Тридевять земель

Даже лицом похожа на Ингу — светловолосая, сероглазая, овальное лицо. Лет тридцати на вид. Вот это я попал, подумал Артём, искренне надеясь, что не выглядит полным идиотом.

— Я уже беспокоиться начала, — улыбнулась она. И голос похож! — Хвала небесам, ты проснулся! Дай мне браслеты, пожалуйста.

— Какие браслеты? — не понял Артём.

— Под подушкой, — пояснила женщина, продолжая улыбаться. Артём засунул руку под подушку. Ничего.

— Под другой, — уточнила женщина, и в голове у Артёма всё смешалось. Они с ней, простите за прямой вопрос, спали здесь, в этой постели, этой ночью?

Похоже, да.

Артём протянул ей браслеты — из серебристого металла, тяжёлые, со множеством узоров. Женщина надела их, и уселась на краешек кровати. Погладила Артёма по голове, и в этой самой голове всё вновь смешалось.

— Знаю, ничего не помнишь. У вас всегда так. То не помните ничего, то на людей бросаетесь. Не бойся, сэр Джеймс рассказал, как всё было.

— И как всё было? — сорвалось-таки с языка. Артём осознал, что лежит в постели в чём мать родила.

— Я не телефон, — покачала она головой. — Я красиво не расскажу. Проголодался? Одевайся, уже скоро полдень. Сэр Джеймс уже дважды справлялся, как ты.

— Простите, — Артём отчего-то не мог попросить её отвернуться. С другой стороны, а кто его раздел? И, если они действительно эту ночь провели вместе, стесняться уже поздно.

— Ингир. Ты хотел узнать моё имя? Я Ингир, хозяйка этого квартала.

И не думает отворачиваться или уходить. Артём поискал глазами свою одежду, и не обнаружил. Зато рядом с кроватью — сейчас только обратил внимание, что кровать огромна — таких, как он, можно трое уложить, и мешать друг дружке не будут — так вот, рядом с кроватью лежали подушки, а поверх них…

Одежда явно приготовлена для него. Вот только понять бы, как её надевают. Нижнего, простите, белья там не наблюдалось, а поверх всего лежало что-то, на вид — купальник, в котором женщины появляются на пляже.

Ладно. Ощущая пристальный взгляд Ингир по всему телу, Артём выбрался из-под одеяла и принялся одеваться. «Купальник», стоило его надеть (судя по выражению лица Ингир, ничего глупого он не делал), сдвинулся, словно пополз по коже — Артёму стоило немалого труда не вскрикнуть — и, через пару секунд этот предмет одежды превратился в спортивные трусы. На вид, по крайней мере. С очень высоким поясом — в ладонь высотой. Что за…?

Остальные предметы одежды были не так загадочны. Рубашка — тонкая, серая в клеточку, штаны из толстой ткани. Похожи на джинсы, со множеством карманов, и таким же высоким поясом. Ремень — очень странно застёгивающийся поверх штанов, ничего никуда вдевать не нужно. И куртка. Откуда это всё? Под курткой оказалась прежняя одежда Артёма. Поверх неё лежал его мобильник. Его-то Артём и забрал.

Мобильный, естественно, никакой станции не нашёл. Через пару дней сядет батарейка, и всё на этом.

— Красавец! — Ингир привлекла его к себе, и поцеловала. В щёку. — Идём, идём. Я уже и сама проголодалась.

* * *

После завтрака — отдельная история; прислуга, почти сплошь женская, подавала им с хозяйкой и на Артёма смотрели — кто не стесняясь, кто украдкой — с выражением изумления и некоторой зависти на лице. Это с чего вдруг? Артём, ещё не вполне пришедший в себя, старался вести себя непринуждённо. Удалось, поскольку Ингир практически не разговаривала, а на остальных, кто не соблюдал тишину бросала взгляд так, что все разговоры прекращались.

Она вновь поцеловала его в щёку (и вновь Артём ощутил завистливые взгляды), когда трапеза окончилась (сама ела не очень много — хотя и с аппетитом), и пожелав доброго дня, удалилась из столовой.

Артём остался сидеть. А куда идти? Похоже, к нему боялись подойти все остальные. Так. В любом случае — забрать остальные свои вещи, найти, где поселиться и понять, как здесь вообще живут.

Он направился было к той самой лестнице, по которой спустился недавно с Ингир, но словно из воздуха возникла рослая девушка в военной форме — напоминающей то, во что был облачён сэр Джеймс — и преградила путь.

— Туда вы можете подняться только с госпожой, сэр Ортем.

— Там мои вещи. — Артём смотрел ей в глаза, и заметил там замешательство. Противоречивые инструкции? — Я хотел бы их забрать.

— Ждите здесь. — Девушка поманила другую такую же, в военной форме — неплохая тут охрана! — а сама поднялась по той самой лестнице. Минут через пять она вернулась.

— Следуйте за мной, сэр Ортем. — Артём хотел было поправить её, но передумал. Шут с ними, пусть Ортем. Звучало комично, и придавало творящемуся вокруг абсурду хоть какую-то привлекательность. Чёрт, но где же это я? Что за шутки?

Направились они вовсе не по лестнице вверх, но в совершенно другом направлении: коридор вёл в служебные помещения — прошли мимо кухонь, прачечной, чего-то ещё, и, наконец, оказались в небольшой каменной комнатке. Стены и впрямь из камня — или отличной имитации. Обалдеть! Стол, на нём — все вещи Артёма. Девушка указала кивком.

— Прошу вас, сэр Ортем.

И заперла дверь снаружи. Однако! Артём не без отвращения покопался в собственной одежде — угваздал-то как! — и забрал оттуда всё, что ещё оставалось в карманах. Рассовал по карманам штанов, не особенно рассматривая. Положительно, здешняя одежда и приятнее, и удобнее, хотя фасон, конечно, тот ещё.

Что с ней сделать, со старой одеждой, в смысле? Оставить? Артём направился к двери, и тут она отворилась перед ним.

— Об одежде не беспокойтесь, сэр Ортем, — пояснила охранница. — Прошу за мной.

…И вывела его на улицу. Неплохое начало для новой жизни, чёрт бы всё побрал. Артём оказался на площади, позади — массивная деревянная дверь, без табличек и всего такого. Прохожие — тоже преимущественно женщины, мужчин было на глаз раз в десять меньше — уважительно здоровались и снимали головные уборы, проходя мимо него. Это с чего вдруг? Тут что, всем, как их там, дросселям, такой почёт и уважение?

— А, вот и вы, сэр Ортем! — услышал он знакомый голос, и обернулся. Сэр Джеймс — всё ещё в военной форме, но без шлема — добродушно хлопнул Артёма по плечу. — Отлично, отлично! Полковник вас ждёт.

— Вы в новом звании, сэр Джеймс? — осмелился спросить Артём, заметив, что украшения на форме его знакомого выглядят иначе. — Или другая форма?

— Вы наблюдательны, — Сэр Джеймс махнул рукой, и экипаж бесшумно подкатил к ним. Электромобиль, подумал Артём. Едет бесшумно, массивный — видно, аккумуляторы — да и водитель именно водитель, на кучера не похож. При всём этом экипаж походил на кэб, какими их изображали в фильмах про Шерлока Холмса. — Я получил звание капитана. Благодаря вам. Так что нам с вами теперь служить вместе, и вместе оправдывать доверие, сэр Ортем.

— Буду рад, — отозвался Артём, но иронию в его интонации сэр Джеймс понял иначе.

— Полковник непременно возьмёт вас, не сомневайтесь. Вы ничем не запятнали своего имени, и проявили похвальную доблесть. Это не более чем формальность.

* * *

Лорд Тиберий Стоун оправдывал свою фамилию решительно всем — каменное выражение лица, высокая, словно точёная из мрамора фигура, и крепкие руки. Рукопожатие едва не заставило Артёма вскрикнуть.

— Рад встрече, сэр Ортем. Встретить дросселя — к большой удаче. Мы, конечно, не суеверны, но в удачу верим всегда. Итак, капитан Джеймс, ваш поручитель, рекомендовал мне взять вас на службу и придать его роте. Вы согласны?

— Да, господин полковник.

— Поздравляю, сэр Ортем, и желаю вам удачной службы! Свободны.

И всё? Артём, через пару секунд оказавшись вне кабинета лорда Стоуна, почувствовал себя обалдевшим.

— Удачного дня, сэр Ортем! — сэр Джеймс явно собрался куда-то по своим делам, но тут Артём окончательно очнулся.

— Не сочтите за дерзость, сэр Джеймс. Мне бы не помешала помощь.

— Всегда рад, — немедленно отозвался новоиспечённый капитан. — Затруднения в средствах?

— Не в этом дело. Я совершенно не разбираюсь в здешней жизни. Кого бы вы посоветовали, чтобы ответил на мои вопросы?

— А, понимаю, — просиял сэр Джеймс. — Наш прежний дроссель, мир его праху, тоже всё забыл, как только стал дросселем. Вообще всё на свете. Иной раз приходилось по три раза на день с ним повторно знакомиться. Но не буду утомлять, да и дел у меня полно. Это вам на дилижанс, — вручил он Артёму несколько монет. — Назовите адрес: бульвар Фламеля, шесть. Там найдите Инес, и передайте, что я просил о вас позаботиться. Вечером встретимся!

И отбыл.

Бульвар Фламеля, значит. Ни больше, ни меньше. Где находится стоянка этих такси, которые сэр Джеймс Батаник назвал дилижансами, Артём уже знал. Ещё через пару минут уже сидел в экипаже, резво нёсшемся по дорогам — и погрузился в раздумья. Даже вокруг не смотрел, как собирался было.

* * *

— Вам назначено? — дверь отворил пожилой мужчина (видно, для разнообразия), всем видом показывающий, что он — дворецкий.

— Сэр Джеймс Батаник направил меня, чтобы я передал послание Инес.

— Входите, сэр Ортем, — И тон, и выражение лица дворецкого сразу изменились — нарисовалась почтительность, проявилась вежливость. — Прошу подождать здесь.

Откуда он знает его имя? Как они вообще общаются на расстоянии? Радио здесь нет, мобильной связи нет. Высокие технологии налицо — бытовая техника, дилижансы эти, а всё остальное?

— Сэр Ортем? — дверь, в которую недавно ушёл дворецкий, отворилась, и вышла девушка. Манерой держаться и одеждой она напомнила Ингир. — Сэр Джеймс передавал о вас, только что. Рада встрече, — она протянула руку, но явно не для рукопожатия. Артём решил следовать интуиции — склонившись, как это делали в фильмах, он легонько прикоснулся губами к ладони. Видимо, этого и ждали — девушка кивнула ему и выражение лица её стало совсем дружелюбным. — Чем я могу помочь вам?

— Я ничего не помню, — если и солгал, то несущественно. — И совершенно не понимаю, как здесь живут, и что происходит. Хочу найти себе дом и работу, но не знаю, с чего начинать.

— Я слышала о таком, — Инес явно поражена и восхищена, хотя и старается не менять выражения лица. — Но никогда сама не видела. Следуйте за мной.

Она провела Артёма через анфиладу комнат, пока они оба не оказались в кабинете. Инес затворила за собой двери, жестом пригласила гостя присесть, и уселась сама — в кресло во главе стола.

— Рассказывайте, — велела она. Именно велела.

— Что именно?

— Всё. Всё, что помните, — она улыбалась, но глаза оставались строгими. — Вы не доверяете мне?

— Доверяю. Минутку…

И он начал рассказ. Показалось, что говорил без умолку часа четыре — болел уставший и пересохший язык, тело устало сидеть в одной позе, и… Мама дорогая! Да ведь и десяти минут не прошло!

Что характерно, усталость во всех членах, и усталость языка также пропали. Видимо, померещились.

— Невероятно, — покачала головой Инес. — Какая удача для всех нас! Сэр Ортем, я найду человека вам в помощь. Но есть несколько условий.

— Конечно. Какие именно?

— Если она пожалуется мне на вас, дальше будете справляться сами.

— Я буду прилежным учеником, — и шутить вроде не собирался, но Инес весело рассмеялась. Нет, и всё-таки, что за чертовщина с этим рассказом? Ведь кажется, что рассказал ей всё от момента, когда проснулся на поляне.

Инес пару раз хлопнула в ладони, и отворилась скрытая доселе дверь по левую руку от хозяйки. Оттуда вышла девушка — а вот она была точной копией Инги, просто не отличить!

— Лилия, сэру Ортему нужна твоя помощь. Я поручилась за тебя. Освобождаешься от всех занятий на сегодня. Ждём тебя через пять минут.

— Слушаюсь, госпожа, — девушка коротко поклонилась, а на Артёма даже и не взглянула. Неплохое начало. Бросила мельком взгляд на гостя, и сразу же исчезла за той же самой потайной дверью.

— Спрашивайте её, и не бойтесь — смеяться не будет. Второе условие, сэр Ортем: каждый вечер, не позднее полуночи, звоните мне. Мне важно знать, как Лилия справляется. Ведь я поручилась за неё. Понимаете?

— Если честно, не очень, — признался Артём, и Инес улыбнулась.

— Поймёте. Не обижайте её. Это третье и последнее условие. Справитесь?

— Приложу все усилия, — Артём встал, поскольку хозяйка поднялась на ноги. Аудиенция окончена, подумалось ему. Вот оно, правильное слово: аудиенция. Ну денёк начался!

Лилия, одетая теперь почти так же, как сам Артём — куртка поверх рубашки и такие же прочные, пусть и неказистые, штаны — ждала в прихожей.

— Доброго дня! — напутствовала их Инес.

* * *

— Как мне к вам обращаться? — спросил Артём первым делом. До настоящего момента Лилия в упор его не замечала, словно и не было никого рядом с хозяйкой. А сейчас, похоже, заметила.

— Лилия. — Вот ведь царевна Несмеяна! Так и будет весь день серьёзная и сухая? — Вы ведь слышали.

— Госпожа Лилия?

— Просто Лилия, — улыбнулась она, но почти сразу же вернула на лицо сухое спокойствие. — Чем я могу вам помочь, сэр Ортем?

— Я ничего не знаю о здешних порядках. Вообще, как люди живут. Только не смейтесь. Хочу понять, где я могу найти себе жильё, как найти работу. Ну и всё остальное.

Лилия кивнула, помахала рукой, и через пару секунд дилижанс остановился рядом с ними.

Вышли они на той самой площади, куда Артём вышел из дома Ингир этим утром. Смотри-ка, едва за полдень! А кажется, что уже неделю здесь гуляет!

— Я не понимаю, — признался Артём, искренне желая, чтобы госпожа Ингир не появилась сейчас поблизости. И так голова кругом идёт. — Почему здесь?

— Я объясню, — пообещала Лилия с серьёзным видом, и, сделав вид, что поправляет воротник его куртки, шепнула: — Держитесь серьёзно и не смущайтесь. И не удивляйтесь, если сможете. А теперь просто идите за мной.

Она открыла соседнюю с «главным выходом» дверь, и…

— Сэр Ортем! — всплеснула руками пожилая женщина. — А мы и не чаяли уже! Проходите, проходите! Вот сюда, я сама покажу вам комнаты!

И поднялась вверх по лестнице. Артём двинулся было следом, но Лилия поймала его за руку. — Не надо, — пояснила на словах. — Ждите, пока позовут. Это важно.

Действительно, минуты через две женщина вернулась. И почему поначалу показалась старухой? Ей едва ли за сорок. Артём обратил внимание, что женщина уважительно посмотрела на Лилию, а та едва заметно кивнула в ответ.

— Идёмте, идёмте! — женщина поманила их. — Вам понравится, я обещаю!

Они обошли несколько комнат — квартир, на понятном Артёму языке — и тот поражался — вот это роскошь! Ничего чрезмерного, но ощущается — действительно не про каждого встречного такое. Ладно, пока не будем впадать в панику от того, какую цену она назовёт. Вежливо откажемся, если что.

— Вторая справа, — вновь шепнула ему Лилия, когда они в третий раз обходили комнаты, а их хозяйка описывала, чем каждая хороша, и какие замечательные люди оказали честь ей, хозяйке, выбрав ту или иную комнату своим домом.

— Вот эта, — высказался Артём, всё это время молчавший. По взгляду хозяйки было видно, что и она довольна выбором.

Когда дверь за ними тихо и почтительно закрыли, Артём сел на ближайший ко входу стул.

— Если честно, — признался он, — я ничего не понимаю, Лилия. Почему она не сказала, сколько это мне будет стоить?

— Вам — нисколько. Она вам сама скорее заплатит, чтобы только вы не уходили.