Пальмы в снегу

Первым громко засмеялся Смирнуха.

– Какой на хер Рыбнадзор на бардовском фестивале! – Тебе просто в гАлаву ветром надуло!

Все стали смеясь повторять. Видимо трава была весёлая и каламбур показался ну очень смешным. Ещё бы. Ведь в голову действительно надуло с ветром веселящего дыма. Когда вернулись в палаточный лагерь,   наш безудержный смех заинтересовал многих.

– А что это с ним или с вами? – спрашивали многочисленные знакомые.

– Да ему просто ветром в гАлаву надуло, – отвечали мы…

Вот так эти слова и ушли в народ. Сначала попали в уши бардов или их поклонников на среднерусской возвышенности. Затем поездом-самолётом добрались до Урала и через несколько лет превратились в популярную песню. Во как! – Данила приподнялся на диване из полулежащего положения, в которое он незаметно съехал, пока рассказывал эту историю.

– Ух ты! Эффект бабочки в действии! Вот и в реальной жизни такое сплошь и рядом. Накосячишь сегодня по мелочи – в будущем ожидай шестнадцать тонн себе на голову! Каждый твой, пусть и самый маленький шаг, самое малое действие может привести к огромным, как хорошим, так и плохим последствиям.

– Да, я тоже знаю о теории Хаоса и Порядка, – Данила поймал себя на мысли, что слово Порядок у него в голове звучит по-немецки резко – Ordnung!

–Значит, Ванька мы сегодня с тобой запустили целую цепочку событий, которые уже происходят и   ещё долго будут волнами перекатываться по матрице.

– Ну история с говном на Красной площади имеет короткую волну и очень быстро затихнет штилем. Скоро дворник проматерившись уберёт мою кучу. Вечером об этом он расскажет женушке своей ворчливой. А та тут же и забудет. Ибо ей похуй. – по церковному закончил Левин.

– Согласен. А вот morning Gangbang in the kitchen – к чему или к кому приведет пока неясно.

– Узнаем лет через десять! – Иван поставил DVD с концертом Weather Report.

– О! Прогноз погоды! С Пасториусом? Круто! Этот чувак был гением на басу.

– А на безладовом тем более, – добавил Иван, – ты слышал его Dreamland? Он играет мелодию из  другой, нам неведомой, но однозначно прекрасной страны. Или из другой жизни в параллельном измерении.

– Знаю о чём ты говоришь. У меня такая же ассоциация с другим миром, который гораздо лучше нашего, постоянно срабатывает, когда слушаю Пэта Метини, особенно Another Life. И вообще, музыка это единственное достойное, что произвело человечество!

–А как же литература, живопись? – озадаченно спросил Иван.

– Конечно, с одной стороны – "В начале было Слово". Но слова, пусть даже  виртуозно зарифмованные или наоборот простые, ясные могут стать манифестом, призывом, озвученным и понятым смыслом вооружённой борьбы. Слова и объединяют и разобщают людей. Из за того, что человечество говорит на более чем семи тысячах языках, у народов и этносов чётко сформировалась ось СВОЙ – ЧУЖОЙ. И тот, кто не говорит на твоём языке так же, как ты – всегда будет по меньшей мере подозрительным. Чужим одним словом. А от Чужого до Врага, совсем короткий путь. Поэтому СЛОВО, в глобальном, планетарном масштабе – разъединяет народы между собой. А внутри своего этноса, может наоборот сплачивать, для формирования идентичности  и противостояния чуждой забугорной культуре или даже военной интервенции… Ты гимн США знаешь? – спросил Данила у друга.

– Слышал много раз, но в слова не вдавался. Моё любимое исполнение этого гимна в фильме "Голый пистолет". Помнишь, как Лесли Нильсон запевает его на стадионе. Вот уж ржачное кино.

– Да! Лейтенант полиции, капитан Фрэнк Дрэбен – my Hero! Так вот, – продолжил выискивать закономерности Данила, – гимн Америки напрямую воздействовал на формирование и становление психотипа "американец" . Их гимн, за двухвековую историю повлиял на массовое сознание людей живущих в США. Чтобы понять взаимосвязь достаточно прочитать слова гимна. Вот к примеру:

And  the rocket's red glare,

the bombs bursting in air.

Или:

Where the foe's haughty

host in dread

silence reposes.

–У пиндосов даже в гимне – враги кругом, взрывы, бомбы, трупы. – продолжил Данила. – Так они себя в мире и ведут. Всех дуплят. Воюют со слабыми. Планета усыпана их базами. Разделяют и властвуют.... Кстати, есть небольшая историческая издёвка с этим гимном. Звучит  он высокопарно трагично и триумфально. Музыку на самом деле написал англичанин для шутливого и весёлого гимна их союза композиторов. Вот и стала весёленькая мелодия, к которой приросли слова описывающие оборону  какого-то форта-крепости от англичан, в тогда ещё Новом Свете – настоящим гимном. На устах с которым какой-нибудь парнишка из Алабамы, подняв звёздно-полосатый стяг шёл на  шеренги конфедератов, нацистов или инопланетян.

– Точно! Как в фильме "Марс атакует!". Там же в итоге музыкой и победили инопланетян. Их просто разрывало, как хомячков.-вспомнил Иван.

– Вот и вывод. Только Музыка достойна представить человеческую цивилизацию на вселенском суде. Всё исчезнет. Дома сравняются с землёй. Не будет, ни людей, ни всего того что они создали за всё время. Земля и Океан поглотят всё и всех. И только музыка останется.

– А как же она останется если ничего, что с нами связано не будет существовать? – поинтересовался Иван.

–Да всё просто. Каждый звук, который когда – либо производился человеком на нашей планете улетает в космос. И там летит, летит эта волна, пересекая миры и галактики… Летит в бесконечность. И сама мелодия становится неотъемлемой частью этого великого бесконечного. Музыка не даёт ответов, не задаёт вопросов. Музыка в отличии от слова воздействует не на Разум, а на эмоции и чувства.

– Ну да! Вот "два кусочЕка колбаски, у меня лежали на столе' – врубил цинизм Иван, – вызывают у меня похотливые эмоции и воспоминания, как мы с Вальком и Лысым после концерта отдрючили в мотеле и в хвост и в гриву всю эту группу. Вот такая комбинация. Кстати, девки то были реально прикольные.

– Иван, попса это не музыка. Это просто звуки. Простые, очень простые звуки. Для таких же простых, музыкально необразованных людей. Не спорю, в попсе встречаются красивые мелодии. Но чем сложнее мелодия, чем богаче её рисунок, тем и сложнее внутренний мир самого слушателя. Ты вспомни наше детство. Как формировался твой музыкальный вкус? Лично я, первое что можно было назвать музыкой, услышал в десять лет. Это был Rainbow "Dificult to Cure" с бетховенской "одой к радости" и гитарным медляком Блэкмора "Maybe next time". Вторым альбомом был Pink Floyd "the Wall" – на мой взгляд самое глобальное рок произведение последней четверти ХХ века. Потом в уценёнке мной куплена пластинка – "Дэйв Брубек в Москве"всего за одну копейку! «Take five» и «Koto song» проложили дорогу к джазу и… Баху.  И сейчас мы с тобой кайфуем от совсем не простой, но понятой сознанием до каждой терции музыки Завинулла и Пасториуса. Каждой музыке своё время. Хотя всё конечно индивидуально.

Данила встал с дивана и подошёл к полке, где стояло в ряд несколько десятков DVD дисков. Среди музыкальных альбомов было и несколько фильмов. "Мертвец" Джармуша, "Сталкер" Тарковского и "Асса" Соловьёва.

– О! Асса! Я в школе когда учился, то раз пять в кинотеатры на него ходил. Тогда, в 1988, "Асса" взорвала сознание Союза. Я впервые увидел, что и в СССР есть Another Life. Бананан в фильме виделся мне неземным жителем, живущим в реальности своих странных снов. По виду, мыслям, фантазиям и песням чувствовалось, что он временный пассажир. Его мир где-то там далеко… Так далеко, что не дойти и не доехать…

– А помнишь Ялту и пальмы в снегу? – спросил Иван.

– Дааа, – протянул Данила.– дежавю какое-то меня сегодня и в который раз уже преследует!

–Что за дежавю? – спросил Левин, укладывая шишку в гриндер.

– Началось всё с ночного сна. Снились мне сегодня пальмы в снегу. И когда проснулся, ещё подумал – пальмы в снегу… С какого хера?

–Яблоки в снегу!

Какое чудо!

Тополя в пуху!

Какое чудо!  – весело пропел Иван, высыпая из гриндера на газету пробитую стальными шипами планчугу.

–Вот и я подумал, к чему эти пальмы во сне мне привиделись… А сейчас мы стоим здесь с тобой и говорим о Ялте зимой, о пальмах в снегу..

–Предлагаю маленькую ленинскую пяточку взорвать. Может тогда и поймём, что значит это твоё дежавю – сказал Иван протягивая маленькую папиросу, в которой набитой травы было от силы на три – четыре затяжки. Данила смочил слюной мизинец и обвёл им папиросу. Курили молча.  Последний кропаль Левин пустил паровозом и догорающий уголёк упал ему на язык.

–Тьфу блин, – сплюнул с балкона Иван.

Данила вновь откинулся на диване. Сердце выдавало бешенный ритм, но общее состояние было прекрасным. Лишь одна мысль, один образ занял сейчас всё пространство его серого вещества…Пальмы в снегу… В фильме была сцена где на крутящейся виниловой пластинке стоит игрушечная пальма и Бананан посыпает её содой, мукой или солью и что то говорит. Что именно Данила не помнил… Как же наверное здорово в Ялте зимой! Мы всегда ездили или раньше нас возили родители исключительно летом и всегда до 1 сентября. И ни у кого из его друзей и знакомых никогда не проскакивало даже намёка на то, что вот хорошо бы именно зимой и поехать в Ялту… Там же совсем и всё по другому. И Ильич на постаменте, который стоит на площади в пальто и всем приезжим отдыхающим кажется, что его гардероб неуместен для летней жары. Сейчас, в феврале, немецкое пальтишко будет ему в самый пору.

Мы стояли на плоскости

С переменным углом отраженья

Наблюдая закон

Приводящий пейзажи в движенье… – зазвучала песня Аквариума

Иван, пока Данила был в канабиноидных грёзах включил фильм Асса, где то посередине. Атлетичный Крымов, перепрыгивал с одной пожарной лестницы на другую.

– Ты знаешь, Иван, когда я раньше слушал эту песню, то ни хера не понимал о чём она. А сейчас прям, как прозрел. Она как раз об Иллюзии. О том, что всё призрачно и мы сами создаём действительность, в которую верим, но которой на самом деле нет.

– Но если никакой реальности нет, а всё, как ты говоришь иллюзия, то что делать с разрушающими последствиями войн? Когда города лежат в руинах…

–Быть может это массовая иллюзия? – спросил сам у себя Данила, – по какому то коллективному бессознательному договору между людьми. О котором они и не догадываются. Знаешь книгу Мисимы "Золотой храм"? Там чувак настолько пёрся по одному древнему деревянному храму, что от огромной любви или дурости в итоге решил просто сжечь его.

–Как Герострат? – спросил Иван.

– Ну да. Только антураж повести в японских мотивах. Так вот, мне один уважаемый человек объяснил скрытый смысл. Он в том, что герой создал в своём сознании иллюзию самого совершенного храма. А когда химера полностью заселилась в его мозгу, вытеснив все остальные реальности, он решил сжечь храм. Для чего? Да для того чтобы проверить, а что произойдёт если…? И после того, как храм, такой дорогой его сердцу сгорел, герой задался вопросом – и что? И что? Что изменилось, после того, как остыли последние головёшки оставшиеся от шедевра средневековой архитектуры?… А ничего не изменилось! Солнце также восходит в том же месте, реки всё также впадают в моря… Люди по прежнему любят и ненавидят, воюют и мирятся… Мир не изменился. Просто не стало одной иллюзии в голове одного конкретного человека.

– Ты знаешь, а мне вот всегда хотелось увидеть море зимой. Или уехать в какие-нибудь далёкие ебеня типа Усть-Каменогорска, Магадана, острова Питкерн, –  мечтательно вставил реплику Левин.– Как у Высоцкого.

Мой друг уехал в Магадан.

Снимите шляпу.

Снимите шляпу…

Не для молвы, что мол чудак.

А просто так,

А просто так.

– Да Ваня, всё дело именно в том что просто так! Не по делам, не в отпуск с жёнушкой или подругой, не с корешами-алкашами, а просто так, а просто так, – пропел Данила последние слова. – Иногда я ловлю себя на мысли, что периодически в жизни надо делать крутые повороты. Представь жизненную прямую среднестатистического человека…

–А кто вообще эти среднестатистические люди?

– Думаю это те, кого усреднили, – улыбаясь продолжил Данила. – Ну вот, эта упрямая вещь статистика и выстроила прямую линию от рождения и до смерти. С временными физиологическими интервалами роста и увядания. Социальными: школа-институт-завод-дача-погост. У среднестатистического человека всего по одному. Одна работа. Одна жена.... А стоит этому среднестату сделать ход конём, поменять свой прямой как рельсы путь на дугообразную кривую синусоиду и в жизни его произойдут большие перемены. Потому что двигаясь по такой амплитуде человек попадает постоянно в другие условия и возможности, которые его ждут за каждым поворотом.

– Лишь бы эта дугообразная кривая не стала скользкой дорожкой! —уточнил Иван.

– Дорогу скользкой делают алкоголь, наркотики и некоторые «…измы».

– Онанизм например!

– Если выдрачивать себя по десять раз на дню! Но я о другом. Когда человек спонтанно или по воле сердца, но сам не зная почему, покупает билет и летит зимой в Магадан или едет в Ялту этим поступком он расширяет своё окно возможностей. Может он там, на зимнем пляже Ялты найдёт драгоценный камень?  Или в ледяном Магадане на рынке встретит свою будущую и главную любовь всей оставшейся жизни? Ну или поймёт своё истинное предназначение?

– А может и утонуть в зимнем море, куда полезет купаться в говно пьяный.

– Увы, но и так бывает. Тут одно правило нужно соблюдать – «следи за собой, будь осторожен!» Вот за что Цоя и люблю, так это за краткость мысли в простейшей и от того на сто процентов понятной рифме.

– А я всегда ржал над его прямолинейностью.

Если есть унитаз,

Должен быть

Сливной бачок

Если нету пива

То и банка

Не нужна

Вооот так! – пропел Левин.

– Как же хочется, прямо сейчас сесть на поезд и уехать вот от этого всего. И прежде всего от печали и тоски. Сколько же раз мне хотелось так и поступить? – ходя по комнате взад и вперёд, – делился с другом своими давними желаниями Данила.

– Так в чём проблема? Ну да, не отвечай, и так понятно. Работа, деньги, время и всё остальное из чего состоят наши дни…

В дверь позвонили. Иван пошёл открывать и через минуту в комнату вместе с ним зашёл Данилин университетский друг Олег. Однокурсницы дали ему ласковое прозвище Олег Милый. Видимо с женской  точки зрения он таковым и был. И действительно, его полноватые щёки, часто были покрыты детским румянцем. Данила, про себя, никогда не говоря ему об этом, называл Олега – пупсик. Просто повзрослевший пупсик со щетиной и перегаром.

– О, Данька! Как хорошо, что ты здесь! – сказал Милый, устало падая на диван. – Я тебе долг сейчас верну. – Олег достал из внутреннего кармана портмоне и отсчитав пять купюр протянул ему, – пятьсот баксов. Спасибо, ты меня тогда серьёзно выручил!

Год тому назад  Данила только начал работать директором большого музыкального магазина. Осенью, в Сокольниках проходила международная выставка Москва – Музыка, куда он и приехал для покупки инструментов. В павильоне стадионного звука случайно встретились с Олегом. После радостных обниманий и нескольких шотов Black label в баре, одногруппники отправились продолжать вечер в какой-то клуб на Садовой-Триумфальной, где в этот день проходил концерт Лаэртского.... И Данила и Олег были поклонниками весёлого поэтического дара этого исполнителя собственных песен.

Лаэртский буквально ворвался свежим, даже сносящим ветром в унылый штиль постсоветской говёной попсы. В Данилином детстве и старших классах выражение «Пионерская Зорька» – означало исключительно утреннюю и нудную радиопередачу для будущих комсомольцев. И вдруг, в конце 88 года ему подарили кассету, на которой карандашом было коряво выведено – «Пионерская Зорька». Песни, записанные на МК-60, поразили его с первого прослушивания. Во-первых, они были смешные. Во-вторых, былинный стиль повествования многих его стихов был абсолютно необычен и свеж, по сравнению с тем, какие шлягеры крутили по ЦТ. Ненормативная лексика в стихах использовалась не только уместно, но и придавала лёгкий богемный шарм его поэзии. Высокохудожественный скабрёзный цинизм, – Данила сам для себя придумал название для этого стиля песен. Из клуба где Данила и Олег шатаясь вышли в осеннюю московскую ночь. У подъезда стояли два пегих в яблоках коня. Девушка-конюх державшая их за уздцы предложила парням покататься. Последнее, что Данила запомнил этой ночью – бегущую следом за лошадьми их хозяйку требующую остановиться и лошадей, которых они пытались пустить галопом. Пока шла погоня, приятели сидя верхом, во всё горло орали песню про детей и коня -

На глазах у детей съели коня

Злые татары в шапках киргизских,

Средь сучьев из леса сиротливо стучит

По стволам деревянным птица тупая.

Имя ей дятл и стуки его

Заглушают рыдания детских глаз.

Дети хоронят останки коня,

Там лишь кишки и шкура его

Вот в эту весёлую, пьяную ночь, Олег и вымутил у Данилы на какое то очень важное  для него дело пятьсот долларов. С тех пор прошло более года и он уже и перестал рассчитывать на возврат долга. И тут такой подарок! Настроение моментально улучшилось!

–Ванька, смотри! Опять дежавю! Везде какие-то знаки – обратился к другу Данила. – Сегодня на новоселье Сильва светанул пятихатку. Через 3 часа Олег принёс мне тоже столько же, причём заметь – такими же купюрами. Ведь он мог принести и полтинники и двадцатки и рубли. Но нет, он принёс франклины. И вообще, я доллары в руках держал месяц назад. Чтобы это значило?

– Это может значить, что ещё не вечер… Ещё не вечер!

– Олег, а для чего тебе тогда деньги нужны были? Что за дело ты проворачивал? Я вообще стараюсь никому в долг не давать, но ты как то убедил меня… А вот в чём не помню.

– Данька, тебе скажу. Ильич знает. Мы с бригадой ломаем валюту у ВДНХ. Вчера хорошо какого-то якута развёл, на пять штукарей и  сразу же на поезд и домой.