Дети ангелов

– Ничего, сейчас отпустит. Живот скрутило. Съела, наверное, что-то вчера.

Иван взял жену на руки и понес в спальню.

– Сейчас все будет хорошо. Я вызываю скорую.

– «Не нужно», – прошептала Маша. Слезы лились из ее больших глаз.

* * *

Скорая приехала на удивление быстро, словно стояла за углом дома и дожидалась вызова к ним.

– «Где больная?» – спросил доктор, быстро надевая на туфли голубые бахилы.

– В комнате, проходите!

– Руки можно помыть?

– Да, конечно, пожалуйста! – Иван открыл дверь в ванную комнату и включил свет.

Выйдя из ванной, доктор направился в их спальню. Там он быстро раскрыл свой саквояж, достал градусник и тонометр.

– «Температура есть?» – он протянул Маше градусник.

– «Вроде нет», – прошептала Маша.

– Что беспокоит? – затянув манжету на предплечье, доктор стал накачивать воздух. Потом приложил блестящий кружочек и глянул на стрелку.

– Давление в норме. Так что вас беспокоит?

– Живот сильно болит, – слезы текли у Маши уже самопроизвольно.

– Когда были последние месячные? – прощупывая живот, врач внимательно смотрел на девушку.

– Месяц назад. – При каждом нажатии пальцев врача Маша начинала стонать. Боль пронзала все ее тело. Сказать, где именно болит, она была уже не в состоянии.

– Собирайтесь, – повернувшись к Ивану, сказал врач. – Необходима госпитализация.

– Что с ней, доктор? – Иван теребил в руках чайную ложку, зачем-то принесенную из кухни.

– Необходимо обследование, сейчас трудно что-либо сказать, – уклончиво ответил тот.

– Я не хочу в больницу, Ваня, пожалуйста! – шептала Маша. Слезы катились ручьями, заливая ее побледневшее лицо.

– Милая, нам необходимо поехать в больницу. Я буду с тобой. Все будет хорошо. Нас обследуют и отпустят домой, – он гладил ее по голове, пытаясь успокоить. Иван готов был сделать все и даже больше, чтобы только забрать себе ее боль.

– Не плачь, милая. Я сейчас соберу твои вещи.

В приемном отделении, куда скорая доставила Машу, было тихо. Они были единственными в это раннее утро. Тихо играло радио. Иван, чтобы занять свои мысли, кропотливо изучал информацию на стендах, висящих вдоль стен.

Через сорок минут томительного ожидания в коридоре, наконец, появился невысокий, седовласый мужчина в пенсне. Приблизившись и окинув Ивана изучающим взглядом, он произнес:

– Мы оставляем вашу супругу в стационаре для полного обследования.

– Что с ней, доктор? – пытаясь сохранять спокойствие, Иван спрятал руки в карманы.

– Предварительный диагноз – ретрохориальная гематома.

– Что?

– Ваша жена беременна.

– Беременна?! А что тогда значит гематома… э-э-э… чего-то там? Доктор, объясните! Ничего не понимаю!

Иван закрыл лицо руками. Теперь, уже ему захотелось разрыдаться.

«Боже, как давно мы этого ждали. Произошло!» – Он умоляюще смотрел на доктора.

Иван Васильевич, так гласила надпись на бедже, пристегнутом к его верхнему карману, внимательно наблюдал за реакцией Ивана. Каждый раз он не переставал удивляться, насколько по-разному ведут себя будущие отцы, услышав новость об интересном положении своей женщины.

– Видите ли, молодой человек, иногда такое случается. На ранних сроках беременности у будущих мамочек может возникнуть угроза выкидыша в связи с отслойкой плодного яйца. При увеличении гематомы до сорока процентов ситуация, как правило, приводит к нарушению роста и развития эмбриона. Обычно такое состояние заканчивается самопроизвольным абортом. В вашем случае ничего страшного пока не произошло. Вы вовремя обратились за помощью. Нужно провести обследование и назначить курс лечения. Думаю, все будет хорошо, – он отечески похлопал Ивана по плечу. – Идите, голубчик, домой. С вашей супругой все будет хорошо, если она перестанет волноваться и нервничать.

– Спасибо, доктор!

Иван стоял на крыльце, не понимая, что делать. Эта новость ошеломила его. Домой категорически не хотелось, Иван посмотрел на часы.

«А не поехать ли мне к бабуле?.. Я стану отцом?! Стану отцом? Стану отцом! Да ладно!» – Иван направился в сторону метро, собирая осенние листья ногами и пиная их, как в детстве. Он никак не мог решить – ему сначала заплакать, потом рассмеяться или сделать все наоборот.

Вдруг, набрав полные легкие воздуха, он, что есть мочи закричал:

– Люди-и-и-и, я стану отцом! Вы слышите! Я стану отцо-о-ом!

Он собрал полную охапку опавших желто-зеленых листьев и выбросил их вверх.

– Я отец…

Ком в горле перекрыл воздух, а глаза наполнились слезами…

Глава IV

Машу выписали через три недели.

Опасность миновала. Иван Васильевич Петров, как оказалось, заведовал гинекологическим отделением больницы. Ваня регулярно с ним встречался, пока Маша проходила курс лечения.

– Я доволен результатами анализов вашей супруги. Не вижу больше смысла держать Машу в стационаре. Ее клиническое состояние у меня не вызывает никаких опасений.

– Спасибо, Иван Васильевич!

– Но! Поскольку неприятности имели место быть, вам необходимо внимательнейшим образом наблюдаться, и при малейших изменениях обращаться к врачу.

– Иван Васильевич… я тут… э-э-э… я хотел с вами поговорить с глазу на глаз, так сказать. Можно вас пригласить на чашку кофе? – Иван переминался с ноги на ногу. В подобных случаях он не знал как себя вести.

– За чем же дело стало? – вопросительно поднял бровь доктор. – Мы ведь можем и у меня в кабинете насладиться этим волшебным напитком. Я, знаете ли, большой ценитель кофейных зерен.

– Я понимаю, но можно все-таки не в больнице? Я займу всего полчаса вашего драгоценного времени! – Иван неожиданно для себя оказался настойчив.

– Хорошо. Пойдемте. Я знаю неподалеку одно заведение, кофе у них вполне себе недурён!

– Спасибо!

Мужчины вышли из здания больницы и бодрым шагом направились к воротам.

Спустя полчаса, вышли из кофейни и попрощались у цветочного магазина, крепко пожав друг другу руки. Теперь Морозов был уверен – все сложится наилучшим образом. Иван остановился, чтобы купить самую большую корзину желтых тюльпанов. Любимых Машиных цветов.

* * *

– Ваня! – Она издалека махала ему рукой.

Мария изменилась за это время. Беременность сделала ее потрясающе женственной. Округлившиеся формы создавали такое очарование, что Иван с трудом отводил от жены взгляд.

– Привет, милая! – нежно поцеловав Машу, он вручил корзину. – Ну что, готова ли ты отправиться со мной в увлекательнейшее путешествие под названием «дорога домой»?

– Поехали! – засмеявшись, подтвердила она. – Хочу киевский торт! Давай устроим пир!

– Как скажете, сударыня! Все что пожелаете, будет выполнено в тот же час! – и Иван с энтузиазмом подхватил ее сумки с больничными вещами.

* * *

Весь долгий вечер Маша с Ваней просидели за столом в их крохотной кухне. Уплетая торт, делились друг с другом своими идеями по поводу их будущей жизни втроем.

– Надо будет отдать его на футбол! – предлагал Иван.

– Почему его? Может у нас будет девочка? – Маша умилялась от напускной серьезности мужа. Сейчас он напоминал ей мальчишку, который хоть и стал взрослым, но никак не мог забыть о своих сокровенных, так и не исполнившихся детских мечтах.

– Нет. У нас точно будет мальчик. Я знаю. Ну, хорошо. Если ты не хочешь, чтобы он играл в футбол, тогда давай отдадим его на плавание! – Иван мечтательно зажмурился, представляя своего сына на пьедестале.

– Да я и не против футбола, только бы он был здоров!

– Вот видишь! Ты сама только что сказала «он»! – Ваня торжественно поднял указательный палец вверх.

Оба рассмеялись.

Они были счастливы в тот вечер. Вечер, который стремительно уносил их в будущее к их маленькому озорному чуду.

* * *

Прошло три месяца. Маше пришлось уволиться с работы, доктор запретил любые нагрузки. Любимые ученики часто навещали ее, рассказывая последние новости. С некоторыми из них она по-прежнему занималась дома, не в силах отказаться от своего любимого дела.

Магазины для младенцев стали ее самым любимым развлечением. Она могла проводить часы у полок с детской одеждой и представлять, как наряжает малыша в эти чудесные малюсенькие костюмы. Трогала, рассматривала, даже нюхала каждую понравившуюся вещицу. Она наслаждалась.

И каждый раз выходила из магазина в бесподобно восхитительном настроении.

А еще Маша стала суеверной. И решительно отказывалась покупать хоть что-то малышу. Все покупки, вплоть до кроватки, отложили на последний месяц беременности.

Дома, наготовив всяких вкусностей своему любимому Ванечке, Мария удобно усаживалась в кресло Настасьи Акимовны и открывала ноутбук. Она читала все, что было связано с ее интересным положением. Зарегистрировавшись на форуме будущих мамочек, с удовольствием общалась с его обитательницами, делясь впечатлениями о своих новых ощущениях и увлеченно читая чужие посты.

Машино здоровье не вызывало у Ивана Васильевича никаких опасений. Ваня договорился, что Маша будет наблюдаться у него. Петров вел консультации в другой больнице.

– Голубчик, к чему такая конспирация?! Я веду консультации в другой клинике. И с удовольствием возьму Марию под свой присмотр. Но вам нужно обязательно встать на учет в своей районной поликлинике. Наблюдаться вы должны и там тоже. В любом случае, два врачебных мнения лучше, чем одно. Это я вам точно говорю, консилиум еще никому не вредил! – Морозов ругал себя за глупость. Ему действительно сначала нужно было поинтересоваться, не ведет ли доктор приемы в других местах.

Встав на учет в районной поликлинике, Мария добросовестно сдавала все анализы и ходила на прием. К тому времени Иван Петрович стал для нее каким-то очень родным. Все свои страхи и сомнения она рассказывала только ему. Врачиха же из районной поликлиники, напротив, казалась ей далекой, пустой и равнодушной женщиной. Маша старалась как можно быстрее пройти все осмотры. Вопросов к государственным врачам она не имела.

Приближалась дата первого УЗИ. Маша пребывала в состоянии радостного волнения. Наконец им скажут пол ребенка. Она впервые его увидит. Услышит, как бьется его сердечко. Иван Васильевич обещал сделать снимок их маленького чуда.

– Если малыш не будет от нас прятаться, получится отличный снимок, – сказал он при ее последнем посещении.

Маша щурилась от счастья, вспоминая его слова.

Иван не смог поехать с ней.

– Я обязательно сегодня позвоню Петрову и узнаю все подробности, – обнимая жену на прощанье, ободряюще сказал он. Иван злился на необходимость присутствовать на совещании, важность которого не позволила ему быть вместе с Машей в эту знаменательную для них минуту жизни.

– Проходите, голубушка. Рад вас видеть! Как вы себя чувствуете? – Доктор, как всегда, находился в бодром расположении духа.

– Добрый день, Иван Васильевич! Все просто замечательно! Ем, сплю и улыбаюсь!

– Ну и ладушки. Ложитесь на кушетку, я сейчас подойду, – с этими словами он вышел из кабинета.

Маша легла, поглаживая свой живот.

– Ну что, вот мы с папой тебя и увидим наконец-то! Ты на кого похож, интересно? На меня или на папу? Папа считает, что ты мальчик, представляешь? Вот он удивится, если ты девочка! – она улыбалась. Ямочки на щеках, делали ее саму похожей на озорного ребенка.

– Так-с. Приступим. Кто тут у нас прячется? – доктор со всем вниманием смотрел на монитор. – А у нас тут прячется мальчик!

– Да?! Правда! Вот папа наш обрадуется! – Маша лежала с закрытыми глазами, улыбка трогала ее губы.

– Так-так-так! А тут что у нас? Так-так-так… Так-так… Так…

И наступила какая-то нехорошая тишина.

– Что там? – обеспокоилась Маша.

Обычно словоохотливый доктор молчал, как ей показалось, целую вечность.

– Пока все хорошо, – задумчиво произнес Иван Васильевич, быстро записывая что-то в ее карте. – Маша, необходимо чтобы вы сдали дополнительные анализы. Завтра к восьми можете приехать в клинику?