на обезьяну в цирке, подумал Артём. Чёрт, а ведь сейчас, возможно, отправляемся воевать! Удивительно, но пока не получалось поверить в это — всё ещё оставалась некоторая надежда, что удастся вовремя проснуться.

* * *

Его словно в упор не видели. Рота уже построилась — до отправления ещё семь минут, но похоже, что все уже здесь. Сэр Джеймс стоял во главе — что характерно, ни одного танка, все пешие. Сияющая броня, простите — осаго; спокойные и серьёзные лица. Им всем не больше сорока, подумал Артём. И ни одного по-настоящему молодого тоже нет. В свои тридцать я тут как бы не самый молодой.

Место во главе колонны, рядом с капитаном, было подчёркнуто свободным. Место для дросселя, если он есть. Что же, чтобы не бояться — надо чем-нибудь заниматься. Например, своим делом. Артём обратил внимание, что первые две шеренги и облачены во что-то, помимо осаго, и держат оружие наготове. Остальные — с пустыми руками, хотя вряд ли безоружны.

На него по-прежнему в упор не смотрели. Неплохо начинается служба, подумал Артём. Ну, в общем, да — кто я такой, в конце концов? Вначале принят за разбойника, ничем себя ещё не проявил, зато уже и при деньгах, и всём таком. Не заслужил ведь ещё пока.

Он встал рядом с капитаном. Часы разрешалось брать с собой — оружейник явно указал, что именно брать не положено. Часы — можно. Собственно, часы — это шарик, по которому ползут три цветных пятнышка. Точность, по словам мастера, который подарил Артёму часы, около секунды в столетие. Обалдеть можно.

Тридцать секунд ползли и ползли непереносимо медленно. Артём посмотрел в глаза сэра Джеймса — тот едва заметно кивнул. Три. Два. Один…

Все шагнули в ногу с Артёмом. Тот едва не остановился от неожиданности — настолько всё необычно. Команд, чего-то вроде «левой! левой!» не было. По карте, им следует отойти от Рима, держаться вдоль пограничных столбов — красные, яркие, в темноте светятся и видны на большом расстоянии — а потом по огромному кольцу вокруг. Артём шагал, изо всех сил стараясь двигаться уверенно и ровно, и вместе с ним шагала вся рота.

Левой. Левой. Раз, два, три… Левой. Левой. Раз, два, три… Всё ещё немного не по себе — страшновато, что поделать. А вдруг не получится? Говорили, что свойство дросселя иногда оканчивается внезапно. Было — и вдруг не стало. Такое случалось крайне редко, но случалось. Не бояться. Главное — не бояться.

Забавно, но отчего-то вспоминалось смешное. Всплыла вдруг, сама по себе, сцена из «Айболита-66». Никто среди друзей, родственников и знакомых Артёма не любил этот странный фильм, а он любил. И сейчас припомнилось, как пираты идут через болота… «А мы его перехитрим, и пойдём… в обход».

Уже знакомая музыка зазвучала в ушах, и ноги сами собой стали печатать шаг твёрже. Под ногами — не то бетон, не то просто очень плотный, утоптанный грунт, идти по нему удобно и легко.

— Ходы кривые роет, — неожиданно сам для себя запел Артём вслух, — подземный умный крот…

— Нормальные герои всегда идут в обход, — подхватила за ним вся рота, во главе с сэром Джеймсом.

Как в тот раз, когда они шли с ним вдвоём, дорога поплыла под ногами. Артём едва успел сосчитать, сколько именно столбов нужно пройти, и чуть не упустил нужный поворот. Забавно: пейзаж вокруг сам поворачивался под ногами, и плыл, и плыл, и плыл. Он украдкой, не переставая петь, оглянулся — все улыбались — ну естественно, петь настолько, скажем, несерьёзную песню. А они откуда её знают, позвольте? Впрочем, сейчас это неважно. Вперёд!

Минуты через три мелькания пейзажей вокруг Артём начал чувствовать, что на нём словно появился неплохого такого веса рюкзак — шагалось по-прежнему легко, но сил стало требовать больше. Не страшно: судя по карте, уже прошли более трёх четвертей пути.

Он заметил это и указал жестом сэру Джеймсу. Деревня, или как правильно назвать — в общем, небольшое поселение. Там что-то происходило внутри. Скорее чутьём понял, ещё пара шагов, и деревня бы уплыла за горизонт. Сэр Джеймс кивнул. Стоп машина!

Его словно придавило к земле свинцовой глыбой. Ноги едва держали, лёгкие горели, словно только что пробежал стометровку. Крики, звуки стрельбы. Да, тут непорядок.

Перед глазами всё плыло, глаза видели нечётко, проходило всё это медленно. Артём осознал, что давешние две шеренги окружили его кольцом, и теперь вокруг них словно дымкой всё затянуто. Обалдеть, какое-то защитное поле! Странная смесь технологий, и ведь ни одной фабрики нет, ни единого завода. Откуда?

Ясно теперь, почему они так вооружены, и держат всё напоказ. Охраняют своего дросселя. Ну да, без него дорога домой может занять многие дни, а то и недели.

Удалось устоять на ногах — Артём понял, что на деревню, похоже, напали. Вот кто такие охолы, по словам сэра Джеймса — держатся малыми группами, Закон не чтят, живут разбоем. Однако серьёзного оружия у них нет, тут нужна всё-таки инфраструктура, просто так украсть из арсенала и промышлять разбойной жизнью не выйдет. Надо всё это заряжать, чистить, и всё такое. Выходит, что Артём многого ещё не знает, даром что почти весь предыдущий день расспрашивал Лилию, и та отвечала на все вопросы.

Минут через десять всё было кончено. Артём слышал команды сэра Джеймса и остальных — похоже, один взвод остаётся — для охраны; сюда же направят другие силы, а потом…

— Возвращаемся в Рим, сэр Ортем, — в круг бойцов вошёл сэр Джеймс. На каско и на осаго его виднелись свежие царапины — а ведь по словам оружейника такое никакой сталью даже не поцарапать. Однако! — Каким путём лучше идти?

Он в самом деле спрашивал, держа карту перед собой. Судя по карте, осталась четверть пути. Почему он спрашивает?

— Дальше, — голос не слушался, вначале Артём даже не прошептал — просто беззвучно открыл рот. Чёрт, вот устал ведь! — Вперёд, сэр Джеймс.

Тот кивнул, и зычно крикнул построение. Всего через пару минут все уже стояли в прежнем порядке — оставшиеся два взвода. Стоял и Артём, хотя это давалось с трудом. Ну, ноги, ещё немного!

Удивительно, но почти сразу же пришло то «музыкальное» состояние, а ещё через пару шагов сама собой зазвучала в ушах та песня про обход.

…Едва они прошли обозначенную границу шлюзов — вернее, пронеслись, Артём уже осознавал, что отчасти может усилием воли управлять скоростью перемещения пейзажа под ногами — как сэр Джеймс махнул ему — стоп!

И всё. На этот раз свинцовая гора рухнула, прижала к земле и раздавила в одно мгновение.

День 4

Жизнь за Айур

Показалось даже, что повторяется вчерашний день, а всё, что случилось накануне, просто приснилось. Однако нет — рядом с постелью сидела незнакомая Артёму черноволосая девушка. Понятно только, что она работает под началом хозяйки этого дома — у всех есть своеобразные знаки различия, символика. У этой волосы заплетены в косы, в каждую вплетена синяя лента. Такие же ленты, где на одежде, где в волосах, у всех остальных.

Артём уселся. Рывком. Некогда валяться. Удивительно, какая бодрость! Вчера вообще ничего больше не помнил. Провалы в памяти — это плохо, однозначно. Вот как он сюда пришёл? Кто его уложил и, простите, раздел?

— Сэр Ортем! — девушка, похоже, задремала. И испугалась — видно по лицу. — Вам помочь? Как выспались?

— Спасибо…

— Марина, — представилась она с улыбкой. — Вы ничего не помните, я знаю. Вы вчера спасли жителей Иструма. Мы очень вами гордимся!

— Мы? — спрыгнул на пол и понял, что бодрость бодростью, а координация пока не восстановилась. Вот чёрт! И опять, простите, в чём мать родила. Попытался отчасти прикрыться, отчасти просто удержаться на ногах. И…

Дверь отворилась. Можно было и постучать, подумал запоздало Артём. Вошла Лилия.

Картина маслом: Артём, взъерошенный, ни во что не одетый, стоял вплотную к Марине, прижав ладонь к её бедру — не намеренно, естественно; просто старался не упасть, и схватился за первое, что попалось под руку.

— Вам помочь, сэр Ортем? — Лилию, похоже, трудно удивить. Улыбалась, но улыбка, если можно так сказать, нейтральная. Без намёков.

— Я помогу ему, не беспокойся, — спокойно ответила Марина, не оборачиваясь. Положила ладонь поверх ладони Артёма и, мягко и вежливо, убрала его ладонь. — Позаботься о завтраке, хорошо?

— Конечно. Рада видеть вас в хорошем настроении, сэр Ортем!

И нет её.

— Держитесь, — Марина протянула руку. — Вижу, вы не хотите, чтобы я помогала. Просто возьмитесь, если нужно.

Да, это пригодилось. Ещё через три минуты Марина придирчиво осмотрела его — поправила, чуть-чуть, куртку, и всё.

— Вы расскажете нам? — Марина отступила на шаг. — Расскажете, что было в Иструме?

— Что смогу, — Вроде бы сэр Джеймс не говорил, что можно рассказывать, а что — нет. Будем полагаться в такой ситуации на здравый смысл. — А кому рассказать?

— Мне, — немедленно ответила Марина. — Лилии. Всем в доме, кто захочет. Расскажете?

— Конечно, если вечером буду свободен. Спасибо, Марина, — спохватился Артём. Надо было с этого начинать.

* * *

Язык не поворачивался назвать всех этих людей слугами. А как правильно? Домочадцы? Лилия успела пояснить, что, в связи с демографическим состоянием, люди сейчас живут большими семьями. Причём слово «семья» сейчас означает вовсе не то, что в том месте и времени, откуда Артём не так давно попал сюда. Тут скорее подойдёт слово «дом» в старинном значении — глава дома, все его родственники; все, кто работают или живут в его доме.

Тут не получится жить в соседнем доме и не иметь никакого представления о том, кто живёт рядом. Тут по-другому не выжить. В Риме, Лиссабоне и Лондоне, и в окрестных землях, примерно в радиусе десяти таланов, жизнь ещё можно назвать спокойной. Восстанавливается производство, вновь создаются фермерские хозяйства. Удаётся даже вести научные изыскания; именно научным достижениям, по словам Лилии, люди обязаны, вероятнее всего, тем, что мужчин уже почти сто пятьдесят лет всего лишь в семь раз меньше. Тенденции были куда более пугающими. Но причина такого перекоса всё равно непонятна.

Артём насчитал четырёх мужчин и двадцать две женщины, пока завтракал — из тех, кто появились, поздоровались и расспросили, насколько позволяла ситуация и вежливость, как дела. Причём характерно: мужчинам всем за пятьдесят, а женщины почти все моложе сорока.

Пока не буду спрашивать, подумал Артём. По словам Лилии, это больная для всех тема. Не то чтобы нельзя обсуждать, но просто так трепать языком не стоит. Всё записано в книгах: огромная часть культурного наследия человечества выжила, что бы там ни произошло непонятно когда. По звёздам можно было бы понять, какой тут год, если это на самом деле Земля. Только вот не помню, как это делается. Стой, но ведь есть же компьютеры? Не может не быть, раз есть все эти чудо-аппараты. Нигде нет мусора: везде стоят, куда ни кинешь взгляд, урны. Так их урнами и величают — полностью перерабатывают в безвредные соединения всё, что туда ни положишь. При этом есть защита «от дурака»: если сунешь, по великому уму, руку в урну, рука не пострадает.

Медицина: почти ни у кого нет явных признаков дряхлости. Люди живут, если удаётся пережить первые двадцать лет, лет сто двадцать — не очень долго, по словам Лилии: война продолжается. То, что сэр Джеймс назвал нечистью, всё ещё занимает большую часть планеты, но, как бы выразиться, дезорганизована. Если бы обладала достаточным разумом, был бы ещё вопрос, кто хозяин на планете. А так — человек с боями, но возвращает всё то, что уже успел некогда сделать своим. Медленно: такими темпами планету придётся освобождать не одно столетие. А что поделать?

Транспорт: дилижансы, и ведь у них в качестве генератора энергии стоит какой-то реактор. При этом радиации ноль. Мифический холодный термояд? Что-то ещё? Всякая мелочь: есть репликаторы. В этой части Лилия тоже попросила не сильно трепаться, но основные предметы люди получают автоматически, и сами репликаторы тоже удаётся воспроизводить. Отлично, то есть человечество успело освоить так много новых технологий, что не соскользнуло назад, в каменный век, после не очень понятной пока катастрофы.

И люди: никогда рядом с ними не было так спокойно. Там, у себя, когда пользовался общественным транспортом, Артём физически ощущал неприязнь, чуть ли не ненависть вокруг, и общую нездоровую атмосферу. Человек человеку — волк. А здесь не так. Здесь один не выживет. Может, оттого они и здороваются словами «Вам помочь?» Причём это не просто слова. Что говорят, то, буквально, и имеют в виду.

— Войдите! — отозвался Артём, когда в дверь постучали. Интересно, кто застелил кровать? До сих пор неловко — профессию сам не выбирал, досталась непонятно откуда. Заслуг особых за собой не чувствует: в конце концов, ту деревушку, Иструм, освобождала рота сэра Джеймса. А относятся почтительно, хотя и без подобострастия.

Он обнаружил, что они обе стоят перед ним. Лилия и Марина. Что за наваждение! Поутру Марина, точно помнит, казалась черноволосой. А сейчас — они обе светловолосые. И почему казалось, что Лилия неотличима лицом от Инги? Вот Марина — да, практически сестра-близнец. Что творится с головой?

— У вас сегодня две помощницы, сэр Ортем, — Лилия улыбнулась, но глаза её оставались неулыбчивыми. — Хозяйка дома приказала Марине помогать вам во всём.

— Это правда? — Артём посмотрел на Марину. Они удивились. Обе.

— В моей… там, в прошлом, такой вопрос — просто оборот речи, — пояснил Артём, начиная чувствовать себя неловко. Ведут себя так, словно он прямо сказал: «да врёте вы всё!»

Девушки переглянулись и улыбнулись, неловкость прошла.

— Конечно, — подтвердила Марина. — Вы сможете найти, чем занять нас обеих?

Лилия рассмеялась и взяла Марину за руку. Взглядом пояснила — да, сможет.

— Вас ждут сегодня в «Пьяном драконе», сэр Ортем. Простите, что перебила — вся ваша рота будет там сегодня к полудню. Через два с четвертью часа.

— Вы проводите меня? — посмотрел Артём в глаза Лилии. Та кивнула.

— Можно попросить вас подождать у выхода?

Лилия ещё раз кивнула, улыбнулась по очереди им обоим — и нет её. Дверь затворилась бесшумно.

— Марина, кем вы обычно работаете?

Замешательство на её лице. Видно, очень уж странно звучит вопрос.

— То есть, чем занимаетесь чаще всего?

— Книгами. Мы обнаружили недавно две старинные библиотеки, я помогаю разобраться с ними.

— Отлично! А можно попросить вас подобрать самое интересное из современных книг?

— Конечно. А какие именно?

— Научные и художественные. Если есть художественные.

— Есть. У меня самые известные номера телефонов за последние два века.

Стоило большого труда не рассмеяться, и тщательно скрыть изумление. Видимо, Марина поняла его взгляд правильно.