Фант на счастье

– Мне светит автомат. А вот твоему Георгию – нет, – Ярослав постарался придать взгляду наибольшую выразительность, кажется, подействовало.

– Тогда, приятно было познакомиться, – пропела Даша.

Девушки обменялись дежурными улыбками. Затем, Лунегова нарочито неуклюже развернулась, как многотонная баржа, и потопала в сторону универа.

– Тяжело им будет, – сочувствующе сказала Оксана.

– Почему? – Ярослав, действительно, не понял, чего тут тяжелого, а не выдумывал лишний повод для разговора.

– Ну, срок уже большой. Сессию закрывать, потом диплом.

Парень махнул рукой:

– Раз решили, значит, справятся.

– Ну, да, – кивнула девушка, разговор заходил в тупик, возможно, потому что студентов становилось все больше и больше, они спешили, группками и поодиночке.

Ярослав указал на двери:

– Пойдем?

– Да.

– Но сначала дай мне номер твоего телефона, а то мало ли.

– Мало ли что? – она хитро улыбнулась.

– Снова заблужусь в вашем корпусе и мне придется подсказывать дорогу в аудиторию.

Оксана хихикнула и продиктовала номер, он вбил в мобильник, чтобы теперь точно не потерять связь. И уже при расставании вспомнил, что тема Толика даже не всплыла в их разговоре: ни с той, ни с другой стороны. Ну, честно говоря, Ярослав и не переживал, собственно, какая ему разница.

В аудитории народу оказалось уже полно, но Лунегова придержала рядом с собой местечко. Ярослав не был уверен, что именно для него, но Даша махнула.

– Падай.

– А Гера где?

– Вождение сдает.

– Ого! И когда отучиться-то успел?

– Так надо почаще с друзьями общаться, а не забивать на них, – немного капризно выдала Даша.

Ярослав не считал, что забивает на кого-то, в конце концов, друзьям хорошо известна его семейная ситуация, что принадлежит он себе далеко не всегда – тоже, поэтому списал недовольство Лунеговой на нестабильный гормональный фон и легкую ревность при виде чужой девушки.

Лекция была скучной и пространной. Наличие в телефоне номера Оксаны буквально жгло карман. Хотелось прямо сейчас взять и написать ей что-нибудь в мессенджере, пусть какую-нибудь банальность – главное, убедиться, что она на связи.

«Как Толик?»

Ответ прилетел моментально, словно Оксана только и ждала: «Живой».

«Я рад» – и улыбающийся смайлик.

«Мы расстались».

В душе что-то подпрыгнуло и перекувыркнулось, Ярослав даже поперхнулся и закашлялся, Даше пришлось хлопать по спине. Сказать, что он обрадовался – это ничего не сказать. Но и что отвечать на такие сообщения – не понятно. Напишешь, как есть – а вдруг она переживает, и нуждается в сочувствии, лгать же и отправлять сочувственные смайлики, так тоже не тот случай. Поэтому, просто потому, что ничего другого в голову не пришло, Ярослав быстро напечатал: «Ясно. Может тогда посидим в кафе в перерыве?»

«Хорошо».

У парня закружилась голова – реально. Аудитория плыла перед глазами, как после «Бешенного поезда» – откатывал в нежном возрасте нечаянный подарок за участие в каком-то конкурсе.

– Э, Радимов, – Даша вовремя, до того, как он собрался было рухнуть, пощелкала перед его глазами пальцами, – ты в порядке? Это мне тут плохеть по состоянию положено, а не тебе.

– Спасибо, Даш. Просто есть хочу и устал немного, – Ярослав тряхнул головой. – Сегодня я у мамы дежурил, с утра только кофе из автомата выпил – и сюда.

– Бедненький, – она почти по-матерински потрепала парня по плечу и достала из сумки пару карамелек. – Пока засунь в рот сладенькое. На перемене выделю пирожок, до обеда дотянешь.

19 Установка

Григорьева сверкала ляхами прямо на столе напротив Толика: сидела нога на ногу в коротенькой юбочке, задирающейся все выше и выше, словно по волшебству – рассказывала о чем-то, размахивая руками, похоже, во всех красках и подробностях. Рядом картинно ахала Ольховская.

А вот тот, ради которого все это затевалось, сидел со скучающим видом, только челюсть от зевоты не выворачивая. Похоже, прелести Лены Толика не интересовали совершенно. Когда Оксана вошла в аудиторию, он на миг дернулся, а потом снова припечатал себя к стулу и отвел взгляд в сторону, словно ожегся.

Девушка кинула привычные приветы и улыбки, и села рядом с Полиной, нацепив покер-фейс, хотя сердце частило с ударами, а слюна стала тягучей и не проходила в горло. С чего бы такая реакция – решила ведь вести себя, как обычно? Однако было некомфортно. Казалось, мгновение – и со всех сторон понесутся шепотки об Оксаниной личной жизни, кто-то будет осуждать, кто-то наоборот. Но… Ровным счетом ничего не изменилось. Если кто и знал – тот промолчал, и это радовало. Показательного расставания, в конце концов, ребята не устраивали.

Оксана сделала глубокий вдох. Потом еще один. И еще. Помогло. Осталось мысленно произнести мантру, что все неловкости – у нее в голове, а всем остальным по большому счету плевать, что с ней происходит.

Начавшаяся лекция пришлась как нельзя кстати. Старичок Виноградов читал нудно, но бархатным глубоким голосом, если не прислушиваться к словам, вполне можно войти в транс, что большинство и сделало. Сидишь, думаешь о своем, а фоном – методы психологического анализа.

Телефон мигнул сообщением. Ярослав сначала поинтересовался, как Толик. Это оказалось неожиданно. Девушка, признаться, даже не сразу сообразила, как и что ответить, а потом написала, как есть. Вообще – все, как есть. Пауза после реплики Оксаны, что они с Толиком расстались, немного затянулась, девушка даже успела отложить телефон, но потом Ярослав предложил встретиться в кафе. Оксана улыбнулась, отправляя, что согласна.

И поймала на себе пристальный взгляд Майорова.

– Не наступай на мою могилу, – вырвалось беззвучно, сердце вдруг сжалось от боли, забилось, как пойманная в силки птица.

Вот чего он смотрит? Все же решено. Взаимно. Что возвращаются к исходнику. Потому что выхода из тупика – нет, только тот, где вход.

Толик словно почувствовал, виновато опустил глаза, кивнул чему-то, возможно, очередному тезису Виноградова, или собственным мыслям – Оксана не могла знать наверняка, да и не хотелось.

Полина на миг отвлеклась от конспекта и вопросительно приподняла тонкую бровь.

– Чего? – спросила шепотом Оксана.

– Ты в курсе, что ему нравишься?

– Кому?

Оксана от неожиданности даже оглянулась по сторонам, не исключая Толика и старичка Виноградова, меряющего аудиторию своей шаркающей походкой, только вряд ли Евлантьева имела в виду профессора.

– Ярославу, – уточнила та запоздало, указав кивком на телефон.

Оксана от неожиданности поперхнулась и закашлялась. Чего-чего, а такого откровенного шипперства от подруги она никак не ожидала. Тем более, что сама недавно думала строго-зеркально: про Полину и Ярослава, даже номер телефона берегла. Но, как оказалось… Зря…

– Да ну, – буркнула из-под руки.

– Ну да, – парировала Евлантьева. – Я сразу заметила. Еще когда он тебя чипсами откармливал.

– И только сказала?

– Но раньше у тебя был Толик, ты бы меня и слушать не стала.

Оксана мысленно соотнесла сказанное подругой с собой. Наверное, да.

– Ярослав позвал в кафе. Ты с нами?

– Зачем? – удивилась Евлантьева. – Пора вам, детки, справляться без меня.

– Девушки! – оскорбленно продребезжал Виноградов. – Если у вас какой-то важный разговор, то вы можете выйти, чтобы мы вам не мешали, так сказать, его вести!

Оксана с Полиной смущенно спрятали улыбки и помотали головой. Ничего не оставалось, как молча записывать нудную лекцию, которая вряд ли когда-нибудь пригодиться. Хотя сидеть на месте оказалось не просто. Слова Полины упали на плодородную почву. Не то, чтобы Оксана собиралась тут же броситься из огня, да в полымя, поменяв одни отношения на другие, но мысль, что, возможно, она нравится Ярославу – грела душу. Надо же, случайно выпал фант – и оказался тем самым крылом бабочки, который сломал спину слону.

Ко второй паре подвалил Пашка. Коротко кинул всем приветы и неожиданно подсел к Оксане и Полине, несмотря на завлекающие телодвижения Яны.

– У вас свободно?

Показалось, или с Толиком он обошелся как-то иначе, чем всегда? Да и тот промолчал при виде друга и соседа, без привычных подколов и перемигиваний.

– Ты свое место забыл? – поинтересовалась Оксана.

– Там занято, – бросил парень в ответ.

Действительно, рядом с Толиком с утра постоянно зависали Григорьева и Ольховская, но когда это Пашке мешало? Полина, как всегда, отмолчалась на все, а Оксана решила не спорить, сидит себе и сидит.

Пашка тут же по-хозяйски протянул руку за Оксаниной тетрадкой с конспектами.

– Михеев! – строго осекла девушка. – Не наглей.

– Ну, чего, – виновато протянул тот. – Я же спишу и отдам.

– Это лекции Виноградова. У Светланы они тебе не пригодятся.

– Тебе жалко, что ли?

Оксана покачала головой, что за первый класс! Взрослый человек, а поступки – как у мальчишки. Тем более, вроде бы раньше Пашку никогда не смущало отсутствие конспектов, он спортсмен, ему все автоматически прощается, лишь бы места и грамоты универу зарабатывал.

Но как ни странно, всю следующую пару Пашка исправно строил из себя прилежного студента. Слушал с умным видом, покусывал ручку, когда Светлана Валерьевна пускалась в пространные пояснения, отвечал на вопросы, даже рассуждал о чем-то. Удивительно.

Ольховская кидала недовольные взгляды. Оксана не могла понять, кому конкретно они предназначались. Если ей, то она к себе Михеева точно не звала, сидел бы с Толиком, не действовал на нервы. Если Пашке, так подошла бы к парню – и сказала прямо, а то не может определиться: или строить из себя оторву, или скромную девочку. Почему-то после откровенного разговора с Толиком Оксана чувствовала себя как-то взрослее и увереннее, наверное, так же ощущала себя Полина среди одногруппников, поэтому не то, что пряталась в своем молчании, просто не находила, о чем можно поговорить.

В любом случае, сегодня Оксане было не комфортно. Еще и ожидание встречи с Ярославом не добавляло спокойствия. Во время большого перерыва девушка нетерпеливо схватила сумку, оделась и выскочила на улицу, поймав вдогонку большой палец от Полины.

Звякнуло сообщение от Ярослава: «Я в кафе. Что тебе заказать?»

Она не знала, что. И вообще аппетита не было. Хотелось как-то отвлечься ото всего, просто посидеть за столиком, без навязчивого внимания, без непонятных взглядов. Еще не слышать бы фразы Полины, про симпатию Ярослава – вообще бы замечательно, но ведь не переиграешь.

– Привет! – Оксана увидела парня за угловым столиком.

Или он первым увидел ее? Заулыбался – хорошо так, светло и открыто. И девушку отпустило.

20 Фантазии и факты

Толика уже порядком достала болтливость Григорьевой. Что она прицепилась? С чего вдруг решила опекать, навязчиво и нелепо заботиться? Жалеет? Только с чего бы это?

Хотелось уже нагрубить, послать ее в долгое эротическое путешествие, и желательно, чтобы она там заблудилась. Но… Он и так чувствовал себя не очень после всего. Поэтому приходилось терпеть.

Хорошо Оксане. Она вела себя, как ни в чем не бывало. Пришла, поздоровалась, улыбнулась. Спокойная, уверенная. Даже завидно немного.

Только наткнувшись на удивленный ответный взгляд, Толик сообразил, что, пожалуй, так не пялятся на бывшую девушку. И смутился. Уткнулся в тетрадь, изображая, что увлеченно слушает лекцию Виноградова.

Ко второй паре явился Пашка, и сделав вид, что не замечает Толика, прошел к Оксане. Предсказуемо. Толик давно подозревал, что Михеев слишком остро воспринимает все, что касается Антипиной, просто раньше мужская дружба руки связывала, а теперь – ни дружбы, ни лишних узлов. Значит, можно примерить еще один «свитерок», вдруг подойдет.

Вроде бы и повода нет, но Пашке захотелось врезать, даже непроизвольно руки в кулаки сжались. Только не в универе же, не прилюдно, делая из своей личной жизни дешевую мелодраму. А в общаге парни теперь не встречались – Михеев третий день обитал не пойми где – переехал на съемную квартиру со всеми шмотками, оставив растянутые вещи друга в шкафу, хорошо еще, что выстиранные. Толик так стиснул зубы, что они захрустели.

Едва высидев до большого перерыва, парень подхватил свои вещи и пошел в буквальном смысле куда глаза глядят. Григорьева попыталась прилипнуть, но он так глянул на девушку, что та стушевалась и тут же придумала себе причину, чтобы не идти следом. И чего она пристала, как банный лист? Толика затопило раздражение.

Погуляв немного по парку и решив, что холодная погода не располагает к праздным прогулкам, а возвращаться в универ – не хочется, направился в общагу. В конце концов, там можно завалиться спать – лучшего сна еще лекарства от нервов не придумали.

Толик так ушел в свои мысли, что не сразу понял, что в кармане разрывается телефон. Номер был незнакомый, значит, отвечать не обязательно. Но звонок повторился.

– Алло! – рявкнул раздраженно после третьей попытки настойчивого абонента дозвониться.

И в ответ услышал завораживающий голос Габриэль:

– Привет! Я соскучилась!

– Я тоже, – Толик не лгал.

За почти полторы недели, что он вернулся – виделись от силы раза два, и то случайно, в универе. Переписываться парень не любил. Габриэль, как выяснилось, тоже предпочитала общение в реале. Но не звать же принцессу к себе? Хоть в комнате все отмыла деятельная матушка, даже прикупила кое-что, с согласия коменданта, но все-таки общага – это не апартаменты-люкс.

– Тогда я сейчас тебя заберу! – радостно заявила девушка.

– У тебя же пары.

– У тебя тоже. Но это скучно, и не проблема. Ты сейчас где?

– В парке.

– Тогда оглянись.