Демон меня отбери!

Я всю жизнь жила, зная, что драконы — самые сильные существа в нашем мире и они наши спасители, а теперь выходило, что это не так. От страха волосы на голове шевелились.

— Сделать более точные выводы мы сможем, когда ты проведёшь анализы крови. Согласись, если обнаружится факт воздействия на студентов, это вряд ли будет сочетаться с добрыми намерениями.

— Согласна. Но как ты сможешь заменить уже работающий артефакт?

— О, по этому поводу даже не переживай. Как его вживить, как заменить в случае поломки — драконы нам подробно объяснили. Ну а как сделать это незаметно, я тоже придумал.

— Ладно. Тогда, пожалуй, это и правда хорошая новость. Я тоже надеюсь к утру получить результат и прояснить всё окончательно.

— Думаю, мы управимся быстрее. Пойдём в лабораторию сразу после отбоя и управимся часа за два.

— Ты разве разбираешься в целительстве?

— Нет. Но у меня есть анализатор — новейшая разработка тёмных.

— Ух ты! — вот это очень хорошая новость. Я о таком артефакте только читала и мечтала. Руки зачесались от нетерпения его опробовать, и я поёрзала на стуле.

— Всё. Беги, поспи пару часов, а потом я тебя разбужу, и пойдём работать, — неправильно истолковал мои эмоции инкуб.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Ну уж нет! — горячо возразила я. — Ты обещал мне кое-что рассказать. Так что пойдём в столовую пить морс и общаться.

Инкуб сначала закатил глаза, а потом улыбнулся и подал мне руку, помогая подняться.

Глава 18

По дороге наверх меня посетила гениальная идея.

— А может, в кабинет лучше пойдём морс пить? — я не теряла надежду на просмотр новостей и предприняла попытку просочиться в святая святых. Вдруг удастся уговорить инкуба включить сетевой экран?

— Я не покажу тебе рейтинги, и не мечтай, — догадливый какой!

— Ну и ладно, тогда просто сам скажи, на каком я месте? — подергала Лукаса за руку и, забежав вперёд, посмотрела ему в глаза жалобным взглядом.

— У тебя все хорошо. Большего не скажу. — Эх, не помогло. А обычно на всех срабатывает. Кремень, а не мужчина. Как прикажете таким манипулировать?

— Но про последствия хоть расскажешь? — смирившись с маленькой неудачей, недовольно пробурчала, когда мы входили в столовую.

— Обязательно расскажи ей, хозяин, — поддакнула непонятно откуда взявшаяся бестия, — и отпусти уже её руку. Она маленькая, что ли, что ты её за ручку водишь?

— Не перегибай, Коти, — шикнул он на свою тварюшку, но руку мою отпустил, — сделай нам морса и какой-нибудь перекус сообрази.

Мы уселись за стол, а сущность отправилась в кухню.

— Начни, пожалуйста, рассказ со своей Коти. Я не очень понимаю, кто она для тебя и стоит ли мне прислушиваться к её словам? — попросила Лукаса, проводив бестию взглядом.

— Вы вроде бы это должны были проходить…

— Давай не будем вспоминать былое, — прервала я инкуба, пока он не начал опять обзывать меня двоечницей, — может, и проходили, ты просто напомни.

— Ох, Шелли, Шелли, — покачал он головой прямо как наш препод по той самой истории. — Ладно. Слушай. Бестия для нас что-то типа духа-защитника. Их призывают к юным демонам после инициации, чтобы тёмные сущности помогали контролировать магию и предостерегали от опасностей, связанных с эйфорией от обретенной силы. Через несколько лет, когда демон становится стабильным, он отпускает бестию, но они, как правило, не уходят…

— Влюбляются? — ахнула я, испытав к Котовасии дополнительную волну негатива.

— Ну что за бестолочь? — как всегда не вовремя явилась женщина-кошка с подносом и вставила своё «ценное слово», — как таких только в академиях держат?

Она расставила на столе чашки, два блюда с канапе и налила нам дымящегося, ароматного морса.

— Сам удивляюсь порой, но потом вспоминаю Шелли в других ситуациях и понимаю, что она очень умная и хитрая…

— Да. Я умная, а ещё прошу не забывать, что мне двадцать три, а не пять сотен…

— Пятьсот пятьдесят пять, если быть точным, и спасибо, что напомнила об этом, а то я порой смотрю на тебя и принимаю за взрослую женщину…

— Я и есть взрослая женщина! — возмутилась до предела. — И прошу меня воспринимать именно так, но при этом помнить, что всякая белиберда, не касающаяся целительства, мне пока не интересна. Вот освою свое дело и займусь другими.

— Что-то я в этом сомневаюсь, — скептически бросила бестия.

Я сделала вид, что не расслышала и продолжила, обращаясь только к инкубу:

— Ты сам-то, Лукас, родился с жаждой знаний, что ли?

— Не обижайся на нас с Коти, мы шутим…

— Я нет.

Она когда-нибудь заткнётся? Я её сейчас светлым заклинанием шарахну!

— Закроем тему знаний, и я продолжу рассказ, если всё ещё интересно слушать, — обрубил дальнейшие пререкания демон.

— Да-да, закроем, — с радостью поддержала я это прекрасное предложение и сделала заинтересованный вид.

— Так вот, отвечу на твой вопрос. Нет, Шелли. Бестии не влюбляются в хозяина в том смысле, в котором ты думаешь. Они бесполые и лишены сексуальных и собственнических инстинктов…

— А почему она тогда так выглядит? Могла бы просто кляксой быть.

Котовасия зашипела, а Лукас хмыкнул.

— Бестии принимают вид, который, по их мнению, радует глаз хозяина. Я люблю кошек и женщин, вот Коти и решила являться в таком образе.

— Ужас! А она всегда такая противная… по характеру? — я продолжала делать вид, что Котовасии в столовой нет и шипения я её не слышу.

— Сущности горой стоят на страже интересов хозяина и испытывают агрессию к тем, кто может им навредить.

— Но я не хочу тебе вредить!

Пусть уже перестанет меня подозревать и станет милой.

— Давно ли?

Нет. Не станет она милой. Она вообще мне не верит. А я так-то примерно уже сутки не замышляю против её хозяина ничего плохого, а бестия всё никак не уймется.

— Неважно. Сейчас-то я сменила свою позицию…

— Дело совсем не в этом, Шеллин. Вот тут мы и переходим к щекотливой теме последствий, — инкуб задумался, подбирая слова, ну или взвешивая, что мне говорить можно, а чего нет, а потом заговорил: — Насыщения поверхностной сексуальной энергией могут быть для инкуба очень опасными. Если он впадет от этого процесса в зависимость, его ждёт печальный конец. Поверхностные эмоции очень легко усваиваются, и если вдруг мы встречаем, что случается крайне редко, человека с идеальным для себя набором, он становится наркотиком. Но насыщаться только ею нельзя. Поверхностная энергия не заполняет магические каналы, как глубокая, и со временем они ссыхаются и истончаются. Коти опасается, что из-за отложенного визита на родину я ослабну и подсяду на твои эмоции, но этого не будет…

Я вскочила со стула, перевернув чашку с морсом.

— А, ну всё, можно расслабиться, — в никуда заметила Котовасия, убирая заклинанием разлитую жидкость, — беру свои слова обратно. На что там подсаживаться? Растяпа как есть!

Слова злыдни меня вообще не тронули. Я сейчас очень перепугалась за Лукасгара, а ещё в голове множились вопросы.

— А что даёт тебе визит на родину? Ты уверен, что прямо сейчас уже не подсел на мою энергию? Может, мне заключить с тобой контракт заряжалки? Ой, помощницы?

Если от этого зависит его жизнь, я на всё пойду!

— И не мечтай, светлая! — бестия стремительно перетекла к инкубу и закрыла его собой, как будто я прямо сейчас поведу его в спальню насыщать глубокой энергией! Вот же истеричка.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Нет, Шелли, этого как раз делать никак нельзя… — и тут совершенно не вовремя прозвучал сигнал отбоя, и Лукасгар свернул разговор на самом интересном месте. — Просто поверь мне на слово. Я знаю что делаю, а сейчас пойдём в лазарет.

Он поднялся из-за стола, обошёл Котовасию и направился к двери.

— Пообещай, что мы вернёмся к этому разговору, — тревога не покидала, и я, нагнав инкуба, сама взяла его за руку и пытливо заглянула в глаза.

— Всех секретов я тебе, конечно, не раскрою, но кое-какие пробелы в образовании заполню.

Торжественно пообещал гарн Септер, и мы рука об руку отправились на выход из дома.

Глава 19

На улице Лукасгар накрыл нас щитами, и благодаря этому до лаборатории мы добрались никем не замеченные. После разговора я немного нервничала, всё-таки он оставил тревожный осадок на душе, но как только демон завёл меня в оборудованную по последнему слову науки комнату, и я увидела продвинутый анализатор, мысли о том, почему нам с Лукасом нельзя подписывать контракт, вмиг улетучились. Я подбежала к прибору, нежно погладила эту прелесть и принялась за изучение инструкции.

Гениальное изобретение в обращении оказалось удивительно простым, но работало исключительно на тёмной энергии.

— А я тебе на что? — увидев мой растерянный взгляд, тут же понял, в чем загвоздка демон, и активировал прибор своей магией.

Я немедля загрузила собранные у студентов образцы в специальные ячейки и, усевшись на стул, принялась про себя повторять обычный состав крови эльфов, троллей, оборотней и людей.

— Посмотри-ка пока, может, твоя подруга что-то узнала? — отвлёк меня Лукас и вытащил из кармана мой артефакт обмена сообщениями, который конфисковал накануне.

Как только я оживила спящий писун, на экране высветилось послание от Лаурелии: «Магии драконов в сплаве не обнаружила, но мне пришла в голову идея. Что если секретный компонент не энергия, а нечто материальное? Помнишь, мы проходили по истории пятилетие террора ледяной демоницы? Ну, когда она внедряла в сердце понравившимся молодым людям ледяную иглу, и те теряли волю, становясь её игрушками? Что если и тут так? Вот только я не знаю, что именно искать, поэтому в растерянности».

Я перечитала сообщение вслух и посмотрела на гарн Септера. Эту историю я, в отличие от многих других, помнила, потому что она была очень пикантная, а я такое люблю. Видимо, Лукас увидел в моих глазах сомнение. Ну а как ему не появиться? В тот раз угрозой людям являлась демоница, может, и в этот? Не Лукасгар, конечно, а кто-то другой?

— Нет, Шелли, это точно не инкубы. В той истории демоница для изготовления игл использовала стружку со своих рогов. У ледяных демонов в рогах концентрируется магия, и чем они длиннее, тем сильнее их носитель. А у нас магия сосредотачивается далеко не в рогах…

— А у драконов в чём? — не могу сказать, что мне полегчало. Лучше бы это был кто-то не такой могущественный, как верхушка империи.

— В чешуе.

— Я, конечно, напишу Лау об этом, но глубоко сомневаюсь, что она сможет сейчас найти образец чешуи.

— К сожалению. У меня-то есть те частички из пуговиц, но я не могу покинуть гарнизон, так что остаётся лишь предполагать.

Мы замолчали, переваривая новую информацию, но вскоре анализатор подал сигнал о завершении исследований, и я поспешила заняться их изучением.

Хм-м. Ну что ж. Во всех образцах крови, за исключением моего, содержался вазопрессин с повышенной экспрессией! Это многое объясняло! Я посмотрела на демона торжествующе, но он ответил мне полным непонимания взглядом. Конечно, он ведь не целитель, но я не стала злорадствовать, что в чём-то умнее него, и пояснила:

— Видимо, в совокупности с другими факторами повышенный вазопрессин дал эффект безграничной любви к этому дурацкому отбору, поэтому попавшие под воздействие студенты просто не способны замечать ничего плохого вокруг него.

— Что и требовалось доказать. Ты сможешь себе сделать такой же фон, как у остальных?

— Конечно! — с гордостью ответила я и села в медитативную позу прямо на пол.

— Постой, Шелли! Ты станешь такой же, как остальные?

Искренняя тревога Лукаса разлилась тёплой волной по всему телу, и я блаженно ему улыбнулась.

— Нет, не волнуйся. Это фальшивая добавка. Мы, Верисы, умеем накладывать иллюзии на свой организм.

Надеюсь, он поверит и не догадается, что у нас в роду был метаморф, от которого я унаследовала способность кое-что в себе менять. Это, вообще-то, тоже тайна рода.

— Пожалуйста, только не рискуй собой, Шелли. Ты мне нужна такой, какая есть.

Ох, как сладко звучали эти слова! Хоть я и понимала, что инкуб вкладывает в них не тот смысл, который бы я хотела услышать. Закрыла глаза и, погрузившись в себя, произнесла нужные заклинания, призвав кровь спрятать от всех свою истинную суть, заменив новой, а когда всё было закончено, бодро поднялась на ноги и вернулась к нашей проблеме.

— Готово. Но что нам теперь делать с этими открытиями?

— Будем заменять артефакты и надеяться, что это сработает.

— А собратьям ты не расскажешь?

— Пожалуй, не стану. Я пробовал зародить в них сомнения, но они так реагировали, будто и сами под воздействием. Не буду рисковать.

— Ладно. Тебе виднее. Давай заменяй, — решительно подошла к Лукасу и отодвинула ворот свитера, поставляя шею.

— С ума сошла? Не на тебе же экспериментировать! — шикнул на меня инкуб.

Я очень удивилась:

— А на ком?

— Сегодня начнём с тролля. Выждем день, и если драконы не забьют тревогу, заменим пуговицы у остальных.

— И как мы это сделаем?

— Мне потребуется твоя помощь. В том, что ты мастерски владеешь заклинаниями укрепления сна, я уже убедился. Поэтому, поступим так…

Мой напарник коротенько посветил меня в детали плана, который был действительно несложным: генерал-командор обеспечивает безопасное проникновение в комнату птенцов, я их отключаю, Лукас меняет пуговицы. Ничего опасного и требующего долгой подготовки, поэтому, уничтожив все следы посещения лаборатории, мы отправились на дело в казарму боевиков.