Помоги проекту - поделись книгой:
– Его зовут Аоранг. Он родом с далекого севера, из полуночных пределов. Его племя называет своими кровными братьями огромных косматых зверей, что живут в снегах. Говорят, у зверей длинный извивающийся нос, а из-под него растут длинные рога, и эти рога куда длиннее, чем у наших волов…
– А! – В голосе женщины послышался жгучий интерес. – Так этот мужчина – из Первых Людей! Предания утверждают, что их вовсе не осталось на свете… Вот так удача! Хвала богам, приведшим одного из них в наши земли именно сейчас! Подведите его ко мне!
Ашва поймал взгляд Аоранга и глазами попросил его приблизиться к жрице. Тот подошел, спокойно позволяя изучить себя. На этот раз Владычица Полей не просто водила руками по воздуху, но ощупала грудь и плечи гостя с нарастающим восторгом.
– Какая мощь! – прошептала она наконец. – Да, это древняя кровь Первых Людей! Младшая богиня, в этом воплощении ты избрала очень хорошего мужа!
– Мужа? – удивленно повторила Аюна. – Аоранг вовсе не…
Ее перебило низкое ворчание Рыкуна. Саблезубцу совсем не нравилось, что кто-то трогает его названого отца. «Отойди», – говорили жрице его прижатые уши и грозный рык.
– Аоранг, прошу, уйми зверя, – поспешно попросил Ашва. – Госпожа, Великий Кот гневается, благоволи отступить…
– Великий Кот и впрямь так огромен и свиреп, как мне сказали? – с любопытством спросила жрица.
– Он вдвое больше горных львов, что водятся на снежных кручах Накхарана, – подтвердил Ашва. – Его клыки подобны двум мечам!
– Он опасен? Что он ест?
– Рыкун ловит сусликов в степи. Не так уж он и свиреп, – добродушно сказал Аоранг. – Не беспокойся, госпожа. Он привыкнет и даст погладить себя.
Весь этот осмотр его только позабавил. А вот Ашву внимание жрицы к мохначу, очевидно, раздосадовало. Янди, которая внимательно следила за происходящим, показалось, что Ашва вообще пожалел, что они встретились…
– Что ж, да возрадуется Мать, – негромко проговорила Владычица Полей. – Младшая богиня с мужем и Великим Котом…
– Аоранг мне не муж, – перебила Аюна. – Я направляюсь в Накхаран на встречу с саарсаном накхов – женихом, которому меня предназначил мой отец. Я уже говорила Ашве об этом.
– Можешь не говорить, я вижу твои мысли, дочь Солнца. Они ложны, тебя сбивает с толку твоя двойственная природа, – снисходительно произнесла жрица. – Думай как богиня, не как женщина. Какое тебе дело до человеческих войн? Твой сияющий отец владеет бескрайним небом! И, о боги, зачем тебе муж – накх?! От союза солнца и змеи может родиться лишь оборотень. А вот брак Неба и Земли способен дать корень новой поросли людского рода…
– Брак Неба и Земли? – озадаченно повторила Аюна. – Твои речи темны, жрица. Я плохо понимаю тебя.
– И это я вижу.
Внимательно оглядев Аюну, Владычица Полей что-то тихо бросила в сторону одной из младших жриц. Янди напрягла слух, но услышала лишь обрывок: «…не беременна… даже хорошо…»
«О чем это они?» – с тревогой подумала лазутчица.
– Повелительница… – обратился к слепой Ашва, косясь на Аоранга. – Дозволь побеседовать с тобой…
– Не сейчас, – отмахнулась та. – После заката. Нам все равно надо будет встретиться, чтобы обсудить зимний обряд. Будь нашей гостьей, царевна, – повернулась верховная жрица к Аюне. – Нынче ты переночуешь здесь, а завтра на заре мы примем тебя как должно в священном доме нашей Матери Даны. Твой муж и твой кот – наши гости, как и ты…
– Ты вынуждаешь меня повторять, – недовольно сказала Аюна. – Мохнач мне не муж…
Но Владычица Полей, не слушая ее, рассеянно улыбнулась и подняла руки. Жрицы тут же подхватили ее и под звяканье колокольчиков почтительно повели к повозке.
Глава 4
Подслушанный разговор
Оглядев глиняное жилище, выделенное для ночевки, Аюна недовольно фыркнула. Пожалуй, оно и впрямь походило на нутро большого кувшина! Только стены куда толще. Впрочем, что мудрить – последние дни ей доводилось ночевать и в менее уютных местах. Царевна вспомнила хлипкие шалаши и наметы, которые наспех строили ее спутники, и еще сильнее захотела упасть в набитую лебяжьим пухом перину, укрыться покрывалом из собольих шкур… Ничего этого тут не было – зато имелась жаровня посреди комнаты и дыра в потолке, куда уходил дым. И глиняные лежанки у стен, закиданные пыльными подушками.
«А где Аоранг?» – спохватилась вдруг царевна. Последнее, что она видела, – воспитанник Тулума о чем-то увлеченно спорил с Ашвой, будто совсем позабыв о ней. Царевна даже ощутила укол ревности. Всю дорогу Аоранг окружал ее ненавязчивой заботой, и Аюна уже успела снова привыкнуть к тому, что он всегда рядом и готов сделать все, что она прикажет. «Чем он там занят? – недовольно подумала она. – Впрочем, мне безразлично!»
– Янди, – приказала она, – приготовь мне постель, я хочу спать.
Непривычно тихая Янди, как подобает хорошей служанке, помогла царевне отойти ко сну. А когда та блаженно вытянулась под овчинным одеялом, попросила разрешения немного погулять.
– Хочу посмотреть этот диковинный город, – объяснила она.
– Не опасно ли это? Возьми с собой Аоранга!
– Я как раз собираюсь найти его, госпожа.
Получив разрешение, Янди с видимым облегчением выскользнула из «кувшина» в сгустившиеся за дверьми сумерки.
«Чего они от нас хотят? – думала Янди, оглядываясь. – Что нужно сородичам моего кровного отца – о которых я, впрочем, знаю меньше, чем о любом из племен Аратты? Для чего тащили нас в такую даль? Судя по всему, обычно они убивают чужаков на месте…»
Эти вопросы не давали ей покоя весь день. И не находилось ничего, способного дать какую-то зацепку.
«Я стала слишком подозрительной», – подумалось ей.
Как говорила дорогая тетушка, «не надо видеть змею в каждой ветке. Ветка есть ветка, змея есть змея».
– Но опытная змея легко притворится веткой, – пробормотала себе под нос Янди.
Лазутчица покосилась на соседний домишко – принадлежащий, как уже она выяснила, самому Ашве. Наверняка это убогое жилище изнутри мало чем отличалось от того, где поселили царевну. «Возможно, это мой отчий дом!» – подумала Янди, прислушиваясь к себе. Но нет – ничего внутри не екало и не отзывалось.
«Я же сама хотела этого! – напомнила она себе. – Сколько раз за прошедшие годы я представляла, что будет, если я встречу кровных родичей… И вот пожалуйста: жрец Ашва, скорее всего, мой родной дед! И при этом мне чужой. Похоже, я ему совсем неинтересна. Он не верит мне… А надо, чтобы поверил!»
Как ей убедить старика, что она в самом деле его родная внучка? Как заставить его помочь им?
Она медленно направилась в сторону дома Ашвы, все еще пытаясь пробудить в глубине души родственные чувства. Ведь должны же они там быть!
У порога, загораживая вход, лежал саблезубец. При виде Янди он приподнял голову и насторожил уши. Девушка плавно подняла руку, призывая его к тишине. Узнав старую знакомую, Рыкун потерял к ней всякий интерес и вновь прижмурил желтые глаза.
«Вот Аоранг показался жрецу интересным! Они весь день разговаривают о чем-то, спорят… А меня будто и не существует! Может, я ошиблась и Ашва вовсе не мой дед? В конце концов, мало ли заложников сгинуло в чужих землях? Когда моя мать захватила священный холм вендов, там были и другие мальчишки…»
Дверь открылась. На пороге стоял жрец. Вслед за ним появилась кряжистая широкоплечая фигура мохнача. Янди бесшумно отступила в тень соседнего дома.
– Отдыхай здесь, места хватит, – сказал жрец. – Я скоро вернусь. Если еще не будешь спать – продолжим разговор.
– Конечно продолжим! – с жаром кивнул Аоранг.
Янди почувствовала невольную досаду. А седобородый как ни в чем не бывало прошел мимо, не заметив Янди, и зашагал куда-то вниз по извилистой ступенчатой дорожке между прилепившимися друг к другу глиняными домами.
«Куда это он на ночь глядя? Так-так… Он же собирался побеседовать со слепой жрицей…»
Янди дождалась, пока Аоранг закроет дверь, выступила из тени и двинулась вслед за жрецом.
Огромное селение с закатом солнца погрузилось в сон. Исчезли прохожие с улиц, развеялся дым очагов, затихли звонкие голоса детей… Лишь кое-где во дворах виднелись дрожащие огоньки масляных светилен. Однако Ашва куда-то быстро и уверенно шагал. Лазутчица легкой тенью скользила за ним, удивляясь отсутствию сторожевых псов. Вот котов, столь редких и драгоценных в столице Аратты, она здесь видела во множестве. А собаки – ни единой. Отчего бы? Она на миг задумалась. Котов здесь явно почитали. Их глиняные статуи, украшенные бусами и венками, виднелись тут едва ли не повсюду – на перекрестках, у дверей, на возвышениях под соломенными крышами, сильно напоминающих алтари.
«Должно быть, когда Рыкун вылез из камышей там, на берегу, местные просто обомлели! – мысленно посмеялась Янди. – Небось приняли его за кошачьего бога – и сразу поверили, что Аюна настоящая дочь Солнца. Кого еще может сопровождать этакий котище?»
Между тем Ашва, сворачивая с одной дорожки на другую, незаметно дошел до калитки в глиняном заборе. Дальше вновь начиналась степь, по которой, сгибая высокие сухие травы, гулял ветер. Неподалеку, на пологом холме, черной громадой высилось необычного вида строение. Тяжелое, с покатой двускатной крышей, оно напоминало огромный амбар. Поверху, у самой крыши, здание опоясывали тонко сделанные кошачьи личины. Внутри у каждой, должно быть, горела светильня, так что снаружи казалось, будто кошки глядят на прохожих огненными глазами.
– Занятно, – прошептала Янди, выглядывая из калитки.
Ашва вышел из города, прошел с полсотни шагов и остановился, глядя вдаль. Кажется, он чего-то ждал. Янди выскользнула вслед за ним, невольно оглянувшись. Глиняный город был совершенно темным и тихим, как разом уснувший с закатом солнца улей. Над степью догорала полоса заката, высокое небо уже усыпали звезды.
Янди поглядела в спину Ашве. Тот прогуливался у обочины, не спуская глаз с дороги.
Янди вдруг ощутила, как чуть дрогнула земля под ногами. Судя по тому, как встрепенулся Ашва, он почувствовал то же самое. «Ага, это ступают упряжные волы, – быстро подумала Янди. – А вот и жрица явилась…»
Она прошмыгнула за спиной Ашвы и, пригнувшись, метнулась в сторону освещенной кошачьими глазами храмины.
«Наверняка они пойдут сюда, – подумала она, пробираясь в шелестящей траве. – Не станут гулять на холодном ветру…»
Тяжелый воловий шаг продолжал сотрясать землю. Янди уже была у входа. В глубокой нише по обе стороны от него высились статуи в человеческий рост из обожженной глины. Одна изображала длинноволосую женщину с большим котом у ног, держащим в пасти мертвую крысу. Другая отличалась лишь тем, что вместо крысы в зубах кота была птица. Янди окинула их любопытным взглядом, однако долго разглядывать статуи времени не было. Лазутчица скользнула под своды храма. Духота, полная пряных и терпких запахов, сдавила ей грудь. Вдоль стен рядами стояли огромные кувшины, корзины, запечатанные горшки… «И в самом деле словно амбар», – подумала Янди, забиваясь в щель между двумя кувшинами, в каждый из которых она могла бы поместиться целиком.
И вовремя. Снаружи послышались голоса. Янди узнала голос Ашвы – он что-то торопливо говорил, будто боялся, что его прервут. Лазутчицу поразил его почтительный, даже заискивающий голос.
– …Не просто муж невероятной силы, как тебе, верно, подумалось. Аоранг очень умен и знающ. Его ребенком нашел на далеком севере жрец Тулум, о котором я рассказывал тебе, – верховный слуга Знаменосца из столицы Аратты – и воспитал как родного сына. Аоранг образован, как дети арьев. По поручению своего наставника он побывал в самых отдаленных пределах земли. Все, что видел, он запомнил так, будто и сейчас наблюдает давно ушедшее. Кроме того, он в куда более близком родстве со зверями, чем наши дикие соседи с другого берега Даны… Сам Великий Кот слушается его, будто понимает каждое его слово. Этот необыкновенный юноша может быть нам чрезвычайно полезен…
– Полностью с тобой согласна, погонщик ветра! – промурлыкала в ответ верховная жрица. – Каждое твое слово доказывает великую ценность этого Аоранга. Мать и ее Старший супруг благоволят своему народу! Снег не выпадал так долго! Я уже начала опасаться, что мы снова навлекли на себя гнев вышних. А вот чего они ждали…
– Снег?! – воскликнул Ашва. – Как ты можешь говорить сейчас о снеге! Да хоть бы он не выпал вовсе, хоть бы земля обратилась в промерзлый камень! Или у нас в амбарах не хватит запасов зерна, чтобы пережить одну мертвую зиму? Неужели ради того, чтобы дотянуть до весны без лишений, мы должны вернуть богам ниспосланный ими же дар?
– Ишь как заговорил, – прошипела жрица. – Смотри, как бы Мать не разгневалась на твою неуместную жадность! Думал ли ты, погонщик ветра, о том, что новая весна может и вовсе не настать?
Янди затаила дыхание, прислушиваясь. Два служителя богов говорили о темных и страшных вещах, но лазутчицу занимало лишь одно – как это касалось ее спутников?
– Тебе ведомо многое, Владычица Полей, что от меня скрыто, – дрогнувшим голосом произнес наконец Ашва. – Не хочешь ли поделиться? Знамения пугают уже давно, но ничего точно не было известно…
– Это ни к чему. Во всяком случае, пока. Просто поверь – говоря о том, что весна, может, и не придет, я вовсе не шутила… Но я чувствую, ты хотел мне сказать еще о чем-то.
– Так и есть, владычица, – с тяжким вздохом сказал Ашва. – Я хотел попросить тебя о помощи.
– Ты просишь меня о помощи? – хмыкнула собеседница. – В чем же?
– Сотвори обряд Призвания, – смиренно попросил седобородый жрец.
– Вот как? И о чем ты хочешь спросить Мать Дану?
– У дочери Сварги есть верная служанка, – негромко проговорил Ашва. – Она утверждает, что ее отцом был мой Вайда.
– Твой пропавший сын?!
– Именно так. Я должен удостовериться, иначе мне вовек не будет покоя.
– Дочь Вайды… – настороженно протянула жрица. – Внучка самого Ашвы!
– Она не будет претендовать на твое место, – поспешно проговорил жрец. – Она всего лишь полукровка. Ее мать, судя по всему, была из змеиных людей…
– Не тебе судить! – резко оборвала его собеседница. – Ты понятия не имеешь, чего эта девица на самом деле хочет! Змеиные люди, надо же! Сестры Найи знающи и весьма опасны, хоть их знание ущербно…
– Вот ты и наставишь ее на истинный путь, – поспешно произнес Ашва.
Слепая недовольно фыркнула:
– Ладно, завтра доставь сюда всех троих на рассвете. Поговори с Аорангом из Первых Людей, объясни, что от него потребуется, подготовь его! На вечерней заре все должно быть уже готово к зимнему обряду. А что касается Великого Кота… Подсыпь ему в пищу вот это.
Янди услышала шуршание, будто нечто доставали из корзинки и передавали из рук в руки.
– Зелье не навредит ему, лишь усыпит. Он не должен помешать!
– Прошу тебя, во имя тайного имени Двуликой, – будто через силу произнес Ашва. – Оставь мне Аоранга! Разве я не привез тебе дочь Солнца? И мою внучку…
– Еще никто не подтвердил, что она твоя внучка, – фыркнула слепая. – Скорее всего, хитрая девица лишь выдает себя за нее. С тех пор как в столице Аратты узнали о твоем горе, я ожидала появления подобных самозванцев. Возможно, это лишь коварная уловка твоего приятеля Тулума, чтобы сместить меня!
– Арьям нет дела до столь удаленной от них земли, – горько усмехнулся Ашва. – Они сейчас заняты своими бедами…
– О нет! Дети Солнца всегда были одержимы властью. Все их помыслы и устремления направлены на то, чтобы и дальше расширять свою безмерно огромную державу. А я – помеха в их алчных замыслах…
– Я чувствую, что эта девушка – моей крови!
– Без обряда Призвания ты можешь чувствовать лишь ломоту в суставах, а не голос крови. Не забывай, кто ты и кто я! А что касается Аоранга из Первых Людей… – Тут резкий голос женщины вновь сменился вкрадчивым мурлыканьем. – Не беспокойся о его участи. Мы распорядимся им с такой пользой, какая вам, погонщикам ветра, и не снилась! Теперь прощай, старик. Возвращайся к себе, в селение мужчин, к реке. Ты все сделал правильно.
Обтянутая воловьей кожей дверь, сплетенная из лозняка, хлопнула под напором ветра куда тише, чем обычная дощатая. Однако некрепко спавшая Аюна вскинулась:
– Кто тут?!
– Я, солнцеликая госпожа. Кому же еще быть?
– Тут где-то я видела лопатку… – сонно проговорила царевна, закутываясь в мягкое одеяло до самого носа. – Пошевели угли, становится холодно…
Лазутчица, прекрасно видевшая в темноте, оглянулась и увидела глиняный ковш с водой, в котором торчала деревянная лопатка. Поворошив ею рдеющие уголья в очаге, Янди подсела к очагу, протягивая к нему онемевшие руки. Только сейчас она осознала, как замерзла, прячась в кошачьем храме на краю степи.
– Моя госпожа, не хотелось бы печалить тебя, но холод – самая меньшая из возможных угроз, – проговорила она через некоторое время.
– Что еще? – недовольно спросила Аюна, только начавшая снова засыпать.
– Я только что подслушала разговор жреца Ашвы со слепой верховной жрицей – хозяйкой полей, или как ее там… Она распоряжалась им, будто сотник – безусым новобранцем. Завтра нас отвезут в храм, чтобы подготовить к участию в каком-то обряде. Я не знаю, что это за обряд и в чем его суть, но нутром чую – ничего хорошего нас не ждет. Ашва умолял эту женщину оставить ему хотя бы Аоранга… Не знаю, что он имел в виду под «оставить»…
Аюна села на лежанке.
Поделиться книгой: