Желанная короля драконов

Её слова слились воедино, гнев пульсировал по меткам, когда всё сразу навалилось. Она собиралась убить их всех! Сила пронеслась по телу, заставляя глаза светиться изнутри.

Он усмехнулся, наблюдая за ней и не боясь силы, которая заполняла палатку. В момент, когда она двинулась, чтобы выпустить силу, Блейн обхватил руками её шею, заставляя перенаправить силу, чтобы бороться за воздух. Она вцепилась в него ногтями, лёгкие горели, хотелось глотнуть воздуха. Блейн отпустил её и скатился с неё обнажённого тела. Сиара резко выпрямилась, кашляя и отплёвываясь. Затем прижала руки к шее и смотря на него. После медленно поднялась на ноги, чувствуя результат принятия в себя такого количества магии. Ноги подкосились, но Блейн успел её подхватить.

— Отпусти меня, живо, — прошептала она, пытаясь притянуть в себя больше силы.

— Я не могу провести тебя в лагерь со всей этой силой, принцесса, — пробормотал он, усаживая Сиару на пол. Метки шипели и тускнели. Она закрыла глаза, а в голове гудело. — Одевайся.

— Просто убей меня, — сказала она, открыв глаза. — Просто убей. Чего ты ждёшь? — спросила она, а он прищурился.

— Одевайся или я помогу тебя одеться, — приказал он, прежде чем снова выйти из палатки.

Сиара посидела немного, прежде чем встать, и сердито вытерла слёзы слабости. Она быстро натянула брюки и топ, который резко отдёрнула вниз. Она попыталась притянуть в себя больше магии и не смогла, смотря на Блейна. Знал ли он, что она морила себя голодом? Знал ли, что она до изнеможения тренировалась с братьями от рассвета до заката и морила себя голодом?

Когда вернётся домой, придётся серьёзно поговорить с братьями о том, кто станет её доверенным лицом.

Сиара вышла из палатки и огляделась, обнаружив, что лагерь пуст, затем с трудом сглотнула и надела ботинки. После чего бросила сумку, в которой лежали меха, и побежала к густому лесу, не думая ни о чем.

Она была в приподнятом настроении, как шотландцы, которые бросились на врага с криком: «Свобода!» Она просеивалась на несколько футов, не обращая внимания на то, что осушает всё оставшееся. Она просеивалась, пока больше не смогла, а затем побежала со всей возможной силой. Она вышла на поляну, не обращая внимания на ветер, становящийся всё сильнее и, казалось, подталкивающий её, затем остановилась и подняла глаза к небу.

Сиара замерла, не в силах пошевелиться или произнести хоть слово. В воздухе над ней парило существо, которое хлопало гигантскими зелёными крыльями. Она споткнулась и попятилась, страх заставлял двигаться быстрее. Чёртов дракон! Невозможно, не может быть, верно? Она ломала голову над тем, что слышала о страхах отца, и лёд пробежал по её венам. Земля за спиной задрожала, и Сиара потеряла равновесие. Она тяжело упала на колени, прежде чем повернулась и поползла прочь от летающей ящерицы. Это было великолепно и чертовски страшно. По коже пронеслась волна грубой силы, волосы встали дыбом от электрического тока, который заполнил воздух вокруг.

Её съест грёбаная ящерица. Как будто не хватало проблем с Блейном?

Если это и есть свобода, когда вернётся домой — если ей удастся — Сиара запрётся в павильоне и не покинет его. Свобода — отстой!

Она остановилась и посмотрела в голубые глаза дракона, который остановился в нескольких дюймах от неё, заставляя носом сесть. Дракон вдохнул и выдохнул, распространяя в воздухе ядовитый запах серы. Чешуя на шее была больше её руки и даже больше головы. Он смотрел на неё сверху вниз древними понимающими глазами. Он охотился на неё, как разумный зверь, наслаждающийся страхом.

— Пожуй мяту, — посоветовала она, глядя на его зубы. Ряды острых как бритва клыков находился в нескольких дюймах от лица. Дракон зарычал. — Это личное предпочтение, но дамам не нравится зловонное дыхание.

Она поднялась и выпрямилась, пока дракон продолжал сотрясать землю вокруг, приближаясь и обходя Сиару, которая поворачивалась вслед за ним.

— На вкус я плоха, — заметила она. — Я даже на закуску не потяну, да и душ не принимала давно, так что я действительно буду не вкусной. К тому же, Блейн втёр в меня свой запах и — фу! — я пахну мужиком! — она продолжала бормотать, пытаясь отойти от гигантской ящерицы.

Должно быть, какой-то неизвестный вид ящериц бродит по Царству Фейри. Точно. Драконов больше не существовало, в этом она была уверена. Тот факт, что у него крылья — случайное совпадение, и то, что у него ряды острых зубов — тоже совпадение, и — эй! — в последнее время лишь ленивый не дышал огнём! Какая ящерица не захочет притворяться драконом?

Она повернулась убежать, но он топнул, заставив Сиару запутаться в своих ногах. Она повернулась и посмотрела на него.

— Это совсем не мило, ящерица! Когда девушка пытается убежать, ты позволяешь, а потом ловишь. Ты вообще что-то знаешь? — прошипела она, но замолчала, когда ящерица закричала от боли.

Сиара прищурилась на то, как ящерица дёрнулась и упала на пол.

— О, Боги! — начала причитать она, вставая и направляясь к ней. — Не умирай, пожалуйста, не умирай, ящерица!

Сиара положила дрожащую руку на огромную рептилию, медленно поглаживая существо, которое дёрнулось и закричало. Оно вскрикнуло, отчего у Сиары зазвенело в ушах, а по коже побежали мурашки. Она отдёрнула руку, когда ящерица подняла голову и завыла, отчего её волосы взметнулись.

Она повернула руку ладонью вверх и посмотрела на чешуйки, которые слезли с дракона, затем отступила, когда ящерица сильно ударилась о землю, словно что-то пыталось выбраться из него. Она продолжала пятиться, наблюдая, как плоть дракона меняется и принимает облик человека.

Блейн поднял голову и обнажённый вышел из того, что было прекрасным существом, впиваясь в Сиару пронзительным взглядом.

— Мать твою, ты летающая ящерица.

Глава 7

Блейн внимательно смотрел на неё, замечая выпученные глаза и раскрытый рот. Она продолжала осмысливать только что произошедшее. Она считала его ящерицей? И какая же долбаная ящерица могла летать? Он хотел напугать её, переживать за свою жизнь, но эта женщина просто бесила. В одну секунду она умоляла его не умирать, и тут же проклинала.

Она напала на него, на грёбаного короля драконов, будто его бояться не стоит. Он прикасался к ней так, как могут лишь любовники, и она издавала самые восхитительные стоны, которые ему доводилось слышать. Он хотел её разозлить, чтобы она использовала скрытую в себе силу. Так и случилось, да? Но в тот момент, когда почувствовал, как её тело сжало его палец, он забыл о цели и сосредоточился лишь на ней. Её стон заставил до боли желать погрузиться в неё по самые яйца. Она враг, и ему нужно об этом помнить. У него была одна и только одна грёбаная цель: уничтожить принцессу и её семью.

Его сестру разорвали в клочья, что даже хоронить было нечего. Она терпела отца Сиары у себя между ног, пока он её насиловал и пытал, прежде чем убить прямо на глазах у Фьюри, отца Блейна. Эта чертовка родилась от крови того монстра, и была частью его. Её фиалковые глаза притягивали мужчин, а вишнёвые губы соблазняли. Блейн слышал рассказы о её красоте и о том, как она использовала её, чтобы заманивать и губить мужчин. Как она прыгала в постели с любовниками и даже с собственными братьями.

Эту наглую красотку окружали различные слухи, и всё же она обладала, легко распознаваемой, невинностью. Когда он смотрел на неё, она покраснела. Несомненно, это уловка, чтобы запутать жертву, но Блейн не поддастся играм, и её красота не приведёт к гибели. Слишком многое на кону, слишком много людей рассчитывало на то, что он всё испортит.

Сиара лишь пешка, которую он использует, чтобы захватить её братьев. Их связывала невероятная, неестественная связь, которую никто из Фейри не понимал. Он не знал, какие узы могут связывать братьев и сестёр; его братья и сёстры были убиты, он рос безо всех. И теперь братьями ему стали те, с кем он бок о бок сражался против мира, и существ, населявших те чужие земли, в которых они поселились.

Он прокрутил в голове все ужасы, что её семья сделала с ним, и приблизился к ней. Открывая и закрывая рот, она осматривала его обнажённое тело.

Медленно впитывая каждый сантиметр выразительными фиалковыми глазами, но когда взглянула на промежность, тряхнула головой, словно не знала, что это. Когда он подошёл вплотную, Сиара отступила и вскинула руки, останавливая его. Но Блейн лишь улыбнулся. Её волосы цвета воронова крыла разметал ветер, пронёсшийся по мирному лугу.

— Дракон, — тихо сказал он, и Сиара склонила голову, будто обдумывая его слова.

— Невозможно, — на выдохе прошептала она. — Драконов больше не существует. Я уверена, потому что мой кровожадный отец их уничтожил.

Её слова шокировали, и всё же, присутствующее чувство печали, притягивало его. Кровожадный, а не просто мой отец. Она оторвала взгляд от его члена, который, казалось, был готов налиться сильнее, и посмотрела ему в глаза.

— Заверяю тебя, Сиара, я дракон. И не простой, а их король.

— Фьюри мёртв, — продолжала она. — Его убили в тронном зале сразу после дочери. И я точно это знаю, потому что слышала их крики, — печально проговорила она. — Братья рассказали мне, что произошло после этого, и какие ужасы делал Алазандер потом… о, Боги, — произнесла она, отойдя от него ещё дальше. У неё поникли плечи. — Не удивительно, что ты желаешь моей смерти, — проговорила она, заставив его замолчать. — Я бы тоже хотела себе смерти, — добавила Сиара. — Блейн, твою мать. Мне… так жаль.

— Тебе жаль? Мои люди мертвы, а тебе жаль? Скажи это младенцам, которые были сожжены, чтобы не стать игрушками для твоих людей. Скажи моей матери, которую насиловали и убили у меня на глазах. Тебе жаль? — огрызнулся он, и Сиара всхлипнула, заставляя Блейна опустить взгляд, туда, где он сжимал её руки, выпустив когти, а тело готово было перекинуться. — Будь ты проклята, Сиара, ты и твоя семья. Вы все кровожадные ублюдки, которые не заслуживают жить. Ты, чёрт возьми, не должна ни над кем властвовать.

— Я этого не делала, — прошептала она, пытаясь вырваться из его хватки. — Не принимала в этом никакого участия, так что вини меня, если тебе так проще, но, когда это случилось, я была ребёнком.

— Да, я виню тебя и твою семью, — прорычал он. Гнев пульсировал в нём на её жалость. Ему это не нужно. Он хотел, чтобы она повиновалась ему, постоянно молчала и не была такой чертовски красивой. Он ненавидел то, кем и чем она была, и с кем была связана. Её называли обольстительницей, убийцей и шлюхой Орды, и Блейн думал, что с лёгкостью её уничтожит.

Блейн никогда не представлял себе женщину, стоящую за этими словами, или то, что она скажет, как ей жаль. Она краснеет, чёрт возьми. Она умоляла его не умирать, назвала ящерицей, что, дьявол разбери, с ней не так? Или для неё это игра? Она играла с ним, чтобы сбежать?

— Иди, — приказал он, толкая её вперёд к тому месту, где раздевался. Когда они подошли к вороху одежды, она прислонилась к дереву и уставилась на огромный открытый луг. Он её не знал, но понимал, что в каждом слухе была доля правды. А правда в том, что Сиара — дитя Орды. Она родилась от монстра, который уничтожил целую расу.

Сегодня они прибудут в деревню, и Блейн напомнил себе, что возвращается с победой. Его народ зависел от того, чтобы Блейн обеспечил им будущее. И средство избавить этот мир от Фейри — Сиара. Блейн напомнил себе об этом, медленно переводя взгляд туда, где она стояла и смотрела на цветы, распустившиеся в приветливом тепле утреннего солнца.

Он почувствовал остальных ещё до того, как они вошли в лес, следуя по запаху Блейна. Драконы. Сиара пыталась избавить мир от его народа. А они должны были делить этот мир, созданный для всех. И всё же они все совершили немыслимые поступки. После смерти отца принцессы многие существа оказались в подвешенном состоянии, и мир до сих пор пытался найти равновесие.

— Ты перекинулся, — промурлыкала Фира, чьи глаза медленно приобретали тёмно-изумрудный цвет, потому что её дракон жаждал освобождения.

— Я хотел ослабить её перед входом в деревню, — пояснил Блейн, замечая, как Сиара выпрямилась, слушая их разговор.

— Пусти кровь сучке, и она трепыхаться не станет.

— Фира, я хочу её ослабить, а не убить, — прорычал он.

— Что будет проще, — она пожала плечами и повернулась к Сиаре.

Принцесса бесстрашно повернулась к ним; даже оказавшись лицом к лицу с драконом, она справилась лучше, чем большинство взрослых мужчин. Фира только что предложила её убить, а Сиара не испугалась и не попыталась сбежать. Вместо этого выглядела почти спокойной, словно привыкла к угрозе смерти.

— Ты умрёшь, — прошипела Фира подошедшей Сиаре.

— Умереть не страшно, — заявила Сиара. — Я лишь не хочу чувствовать приближение смерти. Но вам-то я нужна живой. На труп ты же никого не заманишь. Нет. Можешь убить, если тебе станет легче, но обещаю, смерть врага не изменить произошедшего. Лучше не станет. И уж точно не оживит умерших. Если бы да, они уже были бы у вас.

— Да что ты на хрен знаешь о боли? Ты живёшь в избалованном мире, где все твои нужды удовлетворяются, — прорычала Фира.

— Да, да. Учитывая, что ваш род мой отец мучил и убивал неделями, то я прожила с ним всю жизнь. Да уж, баловень судьбы не то слово.

— Бедняжка, живёшь в замке, и тебя кормят с ложечки.

— Я не знаю, что это такое, когда тебя кормят с ложечки, — она гортанно рассмеялась. — Но могу точно рассказать, что означает быть закрытым от мира. Каково наблюдать, как твою мать насилует твой отец, или успешно пережить Переход Фейри без мужчины. Отец хотел чистую дочь, нетронутую мужчиной, чтобы использовать в своих корыстных целях. Такое я знаю, но есть с ложечки? Не уверена, потому что вынуждена питаться от члена.

— Ни один Фейри не может пережить Переход без секса, — указал Блейн, замечая боль под бравадой Сиары.

— Я фейри и не могу лгать, так что слушай внимательно. Я прошла через Переход без прикосновения, так что если думаешь, что можешь сделать больно или напугать… подумай ещё раз. Ты не похож на моего отца, а его я не боялась. Это я тоже переживу. Так что если хочешь пустить мне кровь, заткнись и делай. Ты мне надоел. Я терпела побои отца, видела, как он убивал моих друзей просто за то, что они мои друзьями или близки мне. Я пережила монстра, того же, что терроризировал тебя. Ты? Ты меня ни черта не пугаешь. Либо задавай жару, либо заткнись, кексик, но делай уже что-нибудь.

Глава 8

Сиара расправила плечи и уставилась на Фиру, не отступая от своих слов. Она устала от скверны и угроз. Жизнь слишком коротка, чтобы тратить её на расплату за преступления, которых она не совершала. Да, она бессмертна, и жизнь для Фейри не так уж коротка, но к чёрту. Это не её битва, и не она должна подвергаться насилию за преступления отца, которого она даже не любила.

Фира нанесла удар без предупреждения, но Сиара была готова и отступила в сторону, давая блондинке свалиться в высокую, колыхающуюся на ветру траву.

Сиара посмотрела на неё вниз, не страшась. Скорее всего, они все драконы и все её ненавидели.

— Я тебя убью! — яростно прошипела Фира.

— Не медли тогда, — насмешливо бросила Сиара, зная, что её превосходят в численности, но плевать. Они могли свалить вину на кого угодно, но она не возьмет её на себя. Она сделала выпад, но Блейн в последний момент загородил Сиару. Он свирепо посмотрел на неё через плечо, прежде чем заговорить с Фирой твёрдым, повелительным тоном.

— Хватит. — Он оттолкнул Фиру со свирепым взглядом. — Я сказал, что она нужна нам живой, так что прекрати.

— Она считает себя выше нас! И что её нельзя убить, — прошипела Фира. — Я хочу показать, насколько она слаба.

— Напротив, я знаю, что могу легко умереть. Просто мне всё равно. Ты планируешь использовать меня против моей семьи, которая, как думаешь, причинила вам зло, и, возможно, так оно и было. Но может, отец и зачал нас, но уж точно не любил. Мы были его пешками, как я сейчас для вас. Хочешь, чтобы я съежилась и умоляла? Я не делала так с ним, и уж точно не стану с тобой. Я жила с тем чудовищем, мисс Сисяндра, а ты — лёгкая прогулка.

— Мисс Сисяндра? — переспросил Блейн, едва скрывая улыбку.

— Придурок, ты понимаешь мою речь, нет? Вроде бы да, — она начинала закипать. — Ты меня не пугаешь. Ничего из того, что ты можешь со мной сделать, со мной уже не вытворяли. Хочешь считать меня шлюхой? Да, на здоровье, верь, во что хочешь. Хочешь обвинить меня в чём-то, чего я не совершала? Выбор за тобой. Но не надо молоть языком, потому что от угроз у меня разболелась голова. — Она улыбнулась и протянула руки. — Свяжи меня, большой мальчик. Я знаю, тебе это нравится.

— Она сумасшедшая, — прошептала Фира, будто Сиара была слишком глупа, чтобы услышать или понять.

— Уже нет, — с усмешкой возразила Сиара. — Хотя, в самом начале Перехода вероятно была. Но Рисси держал меня под домашним арестом.

— Твой любовничек? — поинтересовался Блейн, прищурившись.

— Мой брат-демон, — с нежностью в голосе ответила она. — Он любит сердца, говорит, что на вкус они, как конфетки.

Фира задрожала, смотря на Сиару, а Блейн мотнул головой.

— Сердца детей, да? — пробормотал он

— Сердца наших врагов, — уточнила Сиара. — Мы не вредим детям, это ваших рук дело. Вы же только что пытались похитить детей. Мы? Ни за что, — со льдом в голосе заявила она.

— Найдя слабость, ты давишь на неё.

— Тогда нечего удивляться, когда и мы так же поступаем, — отрезала Сиара.

— Закрой рот, — прорычал он.

Сиара молча наблюдала, как он связывает ей руки. Она высказала свою точку зрения и была шокирована тем, какой эпичной вышла речь. Такое, обычно, говорит Ристан, а не она.

Кстати, о нём… Где он? Где все они? Почему её никто не ищет? Они же, чёрт дери, Орда и должны были уже появиться.

— Сколько дней прошло уже? — тихо спросила она.

— А какая разница? — уточнил Блейн, завязывая последний узел. — Только заметила, что находишься во внешнем измерении и что прошло уже больше недели? — спросил он, выгнув тёмную бровь и наблюдая за ней.

— Мы в другом измерении? Ты псих? Здесь же чудища.

— Думаешь, мы их боимся? Я вырос здесь, вдали от своих земель. Я впивался зубами в их шкуры, Сиара. Не волнуйся, я буду охранять тебя.

— И что? — осторожно спросила она. — Зачем беспокоиться? Твоя конечная цель — убить меня, как мой отец поступил с твоей сестрой. Если ты король, то сын Фьюри, убитого у нас во дворце. Так что я уже мертва, — закончила Сиара, задумчиво склонив голову. — Мне сейчас хреново, — рассмеялась она, как будто это было смешно.

— У неё не всё в порядке с головой, — заявила Фира, стоя рядом с ними и качая головой. — Она должна бояться.

— Я уже говорила, — прошептала она со слезами на глазах. — Я не боюсь смерти, её не стоит бояться. Она просто приходит.

— Скажи-ка Сиара, чего ты боишься? — спросил Блейн, прижимая её к себе. Она округлила глаза и принялась отталкивать его. — Ты меня боишься.

— Нет, — возразила она, с трудом сдерживаясь, потому что только это и могла сказать, не признав правды. Уже трудно играть словами и сохранять разум бодрым, когда дело касалось Блейна.

По-детски, да, но Блейн совершенно прав. От его прикосновений в ней пробуждались какие-то эмоции, и ей они совсем не нравились. Она уже не раз прикасалась к мужчинам и те прикасались к ней… но мимолётно. Лёгкие тычки в плечо, невинное прикосновение, но ни разу близости не было. Ристан сказал, что это из-за того, что она была сломлена во время Перехода, и у неё помутился рассудок. Что во время Перехода что-то произошло, после чего она не может общаться с другими. А может всё дело в бесконечной пытке.

Сиары не переносит, когда к ней прикасались. Кто угодно. Ей даже тяжело было касаться племянников и племянницы. Сиара заставляла себя держать детей на руках, чтобы казаться нормальной… Ну, или нормальной, насколько возможно в их мире.

Она понимала, что пострадала из-за отца и его действий. С этим она пока не могла разобраться и училась с этим жить. Ристан объяснил, что она должна казаться нормальной для посторонних, и ей это каким-то образом удавалось. Но Блейн мог её касаться, и Сиара не отскакивала, что сильно беспокоило.

Чёрт возьми, она боялась его, но не понимала, почему или как его прикосновение не было ужасным? Она больше не могла ему отказывать, а если ещё раз скажет «нет», значит солжёт. Она посмотрела на его полные губы, которые он растянул в улыбке, и у неё проснулось яростное желание стереть её.

— Ты меня боишься, — повторил он, когда Фира вернулась к лагерю. — Почему? — уже громче спросил он.

— Ты мне не нравишься, — ответила она с убийственным взглядом. — Ты ящерица, а я боюсь ящериц. Особенно тех, которые летают.

— Не поэтому ты боишься меня, — рассмеялся он, притягивая её ближе, хотя она изо всех сил старалась сохранить расстояние между ними. — Так почему же принцесса, которая не боится смерти, боится меня?

— Хрена с два узнаешь почему, — ответила она с самой сладкой улыбкой.