Боюсь тебя убить...Часть 1

- Ну, бабушка, ну успокойся! – напрасно пыталась я урезонить бабулю.

- Успокойся?! Потаскуха! – накинулась на меня она. И вдруг ударила ладонью по щеке так сильно, что моя голова едва не оторвалась. Слезы так и брызнули в разные стороны. – Ты копия своей мамочки! Такая же распутная тварь! Тоже с тринадцати лет бегала по кустам… добегалась! А теперь и ты добегалась! Ненавижу! Ненавижу эту страну, одна пьянь и распутство! Уйди с глаз моих долой, дрянь!

Я поспешила скрыться в своей комнате. Ничего не понимая просидела до полуночи. За что она так на меня? Что я такого сделала? На крики бабушки прибежала соседка Анечка, она работала врачом в нашей поликлинике и года два назад вышла замуж, а в прошлом году родила девочку, Аришку. Я иногда бегала к ней понянчиться. В приоткрытую дверь я слышала, как моя бабушка жалуется Анечке на меня, что я привезла ей из лагеря подарочек. Но я никаких подарков ей не привозила. Ничего не понимаю! Анечка поила бабушку каким-то лекарством, отчего стоял странный мятный запах на всю квартиру, уговаривала ее успокоиться и сводить меня к врачу, а не расстраиваться раньше времени.

В тот день я не смогла уснуть до утра, все переживала эту непонятную ситуацию. Утром бабушка открыла дверь в мою комнату и велела одеваться, сказала, что мы сейчас пойдем к врачу. И привела меня к такому доктору, у которого я еще ни разу не была. К ней ходят взрослые женщины только, когда ждут ребенка. Тогда мне все стало ясно. Моя бабушка думает, что я тоже жду ребенка! Мне зимой исполнилось пятнадцать лет, и я уже знала немного, откуда берутся дети, одноклассники шушукались об этом, было интересно. Но такое со мной не может случиться! Я точно знаю.

Врач осмотрела меня и уверила бабушку, что я по-прежнему девственница, что никаких контактов с противоположным полом у меня не было. И бабушку будто подменили, она улыбалась и обнимала меня, и я едва не ревела от облегчения, от того, что бабушка снова меня любит и не обзывает плохими словами. Врач велела все же сдать анализы, ведь меня отчего-то тошнило. Возможно у меня гастрит. Анализы сдала, и мы пошли домой. Дома бабушка просила у меня прощения за ту пощечину и приготовила вкусный ужин. Все было хорошо.

Правда анализы оказались не столь хорошими для моего возраста. Пришлось проходить болезненные процедуры и неприятное лечение. Заодно Анечка водила меня к психологу, ведь уныние и депрессия поселились в моей душе, что совершенно не вяжется с жизнью подростка. Как им всем объяснить, что я люблю, что тоскую?!

Я писала Никите письма, но не рассказала об этой истории, да и сама вскоре позабыла о ней. Так вот я писала, только не получала ответов. Сначала писала, как люблю его, как скучаю, как считаю дни до нашей не скорой встречи. Но проходили месяцы и ничего. Я училась в девятом классе, ходила на каратэ и гимнастику, помогала соседке с ребенком. Потом стала писать, что просто помню о нем и что понимаю все, что он забыл обо мне.

5.

Ни одного письма от Никиты я так и не получила. После Нового года я перестала писать. А двадцать второго февраля получила увесистый конверт из города Уфа. В тот день мне исполнилось пятнадцать лет. Я дрожащими руками вскрыла конверт и достала оттуда целую пачку фотографий из лагеря. Никита любил фотографировать меня, а иногда его брат снимал нас вместе. Эти два брата были очень похожи, только у Стаса глаза были странного янтарного цвета, и он здорово рисовал, а Никита везде с собой камеру таскал, снимал все подряд. Смеясь, говорил, что когда-нибудь откроется выставка братьев Филатовых, где будут фотопортреты, которые снимал он и рисованные портреты, которые нарисует его брат.

Я перерыла все фото в поисках письма. Его не было, ни одного слова, даже малюсенькой записки не было.

- А что ты хотела? Он уехал из лагеря и тут же тебя забыл. А фотографии твои ему без надобности, вот и прислал, – сказала моя бабушка, разглядывая снимки. – А ты тут слезы льешь по этому никчемному мальчишке.

- Не смей так говорить! Никита не никчемный мальчишка! Он очень хороший и я люблю его! Он приедет, когда-нибудь приедет… он обещал мне! – вскочила я из-за стола, снимки разлетелись в разные стороны, но я не стала их поднимать.

- Ну-ну, жди! Когда рак на горе свистнет, как у вас, у русских говорят!

Я убежала в свою комнату и прорыдала до ночи. А потом решила, что это последние мои слезы. Все! Больше я рыдать ни по кому не буду!

Слово свое я сдержала. Прошло уже три с половиной года с того дня, я не проронила больше ни слезинки. Я стала другой. Злая и беспринципная, одинокая и гордая, без друзей и подруг я шагала по жизни. Я Юлия Царева! И больше никому не позволю лезть в мою душу!

Как ни странно, но выпускные экзамены я сдала на пятерки, даже ненавистную физику. Бабушка светилась от гордости, когда я вручила ей серебряную медаль за окончание школы. Физичка все-таки подпортила мне успеваемость, влепив в последней четверти тройку. Через три дня я уезжала на соревнования по карате в Краснодар, а еще через неделю мне предстоит поездка аж в Москву, на Чемпионат страны по ката и кумите. Домой я вернусь только к самому выпускному. Платье на праздник уже приготовлено, туфельки красуются на полу возле трюмо. Настроение у меня было воздушное, хотелось летать! Школа позади! Впереди новая жизнь, черный пояс по каратэ и почести!

Удачно прошли региональные соревнования, сенсей Такаси Сайто смеясь, пожимал мне руку, называл самой талантливой ученицей. Его жена, мой тренер посоветовала не бросать японское боевое искусство, продолжать карьеру. Только моя бабушка возразила, как всегда с таким пылом ссорилась со мной.

- Жюли! – она всегда называла меня так дома, на французский манер. Да и вообще мы с ней разговаривали дома только на французском языке. Мне даже кажется, что и я сама первые слова сказала на нем. – Жюли, я не разрешаю тебе эту карьеру! Что за работа такая – бить людей?! Ты пойдешь в институт, и точка!

- Ну и кем я стану? Училкой, как ты?

- Да хотя бы! Или переводчиком, ты в совершенстве знаешь свой родной французский язык, да и английский тоже.

- Бабуля! Я русская! Это твой родной язык. Я сама решу, кем мне быть, хорошо? – сдаваться я не собиралась.

Бабушка надулась на меня, не разговаривает уже третий день. Она очень скучала по родине и считала меня тоже частичкой Франции. Но я там даже не была! Я русская! В Москву я уехала, так и не помирившись с ней, совесть совсем заела. Ну и ладно, пусть поскучает. Выезжали рано утром, в четыре часа, ехать двадцать два часа, мы должны были следующей ночью уже быть в гостинице, чтоб отдохнуть перед чемпионатом.

В нашей команде было по пять девушек и парней. Самые лучшие. Лариска Халявина тоже ходила в секцию каратэ и теперь ехала со мной. Она всегда делала все, что делала я, считала меня подругой. Даже в каратэ пошла! Постоянно ныла, как это тяжело, как устает и надоело. Но бросать не собиралась.

Поначалу поездка была веселой, в салоне нашего спортивного автобуса царила эйфория, от осознания собственной значимости. Мы едем в Москву! Мы лучшие в нашем регионе! Потом дорога утомила, уже не интересны стали пейзажи за окном и байки, которые травили наши парни, стали раздражать. Я закрыла глаза и отключилась от всего мира. Думала о том, как все будет, наверняка там соберутся сильнейшие каратисты среди юниоров со всей страны, я переживала. Хотелось быть самой лучшей, чтоб не подвести сенсея и тренера. Мысли перескочили на Никиту Филатова. Я всегда думала о нем, не могла выбросить из головы. Он тоже занимался каратэ, эта тема нас сблизила в лагере тогда. Интересно, какой он стал, занимается ли еще или уже забросил?

- Просыпайся, соня! Приехали почти! – дергала меня за рукав Лариска.

Я удивленно встрепенулась, оглядываясь. Не может быть, чтоб я проспала всю дорогу, почти двадцать часов пути! Оказалось, что прошло всего четыре часа, как я уснула, просто у нас намечалась остановка, чтоб поесть и справить свои нужды.

- Слушай, а кто такой Никита? – вдруг спросила Лариска, я даже ложку уронила в тарелку с молочным вермишелевым супом. Завтракали как раз. – Ты будто звала его. Стонала даже. У нас вроде нет ребят с таким именем.

Я уставилась в одну точку, стараясь припомнить свой сон в подробностях. Мне снилось, что мы уже взрослые, не как тогда, когда расстались. Он такой красивый, высокий, сильный… он уходил от меня, а я бежала следом и звала. Никита обернулся, увидел меня и побежал мне навстречу. Мы целовались, радуясь встрече, смеялись…

- Ну, кто он? – вот любопытная, достала прямо.

- Так… знакомый.

- Охх-х… странная ты, никогда ничего не рассказываешь. Мы же подруги вроде…

Вот именно, «вроде». Делиться с ней своими девичьими тайнами я не собираюсь. Никита мне часто снился, особенно когда мне было плохо, когда бабушка доставала или просто не было настроения. Я звала его перед сном, и он приходил. Было очень жаль, что нет его фотографий, хотелось увидеть, каким он стал, ведь прошло четыре года с тех пор, Никита вырос, возмужал, наверное. Были только старые снимки, из лагеря. Я их постоянно пересматривала и прятала от бабушки, она ворчала, если видела, что я занимаюсь такой «ерундой».

6.

Позавтракав загрузились снова в автобус, я перебралась на пустое заднее сиденье, собираясь проспать оставшийся путь. Так быстрее время пройдет, да и слушать пустую болтовню, и неловкие заигрывания членов команды не хотелось. Уютно устроившись на трех креслах сразу, я вскоре заснула. Проснулась от того, что наш автобус резко затормозил, и я едва успела схватиться за подлокотник соседнего кресла, иначе валяться бы мне на полу.

- Че творит-то! Если машина круче, то можно такие фортеля выкидывать чтоль? – громко возмущался наш шофер, размахивая руками.

- Это же уфимские, выпендриваются, что опередили нас! – смеялась наш тренер Алла Дмитриевна.

После ее слов я кинулась к окну, но увидела только хвост шикарного огромного белого автобуса с красными полосами, которые блеснули в свете фонарей на стоянке. Он не уступил нашему автобусу по правилам, создавая аварийную ситуацию.

- Так! Девочки и мальчики! Это последняя наша остановка, через три часа Москва! – провозгласила тренер. – Вон уфимская команда нас уже опередила. Это к лучшему, пока мы доберемся, они уже устроятся в гостинице, не нужно будет толкаться в вестибюле. Так что выходим, делаем свои дела и по местам – завоевывать столицу!

Мы в дороге уже девятнадцать часов, на улице почти стемнело, и зажглись фонари. Есть не хотелось, только пить. Мне все покоя не давал этот автобус из Уфы. А вдруг там мой любимый?

До гостиницы добрались после полуночи, быстренько зарегистрировались и устроились на ночь. Утром в восемь у меня тренировка, а в пять вечера первый бой. Я не переживала, была спокойна и уверена в себе, я выиграю.

Все давно спали, только я лежала на кровати в трехместном номере и разглядывала причудливые тени на потолке. Теперь я жалела, что выспалась в автобусе. Когда лежать стало невмоготу, я тихонько встала и вышла в коридор. Похожу немного, может, устану, и тогда сон придет. Я бродила по длинным коридорам, рассматривала картины на стенах, постояла у окна, любуясь большим городом, сияющим разноцветными огнями. Прошло с полчаса, но возвращаться в номер не хотелось. Дошла до площадки у лестницы, раздумывая спуститься или нет. На площадке стояли уютные диванчики и журнальный столик, в кадках росли роскошные пальмы, красиво. Села на диванчик, стоявший у стены. Потом пересела на кресло, возле перил. Вдруг услышала тихие голоса, доносившиеся с площадки этажом ниже. Кто-то тихонько ругался, судя по голосам, это были парень и девушка. Мне стало интересно, я немного спустилась, тихо ступая по пушистой ковровой дорожке, потом присела на ступеньку и глянула сквозь перила. Мне стала видна девушка, которая что-то доказывала своему собеседнику. Она была моего возраста, высокая со светлыми волосами до плеч. Парня не было видно, но у меня ёкнуло сердечко, когда он повысил немного голос. Я не могла поверить своим ушам, но это был Никита Филатов, кажется он. Мы не виделись четыре года, голос его изменился, но не сильно. Я в нетерпении подалась вперед, сползла еще на ступеньку ниже, чтоб увидеть его. Он сидел на диване, потом вскочил, схватил девушку за руку и грубо толкнул ее на то место, где сам только что сидел.

- Ты что тупая?! – шипел он на девушку, а я вся превратилась в слух, стараясь не пропустить ни слова. – Чего ты липнешь ко мне?

- Ну Никит… ну ты мне нравишься… давно. Ну почему мы не можем встречаться? Я тебе совсем не нравлюсь? – девчонка едва не плакала, даже стало жаль ее.

- Совсем! Я тебе сто раз сказал – у меня есть любимая девушка, мне не нужна другая! А ты виснешь на мне, выставляешь на посмешище. Если не прекратишь, то я… я… Я не знаю, что сделаю! – Никита с раздражением развернулся и пошел в сторону номеров.

Я сидела в ступоре, не в силах пошевелиться, прислонившись лбом к перилам. А этажом ниже тихо плакала бедная девушка. Как Никита вырос, такой высокий стал, широкоплечий и красивый… и такой жестокий. Значит, у него девушка любимая есть… что ж, мы выросли, и у нас у каждого своя жизнь. Столько лет прошло. Внезапно защипало в носу, я поняла, что разревусь сейчас. Сделала несколько глубоких вдохов и выдохов, подавляя желание пустить слезу. Я обещала, что не заплачу больше! И думать о нем не буду!

С утра я уже провела тренировку, понаблюдала за своими каратистами из команды, и уже к одиннадцати мы уступили место для тренировки приехавшим накануне соперникам. Мои мысли постоянно перескакивали на увиденное ночью, я боялась, что встречу Никиту днем. Мне не хотелось этой встречи. Но ни его, ни команды из Уфы не было видно. Ну и хорошо. Мы пообедали, отдохнули, получили последние наставления от тренера и переоделись для ката.

В спортзале яблоку было негде упасть, на трибунах стоял такой шум, что голова сразу закружилась от волнения. Наша команда выступала первой, потом соперники из других городов. Последними выступила команда из Уфы. Я во все глаза смотрела, вцепившись в спинку переднего кресла побелевшими пальцами. В командном ката Никита был лучшим, такой сильный и ловкий, он словно бился с невидимым врагом, яростно исполняя приемы. Душа моя словно вырвалась из тела и полетела к нему, появилось странное чувство, будто я могу на расстоянии обнять его. Не могла глаз отвести.

7.

После первых тренировочных турниров была церемония открытия Чемпионата по каратэ. Выглядело все фантастически, в стиле японского боевого искусства, с музыкой и флагами, с показательными выступлениями мастеров спорта и знаменитыми каратистами России.

После торжественного открытия Алла Дмитриевна собрала нас в своем номере, обсуждали завтрашний день. Нам предстояло биться с реальными соперниками в кумите, у меня в душе аж подпрыгивало все, жаждало победы.

- Юля, завтра постарайся. На тебя вся надежда! – сказала вдруг Алла Дмитриевна. – Если выиграешь завтрашние бои, значит, поедешь в октябре на чемпионат Европы по кумите.

- А почему именно Юля?! Может, я тоже хочу на чемпионат Европы! – возмутилась Халявина и так зыркнула на меня, что я поежилась. – Вечно вы ее выделяете!

- Все правильно. У тебя Лариса, техника хромает, да и гибкости маловато. Посмотрим, может, ты лучше выступишь завтра. А сейчас давайте отдыхать.

- А можно мы в кино сходим? Спать рано еще, а недалеко есть кинотеатр, через парк пройти, – спросил кто-то из ребят.

- Идите. Только в двенадцать чтоб в номерах отдыхали уже. И только в кинотеатр, иначе заблудитесь, здесь незнакомые места, – рассмеялась тренер.

Мне не хотелось в кино, хотелось снова увидеть Никиту, может даже подойти к нему удастся, хоть поздороваться. Но я понимала, что никто в номере сидеть не будет в теплый летний вечер, наверняка он с командой тоже ушли куда-нибудь. Поэтому я нарядилась в джинсовую юбочку и красивую черную футболку, надела легкие черные теннисные туфельки, покрутилась перед зеркалом, отметив, что выгляжу очень красиво. В кино, так в кино!

На выходе из гостиницы наша команда остановилась, разглядывая доску с афишами, выбирая сеанс и фильм. Появились разногласия, мальчики хотели на боевик, девочки на комедию. Пока спорили, я обошла доску с другой стороны и увидела еще одну афишу.

- Эй, ребят! А тут еще кино… в тему прямо, про каратэ, – позвала я команду. – «Крадущийся тигр». Нам полезно посмотреть.

На том и порешили, идем на фильм про каратэ, всем стало интересно. Но мне не суждено было попасть на киносеанс. Я увидела того, кого хотела увидеть. Уфимская команда вся собралась у дверей, ожидая опаздывающих. Никита расспрашивал о чем-то девушку на ресепшене, она показывала сначала руками, а потом взяла бумагу и ручку и стала рисовать.

- Кит! Ты скоро? – подошел к нему один из ребят.

- Сейчас, – он снова обернулся к девушке, она улыбнулась ему. – Значит, нам сначала прямо, потом налево и еще раз налево?

- Да! Всего квартал пройти. И там вывеска будет неоновая, написано большими буквами – Спорт-бар… название еще иностранное…

- Ладно, спасибо красавица! – сверкнул улыбкой Филатов, вгоняя девушку в краску. Весь такой ладный и высокий, в черной тенниске и черных джинсах… загляденье просто!

Я укрылась снова за доской с афишами, безуспешно пытаясь унять сердцебиение. Пока я так стояла, моя команда ушла, не заметив, что меня нет с ними. Я вышла на крыльцо, постояла несколько секунд, решила вернуться в номер, в кино расхотелось. Но ноги сами понесли меня вслед за уходящими уфимцами. Я шла не торопясь, на приличном расстоянии, но даже отсюда видела, как им весело. Никита что-то рассказывал, весело жестикулируя руками, и все смеялись. Потом дошли до спорт-бара и все зашли внутрь, а я осталась стоять на улице. Войти не решилась, да и мне еще не было восемнадцати лет, на двери висело объявление с ограничением по возрасту. Вдруг до меня дошло, что я не помню дорогу назад и стало страшно. Как вернуться в гостиницу? Вот дура, понеслась незнамо куда! Вспоминая, как девушка объясняла Никите, решила идти обратно. В крайнем случае, спрошу у кого-нибудь. Так, надо повернуть направо и направо… или прямо сначала? Или налево и прямо потом…

Я шла и шла, но пройдя уже порядочно, поняла, что заблудилась окончательно, дома стали другие, магазинов меньше, дороги уже. И даже прохожие не могли мне помочь, сколько ни спрашивала про свою гостиницу, все только пожимали плечами и говорили, что они приезжие. Что, в Москве не осталось коренных жителей? Все гости чтоль? Я остановилась и попыталась успокоиться. Потом повернула в обратную сторону, решив дойти до спорт-бара, а там… а там посмотрим.

Я снова шла и снова не узнавала дома. Я здесь точно не была! Начинало смеркаться, мне стало так жутко, даже представила, как меня ищут с милицией, а на улицах в темноте только бандюги и насильники. Мимо шли люди, и на меня никто не обращал внимания. Села на лавку, стоявшую у стены какого-то трехэтажного здания.

- Нууу… Царева! Трусиха ты! Тебе не страшны бандюги, ты же каратистка! – подбадривала я себя шепотом. – Так, нужно найти отделение милиции, уж там точно знают, где находится моя гостиница… получу от тренера конечно, но больше делать нечего, кажется… только вот где найти отделение это?!

Решив отправиться на поиски отделения милиции, я встала и сделала пару шагов, намереваясь повернуть за угол дома, там уже зажигались фонари, и было гораздо светлее. Услышала голоса и остановилась. Никита! Я едва не бросилась к нему, но поняла, что он снова ругается с девушкой.

- Никита! Ну подожди… ну не уходи… - бежала за ним девушка.

- Не уходи?! Какого черта ты делаешь это? Зачем? – резко остановился парень. Я осторожно наблюдала за ссорой из-за угла, но меня и так бы никто не заметил.

- Ты мне нравишься… очень!

- Зато ты мне не нравишься! И я тебе тысячу раз говорил…

- Да нет у тебя никого! – перебила его девушка, смахивая слезы со щек. – Ты нарочно придумал про любимую девушку, чтоб меня бесить.

- Нет, это ты меня бесишь!

- Ну что во мне не так?!

- Да все Аня! Меня бесят твои серые глаза и бесцветные волосы, твой писклявый голос бесит… и даже твоя грудь, которую ты напоказ выставила!

- Чем тебе моя грудь не нравится? Все говорят, что она красивая…

- Да она огромная! – Никита отвернулся от девушки, собираясь уходить. А я посмотрела на свою грудь, сравнивая. Да уж, мне далеко до ее груди. - Вот иди и показывай ее всем, мне не надо! Все, отстань от меня…

- Эй, ребят! Ну вы чего ушли то? Кит?! Весь матч пропустишь, – послышался еще чей-то голос. Я поняла, что вышла снова к спорт-бару, только, с другой стороны.

- Лёх, я спать. Не теряйте меня! – Никита махнул рукой парню и пошел потихоньку по тротуару.

- Эххх! Ну ладно, как хочешь… Ань, а ты с нами?

- Да, иду… - шмыгнула носом девчонка – Выпить купишь?

- Ага, лимонаду! Забыла, нам нельзя? – рассмеялся парень, и голоса затихли за закрывшейся дверью.

 8.

Я еще немного постояла и пошла за Никитой, благодаря Бога за эту нечаянную встречу. Хоть до гостиницы меня доведет. Я шла следом, стараясь, чтоб парень меня не заметил. Вскоре показалась гостиница, я вздохнула с облегчением. Никита кивнул девушке на ресепшене, потом стал подниматься по лестнице, я пошла следом. Наши, наверное, еще не пришли. Прошло всего около часу, часы в вестибюле показывали десять вечера. А мне показалось, что я вечность плутала.

Подождала, пока Никита скроется за углом на своем этаже, чтоб пройти на свой, четвертый. Но не успела я сделать и шагу к лестнице, как меня кто-то схватил за руку. Я рванулась, но держали крепко.

- Ты еще кто? Зачем следишь за мной?! – прямо в глаза мне смотрел Никита Филатов. Он с удивлением разглядывал меня, потом так крепко прижал к себе. – Юля! Юляшка моя! Откуда ты здесь?!

- Я тоже… на чемпионат… приехала, – какой он стал высокий и сильный, я прямо утонула в его объятиях. Выше меня почти на голову и гораздо шире. Мне пришлось тоже обнять Никиту, не знала, куда девать руки. Да и если честно, то мне этого хотелось. Будто и не было этих четырех лет… только запах другой, такой мужской, притягательный. И еще малиной пахло от него.

Никита снова отстранил меня от себя и смотрел долго в лицо, будто не верил глазам своим. Потом потянул за руку к дивану на площадке, где они с девушкой ругались вчера.

- Ну здравствуй!

- Здравствуй! – улыбнулась я в ответ.

- Ты так изменилась… повзрослела. Еще красивее стала! – Никита снова взял мою руку и вдруг поцеловал ладонь. Меня будто волной горячей окатило.

- Ты тоже… очень вырос… совсем взрослый уже.

- Ты чего кралась за мной? Чего не подошла? Не узнала меня?

- Я заблудилась. Потому и шла за тобой, знала, что ты в гостиницу идешь. Слышала, как ты с девушкой ругался. Ты и вчера с ней ругался, здесь. Я тебя сразу узнала, – я забрала у Никиты свою руку, стала разглядывать пальцы, будто впервые видела их. Мне хотелось обнять его за шею и поцеловать. Но не сделаю этого, у него уже другая любимая…

- Юль, почему вчера не подошла?! – воскликнул парень, он будто жалел, что я не окликнула его еще вчера.

Я встала с дивана, подошла к перилам и глянула вниз, в вестибюль. Кто-то еще приехал, оформлялись на ресепшене. Из груди вырвался тяжелый вздох, повернулась к Никите, который по-прежнему сидел на сером диване, ожидая моего ответа.

- Я не собиралась подходить… совсем. Ты случайно меня поймал за руку.

- Но почему?! – Никита в один шаг оказался рядом, так близко, что голова закружилась от его запаха с нотками малины.

- Я слышала, как ты говорил той девушке, что другую любишь. Я не обижаюсь, прошло четыре года, мы выросли и… ты не отвечал на мои письма тогда, я все понимаю… я… - от того, что он так близко меня била дрожь, ноги подкашивались. Из головы вылетели все слова, выходило только бормотание несвязное. – Я пойду лучше… рада была увидеться с тобой.